Cherish/Ценить

Я задыхаюсь от внезапного исчезновения моей бабушки, но при одном взгляде на Джикана и Алистера — оба по-прежнему расслабленно сидят на своих местах — мой пульс снова замедляется. Что бы ни случилось, если они не волнуются, то и мне, наверное, не стоит волноваться. Хотя мне очень любопытно. На самом деле, я бы подумала, что Джикан сам только что прилетел к ней, так странно он на неё смотрел, вот только мой дедушка не держит его за горло, требуя ответов. Что я могу сказать? У нас в семье принято действовать. — Ну, такое не каждый день увидишь. — Взгляд Хизер метался вокруг, словно она ожидала, что кто-то или что-то появится и заставит её исчезнуть в следующий момент. — Весь цирк, ни одного костюма, — мягко говорит ей Хадсон. — Это определенно здешний девиз. — Насколько я понимаю, то же самое можно сказать и о вас, — отвечает Джикан. Но ему не хватает его обычной резкости — возможно, потому, что он пусто смотрит в пространство, когда говорит это. Через несколько секунд он возвращается к нам, кивает сам себе, усаживаясь поудобнее на диване. — Я действительно стремлюсь развлекать, — сухо отвечает Хадсон, опускаясь на маленькое зелёное кресло. Я смотрю, как он раскладывается, словно в кресло на лужайке, вытягивает перед собой длинные ноги и скрещивает их в лодыжках, прислоняясь спиной к дивану. Ещё до того, как он складывает руки на груди, я точно знаю, о чём говорит эта поза — а именно, что он настолько же расслаблен, насколько и не желает сегодня мириться ни с каким дерьмом. Он хорошо выглядит. Очень хорошо. Однако сарказм пролетел мимо головы Джикана. — Да, ну, ты, конечно, не тянешь в этом отделе. Но что еще я должен ожидать от брата гота? Его взгляд лукаво скользит по Джексону, который оскаливает зубы, но молчит. Страх снова превратиться в статую, очевидно, сильнее, чем он хочет признать. Хотя Джикан явно немного разочарован тем, что ему не удалось спровоцировать Джексона, в конце концов, он просто делает ещё один глоток своей мимозы. Затем он полностью переводит свой прямой взгляд цвета красного дерева на меня. — Вы собирались рассказать нам больше о Теневом Царстве? — спрашиваю я, приподняв брови. — Я не понимаю твоей внезапной одержимости этим местом. — Он пренебрежительно машет рукой. — Но оно было создано как наказание, а не как место отдыха. — Так это вы его создали? — спрашивает Иден, указывая на Джикана. — Вы можете просто сделать это? — Я бог, — отвечает он. — Я могу сделать почти всё. — А Норомар — это наказание для кого именно? — снова спрашиваю я. По крайней мере, он отвечает на вопросы, так что, возможно, это означает, что он поможет, если повезёт. Ну, это и куча мольбы. В конце концов, мы говорим о Джикане. — Для Королевы Теней, конечно. Для кого ещё? — Джикан зевает, как будто ему скучно, но в его глазах есть настороженность, которая говорит, что это не так. — Но почему? — Я вздыхаю, расстроенная, потому что добиться от него прямого ответа — все равно, что в лучшие времена тянуть руки, зубы и всё, что между ними. И это определённо не один из таких случаев. Алистер держит взгляд Джикана в течение нескольких долгих, непостижимых секунд. Очевидно, происходит какое-то безмолвное общение, но я не могу понять, в чём именно оно заключается. В конце концов, Алистер говорит ему: — Продолжай. — Он делает странный формальный жест рукой. — Расскажи детям то, что они хотят знать. Сначала кажется, что Джикан собирается спорить, но в конце концов он просто встаёт и объявляет: — Я голоден. — Затем он убегает в сторону кухни, как будто мы не находились в середине очень важного разговора. — Как он может быть голодным? — спросила Хизер низким голосом. — Прошло меньше десяти минут с тех пор, как он съел лучшую половину киоска. У меня нет ни малейшего представления, но я не собираюсь совершать ошибку, спрашивая его о количестве съеденного. Вместо этого я встаю и иду за ним на кухню, Хадсон и мои друзья идут чуть позади. Мой дедушка остаётся в гостиной с кувшином мимозы, вероятно, чтобы подождать возвращения моей бабушки. Оказывается, с тех пор как я была здесь в последний раз, она занималась не только оформлением гостиной. Она также изменила гобелены, которыми были увешаны древние каменные стены, заменив сцены сражений на прекрасные чёрно-белые фотографии Алистера, Артельи, меня и многих других горгулий. Изображены самые разные сцены — от боевых тренировок до нашего еженедельного футбольного матча, от огромных «семейных» ужинов до одинокой фигуры Алистера, гуляющего по скалам за железной оградой. Эффект получается одновременно приветливым и призрачным. Мне нравится. Через несколько минут почти все заняли места на барных стульях с высокими спинками вокруг массивного гранитного острова. Джикан надевает поварской фартук с надписью «В последний раз, когда я готовил, почти никто не умер». Утешительно. Затем он открывает кладовку и начинает вытаскивать оттуда всё подряд, что ясно говорит о том, что у него нет никакого реального плана для полуночного перекуса. Всё, от печенья Oreo — нового наваждения Алистера — и солёных огурцов до сухих макарон и консервированных ананасов, оказывается на прилавке рядом с мимозой, которую он принёс с собой. — Значит, на самом деле он не собирается смешивать всё это вместе, да? — шепчет Хизер, в голосе её звучит ужас. Я понятия не имею, и поскольку я всё ещё надеюсь убедить его помочь нам, я не собираюсь говорить ничего обидного о его кулинарных предпочтениях. Мне даже удаётся не поморщиться, когда корица и сухая горчица присоединяются к растущей куче на прилавке. — Наполни кастрюлю водой, ладно? — Джикан бросает через плечо, продолжая рыться в кладовке. — Конечно. — Я двигаюсь, чтобы сделать это, но Иден уже там, снимает огромный медный котелок со стойки над центральным островом и несёт его к раковине с выражением восторга на лице, и я хихикаю. Джикан наконец-то появляется из кладовки с торжествующим карканьем, с пачкой шоколадных чипсов в одной руке и банкой арахисового масла в другой. Он держит их как военные трофеи, а затем бросает на прилавок рядом с остальной добычей. — Мне нужен апельсиновый сок и яйца, — объявляет он на всю комнату, как будто сказав это, он сделает так. И опять же, я первой бегу к холодильнику и достаю огромные контейнеры с тем и другим ещё до того, как Джикан успевает зайти за угол центрального острова. Чем быстрее мы доставим ему то, что он хочет, тем быстрее мы сможем заставить его рассказать нам о ключе к Царству Теней — заставить его отдать нам ключ. Я бы солгала, если бы сказал, что моя кожа не зудит от желания прекратить этот танец богов и умолять Джикана помочь. После сцены с Артелью в моём подвале, я не хотела признавать, что мне, возможно, придётся выбирать между потребностью Мекая в лекарстве прямо в эту чертову секунду и армией охотников, возможно, собирающихся напасть с той же поспешностью. Но это пятьдесят на пятьдесят, Джикан может даже помочь — твёрдый ноль, если мы его расстроим, и сто процентов, что мы никуда не уйдём, если он этого не сделает. Математика никогда не была моей сильной стороной, но даже я знаю, что такие шансы означают, что мне нужно наклеить на лицо улыбку и продолжать вальсировать. Я ставлю контейнеры на стойку рядом с другими случайными ингредиентами со словами «вот, пожалуйста» и запрыгиваю обратно на свой барный стул. — Что именно мы готовим? — спрашивает Флинт, разглядывая комбинацию продуктов с тем же ликованием, с каким Иден удивлённо округляет глаза. Хадсон не занял один из барных стульев, предпочитая прислониться к противоположной стойке, скрестив руки, и мы обмениваемся шутливыми взглядами. Драконы. Джикан тянется к банке с соленьями и открывает её. — Десертную пасту. — С солёными огурцами? — промурлыкала я, не успев остановить себя. Но Джикан только закатывает глаза. — Очевидно, нет, Грейс. Они для того, чтобы есть, пока мы готовим. Как бы в доказательство своей правоты, он берёт вилку и вылавливает два маленьких огурчика, чтобы положить их в рот, а затем идёт к раковине, чтобы помыть руки. Когда он закончил, он повернулся и хлопнул в ладоши. — Так, на чем мы остановились? Я не уверена, имеет ли он в виду десертную пасту, огурцы или историю, которую он должен был нам рассказать, но я решил надеяться на лучшее. — Ты собирался рассказать нам, почему ты создал Норомар, чтобы наказать Королеву Теней.