Экзорцист Семьи Ноя.

Через несколько дней после добровольной тренировки с Майтрой Аллен так и не получил от него никакого заключения по своему состоянию. Обычно хоть что-то он говорил сразу, а тут с самого начала впал в немую задумчивость, а если до него кто-то и дозывался, то он посылал их далеко, надёжно и кратко. Поведение тревожное и на него не похожее. Также Аллен старался избегать Тики и выбрал самую простую тактику из возможных — перебрался на эти дни к Шерилу. Сам Камелот был слишком занят, а Аллен радовал своим присутствием Роад и тихо проводил дни в основном за чтением. Пару раз также выходил на большие прогулки, но общение не доставляло никакого удовольствия. Кей, к сожалению, уехал, отправляться в портовый, давно знакомый район, куда юноша то и дело лазил «в маскировке», было немного лень да и не по настроению, хотелось посетить приют, но подобное путешествие в другую страну сейчас могло привлечь лишнее внимание.. Графа Аллен не видел. Остальные Нои намерено его не навещали. Все избегали жилища Камелота, кроме разве что Страсти, но та вилась вокруг Графа. Узам было, вроде бы, наплевать, но чуток неудобно. Идеальное место, чтобы играть в прятки. Особенно от Тики, которому на Аллена было плевать! Да, юноша был чертовски гениален в своей дурости! Бесконечно гениален! Но по крайней мере здесь он мог успокоиться, трезво взвесить все за и против ситуации. А через почти неделю его покой неожиданно нарушил Майтра. Это не были результаты, слова, напутствия или что-то ещё. Аллен не услышал ни одного слова к себе кроме краткого «пойдём», и юношу поволокли по коридору, как он был. А времени было пять утра. И вставать пришлось на крики и вопли ругающегося на все лады Одарённости. Ранний визит почти удался. Напуганы или раздражены были абсолютно все, когда Аллен выполз, он заметил одного, кажется, убитого акума. Другие старались не высовываться, Шерил откровенно зевал и пережидал неизбежное молча в сторонке. Роад так и не поднялась. Майтра стоял в центре, опасный, яростный, с мурчащим Кефиром на руках. Картинка выламывала и крошила непроснувшийся мозг юноши. Аллена утащили в предрассветное утречко, сонного, не одетого, ничерта не понимающего и тоже зевающего. Кефир был перед этим аккуратно опущен на свободу и, махнув на прощанье хвостом, помчался в тень. А Одарённость, заполучив то, что хотел, не собирался останавливаться для объяснений, извинений. Хорошо хоть с крыльца дома они переместились к лабораториям, а то юноша был ещё и босиком – дурацкая привычка, оставшаяся с детства. Что окончательно выбило из колеи, так это Тики,развалившийся в кресле «приёмной» лабораторий. Тики, изумлённо уставившийся на лохматого, полураздетого Уолкера. Деликатно кашлянувшего, прикрывшись ладонью, и обернувшегося к Майтре за объяснениями. Одарённость молчал. Одарённость наблюдал за Тики. — Зачем мы здесь? Аллен был слишком сонным, чтобы говорить, и лишь кивнул, присоединяясь к вопросу Ноя. Он держался за руку Майтры, поддерживая себя в стоячем положении и одновременно стараясь отступить в тень Одарённости, прикрыться им от возможного взгляда Тики. Хотя Тики даже не смотрел в его сторону! И, в отличие от Аллена, Тики был прилично одет и довольно бодр. Может быть, его выдернули совсем из другого часового пояса. Майтра развёл ладони и ласково поинтересовался: — И это всё? — Что всё? Аллен снова кивнул, теперь ещё явственнее отступая за спину Майтры. — Что-то ещё? — продолжал Ной, стараясь достичь непонятно чего. Недоумение и молчание встретили его вопрос. — Обалдеть. И, продолжая играть в молчанку, он потянул Аллена за собой, обошёл кресло Тики и усадил юношу в соседнее. Прошёл сам до дивана напротив и сел, сложив руки на груди, склонив голову на бок. И стал наблюдать. Аллен, несмотря на пушистый и замечательный со всех сторон ковёр под ногами, быстренько подтянул колени к груди, чувствуя себя уязвимым. Левая ладонь машинально сжалась в кулак. Он сверлил взглядом Майтру, избегая, как мог, Тики Микка. Тики тоже не смотрел на него. И так как Аллен знал это, не трудно догадаться, что всё же наблюдал украдкой за мужчиной. Майтра ждал. — Меня разбудили и вытащили сюда, только чтобы посадить и посмотреть на меня? — тоскливо вопросил Аллен. — Мне холодно и я хочу спать. — Спи. А мы подождём. — Чего? — возмутился уже Тики. — Заткнись. Аллен довольно и нагло ухмыльнулся Ною и, свернувшись клубочком в просторном кресле, закрыл глаза. — Какого чёрта здесь происходит? — зло прошипел Тики, тут же понижая голос, хотя логично, что Аллен ещё не уснул. Не успел бы. — Я смотрю вас двоих, ясно? Мне нужно. — Отчеканил Майтра, тоже понизив голос. — Даже не во время тренировки, а вот просто так? — Да. Мне так сравнивать параметры удобней! Тики нарывался. Майтра не ругался. Очень опасное сочетание, когда Одарённость злится, но никак не выпускает свой эмоциональный накал. Не означает ничего хорошего, потому Аллен решил всё же спать. Спать. Ведь это так приятно. Стоило юноше сладко засопеть, как Тики вновь завозился в кресле. — Майтра, что происходит? — Вы с Алленом в ссоре? — перешёл к главному Тринадцатый, так и не сводя взгляда с мальчика. Свернувшись калачиком, он устроил согнутую руку на мягком подлокотнике и туда же устроил и голову. Кажется, мальчику было очень даже удобно. А в комнате за последние десять минут заметно потеплело, несмотря на свою торопливость, Майтра не собирался морозить мальчика. Но и вставать за каким-то одеялом не собирался. Он был сконцентрирован на наблюдении и размышлении. Ни Тики, ни Аллен, ни он не должны были двигаться с места и нарушать сложившуюся систему. — Мы не ссорились, чтобы быть в ссоре. — Отчуждение? — предположил Майтра. — Возможно. Ты что, психологом подрабатываться взялся? — Тики совсем не нравился копающийся в его отношениях с Алленом брат. Это нервировало, и даже сигареты совсем не добавляли спокойствия. Майтра медленно закинул ногу на ногу, откидываясь на спинку и переставая наблюдать своих «пациентов». Первый раз за все сорок минут, что они просидели в приёмной. Глаза слезились, внутри царила распирающая голову сумятица сотен элементов, должных сложиться в единую, прочную систему. Голова болела. Неимоверно хотелось начать орать на всех и каждого самыми сильными из известных ему выражений до тех пор, пока из горла не пойдёт кровь, а голос станет сиплым, слабым. И тогда он сам тоже почувствует себя слабым и пустым. Майтре надо было пойти и погонять самого себя. Вот это оказалось бы полезней. — Это всё лишь для работы, Тики. — Предельно сдержанным тоном начал Майтра. — Только данные для успешной работы. Я не собираюсь вас мирить, укорять, ругать, читать лекции. Я всего лишь использую то, что происходит. — Не понимаю. — Ты туп. Тики хмыкнул, чему-то улыбаясь. Майтра едва преодолел желание отправить лабораторию в ад, прямиком на встречу с земным ядром. А потом посмотрел на свернувшегося Аллена, и взгляд потеплел. Мало кто мог похвастаться умением усмирять эмоции в Майтре. Аллен мог. Какая разница, что за кровь была в его венах, если во всём прочем он был действительно сыном Маны? Майтра так мало знал о собственных детях. О собственной жизни. Почему остальные Нои этим даже не заморачивались? Тики сразу ощутил на себе новый недовольный взгляд и лишь вопросительно приподнял бровь. Майтра медленно обвёл пальцами каплевидную, гладкую и холодную серёжку, путаясь в волосах. Её заряд определённо заканчивался, всего несколько мгновений, и она слегка потеплела. Придётся заменять. Да, лучше думать о делах. — Сканирование законченно? — деловито уточнил Тики. Майтра вновь смерил его взглядом. Изучающим, но на сей раз по другому поводу. Он был абсолютно честен, отказываясь читать лекции и пытаться что-то советовать Аллену и Тики. Пусть разбираются сами кто, кому, что, когда и почему. Ему было плевать. И всё же Аллен был привязан к этому раздолбаю. Бывшему раздолбаю. Уголки губ невольно дёрнулись, но Майтра не дал себе продемонстрировать слишком многое. Тики был у грани. Немного подтолкни, так, чтобы не удержался, и больше из семьи этот Ной сбежать не сумеет. Он сбегать-то начал лишь оттого, что ощутил: его затягивает. А его выдуманная, необходимая свобода идиотизма оказалась Ною дороже всего остального. Но никто не сможет отрицать очевидного слишком долго. И именно этим побегом, очевидно, Тики разрушил дружбу между ним и Алленом. Может быть, как раз мальчик и был тем, кто затягивал мужчину в семью? И Тики отдалился намеренно, опасаясь начавшую любить Семью его вольную, светлую сторону? — Майтра? — позвал Тики. — Мы свободны? «Мы» - отметил Ной и вновь посмотрел на Аллена. Мальчик всё же умудрялся удобно устраиваться даже в самых неудобных местах. Как кошка, в окружении которых жил последние годы. Кошки тоже умели дарить немного спокойствия. — Майтра? — Тихо, — мужчина приподнял ладонь, отмечая необходимость постричь ногти. Обычно он позволял им подрасти немного, скрыть кончики пальцев, в некоторых его опытах так было удобнее. Хотя и ломаться такие должны были проще и болезненней. Если бы он не был Ноем, ломались бы. Однако сейчас пришло время стрижки. И волосы тоже. Ной поднялся, Тики продолжал наблюдать. А Майтра не сказал ни слова и удалился. — Ну вообще круто! — раздражённо выдал Тики, вытягивая ноги и пиная стол. Аллен тихо заворчал, привлекая к себе внимание. Самым очевидным решением было бы уйти. Но страшновато. Поворчав для приличия, Тики сам перебрался на диван, так как для кресла оказался слишком велик и не умел так компактно складываться, как Аллен. Всё же мальчишка гибкий вырос. А потом Тики поймал себя на том, что около пяти минут лежит и рассматривает Уолкера. Отвернулся. Постарался больше об Аллене не думать. Постарался ещё сильнее, но и это не помогало. Ребёнок всегда был интересным и теперь также вызывал неоднозначные чувства. И Тики никогда не мог остаться к нему равнодушным, слишком часто задумывался (что было ему не свойственно) о том, каково Аллену у Ноев. Познакомившись с ним, Тики Микк впервые понял, что и с детьми-подростками способен неплохо ладить. И хотя его образ жизни нельзя было назвать хорошим, он притягивал Аллена. Они неплохо ладили. А потом долго не виделись. Всё как-то закрутилось само собой, и, однажды вернувшись, Тики Аллена почти и не признал. А Аллен его больше не признавал за своего. И всё было так странно, дико и неправильно. И потом их последняя стычка… Что стало с Алленом за время отсутствия Тики? Как сильно изменилась его жизнь? Насколько самостоятельным и, видите ли, взрослым успел стать этот ребёнок и почему Тики это так волнует? Почему так неправильно всё это? Неправильно, что Тики не было в судьбе медноволосого ребёнка? Мужчина и сам не заметил, как погрузился в беспокойный, но утешительный сон. *** Эпстейн была не в восторге. Рене была так далека от состояния восторга, что это стало очевидно даже после первого, намеренно спокойного «Да, Трайд» в телефонной трубке. При этом звук «р» она едва не прорычала на манер детских «тигрррушек», которых пытается пародировать ребятня, осваивая все сложности языка человеческого. Трайда подобное положение вещей устраивало. Он и так минут десять ждал, пока её величество дойдёт до телефона и начнёт беседу. Ждал, катал по бумаге карандаш, мысленно сокрушался обо всём, что смог бы сделать полезного за это время. К сожалению, даже бумажек, требующих заполнения, рядом не оказалось. И никого лишнего в его кабинете, кто мог бы работу предоставить, тоже быть не могло. Всё же за эти дни он неплохо устроился в Центральном Отделении Ордена. Так что нервозность и злость Эпстейн доставляла наслаждение. Наверняка она уже услышала, по какому поводу с ней собираются беседовать. — Знаешь, Рене, я тут в Центральном Отделении по некоторым причинам вдруг задумался о некоторых махинациях, что проворачиваешь ты и твоя команда. Разумеется, о махинациях, благословленных начальством. Ведь иных у тебя не бывает. Эпстейн закашлялась, пытаясь замаскировать проклятия. Три года назад Лори обнаружил таинственную, несанкционированную деятельность в Америке, что грозила не только обнаружением, но и распространением информации и инфекции среди гражданского населения. Ну кто бы дал проводить подобные опыты в выездных, отдельных и нигде не отмеченных и не зарегистрированных лабораториях? Были нормы, правила, что ревностно соблюдались, и Рене пришлось спешно сворачиваться. К тому же Глава отделения Океании всё же умел убеждать кое-кого из начальства в необходимости всех принятых мер. В самом деле, пара таких тупых оплошностей, и Орден сметут по первому желанию Тысячелетнего Графа! Орден итак выжил лишь потому, что Граф был занят иным и позволил ему существовать. Пора уже выходить в режим автономности и умения противостоять угрозам Графа, акума, Семьи Ноя. И Трайд вложит в эту задачу все свои силы, действуя по правилам, но всё же готовый устранить любую угрозу. Пока Эпстейн в какой-то мере и впрямь была полезна. Северная Америка давно превратилась сначала в нечто анархичное, затем Рене заняла место своего… Хммм? Отца? Трайд протёр глаза. — Ты успокоилась? — Что тебе надо? Отношения с давних пор у них не складывались. — Ты как всегда так мила со мной. — Трайд, какого чёрта? — Какого чёрта я должен объяснять тебе всё то, что ты давно знаешь от меня? Алма Карма. — Проект Второй Экзорцист, — ответила Эпстейн, и Трайд отлично представлял себе, как она сейчас кивает, начиная нервно подёргивать ногой. Он встречался с ней не часто, но мелочи подмечал неплохо. Пришлось тренироваться и учиться, раз уж суждено было общаться с такими. И лучшим советчиком и учителем оказался Лори. — Скажи мне, пожалуйста, Рене, был ли получен приказ об уничтожении всех объектов эксперимента, кроме Канды Юу, а? О заморозке проекта и запрете дальнейшего его развития? О консервации всех данных? — Приказ был выполнен. — После того, как был спасён и собран по кусочкам Алма Карма. И перевезён в ваше отделение, не так ли? После ваших действий, нарушивших приказ, вы послали запрос. И получили положительный ответ, не додумавшись даже уведомить об этом, как полагается, Центральное Отделение!! И тем более ваших соперников, что так досадно превзошли вас. — Превзошли? Это был провал, разве нет? — За каким хреном вам нужен был Алма Карма, Рене? — И с чего ты взял, будто мы не посылали отчёт Комуи? Может, он его так и не нашёл в бумагах! — Потому что я знаю это. Такого рода бумаги поступают отдельно, и их не было. Не было никаких исходящих пересылок с вашей стороны, Рене. Что с Кармой? На сей раз от его вопроса некуда было уворачиваться. Разве что положить трубку и свалить всё на перебой связи. Но уж это решение было бы совершенно детским. Рене не могла себе такого позволить. — Он, как и весь проект, законсервирован, — скрипнув зубами, всё же начала Рене. — Мы не нашли способа вернуть его к жизни или найти применение. Мы можем переслать документы. — Срочно. — Сегодня. — И вам придётся ждать мою команду. — Примем с распростертыми объятиями. Это всё, что ты хотел сказать, Трайд? Лекция закончилась? Я могу вернуться к своим обязанностям? Всё же нам теперь стоит приготовить тёплый приём гостям, не так ли? Понятия не имею, на кой вам копаться в давно закрытом деле? Мы устроили Карму, как полагается. — Рене, вы не сообщили нам. А мы должны знать всё. Мы те придурки, что взялись вас защищать, обеспечивать безопасность, что своими силами вы устроить не можете! Это не вспоминая о том, что, оставив Карму в живых, перехватив его и устроив всю эту заваруху, даже не озаботившись о надлежащей защите, своими амбициями и планами ты поставила под угрозу приоритетный объект эксперимента! Ты представляешь, как можно было развернуть эту информацию против нас и Канды? — Когда-то именно Алма Карма был приоритетным… — О да, десяток лет назад! Тот самый десяток, что Алма валялся у вас, а Канда спасал ваши задницы с остальными экзорцистами, подчищая акума! Если я проверю и подсчитаю, то окажется, что от некоторых рядовых искателей больше пользы, чем от тебя лично. — Мой научный вклад в дело Ордена…. — Нигде не подсчитан. Легальных, реальных исследований у вас в последние годы как-то не наблюдается. — Я руковожу отделом… — И ты так же, как и он, заменима. Что дал нам ваш отдел? Северная Америка вообще давным-давно ничем нас не радовала. И, если ты забыла, эксперимент Второго Экзорциста, давший хоть что-то и всё равно официально закрытый и названный провальным, вела семья Бак! И их люди! — Мой отец… Значит, всё-таки отец? Досадный пробел, Трайд не должен был забывать такие мелочи. Но обычно такие переговоры вёл не он. Но только не сегодня. Сегодня ему приходилось забирать место руководителя и разбираться самому. — Рене, я уверен, тебе уже по полочкам раскладывали, кто и сколько туда вложил. Но раз тебе так неймётся, всё это не важно. И я говорил о совсем другом. А ты предпочла не услышать. Ты большая девочка, тебе не к чему лекции. Восхитительно. Наличие у вас Алмы Кармы ставит вас всех в большую опасность. — Что? — Особенно тех, кто о нём знает, — не обращая внимания на возглас, продолжил Трайд. — Даже если этой информации, вроде бы, не было в Центральном, здесь легко угадывались подчищенные концы. И Нои ими заинтересуются. Они уже заинтересовались проектом и его плодами в целом. — Нои? Откуда бы… — Оттуда. Результат этого проекта успел засветиться, даже грохнув одного из Ноев. А тут ещё и такие известия о природе. И теперь, я надеюсь, ты прониклась моим возмущением, когда откопалась вся устроенная вами фигня? Некоторое время Эпстейн молчала, обдумывая сложившуюся ситуацию. Ей на руку было играть вместе с Трайдом. Если, конечно, она опять не задумала чего-то выдающегося. — Я буду иметь в виду, — наконец прозвучал ответ. — Ну, вот и чудненько. И да, не забудь, что Комуи, я уверен в том, тоже пожелает с тобой побеседовать. Ну.. как коллега, к примеру. Или как человек почти порядочный со своей противоположностью. Так что жди. Трайд положил трубку, завершая разговор. В общем, он был доволен. Пальцы опустились и медленно провели по корочкам папок, скрывающим общий отчёт о проекте Второго Экзорциста. Немногое, что осталось здесь. Немногое и тщательно скрытое. Но недостаточно для того, кто принял личину главы отделения Океании, ответственного за безопасность Ордена. Трайду было даже немного жаль. Он был удобен и хорошо знал своё дело. Стоило отдать должное профессионализму Лулу. И приложить ещё больше усилий и внимания к собственной миссии. Правее и ближе к углу стола лежали ещё папки с делами Алмы и Юу. Под ними дела потолще – с данными об их прототипах. И, наконец, слева хранилась самая пухлая папка, заведённое личное дело Канды Юу, с тех пор как он попал в обучение Генералу Тиедолу. Характеристики, показатели физического и психического здоровья, многочисленные пометки, жалобы, даже немного сплетен и, конечно же, миссии. Оставалось разве что связаться с Баком, уточнить кое-что и… И Трайд, в принципе, решил уже, что он будет со всем этим делать.