Сказки для взрослых: дитя луны

Лезвия приятно сверкали под лучами солнца, проникающими через приоткрытое окно спальни. Кирилл по-турецки расселся на краю своей кровати, с неприкрытым восхищением рассматривая новых спутников. Металл касался кожи, охлаждая её. Оружия лежали как влитые, вылитые точно под его ладони. Парень сам не понимал, что за тянущее чувство обволакивало его душу при взгляде на лезвия. Кажется, он начинал понимать, что значили слова стражей о выборе. Сделав глубокий вдох, парень поднялся на ноги, замахиваясь бумерангами. Глухая мысль о том, что идея кидать такой опасный предмет в его небольшой комнатке — не лучшая идея, посетила его лишь после того, как металл оторвался от кожи, устремляясь исследовать просторы нового помещения. Второй бумеранг, будто ощутив напрягшееся тело хозяина, притих в ладони, перестав излучать приятный мороз. Бумеранг стремительно пролетел вдоль окрашенной стены, мгновенно цепляя за собой край длинной шторы. Металлическое лезвие резко потянуло ткань вниз, срывая при этом крепления карниза с потолка. Тяжелый груз с грохотом рухнул на пол, создавая неимоверно громкий и протяжный звук в маленькой комнате. Отскочив от пола, бумеранг пронесся над деревянным комодом, снося все предметы, стоявшие на его поверхности. Полупустая стеклянная бутылка газировки упала с комода и разбилась, разлетевшись на множество острых осколков. Стекло покрыло ворсистый ковёр, и Кирилл понял, что уборка этого беспорядка займёт у него очень много времени. Парень инстинктивно сморщился, мысленно умоляя, чтобы его тётя, занятая готовкой на кухне, не услышала этот шум. Бумеранг неожиданно свернул в сторону, направляясь к высокому платяному шкафу, стоявшему у противоположной стены. Лезвие задело одну из металлических ручек на дверце, вырывая её из крепления и утягивая за собой. Дверца шкафа мгновенно распахнулась, освобождая всю одежду, которая была второпях засунута на полки. Вещи тяжелыми комьями повалились на пол, быстро образовывая высокую кучу разноцветного барахла. Следующей и последней целью на пути оказалась массивная входная дверь, в которую лезвие и врезалось, глубоко застревая в дереве. Кирилл скользнул взглядом по комнате, оценивая принесённый ущерб. Стоит признать, в штабе бумеранги более послушны и добры к нему, не причинив никакого вреда. Но и места там было в десяток раз больше, а предметов на порядок меньше. Теперь же только недавно убранная комната вновь превратилась в свинарник, как любила выражаться тётя, переступая порог его спальни. Парень устало прикрыл глаза, пытаясь смириться с тем, что ему снова придётся поднять свою тушку и убирать всё это в свой выходной. Громкий звук заставил Кирилла вскочить с места, испуганно уставившись на вход. В дверь неожиданно постучали. Парень бросился к шкафу, в спешке пихая одежду обратно на полки, но вещей было так много, что его жалкие попытки больше напоминали сдерживание плотины тонкими сучками. Каждая попытка упорядочить одну стопку тут же вызывала смещение другой, и одежда снова соскальзывала на пол. Кофты, футболки и штаны постоянно сползали вниз и падали в общую кучу, несмотря на то что он старался как можно крепче утрамбовать ткань. Кирилл тяжело дышал, сгибаясь и поднимая упавшие вещи. Стук в дверь повторился. Он сжал челюсть, ускорил движения, пытаясь захлопнуть дверцы. — Кирилл, что это был за шум? С тобой всё в порядке? — Мурашки табуном побежали по спине от голоса из коридора. Так и не дождавшись ответа, женщина насторожилась, медленно открывая дверь, чтобы дать племяннику время и не застать его совсем врасплох. Кто знал, чем мог заниматься подросток в своей спальне. Кирилл плюнул на жалкие попытки закрыть упрямый шкаф. Парень бросился к двери, слишком грубо врезаясь в неё плечом, параллельно стараясь удержать ещё гору тряпок в руках. Тётя испуганно отскочила от хлопка, чуть не стоившего ей пальцев. Женщина удивлённо отдёрнула руку, прислушиваясь к странному копошению за стеной. — Кирилл? — Всё хорошо, тёть Наташ, я просто… мизинцем в угол врезался, — нервно усмехнулся Кирилл, замечая всё ещё торчащее лезвие в двери. Еле как, перекинув всю одежду в одну руку, свободной ладонью парень вцепился в оружие, пытаясь вытащить его из плена, словно Экскалибур Артура. Лезвие намертво вошло в дерево, не желая возвращаться к своему непутёвому хозяину. — Точно? Кирилл, по шуму у тебя там потолок обрушился. Может, я всё-таки проверю, всё ли… — женщина снова попыталась открыть дверь, но Кирилл её перебил. — Всё нормально, — сказал он и, с силой дёрнув торчащее лезвие, наконец вытащил нож. Потеряв последнюю опору, Кирилл повалился на пол. Одежда выскользнула из руки и фонтаном разлетелась по комнате. Парень раздражённо поднял бумеранг на уровень и остался лежать на полу, устало раскинув руки рядом с собой. — Ну, смотри… там Святослав пришёл, мне его позвать? — Спросила Наташа, не сильно веря словам парня. — Что? Нет, не зови! Я сам выйду, — тело подлетело с пола. Кирилл в панике стал оглядывать кошмар, творящийся в спальне. — Хорошо, но смотри, он не в настроении, — парень уловил лёгкий смешок с той стороны, а после — удаляющиеся шаги. Кирилл дождался, когда коридор опустеет, и вышел из комнаты, запираясь, от греха подальше, на ключ, если тёте вдруг взбредёт всё-таки проверить помещение. Закончив с самодельной защитой, парень проскочил к входной двери, краем глаза замечая женщину, вернувшуюся к плите. На крыльце он увидел знакомую фигуру парня, оперевшуюся локтём о перила скрипучей лестницы и листавшую что-то в телефоне. Капюшон синей кофты прикрывал светлые волосы, а белые джинсы облегали бёдра. Кирилл неосознанно задумался, как тот смог сохранить чистоту штанов. Может, в городе у них и был асфальт, но чем дальше дорога уходила в частный сектор, тем более грязи встречалось на пути. Услышав шаги, парень оторвал взгляд от экрана и направил его в сторону друга. Брови свелись к переносице, губы сжались, пальцы напряжённо сошлись на перилах. Всем своим видом парень выдавал своё раздражение. Он быстро спрятал телефон в карман и полностью повернулся к Кириллу, готовый к разговору. — Привет, — улыбнулся Кирилл, стараясь усмирить гнев друга. — Ага. Поговорим? — Святослав по-хозяйски отодвинул друга в сторону, желая пройти в тёплое помещение. — Нет… у меня там бардак, — промямлил Кирилл, виновато опуская взгляд в пол. — Бардак, значит? Какую ещё отмазку придумаешь, чтобы проигнорировать своих друзей? — Святослав скрестил руки на груди, заглядывая в глаза друга. Кирилл был всего на пару сантиметров выше друга, но сейчас эта разница не ощущалась совсем, даже казалось, что парень уменьшился в пару раз, перед злым взглядом Свята. — Я не игнорирую, — вжимая голову в шею, прошептал Кирилл, осознавая, насколько жалко он сейчас выглядел. Если говорить честно, он, и вправду, не игнорировал их. Он просто забыл во всей суматохе о них, он не мог думать о чём-то другом, кроме как о недавнем открытии в своей жизни. — Не игнорируешь? Кир, ты втираешь нам какую-то хрень про неизвестных тварей из леса, после пропадаешь куда-то, выключая телефон. Появляешься на пару часов и снова исчезаешь. Как ещё ты можешь это объяснить? — Только сейчас Кирилл заметил, каким бледным выглядел Святослав. Вмиг стало стыдно. — Я… давай прогуляемся? Свят, я обещаю, что объясню тебе всё, — Святослав тяжело вздохнул, кивая, мало доверяя словам друга, — только дай мне минуту. Кирилл вбежал в спальню, ещё раз окидывая взглядом бардак, будто он должен был волшебным образом испариться за время его отсутствия. Домашние штаны свалились на пол. Кирилл подхватил первые попавшиеся джинсы, спешно натягивая их на вспотевшие от нервов ноги. Взгляд зацепился за два блестящих металла. Не думая, парень поднял бумеранги, запихивая их за ремень, прикрывая мятым краем футболки. Холодный металл непривычно обжёг голую кожу на бёдрах, прошибая тело на табун забегавших мурашек. Кирилл серьёзно задумался над тем, чтобы по возращении серьёзно заняться специальными ножнами для оружия, потому что такой способ носки только вызывал дискомфорт. Стражи ведь не удосужились выдать ему хоть что-то для его же удобства, хотя у самих у каждого был свой чехол для переноски оружия. Святослав так и остался ждать парня на крыльце, нервно постукивая пальцами по перилам. Кириллу было стыдно признаться, что где-то в глубине души он надеялся, что Святу надоест и он уйдёт. Кирилл вышел из дома, сразу хватая запястье друга и спешно уводя его подальше от окон и дверей. Они пошли вдоль одноэтажных домиков, не слишком разбираясь, куда толком идут. Когда Святославу надоело это тупое молчание, он резко затормозил, гневно останавливая Кирилла, схватив за острый локоть. — Рассказывай, — прошипел он. В голосе слышались отчётливые нотки угрозы. Если бы парень умел управлять грозой, его глаза уже давно метали молнии. — Ну… я не могу рассказать тебе всего. Просто у меня недавно появились важные дела, которые я никак не могу пропустить. А друзей ты кинуть можешь, значит? Я не понимаю тебя, Кир. Мы дружим с тобой с садика. У нас никогда не было секретов, но сейчас я отчётливо вижу, что ты что-то скрываешь от меня. Не хочешь говорить — не говори, но хотя бы не пропадай так. Мы же переживаем. Я переживаю. Как я должен реагировать, когда ты вылетаешь из кафе с такими испуганными глазищами, а потом твой телефон выключается? Я думал, либо тебя похитили, либо у тебя кукушка поехала. — Нет, это точно не так, — горько усмехнулся Кирилл, уже сам сомневаясь, не правдив ли второй вариант. Но опровержению этому служили лезвия, до сих пор касающиеся его бёдер. — Пожалуйста, просто пообещай, что больше не будешь так пропадать, — Святослав, похоже, успокоился. Он растянул губы в своей привычной доброй улыбке, приносящей тепло в грудь друга. — Обещаю, — уверенно кивнул Кирилл. Едва парень собрался продолжить движение, как внезапный приступ острой боли в голове парализовал его волю, не позволяя сделать и шага. Сознание погрузилось в мгновенный, навязчивый образ, где знакомые очертания реальности сменились ярким, стремительно разворачивающимся видением. Высокие колонны устремлялись куда-то вверх, держа большой бетонный объект над ними. Поверхность земли была усеяна осколками разбитого стекла и тлеющими окурками, перемешанными с пылью и мелкими камнями, на фоне которых тускло выделялись остатки настенных граффити. Среди этого запустения, совершенно не обращая внимания на окружающий хаос, сидела уже знакомая фигура женщины, спокойно опустившись коленями на грязный песок. Руки двигались с невероятной грацией и точностью, словно паря над поверхностью, вычерчивая на земле сложный, неведомый разуму знак при помощи светящегося порошка. Даже в глубокой тени этот таинственный материал испускал собственное, мерцающее сияние, демонстрируя необычайную чистоту и насыщенность своего внутреннего света. — Кир, Кир, — Святослав тряс друга за плечо, обеспокоено заглядывая в глаза, — с тобой всё в порядке? Ты будто стоя уснул. — Мост, — прошептал Кирилл, складывая в голове полноценную картину из обрывков увиденных деталей. Губы с трудом шевелились. — Чего? — Нахмурился Святослав. Слова врезались в спину парня. Кирилл сорвался с места, устремляясь в сторону единственного на его памяти моста в городе, полностью игнорируя шокированный взгляд друга. В голове поселилась лишь одна мысль, надежда на его память. В воспоминаниях всплывало всего одно место, где он мог найти похожие кадры. Когда-то мост тянулся над рекой, но после особо жаркого лета она пересохла, оставив после себя только овраг. Теперь там собирались разве что алкаши да наркоманы в поисках кладов. И теперь Кирилл бежал прямо туда, в надежде застать ведьму врасплох до момента, пока не успела снова сбежать. Из головы вылетели все мысли, концентрируясь лишь на одной фигуре в белом одеянии, спрятавшейся под бетонной плитой высокого моста. Ноги сами вели тело в нужную сторону. Как было и в первый раз. Дома пропали из виду, сменяясь редкими деревьями. Кирилл сбежал с бугра, прокатываясь подошвой по вязкой грязи. Взгляд в панике заметался по влажной земле, пытаясь выловить из тени знакомый силуэт. Но, к его огорчению, он уже пропал. Кирилл выступил вперёд, оглядывая пространство из своего видения. Его внимание привлёк слабый блеск среди песка. Осмотревшись, парень заметил на влажной земле чёткие знаки, начерченные мерцающим порошком. Остатки неизвестного вещества блестели на песке, подтверждая недавнее присутствие. Один из символов остался незавершённым, прерванным на середине линии. Кирилл догадался, что его внезапное появление заставило ведьму спешно покинуть это место. — Кир, какого чёрта? — Кирилл удивлённо обернулся к источнику голоса, замечая запыхавшегося Святослава. Парень непонимающе уставился на друга, требуя объяснений, — что с тобой происходит? — Прости, Свят, у меня сейчас нет времени. Потом я тебе всё объясню, — нервно бросил Кирилл, до боли вцепляясь в камень на шее. В голове стал быстро складываться знакомый портрет стража, который сейчас был так ему необходим, — я снова её видел, — воскликнул парень, когда в ушах перестало гудеть, а мозг ощутил непривычную свободу. Кирилл не слышал подтверждения связи или голоса, но был уверен в чужом присутствии. — Кого? — Не унимался Святослав, пытаясь заглянуть в обезумевшие глаза друга. — Где? — В унисон парню пронеслось в голове Кирилла. — Знаешь, где в городе находится мост? Она была под ним. Здесь какие-то знаки, она чертила их, — Кирилл снова посмотрел на странные рисунки, где-то он точно их уже видел. — Хорошо, мы недалеко, сейчас будем, — Кирилл дёрнулся, ощутив мощный удар, словно врезался в стену. Голос стража пропал, обрывая нить связи. — Что с тобой не так? Ты точно башкой нигде не приложился? — Обеспокоенно спросил Святослав, вцепляясь в челюсть парня, заставляя его посмотреть на себя, — скажи честно, ты употребляешь? — Да нет, — воскликнул Кирилл, грубо отпихивая чужую руку от себя. Парня привлёк шум сбоку. Повернувшись, Кирилл увидел знакомую компанию стражей, приближающуюся к нему. Они остановились в паре шагов от парня, не обращая никакого внимания на человека рядом с ним. — Где знаки? — С ходу спросил Артемис, выходя вперёд. — Вот, — Кирилл указал пальцем в сторону рассыпанного порошка, не отрывая взгляда от стражей, — ты знаешь, что они значат? — Посмотрим, — кинул Артемис, приближаясь к рисункам, рассматривая каждый из них. — Кир, — неприятный холод пробежал по спине. Кирилл медленно повернулся к Святославу, про которого уже успел забыть. Пара блестящих глаз уставились в самую душу, — давай мы сходим в больницу. Они пропишут тебе таблетки, — парень вытянул руки вперёд, пытаясь ухватиться за последние крупицы здравого смысла, ещё оставшихся в друге. — Что ты несёшь? — Скривился Кирилл, но тут его голову пронзила догадка. Он посмотрел на стражей, после снова обращая взгляд на друга, наконец понимая всю ситуацию, — он ведь вас не видит, верно? — Побелевшими губами прошептал парень, поворачиваясь на стражей. — Естественно не видит, мы же не придурки, чтобы ходить по этому миру без дымки, — раздражённо закатил глаза Энджи, облокачиваясь на изрисованную колонну. — Это руны пространства и времени, похоже, она пыталась открыть портал, — сделал свой вывод Артемис, возвращаясь к друзьям, — только откуда она взяла пыльцу фей в этом мире… — В этом мире куча существ из нашего мира, в том числе и других ведьм. Они всё сделают ради своей выгоды, вот одна из них, похоже, и продала ей порошок, — Верронн подошёл к рисункам, ногами раскидывая пыль по округе, — нельзя дать ей закончить ритуал. — То есть нам нужно найти ведьму, которая готова сотрудничать с тьмой? — Предположила Астория. — Так и есть, — кивнул Артемис. — Я разберусь с этим. Я поговорю с дядюшкой Лешим, он должен знать таких, — парни согласно кивнули словам девушки. — Кир, — Кирилл снова повернулся на друга, смотря в его глаза, полные переживания. Стыд накатил с новой силой. Только сейчас ему пришло полное осознание всей ситуации. Они со Святославом дружили чуть ли не с самого детства. Свят всю жизнь был опорой и помощью для Кирилла, а тут вдруг его друг просто исчез, а когда снова вернулся, начал вести себя чересчур странно. И даже в такой ситуации Святослав не уходил, он продолжал стоять на месте и пытаться помочь разобраться во всём. Кирилл не знал, что именно так повлияло на него, то ли это был нездоровый вид Свята, то ли его испуганный взгляд, но парень на физическом уровне ощутил его боль. — Покажите себя, — воскликнул Кирилл, оборачиваясь на стражей. Те удивлённо уставились на парня. — Он человек, людям нельзя видеть стражей, — прошипел Энджи, отталкиваясь от холодного бетона, за секунду сокращая расстояние между ними, — забыл, что мы сделали с ним в прошлый раз? — Ему можно доверять. Он мой друг, чёрт, он мне как брат! Я могу ему довериться. — Он человек, это против правил, — продолжил гнуть свою линию Энджи. — Тогда я откажусь вам помогать. А с моей силой я вам нужен. То, что вы впервые привели меня к себе, уже было нарушением, но ничего же не произошло, так что плохого в том, чтобы один человек узнал о вас? — Под взглядом Энджи подкашивались колени, а в горле встал тугой ком, но Кирилл не собирался отступать. Только не сейчас, когда уже поздно было оправдываться. — А если он расскажет кому-то, представляешь, что тогда наступит? Слухи быстро дойдут до ведьмы, это очень сильно затормозит её поимку и поставит под угрозу сохранность нашего мира, — Кирилл снова посмотрел на друга, который до сих пор стоял на одном месте, непонимающе разглядывая лицо парня. — Если он предаст вас, я самолично разрешу тебе расправиться со мной, — Кирилл уверенно посмотрел в глаза Энджи. Страж удивлённо приоткрыл рот, неосознанно отступая от парня. Сердце самовольно ускорило темп. Страх забился в груди. — Хорошо, — неожиданно сказал Артемис, стражи шокировано обернулись на парня, — если он что-то и попытается выкинуть, мы сразу сотрём ему память. — Но Артемис, он… — попытался как-то возразить Энджи, но в горле пересохло. Язык отказывался шевелиться. Стража будто парализовало. — Никаких «но»! Я сказал вам показать себя, это не просьба, а приказ. Вы обязаны слушать меня, — с лица Артемиса пропала любая тень улыбки. Взгляд потемнел, что даже Энджи закрыл рот, опуская голову. Верронн и Астория лишь кивнули, не рискуя навлечь и на себя чужой гнев. — Ну и? — Развёл руками Кирилл. Вместо слов, Артемис махнул головой в сторону Святослава, заставляя и Кирилла посмотреть на друга. Казалось, он никогда не видел Свята настолько шокированным. Рот раскрылся, глаза больше напоминали блюдца, а взгляд был устремлённо лишь в одну точку, прямо на стражей. Грудь быстро вздымалась, а руки затряслись. Кожа потеряла цвет, превращаясь в белое полотно. Казалось, ещё секунда и он свалится в обморок. Только этого ещё не хватало. — Какого чёрта? — Святослав сделал пару шагов назад, готовясь убежать подальше от кошмара наяву. — Похоже, его душа покинет тело быстрее, чем я успею что-либо сделать, — усмехнулся Энджи, привлекая к себе всё внимание голубых глаз. Воздух окончательно покинул лёгкие Святослава, — посмотри, до чего ты довёл своего друга. Он бледен, как труп, ещё немного и точно коньки двинет. Ещё с трупами людей мы не возились. Святослав сглотнул, смотря на парня. Волнистые чёрные волосы Энджи мягко развивались на ветру, и этот образ мгновенно захватил всё внимание человека. Облегающие штаны подчёркивали стройные натренированные ноги, от них так и веяло лёгкостью и грацией. Тонкие пальцы уверенно покоились на ремне, а другая рука непринуждённо придерживала рукоять меча, скрытого в ножнах. Голубые глаза Энджи смотрели прямо, и Святослав почувствовал, как его собственное дыхание стало поверхностным и прерывистым. Человек не мог вымолвить и слова. Внутри возникло сильное, необъяснимое чувство. Его одновременно тянул и пугал чужой лик. Все существа. На вид, парень не был старше самого Святослава, хотя в глазах отражался огромный пережитый опыт. Да и сам незнакомец больше напоминал сказочного принца, сошедшего со страниц волшебных историй, чем обычного подростка. — Свят, я тебе всё объясню, — слова Кирилла пробились сквозь толщу воды, заставив человека вырваться из забвения, отрывая взгляд от незнакомца. — Уж постарайся, — заплетающимся языком, прошептал Свят, облизывая пересохшие губы. — Вот и займись этим, а у нас ещё есть дела, — кинул Артемис, призывно взмахнув рукой. Стражи послушно двинулись за ним. — Пошли, — произнёс Кирилл, утягивая Святослава, неспособного оторвать зачарованного взгляда от неизвестных существ.

***

— То есть… ты хочешь сказать, что во вселенной существует два мира, в одном из которых проживают волшебные существа из легенд и мифов, в том числе и эти… стражи. Дети фей, благословлённые неким Луноликим божеством, охраняющие мир от злых сил. А ты, оказывается, тоже являешься одним из них, и теперь ты вместе со стражами должен поймать ведьму, которая сбежала из столетнего заточения через ту яму в лесу, — Святослав не рисковал поднять взгляда, рассматривая плавающие в пузатой кружке частички не растворившегося кофе. Вокруг стоял успокаивающий гул. Посетители кафе мельтешили туда-сюда, то забирая заказы, то встречая друзей. Выходной выдался неожиданно многолюдным. Кирилл сам не знал, почему привёл Святослава именно сюда. Туда, где он когда-то встретился с друзьями, после того как стражи варварски забрали их память. Иронично. Кирилл не смог сдержать нервную усмешку, на мгновение мелькнувшую на его губах. — Да, — кивнул парень. В душе он ликовал. Наконец-то он смог рассказать об этом хоть кому-то. Словно груз упал с плеч, облегчая движения и мысли. — Ты чокнулся, — подвёл итоги Святослав, делая большой глоток кофе. — Что? Тогда как ты объяснишь резкое появление из ниоткуда тех существ? — Взмахнул рукой Кирилл. Звонкий голос привлёк к себе несколько пар глаз. Кирилл виновато поджал голову. — Ты бы поверил, если бы тебе твой лучший друг рассказывал такой бред? — Приподнимая одну бровь, спросил Свят. — Пришлось. Знаешь ли, я сам вообще только недавно раскрыл о себе такие интересные подробности моего происхождения. Думаешь, мне легко вживаться в новую роль? Как видишь, привык, так что и ты привыкай. Хотел знать правду? Получай. Прости, что она отличается от твоих изначальных догадок, я правда не хотел тебя разочаровывать, вместо диагноза рассказывая сюжет какой-то сказки, — Кирилл начинал злиться. Даже после увиденного его друг продолжал не верить в его слова. — Кир, послушай… Хорошо. То есть стражи могут становиться невидимыми для людского глаза? — Попытался перевести тему Свят, замечая надвигающийся ураган гнева. Как бы Святослав ни пытался найти объяснений, их не было. У него не могло быть поводов для сомнений, но предательский страх неизвестного заставлял человека упрямиться и отрицать очевидное. — Не только. У стражей есть общие силы, а есть силы определённых родов. В общие силы входит полёт… — Полёт? — Нахмурился Святослав. — Помнишь мои шрамы на лопатках? — Получив утвердительный кивок, Кирилл продолжил, — оказывается, это места, откуда у стражей растут крылья. Они просто гигантские! Знаешь, как странно чувствовать за своей спиной огромные пернатые отростки, — восторженно тараторил парень, выплёскивая все чувства, которые до этого скрывал в своей голове, параллельно словам активно размахивая руками. — А что за силы родов? — Святослав не представлял. Совершенно. Поэтому и пытался вырвать Кирилла из приступа восторга, чтобы друга не приняли за психа ещё и другие посетители. — Каждый страж относится к определённому роду, и от этого зависит его сила. Например, тот главный у них — Артемис, он из рода Даркнес, он может видеть в темноте. Или та девушка, Астория, она Хантер, она рождена быть охотником, ну это с их слов. — Ты тоже относишься к какому-то роду? — Они говорят, что я являюсь Предицион, это что-то типа предсказателей. — Удивительно, что ты не пользовался этим раньше. Представь, сколько бы мы контрольных не завалили, — усмехнувшись, Святослав откинулся на спинку диванчика, о чём-то задумываясь, — а тот парень, ещё один из них, что он из себя представляет? — Какой из? — Кирилл растянул губы в улыбке. Его радовало, что друг начинал неспешно проникаться историей друга и даже стал проявлять некий интерес. — Тот, который самый недовольный из всех. — А, Энджи. Он вообще какой-то странный. Они все там, конечно, не сильно весёлые, но он особенный. Мне, кажется, его может заставить улыбнуться только чужая боль. Да я даже видел доказательства этому. Агрессивный псих. — Псих… — Свят задумчиво отвёл взгляд в сторону, но, что-то поняв, быстро вернул его обратно на друга, — ты сказал про их мир. Как ты туда попадаешь? — Святослав неосознанно склонился над столом, желая лучше услышать каждое слово друга. — Верронн, последний из их четвёрки, из рода Постаменто, он может открывать порталы сквозь миры. — Повсюду? — Удивился Святослав. — Вообще да, но чаще всего они предпочитают появляться в лесу, там, где находится яма, из которой сбежала ведьма. У них там некий пункт отправки, не знаю. — Расскажешь ещё кому-то из наших? — Не думаю, им пока рано знать. Тебе я доверяю больше всех, поэтому и решил рассказать первому. Обещаешь никому? — Кирилл облокотился о стол, выпячивая мизинец. — Обещаю, — широко улыбнулся Святослав, цепляясь своим мизинцем об чужой, — а твои предки в курсе? — Отпивая ещё немного кофе, спросил парень, расцепляя импровизированную клятву, придуманную ещё в младших классах. — Я не хочу им рассказывать. После того, как я узнал, что являюсь сыном феи, у меня появилось ещё больше вопросов. Какого чёрта я забыл в этом мире среди них? Ну, это например. Сначала я всё выясню, а после уже буду разбираться с ними. — Может, ты каким-то образом попал в детдом, а они просто усыновили тебя и сами не знают про твоё рождение ничего? — Не знаю, поэтому лучше пока молчать. Сейчас на первом месте у стражей, и у меня в том числе, поймать ведьму, а после уже буду разбираться с остальными проблемами. — Слушай, как я понимаю, ты не хочешь впутывать их в это дело. Мой отец же работает в полиции, может, я как-нибудь попытаюсь выведать информацию о пропавших девушках. Возможно, это как-то поможет вам, — Кирилл благодарно посмотрел в глаза друга. Нет, он никогда не сомневался в своём выборе. Они были вместе почти с самого детства. Его дядя был коллегой отца Святослава, пока его не перевели в другой район. Мужчины перестали поддерживать связь, а их сыновья, наоборот, стали только ближе. Они даже пошли в одну школу, в один класс, несмотря на достаточное расстояние от дома Кирилла. Ближе к средней школе их круг немного увеличился. В их компанию присоединились новые люди в лице новенького Вячеслава и двух подруг-одноклассниц Катерины и Алёны. Но, несмотря на уже долгую дружбу со всеми ними, Святославу парень доверял больше всех. Даже сейчас он не побоялся поставить на кон свою жизнь, потому что был уверен в друге.