Escape

Йоэль доверил рассказ о своих чувствах Сэми. — Знаешь, что я понял? Он начал свой пьяный монолог. — Я слабак. Я ужасно слабый человек. Я кучу лет строил из себя не понятно кого. Боролся за власть, творил ужасные вещи в поисках денег, издевался над людьми в собственных интересах. Хокка тяжело вздохнул. — А на самом деле я просто хотел обыкновенного счастья. Хотел быть нужным кому-то, хотел, чтобы мной восхищались, чтобы меня любили и ценили. Создавал самому себе эту иллюзию крутости, а нуждался лишь в одном. Слёзы стояли в его глазах, лишая возможности видеть переживающее лицо друга. — В любви. Просто так. Ни за что. В счастье. В наслаждении от присутствия дорогого человека рядом. В руках Йоэля была бутылка коньяка, содержимое которой уже заканчивалось, но на полу стояла ещё одна. — Сэми, меня же никто никогда не любил. Потому что меня не за что любить. Кому я нужен? Сломанный, никчёмный, да ещё и преступник. Он допил коньяк и открыл вторую бутылку. — Я, глупый идиот, по молодости затеял всю эту историю в поисках денег и власти, думая, что это сделает меня счастливым, а потом понял, что всё это — чушь, но остановиться не смог. Да и опасно было. Как только я оказался здесь, я осознал, насколько я ущербный человек. Во мне ничего не осталось. Только гниль, злость, обида на свою собственную жизнь, раны от всего, что я пережил, и нескончаемая боль. — Ты не один, — Сэми внимательно слушал его, держа за руку и поглаживая тонкие холодные пальцы. — Я хочу простого человеческого счастья. Хокка продолжил. — Чтобы меня любил человек, которого люблю я. Чтобы я был кому-то нужен и важен. Чтобы меня ждали с работы. Чтобы у меня был человек, которому я мог бы доверить то разлагающееся нечто, которое когда-то было сердцем. — Не подумай, что я говорю это для того, чтобы тебя успокоить, — сказал Элбанна, — Но мне действительно кажется, что Алекси всё ещё любит тебя. Он просто не хочет влезать в твою новую жизнь, потому что не знает о том, что он тебе нужен. — Алекси не заслужил такое дерьмо, как я. Я не хочу портить его и его жизнь. Ему нужен человек, достойный его, — сдерживая слёзы, ответил Йоэль, — Я слишком ужасен для него. Он должен быть самым счастливым с человеком, которому он нужен, и который нужен ему. Который сможет дать ему всё. — Но если ему нужен ты? Зачем ему другие? — Да не нужен я ему, — сказал Хокка, — Кому такой мудак нужен? Я столько дерьма ему сделал. А он после всего этого даже ментам меня не сдал. Он — самое светлое и доброе создание на планете. А я — последняя тварь, которая и мизинца его не стоит! — Ты слишком самокритичен, — сделал вывод Сэми, — Ты же сам говорил, что мы должны забыть или хотя бы просто отпустить всё, что было, и жить обычной жизнью. — Я не смог. Сделайте это хотя бы вы и не портите себе будущее, — Йоэль снова до краёв наполнил рюмку крепким коньяком, — А я уж догнию, разложусь и больше никому не доставлю проблем. — Хокка, прекрати, а! — возмутился Элбанна, — Где тот человек, которого я знал? Целеустремлённый, стойкий, выносливый, умный, расчётливый, смелый и решительный! — он встряхнул друга за плечи, — Где тот Йоэль Хокка? Ну что, блять, Америка с людьми делает! — Сэм, ты не понял, — тот залпом осушил рюмку, — Тот, кого ты описал, это Босс. А Йоэль Хокка всегда был слабым, чувствительным, сентиментальным, неуверенным в себе, нервным и зашуганным мальчишкой, которого не любили и которому не уделяли внимания. В нём нет никаких положительных качеств, и он для всех — просто нытик и посмешище. — А ты не подумал о том, что у Босса были хорошие качества, которые можно и перенять? Оставить себе и начать новую жизнь, а не возвращаться к тому, что было до криминала? — Возьму от Босса что-то одно — вернётся всё остальное, и я снова стану аморальным дерьмом, которое готово идти по головам ради денег. — Пойду-ка я напишу Алекси и попрошу номер телефона его психолога, — Элбанна закатил глаза и оставил друга одного, выходя в коридор. Взяв телефон, он действительно написал Алекси, но не по тому поводу, о котором сказал Йоэлю.

***

— Привет.

Увидев, от кого ему пришло сообщение посреди урока, Алекси не то, чтобы удивился. Он слегка подпрыгнул на стуле и, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, ущипнул себя, думая, что случайно уснул. Поняв, что это всё-таки не сон, он попросился у учителя выйти в туалет и ответил.

— Привет. Не ожидал увидеть сообщение от тебя. Что-то случилось?

— Ой, прости, я совсем забыл про часовые пояса. Ты занят?

— У меня урок сейчас. Но для вас я всегда свободен.

— Ответь мне просто да или нет. И желательно как можно быстрее.

— Что такое?

Алекси не понимал, что происходит. Сэми без предупреждения написал ему спустя полгода после их последней переписки. Причём он пишет ему не в мессенджере, а обычными смс, значит их нужно будет удалить. Ему не совсем понятно, к чему тот ведёт, и это не может не настораживать.

— Твои чувства к Боссу были Стокгольмским синдромом?

Каунисвеси распахнул глаза и заблокировал телефон. Этот вопрос — последнее, что он ожидал увидеть в сообщении от Сэми. В голове била тревога о том, что нужно ответить как можно быстрее, но парень даже пошевелиться не может, не то, что печатать. Воспоминания о базе дали о себе знать — нельзя игнорировать людей, у которых однозначно есть над тобой власть. Он нашёл в себе силы ответить.

— Нет.

— Спасибо, что ответил. Иди учись дальше. Удачи!

— Спасибо.

— И не забудь это всё удалить.

Алекси очистил переписку и вернулся в класс, но способности к учёбе и желание думать моментально испарились. Зачем Сэми был нужен такой срочный ответ на этот вопрос?

***

— Вот, смотри, — Элбанна вернулся к Йоэлю, который уже нашёл под столом бутылку водки и пытался её открыть, — Эй, блять, отдай! Пей свой Хеннесси дальше. — Я хочу нажраться и забыть о том, что я тебе тут ною уже часа три, — еле внятно пробормотал Хокка, — Куда смотреть? — Сюда, — Сэми протянул ему телефон, где была открыта переписка с Алекси. — Элбанна, ты совсем что-ли дурак? — Йоэль выхватил его телефон и удалил все сообщения, успев их прочитать, — Зачем ты ему пишешь? В тюрьму захотел? Так себе место, не советую. — Он всё удалит, умный мальчик, уже знает все правила, — ответил младший, — Я ему написал, потому что ты, идиот, не можешь это сделать. — Может быть его чувства и не синдром, — ответил Хокка, — Но он не сказал о том, что любит меня до сих пор. — Ой, дурак, бляя, — протянул Элбанна, хлопая себя по лбу, — Это твой шанс. Он скоро закончит школу. Признайся ему во всём, забери у назойливых родителей, устрой ему шикарную жизнь на берегу океана и наслаждайся им до самой смерти! Почему же ты так тупишь, Хокка? — Я уверен, что я ему не нужен. Даже если и нужен, он достоин лучшего, а не меня, — повторил Йоэль, — Я ни за что не найду в себе силы ему признаться. Он должен встретить и полюбить самого лучшего человека, такого же, как и он. А я не должен ему мешать. Сэми ненадолго замолчал, после чего подхватил друга под руки и потащил в сторону спальни. — Иди-ка ты спать, Йори, — недовольно сказал он, — Утром на трезвую голову поговорим.

***

Разговоры с Сэми и с остальными парнями ни к чему не привели. Йоэль не смог решиться написать Алекси и признаться ему в чувствах. В пятницу вечером, уже по традиции, после работы он поехал в бар. С ним изъявил желание поехать Йоонас, чтобы присмотреть за другом. Остальные поддержали эту инициативу, понимая, что в таком состоянии Хокка без присмотра лучше не оставлять. Порко заказал себе лишь бокал пива и пару коктейлей, в то время как Йоэль пустился во все тяжкие и снова напился до неадекватного состояния. Всю неделю он был примерным сотрудником и надёжным начальником — пришло время отпустить душу на волю. — Иди, трахни кого-нибудь и представь его, — посоветовал Йоонас, зная, что сказал полный бред. — У меня на пьяную голову встаёт через раз, — невнятно ответил Хокка, — Да и после того, что было с ним… — он сделал паузу на шот, … никто не впечатляет. « — Как тебя мог впечатлить в постели связанный девственник?» — пронеслось в голове Порко. Нередко мысли и идеи Босса казались ему абсурдными, но именно они, как правило, и оказывались самыми лучшими. Поэтому он решил не допрашивать друга и оставить его в покое. Ему пришло сообщение.

Томми: — Ты его один до дома дотащишь?

Йоонас: — До машины точно дотащу, домой привезу, а там его Сэми ждёт.

Томми: — Мы на мелкого свалили всю ответственность за эту тушу?

Йоонас: — Зато он его лучше всех понимает.

Томми: — Но он с таким лосем, ещё и пьяным, не справится.

Йоонас: — Я в него верю.

Порко привёз Йоэля домой с рассветом. Сэми не спал и ждал их, отвлекшись на новый сериал от Netflix. Самостоятельно Хокка на ногах стоять не мог. Йоонас с трудом довёл его до квартиры. — Ого! — распахнул глаза Элбанна, открывая дверь и оценивая состояние друга, — Неплохо. — Помоги мне его до кровати допереть, — попросил Порко. Они вдвоём взяли Йоэля с разных сторон и уложили в постель. Тот моментально уснул, только лишь коснувшись головой подушки.

***

— Мда, Босс, — цокнул Сэми, протягивая Йоонасу бокал белого вина. Они оба остались в квартире Хокка, пока тот не проснётся, — Что же с тобой стало… — Если бы я знал, что за этим железным громилой скрывается такой разбитый и несчастный человек, я бы давно прикрыл весь криминал и отвёл его к психологу, — ответил Порко. — Он же ни разу даже не упоминал ничего подобного, — удивлялся Элбанна, — Я знал только то, что у него родителей нет. Но всё остальное… ужас. — Представляю, сколько дерьма он пережил, — Йоонас медленно потягивал вино из бокала, — Жалко мне его. Несмотря на то, что ему в случае чего реально грозит пожизненное, я бы хотел, чтобы он был счастлив. — А я почему-то уверен в том, что Алекси всё ещё его любит, — заявил Сэми. — Видишь, он типа не хочет его портить, — закатил глаза старший. — По-моему, мы и так ему уже конкретно поднасрали в жизни, — они усмехнулись, наливая ещё по бокалу. — Если мы поговорим об этом с Алекси вместо него, он нам вломит, — рассуждал Йоонас. — И смотреть на то, как он мучается, тоже не хочется, — вздохнул Элбанна. — И что нам делать? На кухне повисла тишина. На часах пять утра. Они вдвоём пытались придумать хоть что-то, ведь именно Йоэль всегда и был главным генератором идей, и именно он вытаскивал задницы парней из любой ситуации. Хотелось ему помочь, но никто из них не знал, как. — Может, у Лалли спросим? — предложил Порко. — Они с Мирко не хотят в это лезть. — Ну если Йоэлю плохо! Снова молчание. — Давай попробуем, — согласился Сэми и выступил инициатором поговорить с Томми и Мирко днём. — Как думаешь, до чего он себя доведёт? — спросил Йоонас. — Как минимум, до алкоголизма, — фыркнул Элбанна. Их разговор прервали хрипы из спальни и шумные попытки дойти в ванную. — Что он там творит-то, господи? — Сэми закрыл бутылку вина пробкой. — Тащи тазик, ё маё!