Cherish/Ценить

Из-за заморозки и внезапного отъезда Джикана все немного на взводе. Джексон на сто процентов устал от заморозки. Иден громко уверяет себя, что Бог Времени не дал Хизер лишнюю конечность, учитывая, что она угрожала ударить его. Флинт просто выглядит озадаченным. А Хадсон вернулся к яростному переписыванию. Когда все снова расселись, я обращаюсь к бабушке и понимаю, что они с Алистером, должно быть, улизнули во время хаоса. Что очень плохо, потому что мне очень нужно с ней поговорить. Что-то подсказывает мне, что Хизер была права, когда задавалась вопросом, не знает ли Кровопускательница больше о том, как мне торговаться с Королевой Теней, чем она до сих пор говорила. Именно поэтому я хлопаю в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание. — Слушайте, мне жаль, что Джикан любит морозить людей, но хорошая новость в том, что мы с Хизер теперь знаем, как попасть в Царство Теней. Вход находится в Дворе Ведьм. — Я достаю из кармана свой телефон и смотрю на время, не удивляясь, что уже больше часа. — Давайте все отправимся в свои комнаты и немного отдохнём, а в девять встретимся здесь и обсудим стратегию. — Но у нас всё равно нет ничего, чтобы обменять Королеву Теней на противоядие Мекаю, — беспокоится Иден. — Я знаю, но я работаю над этим. — Я успокаивающе похлопываю её по плечу. — А пока давайте немного отдохнём. Утром мы все будем мыслить более ясно. Все ворчат, но соглашаются, и мы тащимся в направлении гостевых апартаментов. Иден предлагает проводить Хизер в её комнату, а я дёргаю Хадсона за локоть, призывая его остаться со мной. — Эй, — вздыхаю я, скользнув руками по его талии и сильно сжав её. В ответ он крепко прижимает меня к своей груди и бормочет мне на ухо: -Эй, вернись. От него приятно пахнет тёплым янтарем и специями, и я хочу только одного — прислониться к нему головой и остаться здесь, в его объятиях, навсегда. Но в конце концов ответственность даёт о себе знать, и мне приходится отступить. Пространство между нами посылает мгновенный холодок по моей коже, который я стараюсь игнорировать, спрашивая: — Что происходит? — Я киваю в сторону его телефона, который он всё ещё держит в одной руке. Он засовывает устройство в карман и предлагает полуулыбку, которая не доходит до его глаз. — Тебе не о чем беспокоиться. То, как он это говорит, немного беспокоит меня, и я начинаю говорить ему, что у нас с ним никогда не бывает вещей, о которых стоит беспокоиться по отдельности, что мы всегда вместе, но он торопится. — Кроме того, разве тебе не нужно выяснить, как очаровать некую бывшую королеву вампиров, чтобы она помогла нам подкупить единственную женщину, которую она, возможно, ненавидит больше, чем свою сестру? Я вздыхаю, потому что в данном случае он прав, хотя мне бы хотелось, чтобы это было не так. — Да, конечно. Тем не менее, мне неприятно, что он хранит от меня секрет. Поскольку я чувствую расстояние между нами, я беру его большую руку в свою. Он переплетает свои пальцы вокруг моих и сжимает, и я позволяю приливу электричества прогнать холод. — Забавно. Я никогда не думала о Кровопускательнице как о королеве вампиров, — говорю я, делая воздушные кавычки вокруг названия, — и всё же это вроде как прямо в её имени. Хадсон аккуратно убирает несколько моих локонов со лба за ухо. — Она оригинальна. — На этот раз его улыбка достигает его глаз. — Как и её внучка. Я закатываю глаза от его глупости. — Я определённо не оригинальная королева горгулий. — А разве нет? — спрашивает он, вопрос такой простой. — Кровопускательница была королевой горгулий какое-то время, но только по браку. А мы знаем, как эти королевы относятся к своим кровным линиям. Я прикусываю губу, не зная, как мне относиться к тому, что я первая королева горгулий, которая на самом деле является горгульей. Затем я бросаю на него острый взгляд. — Ты просто пытаешься отвлечь меня от вопроса о твоём телефоне. Мы ещё вернёмся к этому, Хадсон. Провозгласив это, я провела рукой по волосам. — Но ты прав. Мне нужно придумать, как убедить мою очень упрямую бабушку помочь нам — если она сможет. — Она может, — говорит Хадсон. — Я никогда не видел, чтобы кто-то так долго тянул с рассказом, как Джикан, а я жил с Сайрусом. — Ты тоже заметил, что он тянул время, а? — спрашиваю я, но вопрос риторический. Хадсон всё замечает. — Я просто не уверен, потому ли это, что в этой истории нет большего, или потому, что он не хотел быть тем, кто её расскажет, — говорит он, затем отпускает мою руку, чтобы сжать оба моих плеча. — Мне нужно найти брата, убедиться, что он всё ещё не расстроен из-за голубя. Ты хочешь пойти разобраться с бабушкой сейчас или утром? — Сейчас, — твёрдо говорю я, получая быстрый поцелуй. Мне нравится, что он дал мне возможность оставить счёт в ящике, как я имею дурную привычку делать. Но жизнь Мекая висит на волоске. У меня нет выбора. Мне придётся встретиться лицом к лицу с Кровопускательницей, независимо от того, готова она к этому противостоянию или нет.