Поговорим о будущем?

— Я хочу читать следующим, — Не Минцзюэ забрал у Лань Сичэня книгу, нервно облизывая губы.  — Всё нормально? — нахмурившись, шёпотом спросил Лань Хуань, наблюдая за другом. Тот и вправду нервничал, это было сложно скрыть. Вот только грозный взгляд не давал никому спросить причину. Никому, кроме Лань Сичэня. — Порядок, — просто ответил мужчина и прокашлялся перед началом чтения.  — Вэй Усянь ответил: — Ох. Наверное, потому что там поселилась тварь, что пожирает людей? — Это может быть простой легендой. Обычные люди все места, в которые запрещено ходить по разным причинам, нарекают местами смерти, — пожал плечами Вэнь Сюй. — Хоть бы так и было, — пробормотал Не Хуайсан, сжимая веер в руках.  — Он слышал тысячи и тысячи мифов о подобных существах и собственноручно убил не меньше нескольких сотен, так что слегка разочаровался. Тем временем шарлатан неровным голосом продолжал: — Так и есть! Ходят слухи, что в лесу подле хребта стоит «крепость-людоед», в которой живут чудовища, питающиеся человечиной. Они тотчас же пожрут любого, кто по ошибке забредёт в те края, и косточек не оставят! Ни разу никто не вернулся! Жуть, правда? Не Минцзюэ замолчал, глубоко вздыхая. Все неловко переглянулись, пока мужчина явно пытался собраться с мыслями.  — Ну что за глупости! Мы стараемся сделать всё для их безопасности, а они только и твердят о хребтах-людоедах! — возмутился мужчина, пока Сичэнь сочувствующе гладил его по плечу.  — Этого не избежать, Глава Не, — усмехнулся Кай Вэньмин, качая головой. — Людям только подавай мяса и зрелищ.  — Это точно, — фыркнула Юй Цзыюань, которая не раз слушала, какие легенды ходят по Юнмэну о совершенно обычных местах. Она лично проверяла эти места по два раза.  — Теперь понятно, почему Цзинь Лин оказался здесь. Ему не удалось совладать с богиней на горе Дафань, и, похоже, он прибыл сюда за чудовищем хребта Синлу.  — Ну что за несносный ребёнок? — сокрушительно покачала головой Госпожа Цзинь.  — Не завидую я его дядюшкам, — усмехнулась Юй Киу, лениво обмахиваясь веером. Люди, сидящие рядом, покосились на неё с недовольством. Здесь и так холодно, а она ещё и веером машет!  Цзинь Цзысюань устало потер лоб. Цзинь Лин и вправду совсем отважный, без чувства самосохранения. Звучит совсем ненадёжно. — Вэй Усянь воскликнул: — Жуть какая! Но если, как ты говоришь, не нашли ни единой косточки, тогда, позволь узнать, откуда известно, что тех несчастных именно сожрали? Шарлатан замялся на секунду, но всё же ответил: — Значит, кто-то всё видел, разве не очевидно? Вэй Усянь восторженно ахнул: — Но разве, не далее как минуту назад, ты не говорил, что любого, кто забредёт в те края, тотчас же сожрут, и ни разу никто не вернулся оттуда? Тогда кто же положил начало этим слухам? Кто этот могучий человек, который всё видел своими собственными глазами и при этом выжил, чтобы рассказать о том, что творится в крепости? — Врёт и не краснеет, — покачала головой Юй Су. — Ну что за люди пошли!  По залу пронеслись смешки и недовольный ропот. Из-за таких людей они часто путаются на Ночных Охотах, прибывая туда, где их помощь совсем не нужна. В это же время Не Хуайсан нахмурился. На том хребте явно что-то происходило, он это чувствовал, но, смотря на мрачного брата, он не знал, хочет ли услышать правду.  — … Шарлатан ответил: — Так говорят люди. Откуда мне знать? Вэй Усянь произнёс: — Тогда, может быть, ты знаешь, сколько всего людей сожрали у хребта Синлу? Когда? Их возраст? Пол? Имена? Где они жили? — Да, прям он тебе и отвел, — закатила глаза Вэнь Цин, громко цокая языком.  — Вот такой он… — начал Лю Шэн и задумался, почесывая затылок, а после повернулся к Ху Тао. — Как его?  — Всезнайка? — неуверенно предположил юноша.  — Точно! Всезнайка Цинхэ!  — Шарлатан сказал: — Я не знаю. Вэй Усянь поинтересовался: — Всезнайка из Цинхэ? Хм? — Даже будущий Господин Вэй такого же мнения! — воскликнул Лю Шэн, а после перевёл взгляд на сидящего напротив Вэй Усяня, который, заметив его взгляд, кивнул. — Да и обычный Господин Вэй тоже со мной согласен!  — Господин, — перекривил Цзян Чэн, не привыкший, чтобы кто-то обращался к его брату так почетно.  — Шарлатан сердито подхватил свою корзину: — В слухах ни о чём таком не говорится! — Почему же? — наиграно удивилась Ло Цинъян, поджимая губы.  — Бедный мужчина, — усмехнулся Цижэнь. — Довели его.  — Разве вы не должны быть на стороне правды? — фыркнул Цзинь Гуаншань, глядя на мужчину.  — Я на стороне разума, — пожал плечами Лань. — Вэй Усянь засмеялся: — Погоди, погоди, не уходи! Ответь мне ещё на пару вопросов. Хребет Синлу ведь находится в Цинхэ, так? А Цинхэ — территория, за которую отвечает Орден Цинхэ Не, верно? Если у хребта Синлу в самом деле разгуливают чудовища, неужели Орден закрывает на это глаза? Все заропотали, задаваясь вопросом. И вправду, почему же так?  Не Мицнзюэ мрачно уставился на Вэй Усяня, спокойно попивающего чай. Разве нельзя отпустить ситуацию и пойти дальше, зачем ему этот хребет Синлу?  — К удивлению Вэй Усяня, на этот раз шарлатан не ответил «Я не знаю». Вместо этого тень презрения проскользнула по его лицу: — Орден Цинхэ Не? Если бы это был прежний Орден Цинхэ Не, то, конечно же, он не закрыл бы на это глаза.  Все возмутились. Как этот шарлатан может такое говорить о Великом Ордене? Что там творится в этом будущем, что обычный простолюдин может открыто насмехался над заклинателями? — На следующий же день после появления слухов его адепты прочесали бы местность и быстро и решительно уничтожили чудовищ. Но сейчас во главе когда-то великого ордена стоит этот, хе-хе… «Незнайка». — Я?! Не Хуайсан едва не вскочил на ноги, широко распахнутыми глазами смотря на старшего брата. Он сразу понял, что речь о нём. Что ещё больше делало больно, так это понимание, почему он всё-таки стал Главой Ордена.  — Прошлым главой Ордена Цинхэ Не был Чифэн-цзунь, Не Минцзюэ.  Сичэнь в ужасе уставился на спокойного друга, который совершенно не переживал насчёт своей смерти.  — Как это? — нахмурился Юй Чэн, глядя на Главу Не, который должен был ещё их всех пережить. — Брат, — внезапно всхлипнул Не Хуайсан, зло глядя на спокойного Не Минцзюэ. Все неловко отвели взгляд, не желая рассматривать эту картину. Точнее, не желая потом получать от Главы Не.  — Иди сюда уже, — вздохнул мужчина, подзывая младшего брата к себе. Тот быстро встал на ноги, едва не бросаясь к мужчине, но лишь грузно опустился рядом, яростно вытирая слёзы. Куча людей не давали ему схватить брата и крепко обнять, а после разрыдаться в плечо. — Не реви.  — Не реву, — процедил сквозь зубы юноша, но всё же всхлипнул.  — Всё хорошо, не плачь, — улыбнулся Сичэнь, осторожно передавая платок и наполняя поданную слугами пиалу чаем. Осторожно наклонившись, он погладил юношу по плечу, перебрасывая упавшие на мокрое лицо волосы через плечо. - Мы всё исправим.  — После того, как глава Ордена Цишань Вэнь, Вэнь Жохань, довёл до белого каления позапрошлого Главу Ордена Цинхэ Не, от чего отец Не Минцзюе и Не Хуайсана и скончался…. Вэнь Жохань вздохнул, чувствуя раздражение от услышанного. Не убивал он никого! Кто знал, что Глава Не такой безответственный и не проверит оружие перед Ночной Охотой? Шутка, да и только.  Конечно, посмеяться или выказать свое недовольство он не мог, а точнее, не хотел. Он видел, как убивались сыновья бывшего Главы Не, и чувствовал, где-то очень глубоко, вину.  Но ему кажется, что его соболезнований и предложений с помощью управлением Орденом, которые он предложил тогда ещё молодому Не Минцзюэ, достаточно.  Не Хуайсан весь сжался, когда вспоминал отца, который, пусть и любил его, редко обращал на него внимание. Его воспитывал старший брат, который заменил ему и отца, и мать, которая умерла ещё при родах.  — … старший сын, привыкший действовать в жесткой и непреклонной манере, принял бразды правления в свои руки, хотя ему не исполнилось и двадцати лет. Кроме того, Не Минцзюэ являлся старшим названым братом Цзэу-цзюня, Лань Сичэня, и Ляньфан-цзуня, Цзинь Гуанъяо.  Сичэнь улыбнулся глядя на Минцзюэ, который не сдержал усмешки после прочитанного.  В мыслях у него все крутилось, какой же этот Гуанъяо, и почему же они стали братьями? — После Аннигиляции Солнца Орден Цинхэ Не расцвёл под его руководством, да так, что величие и мощь ордена почти достигали уровня Ордена Ланьлин Цзинь.  Не Минцзюэ усмехнулся, чувствуя гордость внутри себя. Он надеялся, что предки так же гордятся им и примут с распростёртыми объятиями.  В это время Цзинь Гуаншань недовольно нахмурился. Никакой Орден не может сравнится с его Орденом!  — Однако Не Минцзюэ настигло искажение Ци, и заклинатель скончался на глазах у огромного количества народа. Следующим в очереди на пост главы ордена шёл его младший брат, Не Хуайсан.  Все ахнули, переведя взгляд на вполне здорового и, такого же хмурого, Главу Не. Рядом сидел сжавшийся Не Хуайсан, перебирающий в дрожащих руках веер, и поникший Сичэнь.  Суй Аи всё бросала на друга взволнованные взгляды, но понимала, что это между собой у них равенство и нет титулов. Если бы она, дочь едва известного Ордена, подошла к наследнику Великого Ордена, это были бы последние секунды её спокойной жизни.  — Вэй Усянь полюбопытствовал: — Почему ты назвал его Незнайкой? Главы мелких Орденов тихо засмеялись. Им это прозвище казалось уж очень интересным и запоминающимся. Они даже подумывали оставить его для Советов Небольших Орденов, где они часто обсуждали дела Великих.  — Мне тоже интересно, — так же заинтересованно спросил Вэй Усянь, привлекая внимание остальных и заставляя их замолчать. — Мне это прозвище кажется совсем неуместным.  — Да, конечно, — вдруг отозвался малоизвестный Лидер, яростно кивая и показывая всем своим видом, что он полностью согласен с Вэй Усянем. — Вы правы, Господин Вэй!  — Шарлатан ответил: — Ты разве не знаком с этой историей? О чём бы ни спросили Главу Ордена Не — он не знает ответа и ничего не скажет; а ежели он всё-таки знает ответ, то побоится его озвучить. — Что же, это определённо ты, а не какой-то самозванец, — вздохнул Не Минцзюэ, бросая взгляд на надувшегося брата.  — Очень смешно, — пробормотал себе под нос юноша.   — Если же насесть на него и начать настойчиво допрашивать, он будет рыдать в голос и яростно мотать головой, приговаривая: «Я не знаю, я не знаю, я ничего не знаю!» и жалобно умолять отпустить его. Это ли не поведение самого настоящего Незнайки? Пока остальные пытались сдержать смешки, что получалось крайне плохо, Не Хуайсан спрятал лицо в ладонях. Он всё время твердит брату, что не сможет стать достойным Главой Ордена, и он был прав! Такой позор.  Сичэнь мягко покачал головой, сочувствующе глядя на юношу. Он наблюдал за ним с самого детства и знал, что он слишком чувствительный, а также не интересуется политикой и драками, но он был уверен, что тот сможет помочь Цинхэ расцвести через другие пути. Торговля, выращивание и создание чего-то нового, а то, что он слышит сейчас, совсем не укладывается в его голове.  — Ну, это ведь страшно, когда на твои плечи сваливается такой груз, — нервно пожал плечами Цзысюань, желая как-то поддержать юношу, но остальные лишь покачали головой.  — В юности Вэй Усянь и Не Хуайсан учились вместе, поэтому он не понаслышке знал об этом человеке. Не Хуайсан по натуре не был злым человеком, и безнадежно глупым его тоже назвать было нельзя. Однако он не стремился старательно овладевать наукой, но зато преуспевал в том, чего желало его сердце: расписывание вееров, охота за птицами, ловля рыбы руками или же прогуливание занятий.  Цижэнь скривился, услышав последнюю «деталь». Эти дети сведут его в могилу!  — Совсем неплохо. Не всем же быть воинами, — пожала плечами Вэнь Цин, бросая взгляд на брата, который опирался о её плечо и пил чай  — Я тоже так думаю, — отозвался Вэй Усянь, криво улыбаясь Не Хуайсану, который смотрел на него блестящими глазами.  — При жизни Не Минцзюэ очень досадовал, что из его младшего брата не выходило достойного мужчины, и всегда строго воспитывал его, однако едва ли это возымело хоть какой-то успех.  Сейчас Не Хуайсан остался без покровительства и понуканий своего брата, и былая слава Ордена Цинхэ Не под его руководством очень быстро сошла на нет.  — Это ещё одно доказательство, что я никудышний Глава. Так что, ищи жену и рождайте наследника, — усмехнулся Не Хуайсан, хлопая в ладоши. Его настроение заметно улучшилось, ведь пришёл к мысли, что они ещё все могут изменить. Он лично будет следить за состоянием брата, если это нужно.  — Да сейчас, — закатил глаза Не Минцзюэ. Глубоко внутри, он мечтал о большой семье. Чтобы рядом была любимая женщина и дети, а так же брат со своим любимым человеком. Но пока ему придётся отложить этот вопрос. — Уже во взрослом возрасте, а в особенности после становления во главе ордена, Не Хуайсан постоянно сталкивался с различного рода ранее неведомыми заботами и неприятностями и отчаянно искал помощи, особенно часто он обращался к младшим названым братьям Не Минцзюэ: сегодня он жалуется Цзинь Гуанъяо в Башне Золотого Карпа, а завтра плачется Лань Сичэню в Облачных Глубинах.  Сичэнь мягко улыбнулся Не Хуайсану, на что тот ярко улыбнулся в ответ. Лань Чжань кинул хмурый взгляд на Не Хауйсана, не понимая, как тот может постоянно просить помощи у всех подряд.  — Я теперь ещё больше хочу больше узнать об этом Цзинь Гуанъяо, — задумчиво пробормотала Мэйлин, глядя на мужа. Неужели у её мужа родился ребёнок, который не ведёт себя как высокомерный павлин? Должно быть, у его матери были великолепные гены.  — Мне тоже, — согласился Цижэнь, задумчиво поджав губы. Он едва смирился с тем, что Лань Хуань связал себе узами братства с Главой Не, который редко может сдерживать свой гнев и довольно вульгарные выражения, а тут ещё один юноша нарисовался! — И только лишь при их поддержке Не Хуайсан насилу смог укрепиться на позиции главы Ордена Цинхэ Не. Сейчас же, когда его имя невзначай всплывает в разговоре, никто не рискнёт высказаться вслух, но у всех на лицах можно прочитать: размазня и ничтожество. Лю Шэн взволновано посмотрел на Не Хуайсана, боясь, что он расстроится, но тот совершенно спокойно слушал брата. На его лице не отражалось и капли обиды, что было довольно странно.  Задумчиво рассматривая братьев Не, Вэнь Жохань отметил про себя, что он довольно удивлён. Он не знал матери младшего Не, ведь та была обычной наложницей и не появлялась на официальных приемах, а лично он не приезжал в Цинхэ ради обычной прогулки. Но, по его памяти и со слов его отца и деда, в роду Не были все крепкие воины, даже девушки. Конечно, были исключения, но и они были гениями в своем ремесле. Неужели младший Не совсем не имеет талантов и ума?  — Закончив расспрос шарлатана о хребте Синлу, Вэй Усянь не забыл посодействовать его торговле и приобрёл две коробочки с румянами. Он спрятал покупки за пазуху и вернулся к Лань Ванцзи.  Ванцзы мягко улыбнулся, чувствуя облегчение.  — Храня молчание, они прошествовали в направлении, указанном шарлатаном. Все заинтересовано подались вперёд. В какой-то степени они были рады, что эта драма семьи Не закончилась и они могут вернуться к расследованию.  — Хребет Синлу густо порос ельником, но под сенью деревьев петляла довольно широкая тропа. Мужчины прошли уже довольно много, однако ничего необычного им не встретилось. Впрочем, они не питали особых надежд и заглянули сюда лишь на всякий случай. Если бы пугающие слухи, ходящие об этом месте, оказались верны, то наверняка сведений имелось бы гораздо больше. К примеру, в случае с богиней-пожирательницей душ на горе Дафань любой заклинатель с лёгкостью мог установить имена жертв и места их жительства — спросить любого, и даже молочное имя жениха А-Янь не осталось бы в тайне.  — Это точно! — согласилась Юй Мэй, щёлкая пальцами, словно ещё больше подтверждала свои слова. — Это один из самых лучших способов проверить, правдива ли история.  — Но это надо уметь различать, — добавил Юй Чэнжу, улыбаясь жене, которая неопределённо мотнула головой.  — Но шарлатан не припомнил никаких деталей. Следовательно, скорее всего, люди высосали историю из пальца, а потом раздули до непомерных масштабов. Не Минцзюэ облегчённо вздохнул, надеясь, что они и вправду просто уйдут подальше.  — Я не удивлюсь, если этот шарлатан не дружит с головой, — закатил глаза Юй Чэн.  — Примерно через час они, наконец, встретили хоть какое-то сопротивление: вдалеке показались семь или восемь пошатывающихся человеческих фигур, имевших помутневшие белки глаз и завернутых в лохмотья, которые, казалось, мог сдуть даже самый слабый порыв ветра.  — О-о, вот и первые доказательства, — усмехнулся Цзян Чэн, пока Ло Цинъян рядом потирала ладошки.  — Эти мертвецы не могли тягаться не только со своими более совершенными «собратьями»: встреть они мало-мальски сильного человека — тот одним пинком повалит целый их строй; наткнись на более-менее проворного ребёнка — тот вмиг убежит, оставив их далеко позади. Единственное, чем они могли отпугнуть, — противным внешним видом и дурным запахом.  Цинь Су и некоторые скривилась, но ничего не сказала. — Именно поэтому во время ночной охоты старшие адепты проходили мимо подобных тварей и оставляли их ученикам: никто в здравом уме не будет преследовать крыс, когда есть тигры и пантеры. Большинство согласно закивали, а некоторые растерянно посмотрели по сторонам. Это ведь весело, рубить подобных тварей, и, к тому же, не тяжело.  — При виде кучки ходячих мертвецов Вэй Усянь быстро сообразил, что за неприятность последует далее, потому потупился и проворно нырнул за спину Лань Ванцзи.  Подростки захохотали, а Яньли лукаво посмотрела на брата, который сразу же нахмурился. Ему явно не нравилось услышанное, либо он просто не ожидал от себя подобного.  Сам Ванцзы почувствовал как участилось его дыхание. Вот бы и сейчас он мог прикрыть Вэй Ина своей грудью, а тот смог ему довериться.  — И в самом деле, мертвецы, вихляя и качаясь, подошли к ним на расстояние примерно пяти-шести чжанов, заметили Вэй Усяня и тотчас же в ужасе с небывалой прытью ретировались.  Вэнь Жохань с интересом уставился на Вэй Усяня. Никогда он не устанет интересоваться этой личностью. Он хотел хотя бы хоть раз воочию увидеть, как происходит всё это действие.  В это же время Цзинь Гуаншань закусил губу, чувствуя нарастающее волнение. — Вэй Усянь потёр виски и, трепеща от напускного страха, повернулся к Лань Ванцзи: — Ого, Ханьгуан-цзюнь, ты такой могучий! Едва завидев тебя, ходячие мертвецы в страхе убежали прочь! Ха-ха! Цзян Чэн скривился, сдерживая себя от рвотных позывов. Он привык к флиртующему брату. Тот постоянно крутился рядом с девушками, но обычно он строил из себя самца, а тут он резко ведёт себя как дева в беде.  — Лань Ванцзи было нечего возразить в ответ. Сичэнь хохотнул, прикрывая рот рукой, чтобы приглушить смех.  — Вэй Усянь со смехом принялся его толкать: — Пойдём, пойдём. Пора уходить с этого хребта. Сомневаюсь, что мы всё-таки найдём здесь мало-мальски злобных тварей. Просто местные — большие любители почесать языки, вот и превратили обычных ходячих мертвецов в чудовищ, что поедают людей с костями. Лань Ванцзи возобновил движение только после того, как Вэй Усянь несколько раз подтолкнул его.  Цижэнь скривился, но ничего не сказал. — Но не успели они сравнять шаг, как вдруг из глубины елового леса послышал яростный лай. — Да твою же мать, — процедил сквозь зубы Не Минцзюэ, привлекая внимание и Сичэня, и брата. Напрягшись, он ляпнул первое, что пришло в голову, чтобы не вызвать подозрений. — Вэй Усянь же собак боится, правильно?  — Вэй Усянь мгновенно изменился в лице, со скоростью молнии прошмыгнул за спину Лань Ванцзи и, присев, сжался в комок, обнимая того за талию. Лань Ванцзи произнёс: — Лай ещё слишком далеко, зачем ты прячешься? — Действительно, — недовольно пробормотал себе под нос Вэй Усянь.  — Вэй Усянь ответил, заикаясь: — Я-я-я лучше на всякий случай спрячусь, а потом уже буду выяснять подробности. Ты его видишь? Где он?! Лань Ванцзи внимательно прислушался и через секунду сказал: — Это чёрная собака-оборотень Цзинь Лина. — Да что же это такое, — вздохнула Юй Киу, чувствуя, как волосы встают дыбом от одного упоминания мальчика.  — Чего ему на месте не сидится? — покачал головой Гуаншань, который был бы и рад, если бы внук всё время сидел в Башне Кои, да не мельтешил по улице. Там ведь столько опасностей!  — Кого-то он мне напоминает, — улыбнулась Юй Су, бросая лукавый взгляд на Вэй Усяня. После перевела взгляд на хмурого Цзян Чэна, который, завидев взгляд бабушки, сразу выпрямился. Братья, они и есть братья.  — При упоминании этого имени Вэй Усянь сразу же выпрямился, но, услышав новую волну лая, вновь присел и скукожился. Лань Ванцзи продолжил: — Если собака-оборотень так надрывается, то что-то определённо случилось. — О, Небожители, — Яньли устало прикрыла лицо руками. — Хоть бы ничего не случилось! — Вэй Усянь что-то заворчал себе под нос, потом, не без усилий, принял вертикальное положение, продолжая дрожать как осиновый лист: — Т-т-тогда надо проверить, что! Лань Ванцзи по-прежнему стоял неподвижно. Вэй Усянь жалобно запричитал: — Ханьгуан-цзюнь, давай же, сдвинься с места! Если ты не пойдёшь, то и я не смогу! После короткого молчания Лань Ванцзи ответил: — Сначала… отпусти меня. Не сдержавшись, Сичэнь заулыбался и сразу же прикрыл лицо платком, чтобы никто не заметил этого. Лишь дядя бросил на него усталый взгляд, а после, тяжело вздохнув, залпом выпил успокаивающий чай.  Сидящий рядом со старшим братом Ванцзы неловко заерзал на месте, стараясь не обращать внимания на заинтересованные взгляды остальных. Даже Вэй Ин смотрел на него своими огромными серыми глазами. Разве такое возможно спокойно принять?! — Однако, в конце концов, они так и тронулись в путь вдвоём, спотыкаясь на каждом шагу. Мужчины шли на лай собаки, но уже совершали по лесу второй круг и до сих пор ничего не обнаружили. Вой собаки-оборотня тоже то приближался, то удалялся. Вэй Усянь, наконец, немного свыкся с этими звуками и даже перестал заикаться: — Похоже, мы бродим по лабиринту. — Лабиринт?  — Что там происходит?  — Разве в Цинхэ есть какой-то лабиринт?  Все вокруг зашептались, пока сам Не Хуайсан усиленно пытался вспомнить, есть ли что-то подобное у них дома. Голова, как назло, была абсолютно пуста.  Вэй Усянь нахмурился, обдумывая услышанное. Это явно звучит как ловушка, но почем же он в книге так спокойно идёт на встречу смерти? Ах, точно. Цзинь Лин.  Будь он на месте будущего Вэй Усяня, то просто бы махнул рукой и оставил мальчишку самого разбираться.  Хотя, возможно, это в нём говорить раздражение.  — Этот лабиринт определённо был делом рук человека. Некоторое время назад сам Вэй Усянь говорил, что все истории о хребте были не более, чем выдумкой, однако сейчас дело принимало иной оборот. — Интересно, — усмехнулся Вэнь Жохань, бросая весёлый взгляд на Главу Не, который отчего-то был до ужаса напряжён. — Вскоре вдалеке, среди хвойных деревьев, проступили силуэты мрачных каменных фортов. — Ну всё, — мысленно завыл Не Минцзюэ. Он точно умрёт ужасной смертью, и там его встретят разъярённые предки. Какие там объятия.  — Они были сложены из серовато-белых камней и сплошь покрыты ярко-зелёными вьющимися растениями и опавшими листьями. Каждый форт имел вид весьма необычной полусферы, словно пиала, перевёрнутая вверх дном. Фэнмянь вздохнул. Он не верил, что там есть что-то, на что Вэй Ин должен обращать внимания. Всё же они всё ещё на территории другого Ордена, и вот так бродить не очень красиво.   В отличии от мужа, Юй Цзыюань была в восторге и очень ждала продолжения. Уж ей было интересно, что скрывает в себе мрачный Орден Не. — Кто бы мог подумать, что на хребте Синлу действительно окажется крепость? Похоже, что дыма без огня и впрямь не бывает. Однако пока ещё рано было судить, действительно ли это пресловутая «крепость-людоед» и что за создания обитали в ней. Чёрная собака-оборотень Цзинь Лина беспокойно наматывала круги вокруг фортов, иногда тихо потявкивая, а иногда бешено завывая.  Цзинь Цзысюань покачал головой. Очевидно, его сын в той крепости. Словно ему делать нечего, лишь дай в неприятности попасть! Только за два дня в книге он дважды чуть не умер! Он не удивится, если после чтения обнаружит у себя седые волосы.  В то же время Яньли думала точно так же, только вместе с мольбами, чтобы всё закончилось хорошо. Её нет рядом с сыном, чтобы помочь, но его дяди должны его уберечь!  — Увидев приближающегося Лань Ванцзи, собака в страхе отступила, но не убежала, а вместо этого принялась лаять ещё яростнее, всматриваясь в сторону каменных фортов и оголтело роя землю передними лапами, явно испытывая крайнее беспокойство. Вэй Усянь спрятался за Лань Ванцзи и страдальчески выдавил: — Почему она не уходит прочь?.. И где её хозяин? Куда делся Цзинь Лин?! Лань Ванцзи сказал: — Нужно зайти внутрь и всё проверить. — Это частная территория, — процедил Не Минцзюэ. — Как туда вообще попал подросток?! Все с удивлением посмотрела на пылающего яростью главу Не. Они точно не ожидали, что тот так вспыхнет.  — Брат, что это за крепость? — тихо спросил Не Хуайсан, но все остальные тоже навострили уши. — Вам какое дело?! — рявкнул мужчина, заставляя сидящего рядом Сичэня подпрыгнуть на месте.  — Всё равно узнаем, — пожала плечами Мэйлин, глядя на Главу Не с долей сочувствия. У всех есть тайны, и открыть их вот так, на публику... это тяжело.  — Вэй Усянь ответил: — Как? Здесь же нет входа. Входа действительно не было: серовато-белые камни плотно прилегали друг к другу, безо всяких намёков на двери или окна. Собака повизгивала и подпрыгивала, словно желая вцепиться в полы одеяния Лань Ванцзи, но всё же не отваживалась. Тогда она обогнула препятствие и ухватилась зубами за край одежды Вэй Усяня, таща того за собой. — Вот этого не нужно, — скривился Вэй Усянь, когда его мозг как назло начал подбрасывать картинки произошедшего. Иногда плохо иметь такую красочную фантазию.  Яньли сочувственно похлопала брата по руке, отчего тот шикнул на неё. От неожиданности девушка отпрянула, но лишь спустя пару секунд поняла, что это было не на неё. Поджав губы, она глянула на предплечье брата, которое он аккуратно скрыл ладонью.  — Вэй Усянь едва не испустил дух и потянул руки к Лань Ванцзи: — Лань Чжань… Лань Чжань, Лань Чжань… Лань Чжань, Лань Чжань, Лань Чжань!!! — Да что ты прицепился к нему? — закатил глаза Цижэнь, жалея племянника. Хотя тот и не был против, учитывая то, как он застыл на своём месте. — Собака волокла куда-то Вэй Усяня, а Вэй Усянь, в свою очередь, тянул Лань Ванцзи. Животное протащило их вокруг фортов и привёло к тыльной стороне каменной крепости. К их удивлению в стене оказался вход высотой примерно с человеческий рост. Края его были неровными, а вокруг валялись осколки камней: очевидно, что дыру проделали недавно при помощи артефакта, способного спровоцировать взрыв.  — Я очень счастлив, что мы читаем это сейчас, а не в обозримом будущем, когда почётный Наследник Цзинь и Дева Цзян уже будут иметь сына, — прошипел Не Минцзюэ, пока семья Цзинь и Юй лишь молча кивали. Они не представляли, чтобы здесь творилось, будь тут Цзинь Лин. — Повезло, что книга подбросила нам только Вэй Усяня из будущего, — хохотнул Лицзян, пока Цзян Чэн устало качал головой. — Цзинь Лин бы здесь не выжил. — Внутри стояла кромешная тьма, если не считать слабого красного света. Сделав своё дело, собака разжала зубы, пару раз гавкнула на вход и ошалело замахала хвостом, глядя на двоих мужчин. — Ну до чего умная собака, — улыбнулась Ло Цинъян, под яркую улыбкой Цинь Су, которая тоже захотела себе такого пёсика. Она ведь всегда будет в безопасности с ним! — Лишних слов не требовалось — наверняка Цзинь Лин силой проник в каменную крепость, но внутри с ним приключилась беда. Цзян Чэн закатил глаза и пожалел свою будущую версию. Это ведь такой ужас! Ребёнок словно молодой Вэй Ин, только с его характером. Ужасная комбинация. Теперь он отлично понимает, почему его матушка постоянно злится.  — Бичэнь сам по себе обнажился на пару цуней, и его лезвие засветилось холодным голубым сиянием, освещающим путникам путь. Лань Ванцзи пригнулся и вошёл первым. Присутствие собаки уже едва не довело Вэй Усяня до помешательства, поэтому он тут же бросился следом, почти врезавшись в Лань Ванцзи.  Цзян Чэн фыркнул, следом это сделала и Юй Цзыюань.  Никакой свадьбы! Женщина не собирается даже думать о том, чтобы отдать воспитанника в Орден Лань. Это ведь какой ужас! Если понадобится, она запрёт Вэй Усяня, как какую-то девицу в башне. Будет он сидеть там, пока не образумится.  На удивление женщины, Цзян Фэнмянь выглядел таким же хмурым и недовольным. Что ж, у неё плюс один сообщник.  — Тот поддержал его за руку и покачал головой, то ли досадуя, то ли смиряясь с неизбежным. — Как же я его понимаю, — вздохнул Цзян Чэн, кладя руку на сердце.  — Бедный ты наш, — фыркнул Ху Тао, пока остальные тихо хихикали.  — Чёрная собака-оборотень явно желала последовать за ними и даже попыталась забежать внутрь, но какая-то сила словно преграждала ей путь, не давая войти. Собака изо всех сил пыталась прорваться сквозь помеху, но попытки не увенчались успехом, и ей только и оставалось, что сесть у входа и лишь яростнее вилять хвостом. Вэй Усянь так возликовал, что готов был пасть на колени, а после убрал руку от Лань Ванцзи и сделал пару шагов внутрь.  — Ну наконец-то, — фыркнул Цижэнь.  —  Холодный голубой свет, рассеиваемый мечом, во мраке форта представлялся почти белым. Хребет Синлу весь зарос высокими густыми деревьями, так что внутри оказалось весьма зябко. К тому же, сейчас они находились внутри каменной крепости, где было ещё прохладнее, поэтому очень скоро легко одетый Вэй Усянь почувствовал, как зловещий ветер свободно задувает ему в рукава и за шиворот, осушая холодный пот, проступивший при виде собаки.  Все поёжились, ведь ветер за дверьми всё ещё выл, а ливень барабанил по окнам. Они едва успели согреться.  — Свет, шедший снаружи, уже давно исчез из виду, словно потухшее пламя свечи. Чем глубже они продвигались, тем темнее и просторнее становилось вокруг. Потолок каменного форта был сводчатым: Вэй Усянь пнул пару камней и услышал слабое эхо. Он больше не мог терпеть и замер на месте, прижав одну руку к виску и чуть нахмурив брови. — Что случилось? — нахмурился Юй Чэн, под взволнованное вздохи сестер. — Лань Ванцзи обернулся и спросил: — Что случилось? Вэй Усянь ответил: — Так громко… — О, — только и промолвил Цзинь Гуаншань наклоняясь ближе.  Все неловко заёрзали на месте. Они снова забыли о Вэй Усяне и его Пути.  — В каменной крепости стояла гробовая тишина, как на кладбище. На самом деле, и в самой крепости было что-то от кладбища. Однако сейчас Вэй Усянь слышал, как их окружает разноголосый галдёж. — Что там происходит? — нахмурился Вэнь Сюй, переведя взгляд на Главу Не, поджавшего губы.  — Небожители, может просто дочитаем? — процедил мужчина сквозь зубы и резко сунул книгу Сичэню, который от неожиданности пискнул.  — Я же только что читал, — успокаивающе улыбнувшись, напомнил юноша и аккуратно встав на ноги, передал книгу дяде, который протянул руку.  — Значит так, — вздохнул Цижэнь, садясь поудобнее и находя глазами нужную строчку.  — Гомон шёл со всех сторон. Подобно безбрежному океану шёпота, хихиканья, плача и бормотания он наступал позади и впереди, сверху и снизу. Голоса были женские и мужские, юные и старческие, громкие и тихие. Иногда Вэй Усянь мог даже различить обрывки фраз, но они накатывали подобно волнам, приближаясь и удаляясь, и уловить отдельные слова никак не удавалось. Галдёж действительно был чересчур громким. — Как жутко, — Суй Аи неловко передёрнула плечами, чувствуя как по спине побежали мурашки.  — И как можно вообще так жить, если ты всё это слышишь? — прошептал Ху Тао, бросая нервный взгляд на Вэй Усяня. Ему и вправду было интересно, страшно ли Старейшине Илин в такие моменты?  — И то правда. Он ведь даже не старался что-то услышать, оно просто льётся ему в уши, — скривился Цзинь Цзысюань. — Словно одна долгая Ночная Охота на демонов.  — Я бы уже давно сошел с ума, — покачал головой Лю Шэн, пока Лицзян задумчиво пожал плечами. — Может, он и сошёл. — Да нормальный он, — закатил глаза Цзян Чэн, глядя на спокойного брата, который совсем не походил на сумасшедшего. Ну, не больше, чем обычно.  — Вэй Усянь продолжил одной рукой потирать висок, а вторую запустил в мешочек цянькунь и достал Компас Зла размером с ладонь.  — Всё ещё надеюсь, что вы предоставите нам чертежи, — напомнил Вэнь Жохань, смотря на Вэй Усяня, который неопределённо повёл плечами и отвёл взгляд.  — Его стрелка, дрожа и дребезжа, сделала два полных оборота, всё ускоряясь и ускоряясь, а затем и вовсе начала бешено вращаться в разные стороны! В прошлый раз на горе Дафань Компас Зла уже вёл себя необычно, совсем отказываясь показывать направление. В этот же раз стрелка в бешеном темпе вертелась сама по себе, не замирая ни на секунду. И беспорядочные подёргивания были куда более подозрительными, чем полная неподвижность. — Ну, не всё же должно быть безупречно, — нахмурившись, неловко произнёс Глава Кай.  — Разве в книге не говорили, что компас остался недоработанным? — напомнил всем Не Хуайсан, сразу же ловя на себе удивлённый взгляды остальных. Как он мог запомнить такую деталь?  — Точно, поэтому он плохо работает, — хлопнул в ладоши Цзян Чэн. — Хотя и без этого ничего лучше не смогли придумать.  — А что же вы забыли туда добавить, что он так сбоит? — удивлённо спросил Глава Суй, не обращая внимания на недовольный взгляд Главы Яо, его близкого друга.  — Не помню, — пожал плечами Вэй Усянь вызывая кучу возмущений и недовольных вздохов.  — Не помнит он, — прошипел Глава Оуян так, чтобы никто не слышал.  — Дурное предчувствие всё сильнее охватывало душу Вэй Усяня. Он крикнул: — Цзинь Лин! Яньли и Цзысюань взволновано наклонились вперёд. Они беспокоились о сыне, надеясь, что он не попал в большие неприятности. Хотя то, что он находится в таком месте, уже очень большие неприятности.  — Посмотри, как они похожи, — наклонившись к подруге, прошептала Мэйлин. Цзыюань перевела взгляд с дочери на наследника Цзинь и улыбнулась.  — Нам нужно сегодня собраться вместе и попытаться их свести.  Мэйлин неловко замерла на месте. Она чертовски хотела, чтобы её сын женился на прекрасной Яньли, но она помнила слова Цзысюаня, поэтому лишь нервно кивнула. Она пойдёт на ужин с мужем, а сын пусть останется с друзьями.  — Мужчины уже довольно долго бродили по крепости, но до сих пор никого не встретили. Вэй Усянь ещё несколько раз громко позвал Цзинь Лина, но ответом ему по-прежнему была лишь тишина. Первые каменные клети, что путники миновали, оказались пустыми.  — Зачем там клетки? — нахмурился Вэнь Чао. — Что бы ты спросил. Молчи, ради Небожителей, — вздохнул Вэнь Сюй, который только радовался, что брат так долго молчит и не доставляет неприятностей. — Продвинувшись же вглубь форта, в центре одной из них они обнаружили чёрный гроб. Находка эта была весьма неожиданной.  — Мягко сказано, — присвистнул Юй Чэн. — Что же это за место такое? — нахмурился наследник Оуян, прикидывая в голове варианты.  — Она являла собой конструкцию высшего качества, изготовленную из превосходных пород дерева довольно искусной обработки. Едва увидев гроб, Вэй Усянь тут же проникся к нему нежной симпатией и не смог удержаться от нескольких постукиваний по крышке.  Цижэнь замолчал и поднял взгляд на Вэй Усяня. Тот захлопал глазами, а после задумчиво протянул: — Гроб и вправду хорош.  Не выдержав, Юй Киу прыснула, сразу же отворачиваюсь, пока Юй Мэй, сдерживая улыбку, похлопывала сестру по плечу.  — Занятные у вас интересы, — усмехнулся Не Минцзюэ, пока остальные нервно улыбались. Какой человек, такие и интересы.  Юй Цзыюань закатила глаза и глубокое вздохнула, чувствуя зарождающееся раздражение. Нужно держать себя в руках.  — Стук по прочной древесине вышел чистым и звонким, и Вэй Усянь выразил своё одобрение: — Замечательный гроб! Не выдержав, Фэнмянь прикрыл лицо рукой, что не встречается взглядами с остальными Лидерами.  — Это Тёмный Путь так влияет на человека и его интересы? — неуверенно спросила Вэнь Цин, не совсем уверенная, что хочет знать ответ.  — Да нет, мне всегда было это интересно, — легко ответил Вэй Усянь, и все снова уставились на Главу Цзян и его супругу.  — Что поделаешь, — развел руками Юй Чэн. — Дети. — Мужчины, встав с противоположных сторон гроба, обменялись короткими взглядами, одновременно протянули руки и подняли крышку. — Ванцзы, — Цижэнь возмущенно уставился на племянника. Откуда в его племяннике такое неуважение к мёртвым?!  Все зашептались, а Сичэнь неловко улыбнулся дяде. Его брат в будущем и вправду ведёт себя иначе, но за столь долгий промежуток времени многое могло произойти.  Вэй Усянь улыбнулся, глядя на невозмутимого Лань Чжаня, которого совсем не задевали возмущения остальных.  — В ту же самую секунду галдёж голосов в ушах Вэй Усяня усилился и едва не оглушил, набежав подобно прибою. Казалось, всё это время за ними украдкой наблюдало бесчисленное множество пар глаз — их владельцы тайком следили за ними и бурно обсуждали каждое слово мужчин, каждое их действие; а открытие гроба возбудило в них особый интерес.  — Какой ужас, — Цинь Су прикрыла уши руками и замотала головой.  — Как же ему не страшно слышать всё это? — удивился Лицзян, пока Цзысюань старательно отвлекал себя от услышанного. Его поселили отдельно от родителей, и думать об услышанном ночью не очень хотелось. — Вэй Усянь успел обдумать все подстерегающие опасности и приготовился противостоять затхлым трупным запахам, тянущимся к ним когтистым лапам чудовищ, переливающейся через край отраве, рассеивающимся по воздуху ядовитым парам или же просто злобным духам. Но пуще всего он, конечно, желал увидеть Цзинь Лина. Однако ничего не произошло. Вообще ничего. Гроб оказался пустым. — Я даже не знаю, радоваться ли, — пробормотал Цзысюань, почесывая затылок.  — Где же тогда Цзинь Лин? — Яньли взволнованно сжала ладони в замок, пока её отец осторожно поглаживал её по плечу, стараясь успокоить.    — Вэй Усянь немного удивился, но при этом разочаровался, не обнаружив в гробу запертого Цзинь Лина.  — Я надеюсь, это от того, что вы хотели спасти его, — усмехнулась Мэйлин, обращаясь к Вэй Усяню напрямую. Тот пожал плечами, вызвав смех у женщины, сам того не ожидая.  Цзинь Гуаншань тоже не сдержал смешка и улыбнулся юноше, но тот лишь отвел взгляд. Вздохнув, он подумал, что у него ещё будет возможность поговорить с ним.  — Тем временем Лань Ванцзи слегка склонился над гробом. Бичэнь обнажился сам по себе ещё на несколько цуней и холодный бело-голубой свет залил дно гроба. Тогда Вэй Усянь, наконец, заметил, что ящик не пустовал, просто то, что лежало внутри, оказалось гораздо меньше, чем труп или что-то подобное, что мужчина ожидал увидеть, и надежно схоронено в глубинах гроба. Внутри гроба лежала длинная сабля. — Что?!  — Сабля?!  — Что там происходит?  Все заропотали, вызывая такой гул, какой, кажется, Облачные Глубины за всё время существования не слышали. Цижэнь раздражённо вздыхал, но понимал, что сейчас их всех не успокоить.  Не Минцзюэ стоически молчал, не обращая внимания на крики остальных, на дёрганье брата, который с широко распахнутыми глазами смотрел на него, и на обеспокоеного друга, который шёпотом пытался дозваться до него.  — Тишина!  Вэнь Жохань с силой хлопнул по столу. Хлопок вместе с грохотом грома прокатился по Залу, заставив всех вздрогнуть и замолчать.  — Можем продолжить? — спросил мужчина, ледяным взглядом окинув Лидеров, которые, как дети малые, собачатся друг с другом при любом поводе.  — Как же? Мы всё так оставим? — отозвался Глава Яо, единственных из своих союзников, который не промолчал.  — Вы хоть знаете, что собираетесь отстаивать? — закатил глаза Вэй Усянь, опираясь о ладонь и скучающе рассматривая возмущённых Лидеров. Даже Цзяны за его спиной напряглись после прочитанного.  — Ну как же… — начал мужчина и замолчал.  Не Минцзюэ усмехнулся и покачал головой. Его не беспокоили возмущения и крики остальных, но было весело наблюдать, как все замолкают, когда понимают, что пока и придраться не к чему.  — Думаю, мы скоро все поймём, — усмехнулся Вэнь Жохань, махнув рукой Цижэню.  — Оружие не имело ножен, его лезвие было тонким и сверкающим, а рукоять, казалось, отлили из золота, оттого на вид она казалась довольно увесистой. Сабля покоилась на красной ткани, которой было обшито дно гроба, и сияла отражённым кроваво-красным цветом, испуская угрожающую ауру смерти и убийств. Оружие положили в гроб вместо покойника.  Вэй Усянь заинтересовано склонил голову на бок, внимательно слушая. Ему было уж очень интересно, что же скрывает Орден Не, особенно если это связано со смертью и гробами. — Мужчины накрыли гроб крышкой и продолжили свой путь. В других клетях также обнаружились гробы, и, судя по структуре древесины, их возрасты сильно отличались друг от друга. Внутри каждого из них также находилось по длинной сабле. Лань Ванцзи и Вэй Усянь обошли весь каменный форт и добрались уже до самой последней погребальной камеры, но следов Цзинь Лина до сих пор не наблюдалось.  — Весело, что они пришли непонятно куда и ходят рассматривают всё как в гостях, — усмехнулась Юй Киу, представляя, как двое взрослых заклинателей бродят по крепости, комментируя каждый гроб. — Очень весело, — закатила глаза Юй Цзыюань, пока Фэнмянь старательно скрывал свою улыбку. Ему и вправду показалась эта сцена смешной.  Не Хуайсан нервно ёрзал на месте, бросая на брата взволнованные взгляды. Тот, казалось, уже не был так напряжён, словно смирился с тем, что все узнают его тайну. Это не могло не насторожить.    — Вэй Усянь, одолеваемый беспокойными мыслями, захлопнул гроб. Увидев его нахмуренные брови, Лань Ванцзи на секунду задумался, затем положил гуцинь на гроб и занёс руку над струнами. Из-под его пальцев полилась мелодия. Более мелкие Ордена наклонились вперёд. Они уважали Орден Гусу Лань и восхищались их техниками. Им редко доводилось видеть молодых Нефритов воочию во время работы, поэтому они с удовольствием впитывали каждое слово. — Он проиграл лишь небольшой отрывок и убрал руку с инструмента, сосредоточенно вглядываясь в струны, которые продолжили трепетать остаточными вибрациями. Внезапно струны содрогнулись, и одна нота исполнилась сама по себе. Вэй Усянь поинтересовался: — Расспрос? — Как ты это понял? — удивился Юй Чэн, глядя на племянника.  — Только в расспросе струны играют сами по себе. Ну, есть ещё пару мелодий, где такое бывает, но ситуация сама наталкивает на ответ, — ответил юноша, пока остальные задумчиво и несколько смущённо кивнули. Этот факт они упустили.  — «Расспрос» был ещё одной знаменитой мелодией, написанной одним из предков Ордена Гусу Лань. Если струны начали трепетать сами по себе, это означало, что Лань Ванцзи уже удалось установить контакт с духом, обитающим в этой каменной крепости. Теперь они могли обмениваться вопросами и ответами, используя язык гуциня. Язык гуциня был особым искусством, доступным только адептам Ордена Гусу Лань. Несмотря на то, что Вэй Усянь, пусть порой и поверхностно, но владел великим множеством знаний и умений, существовали также и приёмы, неподвластные ему, и язык гуциня являлся одним из них.  — Скромности тебе не занимать, — закатил глаза Цзян Чэн, получая в ответ только усмешку. Вэй Усянь и вправду бесстыдник, совершенно не стесняется своей гордыни.  Лань Цижэнь закатил глаза, но промолчал, видя, как загораются глаза племянника, когда Вэй Усянь постепенно открывается им и ведёт себя более активно.  — Он прошептал: — Ханьгуан-цзюнь, помоги мне узнать у него, что это за место, кто и для чего его построил. Лань Ванцзи в совершенстве изучил язык гуциня, поэтому тут же, безо всяких промедлений уверенно исполнил несколько фраз. Через несколько мгновений струны сами по себе ответили ему двумя нотами.  — Какое мастерство! — восхитился Глава Линь, глава небольшого Ордена, лежащего вблизи Юньмэна.  — Это точно, — согласился с мужчиной Кай Вэньмин, а рядом с ним недовольно фыркнул Глава Дуань. — Вэй Усянь торопливо спросил: — Что он говорит? Лань Ванцзи ответил: — Не знаю. — Что? — удивленно переспросил Сичэнь, пока Цижэнь бросил на него взгляд, который сразу же заставил его замолчать.  Вэй Усянь: — Аа?.. Лань Ванцзи неспешно пояснил: — Он говорит: «Не знаю». Подростки расхохотались. Даже Цзян Чэн не сдержал смеха. Кажется впервые он видит, чтобы его брат терял дар речи. Вот уж Второй Нефрит молодец.  — Я уж испугался, — пробормотал Сичэнь, пока Не Минцзюэ прыснул. Он знал, что ответь Ванцзы, что чего-то не знает, то Лань Хуань сразу же скажет, что никто не может помнить столько, сколько помнит его брат. Уж что-что, а смеяться со своих близких Сичэнь не позволяет.  — … Вэй Усянь в ступоре поглядел на него и внезапно вспомнил их давний разговор о мече «Какая разница».  — Вот уж карма, — усмехнулась Юй Мэй, вспоминая разговор, который её так развеселил.  Лань Ванцзы не сдержался и уголки губ едва заметно поползли вверх. Сичэнь рядом засветился от радости, а Не Минцзюэ, глянув из-за плеча брата, усмехнулся. Пока остальные хохотали, Вэй Усянь удивлялся сам себе. Как же так? Как он позволить обвести себя вокруг пальца? Что же случилось с Лань Чжанем в этом будущем? Что бы ни случилось, но ему нравилось то, каким стал Ванцзы.  — Он в замешательстве потёр нос, и, так и не найдя, что сказать, подумал: «А Лань Чжань стал сообразительнее. Он даже научился заводить меня в тупик». Так или иначе, но первый вопрос остался без ответа, и Лань Ванцзи сыграл ещё несколько звуков. Струны отозвались теми же двумя нотами, что и ранее. Теперь Вэй Усянь и сам понял, что ответ был прежним — «Не знаю». Он сказал: — А о чём ты спрашивал на этот раз? Лань Ванцзи ответил: — От чего он умер. — Это безнадежно, — вздохнул Вэнь Сюй, подперев голову рукой и скучающе обвел взглядом Зал.  — Подожди, — толкнула кузена Вэнь Цин и бросила взгляд на брата, которы заинтересовано слушал Учителя Ланя.   Вэнь Сюй преувеличенно громко вздохнул, но больше ничего не сказал.  — Вэй Усянь предположил: — Возможно, кто-то стремительно убил его исподтишка, тогда стало бы ясно, почему он не знает, от чего умер. А спроси-ка у него, кто его убил? Лань Ванцзи занёс руку над гуцинем и озвучил следующий вопрос. Но в ответ вновь раздались уже знакомые две ноты — «Не знаю». — Какой-то растяпа, — усмехнулся Ху Ичэнь. — Не удивлюсь если он умер во сне, ударившись головой о стену, — закатил глаза Глава Яо.  По Залу пронеслись редкие смешки любящих чёрный юмор. — Чья-то душа попала здесь в ловушку, но не знала ни что это за место, ни причину своей смерти, ни кто убил её. Вэй Усянь впервые столкнулся с таким неосведомлённым покойником. Пораскинув мозгами, он решил начать с другой стороны: — Хорошо, давай так. Спроси у него, мужчина он или женщина. Уж это-то он должен знать! — Сейчас скажет: «не знаю», — хохотнул Лю Шэн.  — Тогда можно вообще уходить оттуда, — закатила глаза Суй Аи, пока Ху Тао непонимающе осмотрел её.  — Они же ищут Цзинь Лина!  — Небожители, я вообще забыла об этом, — удивлённо пробормотала Цинь Су.  — Слушай внимательно, — фыркнул Цзян Чэн, заставляя девушку покрыться красными пятнами от смущения.  Яньли недовольно посмотрела на брата через весь Зал, отчего тот неловко отвёл взгляд.  — Лань Ванцзи поступил, как было велено. И на этот раз стоило ему убрать руки, как одна из струн энергично задребезжала. Лань Ванцзи перевёл: — Мужчина. — Ну наконец-то, — вздохнул с облегчением Цзян Фэнмянь.  Вэй Усянь обрадовался: — Что ж, мы выяснили хоть что-то! А теперь узнай, не заходил ли сюда юноша пятнадцати-шестнадцати лет? Ответ был утвердительным. — Наконец, — Яньли взволновано сложила руки на груди. Она совсем начала терять надежду на хороший конец.  В это же время Цзинь Цзысюань так же расслабился. Дело осталось за малым, только расспросить и вытащить мальчика из передряги. Он уверен, что Ханьгуан-цзюню и Старейшене Илин хватит и пары минут, чтобы это сделать.   — Вэй Усянь продолжал: — В таком случае, где сейчас этот юноша? Струны помедлили пару мгновений, но потом всё же ответили. Вэй Усянь сгорал от нетерпения: — Что он сказал? Лань Ванцзи бесстрастно произнёс: — Он сказал: «Прямо здесь». — Они же уже всё обыскали? — нахмурилась Юй Мэй, нервно сжимая в руках пиалу с чаем.  — Куда этот негодник влез? — нахмурилась Юй Цзыюань. — Надеюсь, никуда, — покачал головой Цзян Фэнмянь, ожидая продолжения. Уж очень интересно ему было, куда же запропастился его будущий внук. — Вэй Усянь остолбенел. «Здесь», скорее всего, означало каменную крепость. Но ведь они уже обшарили каждый её уголок и не обнаружили никаких признаков присутствия Цзинь Лина.  — Это и вправду странно! — воскликнула Ло Цинъян. — Как можно не найти мальчишку? Тем более, его ищут сильнейшие заклинатели!  — Мне как-то страшно, — пробормотал Ху Тао, пока Кай Лицзян успокаивающе поглаживал его по спине. — Вэй Усянь уточнил: — Он же не может лгать, верно? Лань Ванцзи ответил: — Я здесь, потому это невозможно. Цижэнь не сдержал мягкой улыбки, прочитав ответ племянника. Он чертовски им гордился!  — Не дурно, — усмехнулся Вэнь Жохань, рассматривая Нефритов Ордена Лань. Иногда он завидовал Цижэню, что он смог воспитать таких юношей, которые стали живым воплощением красоты, интеллигенции и силы.  Вэй Усянь улыбнулся. Даже когда они стали заклятыми врагами, он верил Лань Чжаню и признавал его благородную силу. Как бы странно это не выглядело, учитывая, что тот хотел отправить его на суд в Облачные Глубины. Грудь стянуло от тоски, и ему пришлось отвести взгляд от ещё совсем юного Ванцзы. Рука машинально дернулась к лентам, сшитым между собой, которые он повязал на запястье.  — Вэй Усянь внимательно осмотрел погребальную камеру, надеясь найти тайный механизм или, может быть, замаскированный проход, который они пропустили. Тем временем Лань Ванцзи, немного поразмыслив, сыграл ещё пару фраз. Он сразу же получил ответ, и на этот раз выражение его лица слегка изменилось.  — Ой-ёй, — Ху Тао прикрыл рот руками, чувствуя как нарастает волнение.  — Ничего хорошего он точно не услышал, — вздохнул Лань Сичэнь, сочувственно смотря на Цзян Яньли.  — Заметив его реакцию, Вэй Усянь спросил: — Что ты узнавал сейчас? Лань Ванцзи сказал: — Его возраст и откуда он родом. Оба этих вопроса задавались с целью установить личность духа. Вэй Усянь уже понял, что Лань Ванцзи выяснил что-то не совсем обычное, и спросил: — И что? Лань Ванцзи ответил: — Пятнадцать, из Ланьлина. Яньли громко вскрикнула, сразу же зажимая рот рукой. В это же время Цзысюань резко побледнел, хватаясь за руку сидящего рядом Лю Шэна. Тот пискнул, но руку не отнял.  Цзян Фэнмянь взволнованно сжал ладонь жены, на пальцах которой заискрил цзыдянь.  Гуаншань вместе с женой нахмурились, взволнованно наклоняясь вперёд. — Вэй Усянь так же резко поменялся в лице. Неужели «Расспрос» обнаружил душу Цзинь Лина?! Вэй Усянь сосредоточенно прислушался. И действительно, среди всеобъемлющего океана голосов смутно различались слабые крики Цзинь Лина, затихающие в отдалении. — Вот сейчас способности Старейшины Илин пригодились бы, — процедила сквозь зубы Мэйлин, пока остальные удивлённо уставились на неё.  Вэй Усянь фыркнул, ведь и без женщины знал, что сделает всё, что в его силах, и не только.  — Лань Ванцзи продолжил расспрашивать. Вэй Усянь понял, что он собирается уточнить нынешнее местонахождение Цзинь Лина, потому впился глазами в струны гуциня, ожидая ответа. На этот раз отклик оказался довольно долгим. Лань Ванцзи, закончив его прослушивание, обратился к Вэй Усяню: — Оставайся на прежнем месте, повернись на юго-запад и далее следуй указаниям струн. На каждой ноте делай шаг вперёд. Когда мелодия затихнет, твоя цель окажется прямо перед тобой. Вэй Усянь молчаливо и безропотно повернулся на юго-запад. Позади него раздались семь нот, и он тотчас же сделал семь шагов вперёд. Однако перед ним ничего не возникло. Ноты продолжили звучать, но паузы между ними становились всё длиннее и длиннее, и Вэй Усянь шёл всё медленнее и медленнее. Шаг, и ещё шаг, и ещё… На шестом шаге гуцинь неожиданно смолк. Больше не слышалось ни единого звука. Вэй Усянь уперся в стену. — Нет… — прошептала себе пол нос Юй Киу. Она не могла поверить в то, что пришло ей только что в голову.  — Дух ошибся? — удивлённо спросил Наследник Оуян. — Это ведь невозможно, — нахмурился Глава Цинь и посмотрел на Лань Сичэня, который утвердительно кивнул.  — Вы правы, Глава Цинь. Этого просто не может быть. — Он что, под землю провалился? — закатил глаза Вэнь Чао, но на этот раз Цзинь Цзысюнь его не поддержал. Растерявшись, младший Вэнь посмотрел на друга и увидел как тот взволнованно шмыгает носом.  — Она была сложена из серовато-белых каменных изразцов, бесшовно соединённых друг с другом.  Вэй Усянь обернулся: — Он в стене?!.. — Что?! — вскрикнула Яньли, подрываясь с места. Вэй Усянь сразу же схватил девушку за руку, усаживая назад. Успокаивающе похлопав её по ладони, он аккуратно пододвинул тёплый чай.  — Как такое вообще возможно? — пробормотал Лицзян, глядя на бледного Цзян Чэна.  — Гуй его знает, — процедил юноша и снова уставился на книгу, словно ожидая, что та запляшет.  — Бичэнь обнажился, и в воздухе просвистели четыре всполоха голубого света, высекши в стене аккуратный иероглиф в виде знака диеза. Мужчины принялись разбирать кладку, и, вынув несколько каменных кирпичей, обнаружили сплошной пласт чёрного илистого грунта. Не Минцзюэ тяжело вздохнул, сдерживая ярость клубящуюся в груди. Он понимал, почему они это делали. Он тоже переживал за этого сопляка, но разбирать его родовой некрополь - это уже слишком! — Похоже, что стены каменной крепости изначально задумывались двухуровневыми, с прослойкой земли между каменных кладок. Вэй Усянь заметил в цельном массиве выступающий ком и начал голыми руками раскапывать его.  — Мне интересно, что же это за крепость и чем она служит, — задумчиво протянул Юй Чэн, пока его отец и матушка недовольно шикнули на него.  — Под чёрной, словно смоль, грязью проступили черты человеческого лица с плотно закрытыми глазами. Это был пропавший Цзинь Лин! Лицо Цзинь Лина было полностью облеплено землей, и стоило воздуху проникнуть в его рот и нос, как он тут же сделал глубокий вдох и закашлялся.  Семья Цзян, Юй и Цзинь, как один человек, облегченно вздохнули. Яньли больше не сдерживала слёз, пока Вэй Усянь неуверенно похлопывал её по спине.  — Дева Цзян уж очень впечатлительна, — пробормотала Вэнь Цин, подзывая слугу Ордена Лань, чтобы тот принёс девушке успокаивающий чай.  — Кто бы не нервничал тут? — усмехнулся Вэнь Сюй.  — Ты. — Смотря о ком шла бы речь, — закатил глаза парень. — Цзинь Лин действительно находился на грани жизни и смерти, иначе бы «Расспрос» не смог обнаружить его душу, готовящуюся навсегда покинуть тело. К счастью, он провёл захороненным в стене не слишком много времени, но задержись они ещё хоть ненадолго, и юноша бы задохнулся. — Спасибо, — прошептала Яньли себе под нос, обращаясь к брату. Тому, который спас её сына. Сидящий рядом Вэй Усянь улыбнулся. Наконец его не благодарили за то, чего он не сделал.  — Мужчины поспешили отрыть его тело, но кто бы мог подумать, что оно поведёт себя, подобно корнеплоду, выдернутому из земли: когда верхняя часть тела Цзинь Лина вырвалась из плена, меч на его спине зацепил ещё что-то и потащил за собой. Это оказалась истлевшая до белых костей человеческая рука! — Что там творится?! — воскликнул Не Хуайсан, скривившись.  — Какой ужас, — запищала Цинь Су и скривилась, сразу же вдыхая запах теплого чая. — Лань Ванцзи уложил Цзинь Лина на пол и нащупал его пульс. Вэй Усянь тоже не терял времени даром: он подхватил ножны Бичэня и, ориентируясь на длину руки, начал ловко проделывать дыры в слое грунта в форме человеческой фигуры.  Сичэнь посмотрел на брата, который дорожил своим мечом сильнее, чем телом. Но, если честно, он не удивился, что тот позволил это сделать Вэй Усяню. — Вскоре перед его глазами предстал целый скелет. Скелет находился в том же положении, что и ранее Цзинь Лин: захороненным в стене в стоячей позе. Контраст мёртвенно-бледных костей, резко выделявшихся на фоне чёрной, как уголь, земли, резал глаза. Вэй Усянь продолжил копать вбок и вытащил из кладки ещё несколько кирпичей. Немного порывшись в грязи, он, уже ожидаемо, нашёл ещё один скелет. — Нет, ну что это такое? — недовольно отозвался Глава Яо.  — Безобразие, — покачал головой Глава Цинь.  Все заропотали, пока Не Минцзюэ задумчиво настукивал какую-то мелодию, витая в облаках.  — Этот истлел не до конца: кое-где с костей торчала полусгнившая плоть, а с макушки свисали всколоченные длинные волосы. По остаткам бледно-пурпурного платья Вэй Усянь определил, что скелет некогда принадлежал женщине. Однако, в отличие от остальных, она стояла не прямо, а согнувшись в поясе.  — Разве это важно? — скривилась Ло Цинъян. — Ещё как, — саркастично ответил Лю Шэн. — Вэй Усянь перестал копать дальше. Он отступил на пару шагов назад. Гомон в его ушах бурлил и клокотал, подобно приливу. Теперь он был почти уверен. Толстые стены каменной крепости были битком забиты человеческими трупами. Сверху и снизу; на юге и востоке, на севере и западе — по всем сторонам света; стоя, сидя, лёжа, на корточках… Что же это было за место?! — Вандалы, — закатил глаза Не Минцзюэ, глядя на Вэй Усяня и Лань Ванцзы.  — Конец, — ответил Цижэнь и отложил книгу на стол, не давая никому выдвинуть свою кандидатуру на чтение. — Думаю, можно сделать перерыв и после пообедать.  — Я тоже так считаю, — кивнул Вэнь Жохань, и все принялись подниматься со своих мест.  Кто-то направился на прогулку по павильонам, кто-то начал возвращаться в домик. — Вэй Усянь, пошли с нами, — Юй Цзыюань едва успела ухватить юношу за плечо, прежде чем тот вышел на улицу. — Выпьем чаю и поговорим.  — Мы давно не сидели все вместе, — с мягкой улыбкой, добавил Фэнмянь.  До всего этого, когда он с Цзыюань постоянно ссорились, а дети становились невольными участниками, они всё равно вечерами собирались в столовой и обсуждали свои планы и как прошёл их день.  Вэй Усянь перевёл взгляд на Яньли, взволнованно рассматривающей его. В её глазах все ещё стояли слёзы после прочитанного, а цвет ещё не вернулся, да и щёки оставались мертвенно-бледными.  Рядом стоял Цзян Чэн, хмуро рассматривающий его и, кажется, готовый силой затащить его в домик родителей.  — Хорошо, идём, — вздохнул Вэй Ин и развернулся в сторону выхода.