Источник силы

      Остаток ночи он провёл, не сомкнув глаз, – и в результате явился на лекции совершенно разбитым. Заполуночные поиски конспектов не только не принесли результата, но и порядком взбесили Ирсая, которому шум раскопок мешал спать. Так что Врану оставалось только беспокойно размышлять, глядя в потолок: если ключ к магической мощи лежал прямо вот так, на поверхности – в первой же лекции АЗов – то как Вран ухитрился его в своё время проморгать?       На лекциях он, конечно, не слишком напрягался, конспектируя слова преподавателя, но – если вдуматься – об источнике магической силы как таковом студентам должны были рассказывать в первую очередь, вместо пресловутых целей и задач курса. Но даже если от лекций действительно не было толку – на что белый незнакомец всем своим презрительным видом намекал, – Врану стоило самому хотя бы раз задуматься о том, откуда берутся его магические силы. Вот тут парню стало, и в самом деле, за себя невероятно стыдно: он умел пользоваться формулами с самого детства, но до того, что формула – это лишь проводник, призванный придать силе нужную форму, а не сама сила, додумался только сейчас.       На первую пару Вран не явился, возобновив поиски конспектов с самого утра. Однако отрытая буквально из недр комнаты тетрадь так и не дала искомых ответов – да и вообще ничего интересного, чего бы студент не помнил сам. Размышляя о том, что ответ, возможно, знает кто-нибудь из его окружения, он столкнулся в коридоре с Невеей, спешащей на вторую пару.       – О! – вырвался у неё удивлённый возглас. – Ты не пришёл на АЗы! Что-то случилось?       – Проспал. Могу я рассчитывать на твою тетрадь?       – Конечно! – Девушка спешно полезла в рюкзак за конспектами.       Листать предложенную тетрадь Вран взялся прямо на месте, чем несказанно удивил соседку.       – Невея, а знаешь… - начал было он, но вовремя пришёл в себя и осёкся.       В самом деле, чего это он хотел: готовых ответов на загадку, что задал ему странный колдун в белом костюме? А не слишком ли это было бы просто после всех телодвижений, предпринятых Враном, чтобы его найти? Да, он, конечно же, сказал, что ответ скрывается где-то в университете, - но при этом мнения о местной учебной программе придерживался весьма невысокого. В конце концов, даже если сам Вран задался вопросом, откуда магия берётся, только сейчас – спустя месяц после начала обучения, и то, с чужой подачи, - остальные как будто предпочитали игнорировать эту тему вообще. О том, что конкретно позволяет человеку творить заклинания с помощью формул, в обществе как-то не принято было говорить. Да и к чему это простым пользователям магии, когда основные принципы науки уже давным-давно сформулированы учёными в многотомных трудах?       Это в Миртании считалось, что если ты колдун/ведьма, значит, заранее родился едва ли не с печатью зла на челе. Но в Миртании столь же категорично относились и к другим вещам, вроде социального статуса: рождённому в дворянской семье пристало быть только дворянином, а человек из крестьянского дома об иной судьбе может и не помышлять. Валория во всех отношениях смотрелась куда более демократично.       Теоретически, магом в ней мог стать каждый – при должном внимании к обучению. На практике огромная пропасть лежала между теми, кто обладал нужным складом ума, и теми, кто не обладал. Базовые основы физики преподавались в школах всем без исключения – однако уже на этом этапе большая часть населения отсеивалась, а после вспоминала уроки разве что с содроганием. Изучение магии требовало от кандидата не только усидчивости, внимания, самодисциплины, но также и отличной памяти, и развитого воображения. Иными словами – таланта. Однако вопрос наличия или же отсутствия таланта к магической науке обстоял точно так же, как и с любым другим ремеслом. Можно быть полной бездарностью в магии, но о том, что существует нечто, физически не позволяющее людям колдовать, современная наука не слышала.       Листая конспекты по «Аккумуляции заклинаний» - курса, который призван был стать для вчерашних школьников мостом в мир серьезной науки, Вран начал приходить к мысли, что большинство студентов главного магического заведения страны расценивались оным как простые пользователи. Таким для построения дальнейшей карьеры вполне достаточно разработанных учёными статичных формул: выучи и кастуй на здоровье.       Но тогда почему при относительно равных условиях развития одни маги становятся успешнее других? Раньше Вран полагал, что всё дело в количестве выученных формул и опыте, позволяющем эффективнее ими пользоваться. Но сколь много формул ты сможешь применить за раз, скажем, в бою?  Такого ни на лекциях, ни на практике первокурсники пока не проходили. Судя по тому, как усердно их гоняли на тренировках, загадочный параметр магической выносливости должен быть как-то связан с уровнем физической подготовки? Однако случайно оброненное вчерашним «жрецом» словечко энергозапас глубоко засело у парня в голове и заставляло сомневаться, что дело только в этом.       Слово вполне походило на физический термин – гораздо больше, нежели пресловутый «источник силы». Но если этими терминами действительно пользуются до сих пор, то найти их в научной литературе не составит труда, верно? Пока Вран раздумывал о своем праве вломиться в университетскую библиотеку за доп. литературой наступило обеденное время.       – Здорово, Ворон. – Размашистый удар по лопаткам выбил из парня всё дыхание и, вероятно, напугал бы до чёртиков, когда бы голос не звучал столь знакомо. И вместе с тем неожиданно мрачно. - Опять ворон считаешь средь бела дня?       – Чем же ещё заниматься с погонялом, каким ты меня обозвала?       – Ты мне не путай тут. Ворон и ворона - разные птицы. А «вран», между прочим, - это муж вороны. Так себе имечко. Ты меня ещё благодарить должен за оказанное уважение.       – Разве это не миртанский вариант «ворона»? - Парень всю свою жизнь думал именно так и менять взгляды из-за замечаний рыжей не собирался.       – Я тебя умоляю. Вы, у себя на юге, грача с галкой путаете, куда уж вам в птицах разбираться! Ладно, чего уж там, айда в жральню.       Вран уставился на девчонку с подозрением. К тому, что эта «леди» периодически выдавала лексикон не самых куртуазных категорий, он уже давно привык, но ведь последние несколько дней она была на него в глубокой обиде, теперь же стойко пыталась делать вид, будто ничего не произошло, - со свойственной ей миртанской честностью, а потому угрюмо и несколько обречённо.       – Ты, если надо чего, так и скажи, - предупредил её осторожно.       – Чего? – прищурилась миртанка непонимающе. – В столовку пошли! А то так и перемена кончиться успеет, пока мы тут языками чешем.       Вран пожал плечами. За время знакомства с этой фурией он уже успел постичь смысл загадочной присказки «год за пять» в отношении миртанцев: Винни всегда старалась жить так, словно лишних минут в её сутках попросту не существовало. Последовал за ней, смутно надеясь встретить на обеде Айю. Обычно в столовой всегда было шумно, однако к настолько подавляющему ажиотажу в помещении парень готов не был. Естественно, Айе, всегда избегающей больших скоплений народа, тут взяться было неоткуда – да и сам Вран, оценив масштаб бедствия, предпочёл, пожалуй, отступить, если бы Винни не вцепилась в рукав его рубашки, удерживая на месте.       – Очередь в шесть километров, - недовольно проворчал Вран. – Пойдём-ка лучше в буфете булку купим?       – Ты сюда жрать, что ли, пришёл? – вдруг свирепо набросилась на него миртанка.       – Это в столовку-то? – уточнил её приятель ошарашенно. – У тебя были какие-то другие планы?       – Ох… оххотник тебя забери! – выругалась рыжая нетерпеливо, словно уже в сотый раз вынуждена была объяснять то, о чём, на деле, не обмолвилась ни словом. – Сам же давеча выпрашивал, чтобы мы тебя с Гиларом познакомили. Так вот он здесь, а ты чего тупишь?       – Когда это я такое выпрашивал? – мигом ощетинился Вран.       – А кто Миеле вчера весь мозг вынес: познакомь, мол, и точка?       Оправдываться, что всё было не так, парень не стал: в конце концов, Миела крайне чутко уловила, чего именно он хотел, заводя с ней разговор. Да ещё и умело подключила к делу Винни, с явным намерением помирить её с Враном.       – Получается, что в этот месяц у нас целый курс отсутствовал из-за практики. И никто не хватился? – Парень слегка притормозил рванувшую в глубь столовой подругу. – Я про такое даже не слышал.       – Я тоже не слышала, чтобы ты когда-либо интересовался делами Научного факультета. Так что прикрой варежку и не задавай больше таких тупых вопросов.       Упоминание о Научном факультете стало для Врана настоящим открытием. Этот случайный факт действительно объяснял, почему он не слышал о пресловутом Гиларе или же отсутствии его курса ранее, но при том порождал массу новых вопросов. Физики с Научного в универе всегда старались держаться тише и скромнее всех остальных студентов, по малочисленности их факультет уступал лишь пилотам, а на фоне постоянного и красочного соперничества Небесного факультета с Боевым и вовсе терялся из виду.       Доведись Врану встретить Гилара раньше, ему и в голову бы не пришло подумать о Научном факультете. Юноша, на которого указала Винни, даже близко не походил на стереотипный образ «научника», укоренившийся в голове большинства студентов: робкий, замкнутый, рассеянный, с головой ушедший в занудные теоремы и формулы… Ага, как же. Кудрявый блондин с донельзя довольной конопатой рожей и набитым ртом ухитрялся общаться со всеми соседями сразу да ещё и отвечать на комментарии с других столиков. О таких парнях принято говорить: «свой в доску». У таких обычно не спрашивают «А ты откуда?» и «Сколько тебе лет?», у них нередко даже имя узнают едва ли не при прощании, смущаясь после, что во время разговора в этом вообще не возникло необходимости.       Вран недоверчиво покосился на крылатую спутницу, взглядом вопрошая: уж не обозналась ли она, но та, не замечая его сомнений, уже подлетела к товарищу-физику и с чувством хлопнула его по спине. Спина отозвалась лёгким звоном, но кудрявый, как ни странно, даже не подавился.       − …ынни! – обрадовался парень, по-прежнему не отрываясь от обеда. − …да-о-ва! По спи-е не бей, там листовой отражатель.       − Привет, сытая морда! Как поживается?       − Ни-его, не жалуюсь. В сто-овке по-прежнему кормят, значит, ить мо-на.       − Хочешь сказать, Бальдвины вас голодом морили? – уточнила миртанка, приняв шутливо-угрожающий тон. – Вот злодеи. Надеюсь, вы им там побили на прощание посуду?       −Так посуда всё равно наша была, смысл бить. - Дожевав, блондин высадил залпом полстакана компота. – Лагерь полупалаточный.       −Эй, - обиженно возразил один из приятелей Гилара, очкарик с гордо вывешенным поверх свитера бронзовым символом факультета – колбой – на цепочке. – А как же источники?       Вран слегка напрягся при звуке слова, которое не давало спать ему всю ночь. Гилар тем временем лениво отмахнулся от сокурсника:       − Забей, она и так прекрасно знает, куда мы ездили. – И специально для Винни пояснил: - Мы всем врём, что ездили на горячие источники. Для понту.       Ляпнуть подобное при скоплении народа было весьма смело. После его лихой отмашки, разнести сплетню о фантазёрах-научниках на весь универ мог кто угодно из присутствующих, но смутить конопатого блондина чем-то подобным оказалось непросто.       − А где это у Бальдвинов есть такие источники? – нахмурилась Винни, наивно силясь вспомнить свои дворянские уроки географии.       − Да там и гор-то нету, - весело хохотнул Гилар, и некоторые из его сокурсников подхватили этот заразительный смех. – Но кто об этом знает? Для всех: Миртания и Миртания, чёрт знает, что там за кордонном водится и что творится.       За время разговора Виния уже успела согнать со стула кого-то из приятелей кудрявого и занять место напротив собеседника. Вран, молчаливо и мрачно маячивший на заднем плане, наконец, начал бросаться в глаза. Впрочем, рыжая мигом это пресекла небрежным:       − Это мой телохранитель, не обращай внимания.       − Как и ожидалось от будущей леди Арстен! – Гилар, ничуть не смутившись её дикого миртанского юмора, в восторге хлопнул в ладоши. – Кстати. – Вспомнив о чём-то, парень полез копаться по многочисленным карманам, пару раз гулко звякнул «листовым отражателем» и, наконец, выложил на стол перед Винни красивый бронзовый перстень в виде сведённых крыльев хищной птицы. – Возвращаю. Это здорово облегчило мне поиски, но… если возможно, в будущем я предпочёл бы воздержаться от столь энергозатратных контактов с местной знатью…       Винни не без недовольства цапнула перстень и тут же нацепила на себя.       − Бальдвины всегда были тугие… на контакты. Кто ж знал, что вас понесёт именно к Бальдвинам! Я думала, вы поедете иной дорогой, через Арстен.       − Прости, но база универа находится именно в Алаине. Нравятся тебе Бальдвины или нет, но с их таможней намного проще иметь дело.       – То есть, хочешь сказать, что вас на кордоне даже меньше двух суток мариновали? – Тон крылатой наполняло мощное, почти осязаемое раздражение.       − Уж не знаю, как ты выдержала таможню в Карфуре – сочувствую искренне. Говорят, там чистый ад.       − И это ещё слабо говорят! – процедила Винни сквозь клыки. Порой тяжёлые воспоминания о пересечении миртанско-валорийской границы накрывали её на ровном месте, но сейчас повод отвести душу был просто безупречный.       − Ничего, намекнёшь потом своему светлому лорду, чтоб разобрался. Путь-то через его земли идёт.       − Да при чём тут его земли, коли все беды лишь из-за ваших чёртовых бюрократов?!       − Наших или чёртовых? – уточнил Гилар совершенно серьёзно, впрочем, лукаво смеющиеся серые глаза его выдавали. Однако раздраконенная Винни шутки не оценила:       − Да какая разница! Можно подумать, к вам тут через кордон тыщи миртанцев ломятся, на границе стоя спят – как бы в ваш цивили…занутый рай попасть! Это нам бы впору заставу заводить, а то понаедет колдунов всяких – потом запаришься их всех по лесам вылавливать!       Вот это уже прозвучало обидно для всех присутствующих «колдунов», большинство из которых только что осчастливили визитом дикую варварскую Миртанию. Сама рыжая, чувствуя себя правой, как обычно, плевать хотела на резкость слов, слетавших с её клыков, однако по толпе начинающей валорийской интеллигенции пробежала волна холода. Уловив перемену в настроении толпы, Вран, сделал шаг вперёд и весомо опустил ладонь на макушку заигравшейся девчонки.       − Шум, добро пожаловать обратно на юг, - проговорил он тихо.       − Ворон, какого чёрта? – Крылатая резко запрокинула голову, чтобы сбросить его руку и заодно злобно зыркнуть на «телохранителя», однако, встретившись с ним глазами, кое-что осознала и смущённо пробормотала: - Кхм. И впрямь… В любом случае, спасибо. – Это она сказала уже Гилару и тут же вскочила с места, чтобы ретироваться. Врану её решение показалось разумным, однако сам он ещё не получил достаточно информации об этом странном физике, не говоря уже о том, что «знакомство» их вышло малость односторонним.       − Не за что, обращайся в любое время, - ответил Гилар, улыбаясь, будто ничего не произошло. Однако Вран неожиданно почувствовал себя неуютно, едва смеющийся серый взгляд блондина зацепился за него. – А ты, парень, с Бойцовского, я прав?       − Как это ты догадался? – Сегодня они виделись впервые, да и отличительного символа факультета Вран пока ещё не заслужил. Гилар издал непонятный смешок и отправил в рот кусок хлеба целиком. Пока он жевал, у Врана кончалось терпение.       − Даже не знаю, что на это сказать, господин «телохранитель». – Кудрявый развёл руками сокрушённо, словно действительно сожалел о своей прозорливости. – Ты уж защищай эту фурию, как следует. Её муж – чертовски влиятельный лорд: нам всем – «колдунам» – не поздоровится в случае чего. Ну, будем знакомы!       Отсалютовав, парень ловко собрал за собой пустые тарелки со стола и выскользнул из столовой раньше них. Сокурсники покорно потянулись вслед за ним, и с уходом всей этой компании непривычный ажиотаж в столовой как будто бы схлынул.