Бродяга из Руконгая

Мы незамедлительно вступили в бой. Острые, змееподобные хлысты рванули вперёд, но были яростно отбиты пурпурными лапами. Золотые копии начали покрываться красной паутиной, однако и на конечностях гигантского паука появились раны, истекающие реацу впустую. Один — один. Впрочем, это была лишь пробная атака. Пока я проверял пределы его способности к заражению. По предварительным выводам, в Банкае Хиганбана делал упор на личную силу. Заражение оказалось всего лишь способом накопления ресурсов ещё на стадии Шикая. Очередная активация Поглощения вновь переварила внедрённую в меня рейрёку. Впрочем, подпитываться ею я пока не спешил. — Ироони. Пурпурный! Активировав технику меча Шунсуя, я мгновенно подорвал очищенные от паутины клинки Вспышкой. Не желая зря расходовать духовную силу, в ту же секунду отменил доменную способность Катен Кьёкоцу.

Хиганбана взревел.

Повреждения на его лапах выглядели не слишком серьёзными, но боль он испытывал вполне настоящую. В атаку отправилась следующая партия хлыстов, оставляющих неприятные дебаффы. Из наростов вдоль суставов выстрелили уже знакомые мне лезвия-лепестки. На этот раз их было в разы больше, чем в предыдущей форме. Послав волну клинков им навстречу, я насчитал сорок восемь штук. Значит, вот в чём было дело. Заражение происходит сравнительно медленно потому, что он сделал ставку на количество «укусов». Однако, он действительно довольно сообразительный. Хиганбана практически моментально нашёл к ней тот же контрприём, что и я. Больше не подпуская Шикьёкуду к себе, он сбивал её разогнанными лезвиями и заражал. После чего быстро отзывал их и создавал новые, сбрасывая метки брешей реацу. Войдя в состояние Медитации и Отрешённости, я полностью сосредоточился на перерабатывании чужеродной духовной энергии. Если поблизости не было удачной цели для подрыва, очищенные клинки просто рассеивались, возвращая мне затраченные силы. Благодаря специфике наших сил этот бой был одинаково неудобен для нас обоих. Я никогда ещё не занимался настолько подробным микро-менеджментом собственных атак. Да и у него нельзя было сказать, что имелся большой опыт сражения с трудно поддающимися «скверне» противниками. Это напоминало смертельную ритм-игру. Я должен был вовремя реагировать на каждый удар, иначе заражение постепенно взяло бы верх. Подобная концентрация требовала немалых ментальных усилий, но навыки далеко не низких рангов пока позволяли удерживать ситуацию под контролем. Впрочем, это не означало, что я собирался бесконечно подставляться под атаки. Заменив большую часть хлыстов копиями собственных ладоней и глаз, я начал использовать низкоуровневые хадо, сбивая лепестки ещё на подлёте. Тем временем занпакто Чикане вновь устремились в атаку, на этот раз нацелившись прямо в маску. Я заходил с разных сторон, однако противник оказался довольно проворным и уверенно держал оборону, кружась по натянутой паутине. Раз за разом он жертвовал новыми трещинами в лапах, всеми силами не позволяя мне приблизиться к своей очевидной слабости. Подрывая конечности Хиганбаны одним взрывом под усилением Ироони за другим, я едва не пропустил его смену тактики. Дёрнув брюхом, паук выплюнул целый залп алой паутины, вынуждая меня петлять в шунпо. Похоже, он пытался подготовить для себя территорию, постепенно перекрашивая поле боя под собственные нужды. Разгадав его замысел, я создал несколько нагинат Ширафуде и воткнул их по всей импровизированной арене. Копии занпакто капитана Катори источали чёрно-синие чернила, стремительно растекавшиеся по земле. Закончив работу, они бесследно растворялись, избегая заражения. Не думай, что ты один умеешь перекрашивать поле боя. Что я вынес из наших стычек, так это необходимость материального носителя для его «скверны». Что угодно подходило, будь то тела шинигами, живых людей, занпакто или сама почва под ногами. Но Хиганбана не мог заражать паутиной кидо или лужи чернил. Они были всего лишь сконцентрированной духовной энергией, не имеющей постоянной основы. Взмахнув нагинатой, я выпустил в него целую стаю нарисованных журавлей. Как и хлысты, они разбивались о паучьи лапы, однако полностью защититься от взрывов «краски» он не мог. Его некогда белая маска теперь стала голубой, покрывшись чёрными разводами. Наши позиции давно определились. Я полностью контролировал землю, тогда как он доминировал в воздухе, стремительно перемещаясь по огромному куполу паутины, накрывшему всю арену. Хиганбана вновь закричал. И только теперь я наконец увидел, зачем он это делает. Снаружи на купол паутины начали массово налипать пустые, привлечённые со всех окрестностей. Они быстро иссыхали, подпитывая его своей силой, точно так же, как до этого подпитывали трупы шинигами. После этого зрелища я больше не мог позволить себе осторожничать. У него появилось явное преимущество в битве на истощение, которую я вряд ли вывезу. Голубые журавли, единственные неподверженные заражению летающие юниты, продолжали клевать и разрушать его лапы. Многие из конечностей паука уже едва держались, потеряв всякую подвижность. Хиганбана пытался смывать краску духовным давлением, буквально сдирая её с собственной маски, но чернила всё продолжали поступать в безумных количествах. Понимая, что времени остаётся всё меньше, я создал вокруг него десятки дополнительных копий рук. Они раскрывали ладони, готовясь применить заклинания, пока другие вели равную войну против лезвий-лепестков. — Бакудо №63: Саджо Сабаку, — произнёс я номер и название заклинания. Из воздуха вырвалось множество толстых золотых цепей. Они устремились к Хиганбане сразу с нескольких направлений, обвивая повреждённые лапы и туловище. Паук яростно задёргался, натягивая паутину и пытаясь разорвать оковы грубой силой, но не нужно было удерживать его дольше нескольких мгновений. — Меч Высшей Воли, — пробормотал я, концентрируя над ареной огромное количество золотого песка. — Пронзание. Это была единственная подходящая техника Генджи из выученных, которую я мог применить таким образом. Связанному под куполом паутины противнику попросту было некуда бежать. — Ироони, — вновь обратился я к технике Катен Кьёкоцу. — Голубой. Погрузившись в лужу чернил, я вышел за пределы очерченной трупами арены. Было весьма разумно заранее отправить несколько нагинат куда подальше от поля боя, подготовив себе пути к отступлению. Почти одновременно с моим исчезновением огромный цзянь обрушился на мечущегося по паутине врага, безжалостно её прорывая. Пригвоздив паука к земле и вдавив в озеро краски, меч детонировал. Затем вымершую деревню потряс взрыв невиданной силы. С корнем вырывало деревья. Небольшие дома разлетались в стороны, словно игрушечные. Даже воздух на мгновение показался раскалённым. Когда ударная волна схлынула, я вновь нырнул в чернильный портал и появился перед Хиганбаной. Выглядел он откровенно жалко. Больше половины красных бусин-глаз лопнули, словно ягоды смородины. Вместо лап беспомощно подёргивались несколько искалеченных отростков. Огромная маска треснула пополам, но всё ещё держалась. И даже более того, Алый Занпакто вновь начал метаморфозу. Разорванная в клочья паутина стягивалась к нему со всех сторон, заковывая его в кокон. Остатки лап и повреждённая голова втягивались под маску, образуя единый потемневший фиолетовый шар плоти. Очередная фаза? Или же это его финальная техника? Плевать, времени на размышления не осталось. Я потратил слишком много духовной силы, чтобы позволить этому бою начаться заново. — Сочащееся знамя мути. Надменная чаша безумия. Кипи. Отрицай. Цепеней. Моргай. Нарушь свой сон. Ползучая царица железа. Вокруг шара начали формироваться чёрные стены, закрывая его от мира. Именно тогда чудовищное давление внезапно поставило меня на колени, буквально впечатав в землю. Гравитация? Да сколько же ещё у тебя способностей?! Но даже острая боль в ногах не сумела заставить меня перестать читать заклинание: — Непрестанно рассыпающаяся кукла из грязи. Объединись! Сплотись! Наполнись землёй и осознай своё бессилие! Хадо №90: Курохицуги! Чёрный гроб сомкнулся вокруг чужого Банкая. Однако в последнее мгновение я успел заметить, как его маска медленно переворачивается вверх ногами. Что дальше происходило внутри, осталось для меня загадкой. Затем Курохицуги рассеялся. Шар плоти оказался продырявлен сотнями отверстий. Маска, перевёрнутая и теперь напоминавшая скорее голову осьминога со щупальцами, чем паучью морду, была разбита и расколота на части. Её осколки держались вместе исключительно на честном слове и молитвах, истекая густой кровью. Однако даже кровь оказалась оружием. Она шипела и испарялась, заполняя окрестности густым фиолетовым газом. Сформировав нагинату Ширафуде, я опёрся на неё и с трудом поднялся на ноги. Мышцы горели от боли, преодолевая чудовищное притяжение. Кисть на конце древка начала впитывать разлитую в луже под нами реацу, собирая для меня остатки энергии ещё для одной техники. На этот раз действительно последней. Смогу ли я убежать, если он выдержит и это? Глаза маски, когда-то бывшей пауком, вспыхнули огнём. Не метафорическим, а самым настоящим. Однако атаковать Хиганбана не стал. Вместо этого он начал медленно подниматься в воздух. На высшей точке я внезапно ощутил невероятную лёгкость. Он отменил приём! Сил размышлять уже не осталось, а ноги почти не слушались для шунпо. Спинным мозгом сообразив, что происходит, я призвал под собой вспыхнувший неоновый круг фуллбринга. Ставшая упругой земля изо всех сил оттолкнула меня прочь. А в следующее мгновение усиленный чудовищным притяжением шар плоти вспыхнул алым пламенем и всей своей массой рухнул вниз, поджигая скопившийся вокруг газ. Взрыв мог посоперничать с тем, что ранее породил гигантский золотой клинок. Единственный мой активный защитный навык, Блют Вене, синим паттерном разошёлся по моему телу в считанные мгновения. Но я всё равно ощутил, как ударная волна болезненно прошла сквозь внутренности. Рот медленно начал наполняться кровью, хотя моё состояние всё ещё было далеко от смертельного. Регенерация справится. Пока что. Нельзя терять ни минуты. В ладонях сформировался колючий, подобный сплющенной молнии, двуручный меч Сэйгена. Не будь он конструкцией занпакто, я бы ни за что сейчас его не поднял. Выскабливая остатки духовной силы буквально до дна, я начал напитывать клинок. Хиганбана тоже находился в критическом состоянии. Превращение себя в живой снаряд лишь усугубило многочисленные повреждения, вот настолько он хотел забрать меня с собой. Куски маски осыпались во все стороны, обнажая вздувшуюся фиолетовую плоть Но под ней не было лица. У этого духа меча никогда не было человеческой формы. — Каминари-но-Ха! Я опустил потрескивающий остатками моей силы клинок, отправляя во врага полумесяц молнии. Хиганбана даже не пытался уклониться, а может, уже не мог. Удар пришёлся точно в цель. То, что ещё недавно было гигантским пауком, упрямо приняло молнию на остатки маски, пытаясь остановить её грубой силой. Я непроизвольно задержал дыхание и второпях удвоил усилия по поглощению частиц рейши из окружающего пространства. Нужно было готовиться к отступлению. Брингерлайт оставался лучшим вариантом, а значит, следовало собрать хотя бы ещё немного духовной силы. Однако паника оказалась преждевременной. Противостояние, несколько секунд выглядевшее равным, на деле таковым не было. Курохицуги уже нанёс Алому Занпакто смертельный урон. Внешние повреждения не показывали и десятой доли того разрушения, что скрывалось у него внутри. Только невероятное упрямство и железная воля, помноженные на жажду убийства и азарт яростной драки, заставляли его биться до самого неизбежного конца! Маска треснула… … и полумесяц молнии рассёк врага пополам, впитываясь в его тело по пути меньшего сопротивления. Затем шар плоти разбух, разрываемый десятками лучей с отчаянным, совершенно нечеловеческим криком боли. Всё закончилось? В слабой багровой вспышке исчез грозный противник, а на землю упала лишь треснувшая, покрытая зазубринами катана. Я тяжело выдохнул и схватился за голову. В ушах гудело, а перед глазами мелькали чёрные пятна. Это было опасно, но… как же захватывающе! Поднявшись на ноги, хотя и слегка пошатываясь, я направился к сломанному мечу. Знатную же заварушку мы устроили. Маленькое село, ставшее сценой нашего сражения, оказалось практически стёрто с лица земли. Погибло множество людей и шинигами. Сейрейтею ещё предстоит разбираться с последствиями, но с этим разберёмся потом. Хах… А ведь именно такие масштабные разборки сверхъестественных существ и становились раньше прототипами древних мифов и легенд. Вечерело. — Я запомню твоё имя, — хмыкнул я, не в силах сдержать лезущую на лицо улыбку. — Телохранитель Хикару. Командир Фридрих Блау. И теперь ты — духовный меч по имени Хиганбана. Вам всем едва не удалось меня убить… но ты подобрался ближе остальных. Он был единственным, кто заставил меня применить те навыки. Фуллбринг, силы квинси… Обычно я не осмеливался интегрировать их в привычную технику боя, но Хиганбана вынудил меня. Этим стоило гордиться. В руке я сжимал запечатанную Баншо. Мой собственный Шикай развеялся сразу после того, как Каминари-но-Ха сорвался в полёт. Осталось только уничтожить этот проклятый меч и можно будет наконец заняться своим лечением. Слишком опасно было отдавать в руки Готея подобную вещь. Зачем мне оставлять за спиной неизвестную переменную, когда можно покончить с потенциальной угрозой здесь и сейчас? Спи спокойно, достойный противник. Хотел бы я встретиться с тобой в другое время и при других обстоятельствах. Более опытный и сильный я. И ты, на пике своего могущества, в руках истинного владельца. Но, подняв руку для удара, я замер. Перед глазами всплыло новое уведомление Дневника. Задание?

Квест: Плотские тела стали грязью, а кости — ветвями для цветов

Описание: Неизвестно доподлинно, сколько горя и несчастий принёс Хиганбана в этот мир. Сколько крови пролилось по вине клинка с алой рукоятью. От былого величия уцелел лишь ущербный дух-арахнид, живущий благодаря последней жертве своего хозяина. Хозяина, чьё имя стёрли из истории Сообщества Душ ещё в незапамятные времена. Не осталось больше Архивов, где сохранилась бы запись о Красной Паучьей Лилии. Кроме вашего. Впрочем, разве одной из обязанностей Архиватора не является презервация оригинала? Цель: Используйте Kokū, чтобы поглотить останки Higanbana (Осталось времени): 4:56… 4:55… 4:54 Штраф: Нет Вовремя ты, Дневник. Столько лет молчал и вдруг выдал целый квест. Да ещё и какой… Впрочем, жаловаться я не собирался. Если бы не ты, честно говоря, я бы не рискнул его трогать. Вдруг в таком уязвимом положении ещё заражусь? Однако я чувствовал, как утекают последние крохи его реацу. Ещё четыре минуты, и он начнёт безвозвратно терять свою суть. Уже одно то, что он до сих пор цеплялся за существование, выглядело крайне впечатляюще. Не знаю, почему Дневник не выдал квест раньше. Возможно, пока я не победил, не существовало безопасного способа его поглотить? Или же на последнем издыхании Хиганбана наконец сдался и теперь был готов выжить любой ценой. Даже став частью моих сил. Без понятия. Дневник всегда действовал загадочно. Неисповедимы пути его. (Осталось времени): 2:34… 2:33… 2:32 Ладно. Почему бы и нет? Полное уничтожение Хиганбаны теперь действительно казалось большим упущением. Поспешное решение в состоянии аффекта. Вытащив из инвентаря второй клинок Кокуу Баншо, я несколько раз взмахнул им. Слишком давно не держал его в руках. Время от времени пользовался её золотыми копиями, но это не то же самое. «Юху-у! Да, детка, время кушать!» — вопила от счастья пустая во внутреннем мире. Честно говоря, я понятия не имел, что произойдёт дальше. Впервые мне предстояло поглотить полноценный занпакто, да ещё и пустофицированный. Для нас это была неизведанная территория. Но отказываться от предложений Дневника было бы глупо. До сих пор он неизменно подталкивал меня к самым выгодным возможностям стать сильнее. Паутина над селом давно исчезла, но я по-прежнему не чувствовал ни других шинигами, ни чьего-либо наблюдения. На самом деле, едва ли день прошёл. Пока я не отправлю Адскую бабочку, обо мне даже и не вспомнят. Без технологий Маюри или Урахары Готей не имел ни малейшего представления о происходящем здесь. — Это было самое прекрасное время, это было самое злосчастное время, — процитировал я классика. А затем вогнал острие Кокуу в трещину на клинке Хиганбаны. Я ожидал, что красная паутина вновь оживёт и поползёт по лезвию, однако меч остался совершенно неподвижным. Либо он больше не мог сопротивляться, либо действительно сдался. Впрочем, какая теперь разница? — Поглощение. Процесс занял меньше минуты, пока остатки сути чужого занпакто не втянулись во внутренний мир. По крайней мере, расчёт был на то, что Кокуу сумеет о нём позаботиться. Треснувший клинок, лишившись последних капель рейрёку, наконец рассыпался. Остались лишь безжизненная рукоять и несколько крупных осколков лезвия. Всё остальное унёс с собой ветер. Цель: Используйте Kokū, чтобы поглотить останки Higanbana

Квест завершён

Все цели выполнены

Пришло время попрощаться, Кокуу. Второй клинок вновь отправляется в Инвентарь до лучших времён. … … … ? Не отвечает. Баншо, с ней всё в порядке? «Да, Мастер. Она… медитирует», — с некоторым сомнением ответила моя Золотая. Ну, неожиданные проблемы требуют неожиданных решений. Дай знать, когда появятся новости. Получив утвердительный ответ, я попытался найти место, где можно было хотя бы комфортно присесть. Однако в разрушенной деревне не осталось ничего подходящего. В итоге я просто опустился возле поваленного дерева и прислонился спиной ко стволу. Да уж. Мне придётся объяснять слишком много вещей. И очень хотелось верить, что мои объяснения прозвучат убедительно. На самом деле, я ни в чём не нарушил слово закона Сообщества Душ… если не считать присвоение важнейшей улики расследования таковым. Буквально жертва обстоятельств. То, что всё обернулось подобной задницей, даже не было моей виной. Духовная сила понемногу восстанавливалась. Помимо исцеления внутренних повреждений, оставленных взрывной волной, всё остальное я предоставил Регенерации. Слишком устал думать. Мой мозг был не готов к подобной многозадачности. Действовать же я устал ещё сильнее… но начальство всё равно следовало уведомить. Я поднял палец, и на него тут же опустилась возникшая из ниоткуда Адская бабочка. Та самая, что не так давно провожала меня по Дангаю. — Добрый вечер, тайчо, — начал я спокойным, но смертельно уставшим голосом. — Проблема решена. Опасности больше нет. Пропавших шинигами спасти не удалось. Там был странный занпакто, который заражал другие мечи и поглощал духовную силу. В общем, слишком долго объяснять, я потом предоставлю полный отчёт. Мне нужна медицинская помощь… и, вероятно, кто-то, кто разберётся с последствиями масштабного боя в Мире Живых. Погибло очень много людей. Отправив бабочку в путь, я ненадолго прикрыл глаза. Скоро придётся разгребать очень много проблем.