Источник силы

      В «Д-14» ноги привели его сами. Ни по дороге сюда, ни даже на входе в заведение Вран не смог дать ответа, зачем ему потребовалось тащиться в такую даль – да ещё и настолько целенаправленно. Тяжёлый день, полный горьких разочарований, давил на грудь невыносимым грузом – и потому сын Грена Обри не придумал средства лучше, чем утопить всё в алкоголе? Отнюдь. На бессмысленность подобных акций Вран ещё в детстве насмотрелся вдоволь.       Однако, в этом кабаке оставалось что-то такое, на что студент ухитрился незаметно для себя подсесть всего за один короткий час прошлого визита. Нечто неуловимое, но вместе с тем необходимое ему, как чистая вода. Что именно – он до сих пор не мог осознать, и потому брёл по улицам нетвёрдым шагом, как в тумане, каждую минуту в панике требуя от себя отчёта, что он творит и, главное, зачем.       На фоне этого тягучего безумия он даже не заметил, как примерно на половине пути к клубу посреди придорожной промзоны нежданно-негаданно наткнулся на тот самый гараж из своих снов. Шагая по этой дороге в прошлый раз, он и внимания на него не обратил, да и сейчас узнал с большим трудом – и только потому, что, подчиняясь спонтанному порыву, просто застрял напротив и долго вглядывался в серые безжизненные очертания максимально убогой кирпичной халупы в полтора этажа, совершенно ничем не выделяющейся на фоне остальных таких же халуп.       В отличие от снов, изнутри не горел свет. Тот самый: тёплый, манящий, - на который парень так стремился выйти, словно затерянное в море судно – на сигнал маяка.       Вид этого пустого, перегоревшего ориентира добил Врана окончательно. После он уже по факту обнаружил себя погружающимся в суетливую и пеструю до тошноты атмосферу клуба, наполненного незнакомыми и абсолютно неважными Врану людьми. Громыхающая безо всякой гармонии музыка заложила уши ещё надёжнее его собственного безразличия.       Сегодня на сцене не было Невеи так же, как на танцполе не было Эл, в баре – Ролли, а Лекса – на входе. Это резануло по нутру сильнее, чем Вран ожидал. До сего момента он не понимал, но лишь эти – знакомые, но не близкие – люди могли дать ему то, за чем он сюда явился, то, чего нельзя было получить там, где тебя не знает абсолютно никто. Толику чувства превосходства. Понимания, что ты чуть больше, чем пустое место. Даже если это иллюзия, особая магия этого заведения, которая развеется, стоит ему вернуться обратно в университет.       Цепочка мелких и, казалось бы, незначительных разочарований подтачивала Врана изнутри весь день, и, в конце концов, его броня дала трещину. Он явился сюда не для того, чтобы напиться, нет!.. Но… раз уж всё сложилось именно так, и судьба, в конечном итоге, привела его в бар?..       Вкуса первых двух стопок он даже не почувствовал. Да и искомого эффекта они не дали. Происходящее лишь ещё больше злило Врана: тратить свои последние средства на выпивку, заливая тоску, подобно своему горемычному папаше, он не планировал, так сколько же ещё копий он собирается просадить, чтобы опьянеть хоть самую малость?!       – Моё уважение, - негромко заметил кто-то из посетителей – и третья стопка резво промчалась по трассе из полированного дерева стойки в направлении Врана.       Парень подозрительно покосился на расщедрившегося соседа, памятуя о том, что пить из рук незнакомцев опасно для здоровья. Впрочем, сегодня Врану было уже всё равно, поэтому, недолго думая, он опрокинул стопку в себя – и действительно чуть не помер. Если предыдущие две можно было сравнить с жидким огнём, то эта отозвалась в глотке взрывом файербола. Отдышавшись и смахнув выступившие слёзы, студент порыскал ошалелыми глазами незнакомца – тот, как ни странно, никуда не исчез, внимательно наблюдая за происходящим с крайне ехидной ухмылкой на длинных губах.       – Что это было?! – выдавил Вран из себя мгновенно осипшим голосом.       – Аварисская водка, - с готовностью ответил мужчина в чересчур щёгольском – даже для этого заведения – белом костюме. Раньше Вран, задавленный своими проблемами, особо не присматривался к соседу по барной стойке, теперь же, после этой неведомой водки, у него словно третий глаз на лбу прорезался. Возраста мужчина был самого неопределённого, то есть, выглядел молодо, но кто ж определит – насколько. Помимо чудного костюма, из толпы его выделяли длинные неестественно белые волосы и, судя по всему, длинный и острый язык.       – Впервые слышу.       – Неудивительно. Её изготавливают в недрах Третьего Ада. Об этих краях здесь вообще мало кто слышал.       – Где?? – только и сумел выдать обалдевший Вран.       – Объясню, если это всё, о чём ты хочешь спросить. – Снисходительно выдал незнакомец и выжидающе замолк.       Как ни странно, но шум «аварисской водки» в голове ничуть не мешал парню анализировать. Тон незнакомца говорил о многом. В первую очередь, о том, что Врана здесь явно ждали. Но для того ли, чтобы выслушать его вопросы и ответить на них?       В момент, когда до сознания парня дошла последняя деталь, отличавшая этого типа от прочих посетителей «Д-14», все посторонние мысли сбежали из головы, как крысы с корабля. Вран почувствовал, что после всех его проб и ошибок, наконец, нашёл нечто важное. Яркие изумрудные, чуть насмешливые глаза внимательно следили за его реакцией. Те самые зелёные глаза из снов, преследовавших его весь последний месяц. Но Вран не был испуган, отнюдь. Его сковал безотчётный ужас. Отныне всё, что происходило ДО, резко стало незначительным, а никакого ПОСЛЕ, судя по всему, и не предполагалось.       Предчувствие неизбежного охватило нутро Врана, точь-в-точь как в час, когда он впервые вышел на огни «Д-14». Только теперь это тягучее чувство вызывало небывалую тревогу. В какую сторону ни шагни – он всё равно выйдет туда, где его уже ждал этот насмешливый взгляд.       Теперь-то становилось очевидным: то, за чем Вран охотился столько времени, имея весьма смутное представление о собственных интересах в этих поисках, наконец-то, явилось перед ним собственной персоной. Явилось – и самодовольно ждёт от него реакции. А единственное, чем в этой сомнительной ситуации был озабочен студент, так это досадой на то, что зеленоглазый появился раньше, чем Вран сумел найти его сам. Видать, закончилось терпение дожидаться, когда же эта бестолочь, наконец, сумеет сложить все подсказки в единую картину.       Прочитав всё это одной строкой в глазах незнакомца, парень, тем не менее, не смог решиться раскрыть рта и потребовать объяснений: любые слова прозвучали бы слишком нелепо, окажись всё простым недоразумением. Даже желая всем сердцем поверить в то, что нашёл ответ, Вран всё ещё не мог окончательно отключиться от окружающей его действительности.       – Ладно уж, - выдохнул беловолосый мужчина показательно-снисходительным тоном. – Будем знакомы, Вран. Больше нет смысла затягивать с этим.       – Меня-то вы знаете, - скорее утвердительно произнёс парень, намекая на то, что сам незнакомец представляться не спешил.       – И знаю достаточно неплохо, прошу заметить. И потому смею надеяться, что ты не считаешь нашу встречу «случайным совпадением».       Вран покачал головой с долей обречённости.       – Славно. Не такая уж ты и бестолочь, не преувеличивай.       Вран не припоминал, чтобы озвучивал свои сомнения вслух, даже будучи под градусом. Впрочем, теперь градус уже не имел над ним никакой власти, в отличие от взгляда оппонента, горящего ровным, нечеловечески зелёным, завораживающим светом.       – В конце концов, ты смог прийти сюда. Совсем немногие умеют верить своим снам.       – И ещё меньше людей умеет их создавать.       Улыбка белокосого собеседника снова приобрела едкий привкус снисходительности.       – Люди твоей эпохи на это больше не способны. Магия Валории мельчает с каждым поколением. К сожалению или к счастью – как знать.       – К счастью для кого? – уточнил Вран с сомнением.       – Уж не для них, однозначно. Магия была для Валории даром, который та не заслужила.       Студент догадывался, на кого он намекает, говоря о магии, как о «даре». Но соглашаться с этим странным типом не хотелось, даже если порой Вран и сам думал точно так же.       – Мы же не можем вернуться в прошлое и расспросить жрецов напрямую! Знания были утеряны задолго до нас, так что приходится обходиться тем, что ещё осталось.       По красноречиво-кислой мине собеседника Вран понял, что не убедил его.       – Вы и то, что осталось, ухитрились разбазарить. Тысячи книг, истлевших в хранилищах только потому, что их не сумели прочесть! Да вы варвары хуже миртанцев – те хотя бы сразу жгли, не дожидаясь, столь жалкого конца на склоне лет.       – Почему «вы»? – наконец, решился спросить об этом Вран. Формулировка исключала говорящего из списка обвиняемых, и это слишком уж бросалось в глаза. – Все валоры повинны в этом, по вашему мнению. Или вы жили где-то ещё последнюю тысячу лет?       Собеседник внезапно расхохотался – громко, от души. На них уже должны были оборачиваться клубные зеваки, но почему-то не оборачивались, как будто ничего из ряда вон не происходило. Вообще, относительно посетителей клуба сегодня впечатление у Врана складывалось совершенно никакое – и в этом тоже чувствовалось некоторое искажение, словно всё происходило во сне.       – Не советую тебе туда спускаться раньше времени, - добавил белый сквозь смех. А Врану, отчаявшемуся понять, какую игру ведёт этот странный незнакомец, оставалось только подыграть.       – Отчего же? Я люблю фантастику. Ну и где же вход в ваш склеп, господин жрец?       «Жрец» в белом костюме продолжал ржать. Едва успокоившись, он хлопнул ладонью по столешнице решительно:       – Всё. Однозначно, беру. Не будет толку – так хоть повеселюсь вволю!       – Вы это о чём? – подозрительно уточнил Вран, всей своей шкурой чуя подвох.       – В ученики тебя беру, бестолочь. Покажу, что такое настоящая магия.       Сказано это было с такой небрежностью, что магнетический эффект от встречи как знака судьбы, навеянный Врану через сны, разлетелся битым стеклом. Теперь у парня накопилось достаточно злости и смелости возражать белому колдуну открыто.       – А моим мнением вы поинтересоваться не забыли?       – А ты против, что ли? – Изумрудно-зелёные глаза удивлённо округлились.       – Да я вас даже не знаю!       – Я – Салазар, - представился незнакомец легко и совершенно несвоевременно. Вычурным жестом откинул ото лба белую – в тон костюма – прядь волос. Столь необычный цвет волос Вран впервые в жизни встретил у Миелы, но всё это время предполагал, что лучшая подруга Айи, не чуждая девичьих фокусов, тоже красится ради поддержания образа неземной богини ДМУ.       Впрочем, и от этого зеленоглазого бедствия напротив можно было смело ожидать не только эффектно окрашенной гривы, а вообще чего угодно.       – Ваше имя мне ни о чём не говорит! И что вы имеете в виду под «учеником»? Я нынче в ДМУ учусь и в другие заведения переходить не планирую. Или вы, типа, как в жреческие времена, адептов в школу набираете?       Все значимые магические университеты в стране в прошлом выросли из таких вот жреческих школ. Даррийский – из главной школы Метрополии. Однако времена адептов, обучение которых заключалось в том, чтобы постоянно следовать за своими сэнсеями и смотреть им в рот, канули в вечность вместе со жречеством Полуденной Империи.       – Короче, ты отказываешься? – уточнил белый, разом обрубив все возражения. Как здравомыслящий человек, Вран не собирался соглашаться на столь откровенную авантюру, но озвучить свои соображения вслух у него отчего-то не повернулся язык. Достаточно было вспомнить, на что реально способен этот чудаковатый колдун. – Я так и подумал. Поэтому прекращай уже истерику. Если тебе достаточно того, что даёт ДМУ, так и скажи: я удивлюсь, но не обижусь. В конце концов, дело сугубо добровольное…       – …Цена вопроса? – Вран сам не заметил, насколько его взволновала готовность таинственного незнакомца пойти на попятную после всех приложенных усилий. – Что вам нужно от меня в итоге?       Колкий, как грани драгоценных камней, взгляд впился в настороженно нахохлившегося студента и несколько секунд испытующе жёг его.       – Ну да, полагаю, тебе стоит знать, - выдохнул, наконец, назвавшийся Салазаром. – Я собираюсь спасти мир. От ужасающего зла…       В сознание Врана бесшумно закралась подлая мысль о том, что у этого Салазара просто не все дома; бывают же на свете поехавшие крышей колдуны, по кому, вроде бы, на первый взгляд и не заметно, а палата с белыми стенами в спецучреждении прямо плачет, не дождётся никак?       – Ну, чего ещё? Что это за выражение? Если ты не собираешься верить моим словам, зачем вообще спрашивать?       – Я бы предпочёл, чтобы вы лгали поубедительнее.       – А я бы предпочёл, чтобы ты не перебивал меня до тех пор, пока не сумеешь превзойти. Собственно, это и есть главное условие нашего контракта.       – Поправьте меня, если я ошибаюсь: вы хотите обучить того, кто превзойдёт вас?       – Да, - нетерпеливо заявил Салазар, явно раздражённый его недогадливостью. – Я устал от посредственностей. Можешь считать, что мне скучно.       – Понял. – Такое объяснение Врана как будто бы устраивало, однако лёгкость, с которой бесценный дар запретных знаний плыл ему в руки, всё ещё пугала. Однако нечто тёмное внутри него уже крепко решило для себя не упускать чудесный шанс, чего бы это ни стоило. Беловолосый колдун без труда читал в его сердце, а потому не сомневался в исходе своей рекламной кампании.       – Короче, озвучиваю сразу, чтобы потом не выслушивать дурацких претензий. Действие контракта прекращается при выполнении главного условия. Поводом к невыполнению считается только смерть. Срок выполнения контракта – бессрочный.       Вран догадывался, что утерянные знания жрецов – сиречь, сила – не даются даром первому встречному. Поэтому к подобного рода серьёзным формулировкам оказался, к удивлению для себя, готов.       – Все так думают по началу, - не преминул колдун снисходительно пройтись по его мыслям. – Как раз на этот случай в контракте прописывается право вступительного испытания. Своего рода страховка: не пройдёшь – можешь просто считать, что ничего не было, и снова вернуться к своей увлекательной студенческой жизни.       Вран не был уверен, что сможет спать спокойно, провалив дарованный самой судьбой экзамен. Перебрав в уме то, на что он не смог бы пойти ради шанса сделать этот шаг вперёд, парень с волнением спросил:       – И что от меня требуется?       – Серьёзная магия требует более серьёзных энергетических вложений, если ты понимаешь, о чём я. Для дальнейшей работы тебе будут нужны новые источники силы.       – Источники?       – Да. Мы называем это энергозапасом. Насколько я помню, в научной литературе в какой-то момент зачем-то решили перейти к более поэтическим терминам и теперь… Эй, не разочаровывай меня этой пустотой в глазах! Вы в своём ДМУ точно должны были проходить, откуда магические силы берутся!       – …Не припоминаю ничего такого, - пробормотал студент, впрочем, никогда не входивший в число самых старательных.       – Тогда рекомендую поднять конспекты, потому что не зная даже такой ерунды, с чем ты собрался идти на сессию? Не говоря уже о прочем.       Это не было похоже на конец разговора, однако Салазар уверенно поднялся из-за стойки и растворился в толпе, не попрощавшись и даже не заплатив бармену. Одновременно с его уходом на Врана мешком навалилась невыносимая усталость. Парень обречённо ждал, что счёт коварного колдуна рано или поздно принесут ему, однако во всём «Д-14» о его существовании словно забыли: ни один из пустых взглядов посетителей и персонала так и не обратился на него – и продолжалось это безумие до тех пор, пока у Врана окончательно не сдали нервы, и он не покинул застрявший в небытие зачарованный клуб.