Cherish/Ценить

— Ну, во что бы то ни стало, давайте добавим больше драматизма и будем рассказывать медленно. — Иден закатывает глаза, а мы все хихикаем над непреднамеренной театральностью Хадсона. Хизер в середине глотка фыркнула и чуть не подавилась кофе, пока Иден не потянулась к ней и не начала растирать круги на её спине, чтобы успокоить её лёгкие. — Извиняюсь. — Хадсон слегка кивает Иден. — Я все время забываю, что вы, ребята, не знаете, что мы с Грейс узнали о Царстве Теней. Позвольте мне ускорить это. Оно было построено как тюрьма после того, как Королева Теней расстроила Бога. И, как отметил Флинт, эта тюрьма похожа на большинство других и имеет очень крутых тюремных охранников, которых называют стражниками. Поэтому вполне логично, что Бог, создавший этих стражей, скорее всего, владеет ключом от тюрьмы, так что его стражи могут приходить и уходить. — Джикан, — промурлыкала я, затем повернулась к остальным и взволнованно объяснила. — Нам сказали, что стражи, которые представляют собой этих страшных, как чёрт, драконов времени, были созданы Богом времени — мы просто не знали, кто это был, пока мы там были. Но теперь мы знаем. Их создал Джикан! Хадсон добавляет: — Возможно, Джикан даже создал саму тюрьму, Грейс. В любом случае, я уверен, что у него есть ключ… И может быть, если повезёт, он захочет отдать нам ключ в обмен на лекарство для Мекая. Джексон сдвигается на своём месте и ворчит: — Сомневаюсь, что Джикан дал бы нам ключ от туалета, если бы мы собирались наложить в штаны. Мы все смеёмся, потому что, наверное, он прав, но прежде чем мой желудок скрутился в крендель, Хадсон удерживает мой взгляд, уголки его глаз морщатся так, что это всегда успокаивает мои нервы, заставляет меня чувствовать себя немного липкой внутри. Затем он говорит: — Я не жду, что он даст нам ключ, потому что мы попросили. Но я не думаю, что есть что-то, что Джикан не сделал бы для Кровопускательницы или, я надеюсь, для внучки Кровопускательницы. И это правда. Меня отшлёпают, если я заморожу одного жалкого человека, но Джикан позволил моей бабушке заморозить всю свою армию на тысячу лет. — Ты действительно думаешь, что он поможет? — спрашиваю я, от волнения мой голос дрожит. — Это можно узнать только одним способом, — отвечает Хадсон, а затем поглаживает свою грудь. — Кроме того, я думаю, что тысяча лет — это достаточно долгий срок для того, чтобы держать кого-либо в плену, не так ли? За столом воцаряется тишина, даже Флинт делает паузу, помешивая горячее какао, когда мы все вспоминаем сводную сестру Хадсона и Джексона, Иззи. Их отец держал её в плену столько же времени, и Хадсон прав — никто не заслуживает такого наказания, даже Королева Теней. Я сжимаю руку Хадсона и тихо соглашаюсь: — Да. В этот момент официантка снова останавливается возле нашего столика. Она в последний раз наполняет наши кружки кофе и спрашивает, не нужно ли нам ещё что-нибудь. Хадсон протягивает ей свою кредитную карту с улыбкой и комплиментом по поводу солнечного шарфа, который она повязала на шею. Женщина, которой ни дня не меньше шестидесяти, краснеет, как школьница, и уходит. Самое приятное, что он подразумевает каждое слово. — Итак, давайте сделаем это, — говорит Хизер, собирая свой телефон и кладя его в сумку кроссбоди. Я тоже начинаю отталкиваться от стола, но прежде чем я успеваю это сделать, Артелия телепатически обращается ко мне. «У нас проблема, Грейс». «Что за проблема?» — спрашиваю я, мой желудок сжимается. «Мои бабушка и дедушка…?» «Всё в порядке», — отвечает она в своей грубой манере. «Но я лучше покажу вам проблему, чем буду пытаться объяснить её таким образом. Когда вы можете прийти?» «Я уже в пути», — отвечаю я, сердце бешено колотится в груди. Потом мне приходит в голову, что за прудом сегодня вечер четверга. И если мы отправимся в Горгулий двор, я смогу решить две проблемы одним быстрым путешествием через Атлантику…