(Не) смешные истории

Лофт напоминает экстренный лагерь, развернутый для первой помощи — благо все средства для этого есть. — Я с вами когда-нибудь поседею! — ворчит Стайлз, выковыривая из спины Питера пули. — Какого черта вы опять полезли воевать с охотниками? — Ауч! — шипит старший Хейл. — Спроси об этом лучше МакКолла. — Я не при чем! — открещивается парень, испуганно втягивая голову, но стараясь не мешать Кире разбираться с его пулевым ранением. Стайлз он в последнее время побаивается. — Я честно предлагал переговоры, но Дерек… — Дерек?! — рявкает Стайлз, оборачиваясь на младшего Хейла. Тот молча пожимает плечами, пока Лидия промывает ему на руке рану от аконита. Возиться со спиной Питера банши отказалась в весьма экспрессивных выражениях, а зомби-дядюшка подозревал, что отлучен от постели на неделю точно. — А если бы у них было больше одного ножа, смазанного аконитом? — продолжает требовать ответов Стайлз. — А если бы пули были не простыми? Вы понимаете, что вас бы сейчас тут не было? Лиам?! — А что я? — обиженно смотрит на нее Данбар, самостоятельно разбирающийся со своей ногой. — Ты мог удержать этих придурков от глупостей! — поясняет Стайлз, смотрит на ухмыляющегося друга и от всей души хлопает по спине Питера, пытающегося замаскировать смех под кашель. — Прокашлялся? — очень ласково — прямо до мурашек по спине — спрашивает Стайлз. — Да, спасибо, — коротко отзывается Питер, не решаясь перечить Стилински. — Но я не совсем понимаю, почему ты сейчас переживаешь. Мы все живы. И скоро будем здоровы. В чем суть претензий? — В чем? — Стайлз хмыкает. — В том, что я за вас волнуюсь. За всех вас. Что, конечно, удивительно, если вспомнить, какими вы, оборотни, бываете козлами! Питер пытается что-то возразить, но затыкается, когда Стайлз решительно берет в руки скальпель. Мужская часть стаи молчит, не зная, что сказать и как оправдаться, женская — дуется и тоже молчит. — Иногда мне кажется, — говорит Стайлз, прикидывая, как вытащить последнюю пулю, — что на меня с большой высоты падает что-то огромное, тяжелое, а когда я уже ощущаю себя лепешкой на асфальте, этот груз лежит в паре сантиметров от меня. И облегчение есть, но все еще сердце заходится от ужаса. Вот как я чувствую себя, когда вы опять вляпываетесь в какую-нибудь хренотень и сообщаете мне об этом постфактум, чтобы я помогла зашить или обработать раны. Я чувствую себя лепешкой на асфальте, которая почему-то ей еще не является. Она отбрасывает пинцет и скальпель и уходит. Дерек находит ее на балконе, обнимает и целует в висок. — Прости, — говорит он. — Конечно, ты больше так не будешь и станешь примерным членом общества, — ворчит Стайлз, прижимаясь к своему волку. — А если я не поверю? — Я не собираюсь обманывать, — говорит Дерек. — Я буду осторожней. Он снова целует ее в висок и обнимает притихшую и позволившую себе расслабиться Стайлз. Дерек не лжет. Он собирается быть осторожней. Потому что в темных волосах своей девушки заметил слишком светлый волосок.