Простое созвучие

- Следующие две недели буду пахать, как папа Карло, - сказал Луговой, сидя в самолёте и просматривая электронный ежедневник. С помощью Кондратьева Никита обменял свой билет на самолет с завтрашнего утреннего рейса на сегодняшний вечерний, чтобы лететь вместе с Богданом. И сейчас пытался абстрагироваться от боязни летать. - Работы много? Богдан кивнул: - Золотарёв в отпуск уходит. Это мой компаньон, – пояснил он на вопросительный взгляд Никиты. – Мы с ним вместе нашу адвокатскую контору организовали. - Понятно. - А в конце сентября я еду в отпуск во Францию. Там будет проходить фестиваль по сёрфингу. - Это должно быть… - Ник пытался подобрать нужное слово. - Круто, - договорил за него Луговой. – Это офигенно круто. Никита хотел спросить один ли он едет, но в последний момент передумал. - Там в это время года волны вырастают до двух-трех метров, - рассказывал Богдан. - Собираются сильнейшие сёрферы мира. - Так это соревнования? – спросил Ник. - И соревнования тоже, - кивнул Луговой. - Я, скажем так, собираюсь соединить приятное с полезным. - Хорошее решение. А где именно во Франции это будет происходить? - Местечко называется Осгор. - Никогда не слышал о таком. - Неудивительно, - Богдан искоса взглянул на Шатохина. - Там население всего три с половиной тысячи человек. Маленький городок на юго-западе Франции на побережье Бискайского залива, который является частью Атлантического океана. Осгор прозвали столицей французского серфинга из-за того, что там девять человек из десяти ходят с доской подмышкой. Кстати, ты мог слышать о Бискайском заливе. В семидесятом году там затонула советская атомная подлодка. – Добавил Луговой. - К сожалению, я не очень хорошо знаю историю, как, впрочем, и географию, - произнёс Никита. - Ну и ладно, - отозвался Богдан. - Без этих знаний вполне себе можно прожить. – А после спросил: - А у тебя какие планы на осень? - Мне работу над альбомом надо заканчивать. - Пригласишь на презентацию? - Тебе не понравится. - Мне нравится твой голос. А ещё нравится смотреть на тебя, - проговорил Богдан и вдруг помрачнел. - Что? - Да так, неважно, - отмахнулся Луговой. Но через минуту спросил: - Надеюсь, шоу-балета на презентации не будет? Никита нахмурился: - А что не так с шоу-балетом? - Всё так, - поспешил ответить Богдан. – Просто парень один мне там не понравился. – В голосе его прозвучали подозрительные нотки. - Это какой? – уточнил Шатохин. Луговой поёрзал в кресле. Выглядеть ревнивым идиотом ему совсем не хотелось. - Нагловатый такой тип. Возле тебя всё крутился, – всё же ответил он. Ник удивленно посмотрел на Богдана. И, выдержав короткую паузу, наклонился к его плечу: - Ты ревнуешь или мне кажется? – Никита с любопытством склонил голову на бок. Луговой вздёрнул подбородок. - Тебе кажется, - фыркнул он. - Ну, как скажешь, - с усмешкой кивнул Шатохин. – Кстати, ты не забыл о нашем вчерашнем разговоре? У Богдана дёрнулся кадык. Снова поёрзав, он коротко ответил: - Нет. Никита взглянул ему в глаза. Они были грустные. Вероятно, он поставил его перед дилеммой, решать которую тому не особо-то и хотелось. Он кивнул, небрежно улыбаясь: - Хорошо, - и уставился в окно иллюминатора. Снаружи царила ночь. Богдан глубоко вздохнул. Закрыл глаза и запрокинул голову. На него накатила волна печали. Он мог без труда расстаться с Парфёновым, но его пугали те чувства, которые он испытывал к Никите. Они не входили в его планы. А самое ужасное – он уже начал скучать по нему. По его губам, телу и запаху кожи, нагретой солнцем. И когда он только успел проникнуть внутрь него и там обустроиться? И как теперь быть ему, Богдану, когда столько лет после смерти Нейтана он избегал серьезных отношений? А главное, сейчас он не может, и не чувствует особого желания сопротивляться этим отношениям. - Слушай, - вдруг спохватился Луговой и, резко выпрямившись, принялся копаться в своём мобильнике. Ник обернулся на него в ожидании. Ему нравилось наблюдать за ним. За тем, как меняется выражение его лица, как он запускает пальцы в волосы, как прикусывает уголок губы. - У тебя день рождения шестого числа, - полувопросительно-полу-утвердительно произнёс тот. - А… эм… ну да, - кивнул Шатохин. – Но я его никогда не отмечаю. – Тут же добавил он. - Почему? Никита пожал плечами: - Просто не люблю. - А если я приглашу тебя в ресторан в этот день? - У тебя же много работы, - напомнил ему Шатохин, прищурив один глаз. - Много, - согласился Богдан. – Но всё-таки не двадцать четыре на семь. Ник задумался. - Не знаю, правда, - с сомнением проговорил он. – В это время в Москве будет Мишка… - Шатохин сложил руки на груди. - А Мишка это?.. – Взгляды парней встретились. - Мой музыкант, - ответил Ник. - Мы вместе пишем альбом. - Хорошо. Поужинаем втроем. – Не сдавался Богдан. – Познакомишь меня со своим другом. На лице Шатохина отразилось замешательство. - Я подумаю. Ладно? - Подумай, - кивнул Луговой. Долгое время они сидели молча. Богдан накрыл руку Шатохина своей ладонью. Тот, наслаждаясь тёплым прикосновением, задремал. А Богдан вдруг со всей очевидностью осознал, что в его отношения с Никитой вторглись чувства. Чувства, которые он сто лет ни к кому не испытывал. Ник пробудил его от долгого сна. Вывел из анабиоза. *** Саня не спрашивал зачем Богдан летал в Сочи. У них вообще не было привычки задавать друг другу подобные вопросы. Луговой позвонил ему, чтобы передать приглашение Сони. - Да, она в общем чате написала, - ответил Парфёнов. – Как насчет того, чтобы потом продолжить вечер у тебя или у меня? – предложил он, и тут же добавил: - Правда, в субботу я работаю в первой половине дня, так что секс-марафон придётся отложить. - Отложим, - согласился Богдан. Он собирался сказать Сашке, что хочет прекратить с ним интимные отношения. Вообще-то в его жизни никогда не было подобных разговоров, и он не знал, как их вести. По-деловому, сухим языком юриста? Или как-то иначе? И когда это лучше сделать? До секса или после? - Сонь, а картину-то, благодаря которой мы все сегодня здесь собрались, ты нам покажешь? – спросил Федя, сидевший напротив Богдана в кафе «312» и листавший меню. Богдан вскинул глаза на девушку. - Кстати, да, - поддержал приятеля Саня. – Мне тоже интересно. Впрочем, ответить Соне не дал подошедший официант, дабы принять заказ. Все тут же загомонили, заспорили, но в итоге решили заказать мясное ассорти на гриле, запеченные овощи, а также большое блюдо греческого салата. С напитками определялись гораздо дольше. Коктейли, вино, шампанское, пиво, у каждого были свои предпочтения. Но в конце концов и с этой задачей справились. - Итак, - обернулся к Соне Федя. – На чем мы остановились? - Федечка, почему тебе так хочется увидеть обнаженного Богдана? – спросила Алиса, откладывая меню на край стола. - Если все помнят, то на месте Бо должен был быть я, - ответил Федор, поставив локти на стол. Соня медленно покачала головой. - Извини, но ты сам не смог. - А кто-то заболел не вовремя. - Да какая разница, - влез в шутливую перепалку Марк. – Нам всем просто интересно увидеть твой шедевр, Софико. - А картина продана, - гордо сообщила Соня. Среди ребят тут же прошла волна оживленных и одобрительных шепотков. - И кто купил мою задницу? – поинтересовался Богдан. - Одна очень импозантная дама, - весело ответила Соня. – Она сказала, что ты – идеал мужской красоты для неё. Луговой закатил глаза. Тимофей расхохотался. - И почему ты не гетеро, Бо? – досадливо произнёс он. - Мог бы замутить с импозантной дамой. - Это вряд ли. Ей, примерно, за шестьдесят, - рассмеялась Соня. – Но приехала она на новеньком «Мини Купере». - Эх, - деланно вздохнул Дима. – Была бы она лет на пятнадцать помоложе. - Боже, - с улыбкой протянула Алиса. – Нельзя же быть таким меркантильным. - Лиса, солнце мое, если бы я был меркантильным, то меня бы и «за шестьдесят» не остановило, - с лукавой ухмылкой пояснил Дима. За столом раздался смех. Вскоре официант принес заказ, и все с аппетитом принялись за еду, но перед этим Марк поднял тост за Соню и пожелал ей дальнейшего успеха в творческой деятельности. - Кстати, я вам могу показать фото картины, - сказал Соня, когда первый голод был утолен, и все снова потянулись к бокалам. Девушка достала телефон, нашла нужную папку, и через десять секунд пустила мобильник по кругу. - Ого, - раздались одобрительные возгласы. По лицу Сони расползлась сияющая улыбка. - А это круто! - Сонька, ты, конечно, талантище! - Здесь немалая заслуга Богдана, - ответила Соня, встретившись глазами с Луговым. К его щекам прилила кровь. Он улыбался, отшучивался, но чувствовал себя неловко, вспоминая тот день. - Да Боня вообще огонь! – Марк поднял свой бокал и чокнулся с бокалом Богдана. – Фантастика! Был бы я геем, то непременно замутил бы с тобой. Луговой гордо вздернул подбородок. - Но-но, полегче. – Сашка метнул в сторону Менухина предостерегающий взгляд. - Саня ревнует, - удивленно присвистнул Игорь. – Это что-то новенькое. Парфёнов фыркнул: - Не понимаю о чём ты. Богдан ухмыльнулся, глядя на Марка: - Был бы ты геем, то мы бы позвали тебя на тройничок. Алиса в изумлении уставилась на Сашку, а затем медленно перевела взгляд на Богдана. - Вы сейчас серьёзно? – спросила она. – Вы реально практикуете секс втроём? – Алиса переглянулась с мужем, но тот лишь пожал плечами. - Да, бывает, - просто ответил Саня. – Изредка. - Высокие, высокие отношения, - с улыбкой процитировал Федя фразу из одного советского фильма. - Нормальные. Для духовных людей. – Продолжил цитату Парфёнов. За столом грянул дружный хохот. Вечер проходил и весело, и продуктивно. Богдан, Марк, Федя и Соня обсудили предстоящую поездку во Францию. Зорины в этот раз ехать отказались, сославшись на важные дела. Соня многозначительно посмотрела на Алису, но та глазами показала ей, что, мол, потом. Тимофей не мог поехать из-за работы. А Дима из-за обострившейся старой травмы спины. - Я жду-не дождусь этой поездки, - сказал Марк. – Всё лето пахал, как папа Карло. Мне отпуск уже по ночам снится. - Хорошо Богдану, работает сам на себя, - заметил Федя. - Я тоже всегда завидовал людям, у которых нет начальников-самодуров, - вздохнул Тимофей. - Ибо в таком случае начальник-самодур ты сам, - ухмыльнулся Саня. - Тоже верно, - кивнул Тим. - Интересно, Бонь, за твоей спиной тебя подчиненные обсуждают? – спросил Марк, взяв бокал и откинувшись на спинку диванчика. - Наверняка, - кивнул Луговой. – Хотя я как-то не задумывался об этом. - Такие вещи происходят в каждом коллективе, - заметил Парфёнов. – У нас в клинике, например, медсёстры постоянно врачей обсуждают. Причем, особо не стесняясь. - Классика жанра, - сказал Федя и обернулся к Соне: - Софико, а за тобой должок, кстати. Девушка вопросительно выгнула бровь. - Рисовать-то ты должна была меня, а не Богдана. И я уже давно готов попозировать. - О, Федька тоже хочет, чтобы его задницу купила какая-нибудь импозантная мадам и повесила её у себя в спальне, – не удержался от комментария Игорь. - А что, моя задница ничем не хуже Лугового. Саня открыл было рот, чтобы что-то сказать, но покосившись на Алису, передумал. - Ну, хорошо, - со смешком кивнула Соня. – Если ты так хочешь… - Хочу. - Приезжай ко мне в воскресенье. Поработаем. - Заметано. *** Приехав после ресторана к Луговому, Саня смешал себе коктейль из джина и тоника, а Богдан отправился в душ. Ему надо было собраться с мыслями. Однако сделать это не получилось, так как спустя пять минут в ванную заявился совершенно обнаженный Парфёнов и, шагнув к нему под воду, прижался сзади всем телом. Богдан задницей ощутил возбуждение любовника, которое моментально передалось и ему. Тело приятно заныло в предвкушении удовольствия. Выдавив на ладони гель, Сашка стал массирующими движениями растирать его по коже Богдана. Луговой прикрыл глаза, чувствуя, как умелые руки скользят по животу, прикасаются к напряженному члену. Он простонал под умелыми движениями. Горячее дыхание Парфёнова опалило его кожу. - Не останавливайся, - прошептал Богдан. И Сашка, ничего не говоря, прижал его к стенке, а сам опустился вниз. Луговой откинул голову назад… - Слушай… - Богдан закусил уголок губы и посмотрел на Сашку. Время перевалило далеко за полночь. Они сидели на кухне. Богдан пил чай, а Саня медленно цедил коктейль. - Ты хотел поговорить со мной, - невозмутимо кивнул Парфёнов. – Я помню. Так о чём речь? - О нас. - О нас? – удивился Саня, подняв брови. – А у нас что-то не так? - Ну, типа того. - Так, - протянул Сашка. – Давай только гетеросексуальным семьям не будем уподобляться. Говори, что тебя не устраивает. - Я не могу больше с тобой встречаться, - ответил Луговой. - Хотелось бы узнать причину, - спокойно произнёс Сашка. Богдан юлить не стал. - Я встретил другого парня, но он не разделяет моих взглядов на свободные отношения. Саня фыркнул: - Ну и нафиг тебе тогда такой парень? Луговой ничего не ответил. Парфёнов пристально уставился на любовника. Бывшего, по всей видимости. - Бля… Да ты влюбился?! – воскликнул он. Богдан поджал губы. Саня прищурился. - И кто же смог растопить твоё холодное, как айсберг, сердце? – На его лице загорелось любопытство. - Какая разница? Ты всё равно его не знаешь, – невозмутимо ответил Луговой. - Ладно. – С губ Сани сорвался невеселый смешок. - Не имею привычки никого удерживать. Когда надоест моногамия – звони. Парфёнов стал не спеша собираться. Богдан сглотнул. Медленно расслабил ладони.