Экзорцист Семьи Ноя.

Иногда члены Чёрного Ордена делали безумные заказы, узнавая, что кто-то из экзорцистов отправляется в город. А отказать им было действительно сложно. Большинство из них подобных выходных не получало по полгода, просиживая штаны в лабораториях и прочих помещениях штаба. К счастью, в список очень нужных вещей никогда не попадали такие вещи, как еда. Вроде любимых конфет или сорта чая. Обо всём этом с радостью и усердием заботился Джерри. Одеждой самой разной члены Ордена снабжались своевременно. Конечно, особые запросы никто выполнять не брался вроде «накидки из шкуры медведя», но приятные глазу мелочи сотрудники могли получить. Были у них и мелочи, перешедшие из прошлой жизни. Жизни до Ордена. В Орден разрешалось пронести не так уж и много вещей, и обычно это были напоминающие о прошлом и семье мелочи, игрушки, статуэтки, чашки, из которых пили лишь по особому случаю, и, конечно же, фотографии. Не секрет, что часть денег, зарабатываемых некоторыми сотрудниками Ордена, отправлялась их Семьям. Линали точно не знала, правда, как это объяснялось, но подобные выплаты были прописаны в разных законодательных нормах и всех устраивали. Но, конечно же, порой людям хотелось обновок. Они проникались новыми идеями, им хотелось просто ощутить что-то, купленное в городе именно для них, по их просьбе, на их же честно заработанные деньги. К тому же не стоило забывать и про различные праздники, когда всем хотелось преподнести друг другу особый презент. После переезда в новый штаб отлучаться кому-либо, кроме экзорцистов и ещё кое-кому по делам, было запрещено. Опасения за безопасность Ордена более чем очевидны. И никто не возражал. А вот запросы порой попадались странные. Мягкие тапочки, заказанные у определённого мастера? Лучше бы всем портным Ордена не слышать об этом, конечно! Но могла ли Линали осуждать человека за столь простое желание? Наручные часы – здесь проще. Особых требований нет, а ничего подобного в Ордене не выдавали. То есть, имея свои средства, можно было заказать, да, также вносили правки в требуемый гардероб… И о гардеробе, опять же. Пижама с жёлтыми мишками. Встретившись конкретно с этим наименованием, Линали не знала, что испытывать: удивление, умиление или всё-таки отвращение? И что двигало заказчиком? И почему именно купить снаружи, а не заказать? И не такие вещи заказывались, порой просто чтобы бросить вызов или из-за проигрыша в споре. Пара париков — теперь список звучал тревожно. Какое-то коллекционное издание, что следовало лишь оплатить и забрать, заказаны они были уже давно. И кое-что из более или менее обычной мелочи. Туалетная вода определённая, зубной порошок тоже особый, шерсть для вязания, разноцветные ленты. В общем… много чего, но не достаточно, чтобы Линали отказалась. Да ей и не трудно было и интересно заниматься подобным поиском. Так что заказы она принимала с пониманием, и все знали, что, если что-то не найдётся, оно не нашлось. Обычно в таком случае Линали выбирала что-то на свой вкус, и такому счастливчику кто-то даже завидовал, пытаясь поставить просьбу позаковыристей в следующий раз. Но разве это счастье? Те, кому доставались презенты от самой девушки, страдали следующие недели от пристального внимания её брата. Ничего счастливого на самом деле. А Линали доставляло истинное удовольствие выбирать что-то от себя, долго бродить между прилавками, рассматривать, приглядываться, не обращая внимания на то, как солнце побежало к закату. — Ты возвращаться вообще не собираешься, да? — подавляя зевок, заметил некто прямо за спиной, и изумленная девушка, обернувшись, наткнулась на недавнего знакомого. Закутанного в серое, сонного, хмурого блондина с шикарной гривой и темнеющей порой кожей. Не составило труда отыскать за ним невдалеке покачивающегося Дебитто. — Какого чёрта вы здесь!.. Девушка осеклась и дико оглянулась. Слишком много народу. — Мы здесь, — кивнул блондин, приподнимая руку. — Что вы здесь делаете? — прошипела Линали, понизив голос. Чёрт возьми, как так она второй раз встречает Ноев! Если в прошлый раз у них был выходной, то что сегодня? На самом деле они где-то неподалёку живут? Или рядом есть другое важное место? И почему в этот раз не она заметила их первой, а они её! — Мы ждём тебя, между прочим, — смешно насупил брови Джасдеро, продолжая покачивать направленным на Линали чёрным ноготком. — И почему я не в курсе? — разговор как-то сам собой получался. И куда непринуждённей, чем в прошлый раз. — Потому что, — наконец-то повернулся брюнет и душераздирающе зевнул. — Мы не собираа..ааа…. Блондин тоже зевнул. Линали ощутила желание зевнуть немедленно, но опустила голову. — И? — Мы тайно ждали! — всё же выдал Дебитто. — Тайно? Зачем? — Ну… — блондин попытался уклониться. И от беседы, и просто уклониться. И едва не упал. — Мы хотели тайно проводить даму до дома. Что такого? — хитро усмехнулся Дебитто, и у Линали внутри похолодело. — Как…. Как давно вы меня… — Тебя пасём? С полудня. Они наблюдали за ней так долго, и она даже не заподозрила? Как такое вообще возможно? Как такое может быть? Как она.. а если бы у них хватило терпения, и они дождались, пока Линали отправится к Штабу? Нет, у них, конечно, была проверенная защита, и отследить и половины пути Нои не сумели бы, но всё равно! Как эти два шумных, явно выделяющихся балбеса умудрились быть столь незаметными. — А теперь, когда вы признались, а я не собираюсь пользоваться вашей компанией, мы можем снова разойтись? Постойте! Вы что, не просто отдыхаете, но специально пришли сюда сегодня, чтобы вычислить меня и мой путь домой? — Да, и мы приходим не первый день, — гордо объявил Дебитто. Вот теперь ей стало действительно жутко. Почему она никому не сказала? Ах, но Лави же знал, к примеру! Но в этот раз он точно был занят и не мог появиться и спасти её. — Подождите. Вы постоянно сюда приходите? Постоянно приходите и смотрите? Ждали, когда я?.. —Да мы бы всё равно дождались. Акума прислали бы следить. Или ещё что. По всем правилам Линали следовало сообщить как минимум о таинственной активности в городе. И больше сюда никто бы не совался. Кроме группы экзорцистов зачистить местность. А потом ещё послали бы. И снова бойня. Они превратят город в арену. Ноям будет весело. Их стороне – не очень. Ну, хотя бы акума будет всё меньше, меньше и меньше. — Чёрт! — пробормотала она, впервые чувствуя себя в тупике. Ну, они раньше не так уж враждовали с Ноями. Не подозревали об их существовании! Чёрт возьми! — Оу, кажется, случилось что-то неприятное, — гаденько усмехнулся Дебитто. Они были в одном из весьма злобных настроений. Не то, что в прошлую встречу. Тогда они лишь на полчаса подобным образом обозлились ни с того ни с сего, но затем отвлеклись на обсуждение цвета платья. — Знаете что, господа, мы с вами вообще-то… — Нам лень драться, — продолжил Джасдеро, отступая и хлопая в ладоши. — Опять. Ну правда, что же убивать всех кругом? Давай подумаем о тех, кому потом это место прибирать, отстраивать, тела изучать, собирать, отыскивая, где чьи руки-ноги-головы-лапы… Ной состроил очень жалобное выражение лица. А учитывая, что сегодня его глаза оказались жирно подведены, хотя и без лишних хвостиков и узорчиков, выглядело сие зрелище жутковато. — Хорошо. И как я от вас уйду? — Ну, не знаю… — Мы только встретились! — Будет нечестно сразу расходиться, не так ли? Линали стоило удрать как-то незаметно. Сначала ослабить их внимание. — Куда я от вас денусь. — Ну и отлично. Всё равно мы это…. — Не важно, — фыркнул Дебитто, и они над чем-то рассмеялись. Линали же с ужасом увидела приближающуюся к ним знакомую фигуру. — Линали? — Говард! — Линали! У вас выходной? — остановился парень. Проходил ведь мимо. Действительно мимо и очень близко. Конечно, остановился поздороваться. — Да, и вот решила пройтись, — она потрясла пакетами с покупками. — А эти два молодых человека? — Линк перевёл взгляд к Узам. — Не представишь? — О, это просто знакомые, — желая, чтобы это звучало как можно проще и невинней, ответила девушка. Ну же, Линк не глуп, должен понимать, что обычные встречные знакомые ничерта не знают об Ордене и прочих вещах и обсуждать их сейчас не стоит. Стоит оставить Линали одну. Что за идиотская привычка у нее задерживаться на улицах допоздна? А если бы не задержалась, за ней бы последовали Узы! — Ах, — кивнул Линк с пониманием. — Неплохо проводите время, я надеюсь? Почему он не уходит? Что-то заподозрил? Почему он так смотрит?.. Ну да, парни выглядят подозрительно, и Линали говорила с ними не очень дружелюбно. Значит, заметил. — Вроде того. Хотя мы только неожиданно столкнулись, — девушка попыталась уверить Линка, будто всё в порядке. — Да. Ну, раз так… Что ж… — ему определённо что-то не нравилось. А Линали не решалась глянуть, как ведут себя эти двое. — Подожди, это что, твой парень? — склонил голову на бок Дебитто, становясь рядом с девушкой.. Линали аж икнула от страха: да кто в здравом уме предположил бы такое и сказал вслух, зная её брата! — Н-нет! Разумеется нет!! Как вам вообще пришло….. — Тогда что ты перед ним отчитываешься? — Ну, он… Говард работает со мной и… — Начальник! — глубоко кивнул Джасдеро, шагая прямо к Говарду и заглядывая не в глаза, но в душу. — А им всегда только и дай повод пролезть в личную жизнь, оглядеть все углы и щели. Не их дело вовсе, но надо и точка! — Я… не… — Линк, кажется, успел пожалеть, что вообще вмешался. Ситуация-то была очевидной. — У тебя разве не выходной? — поинтересовался Дебитто, наблюдающий за Говардом с лёгким прищуром. — Да, но… — И этот хрен лезет со своими вопросами в твоё свободное время, когда ты вольна что угодно делать, даже закон нарушать, так чтобы он не видел. Но допрашивать посреди улицы ни с того ни с сего? — Я не… вы неправильно поняли! — Тогда вали отсюда нахрен! — воскликнул Джасдеро, метко и молниеносно ударяя каблуком в колено. Очень больно, судя по всему, но в пределах человеческих умений. — А то ишь ты… Всё настроение испоганил, сукин сын! — Линк, я прошу проще… Ей не дали договорить, хлопая по рту. — Он бы должен попросить. И мы, может быть. А ты то чего за других отдуваться собралась? — фыркнул Дебитто и снова злобно зыркнул на Линка. — Разговор окончен? Или она тебе о каждой минуте, здесь проведённой, отчитаться должна, нет? — Нет, разумеется. Нет. Линали… — Всё хорошо, Говард, просто… — Мы не так друг друга поняли, — кивнул молодой инспектор и удалился. А Линали так и осталась с открытым ртом. — Кажется, у кого-то намечаются проблемы? — ехидно поинтересовался Дебитто, толкая локтем девушку, только сообразившую, что она могла бы его предупредить о нахождении здесь Ноев незаметно, но даже не подумала о том!! — Ах, я чувствую себя таким довольным. Так что теперь: бойня или мирная прогулочка? *** Аллен давно не проводил так время с Графом. Чтобы сидеть сутками, болтать, наблюдать за работой, мешать по мере сил. Он даже не понял, как соскучился по такой компании, пока вновь не очутился в подобных условиях и не осознал, как же давно не происходило ничего подобного. А когда его запирали в одном доме с Графом – это, конечно, другое. Там и сроки слишком велики, и Аллену надо по собственному желанию наведываться к главе Семьи. Забавнее всего было слушать истории о тех же Ноях, но в прошлых поколениях. Сами они не помнили точно, да и часто речь шла о глупых несуразицах и мелочах, но юноша копил компромат. Иногда глядел на нынешних Ноев, пытался поставить их в такую же ситуацию и почти всегда убеждался, что они повели бы себя точно так же, как и прежде. Как и многие поколения назад. Печалило немного, удивляло и восхищало. К тому же Аллен знал теперь точно, чему завидовать у Тысячелетнего Графа. Его выдающейся памяти, конечно же! Хотел бы Аллен так же. Или нет. За весёлыми историями он порой касался и печальных. И видно, помнил их точно так же ярко и ясно, как и истории о весёлых событиях. Аллен не хотел бы слишком ясно помнить некоторые не очень приятные события. И не знал, как Граф мог жить с таким грузом. Действительно не человек. Но Аллен пока не видел, с чего бы считать Графа ужасным или мерзким. По его мнению, он был лучше и величественней. И слушать его было жутко интересно и поучительно. Не то чтобы Аллен был прилежным учеником, но всё-таки! Он вырос на разных историях Графа и выкрутасах остальных членов Семьи. И теперь отчётливо понимал, почему не может найти себе дела среди людей. Потому что в его представлении любая человеческая работа ведёт ко многим связям с людьми. А он этого никогда не хотел. Ему хватало Кея и Тиры. Он понятия не имел, как там Тики умудрялся жить мирной жизнью и получать удовольствие! Но к Ною он обратился по немного иной причине, конечно же. Рано или поздно, а лучше бы раньше, ему предстояло узнать, о чём говорил Неа. Раньше, чем просекут другие Нои и расскажут сами, тоже желая предостеречь и защитить. Ничего удивительного, что он в приказном порядке затребовал Тики явиться. Всё в ту же резиденцию Шерила, но последний отсутствовал, а Тики прибыл подозрительно скоро. Словно только и ждал посыльного-акума с заветным сообщением. — Ты хочешь узнать о моей репутации, так? — с берега в карьер. Тики явно ожидал от встречи одного. — Я хочу узнать, что с тобой было. А вот репутацию твою… нафиг не нужна! Я составлю мнение сам, если позволишь! — нервно выдал Уолкер, прекращая нарезать круги и падая на диван. В отличие от него самого, Тики садиться не стал. Отошёл в другой конец комнаты, скрываясь в тенях. — Удовольствие Ноя – имя, которым не всегда можно гордиться. Такова моя натура и так я почти всегда из жизни в жизнь себя вёл. — То есть? — нервно переспросил Аллен, потянувшись, легко дёрнув шнурок и прогоняя спасительный полумрак. Он хотел видеть Тики. Немного тени – оставил, если ему так удобнее. Но слушать кого-то, столь явно пытающегося спрятаться, – увольте. Тики почти не среагировал на его действия, оставаясь полубоком, не двигаясь с места. — Две мои половины лишь помогали мне искать новые и новые грани удовольствия. Если же… я сталкиваюсь с досадливым препятствием, чем-то, что меня злит, раздражает, бесит и вообще что угодно, я сворачиваю и нахожу что-нибудь новое. Жизнь бродяги во многом обо мне говорящая. Я в любой момент мог свернуть, оттолкнуть надоевших людей, притянуть тех, кто понравился. Я уже не говорю… ситуация с моими друзьями, Аллен. Помнишь? Мои хорошие друзья. Где они сейчас? — Сейчас? — Не знаешь? Я тоже. Просто однажды, вот недавно, я понял, что они мне... о да, это ещё одна гадкая грань меня! — нервно расхохотался Тики, стоя перед окном и судорожно зарываясь пальцами в волосы. — Они мне надоели! — Тики, — тихо позвал Аллен. — Да-да! — резко обернулся Ной, не позволяя Аллену говорить. — Так оно и есть. В любой момент что угодно может мне надоесть или показаться слишком уж неинтересным по сравнению с чем-то новым, и фьють! Меня уже нет! Я им ни слова не сказал на прощание. Я понятия не имею, что они подумали. И у меня нет ни малейшего желания возвращаться и сообщать, так как эти действия не принесут мне ни грамма удовольствия. Аллен кивнул, понимая, что от него ждут каких-то действий. Но говорить ему было нечего. Действительно нечего. Да и страшновато как-то. Всё пошло не так! Чёрт, будь Тики человеком, рассказывающим о своих манерах и привычках, тешил бы себя Аллен надеждой исправить его и стать единственным? А хрен знает. Порой и люди безумно упрямы. А тут Ной. И его природа. Его манеры. То, что повторялось столетиями! Другие правила, и совсем не понятно, проще или сложнее. — И с тобой подобная история. Мне нравилось. Новые, странные ощущения. Даже Семья вдруг стала казаться другой. И даже та твоя травма не омрачила меня совсем. Я помог тебе справиться! Чувствовал себя героем! Но, как оказалось, на долгий срок моего героизма не хватило. И после ситуации с твоей матерью ты нуждался в поддержке, а я не смог помочь в тот момент, когда это требовалось. После пары попыток бросил неблагодарное дело! А потом и вовсе как-то всё не хотел с тобой видеться. Узнавать, насколько всё плохо или хорошо. Понимать, что сам теперь дурак, ничего не сделал. Я ведь знал, что ушёл. — Ты опасался, тебе претило, и ты пошёл по пути лёгкого получения удовольствия? — такую пощёчину Аллен получить не ожидал. — Да. Но Тики подтвердил всё спокойно и ровно. Юноша опустил лицо, застонав, чувствуя, что звук, прорывающийся сквозь зубы, больше похож на рык. Сил смотреть на Тики не было. — Ты идиот! — Не сомневаюсь. — Иногда надо делать то, что тебе не нравится! — он всё же не выдержал, вскакивая, но удерживая себя на месте. Лишь дикая жестикуляция могла выдать его желание повиснуть на Тики, не то прижавшись, не то ударив побольнее. — Все так поступают, чёрт возьми! Я не могу поверить, что ты так не делал! — Если это связано с Семьей, то я могу всё же перестроить себя под тьму и наслаждаться. Хотя я и избегаю их, опасаясь, что они перекроют мне другие выходы. Были ситуации, что усложняли мне жизнь, но обычно они отвращали меня от предмета обсуждения. Вот как в случае с друзьями моими. Как только замаячили очередные оправдания перед ними, что не показались мне забавными, я сразу отрёкся от них. — А сейчас… у тебя сложности со мной, — едва не задохнулся юноша, стискивая ладонь в кулак. — Аллен, я ублюдок с очень паршивой сущностью. Мне… я рад, очень рад, что ты не узнал об этом раньше. И, будь моя воля, ты не узнал бы об этом вообще. — Потому что… все эти разборки лишь приносят тебе новые трудности, вызывающие головную боль, а не удовольствие? — печально фыркнул Уолкер. — Вроде того. — Ты такой…. Чёрт. Я просто… я не верю… — И я хочу, чтобы ты не верил, — кивнул Ной. Задумался. Покрутил между пальцами карандаш, переламывая пополам. — Или нет. — Ась? — Я не знаю. То, что происходит сейчас… как бы отвратительно оно не было, я был уверен, что все наши разборки принесут мне дикую головную боль! Если честно, когда Неа заявил обо мне, я был так зол! На него, на себя, на весь мир! Кроме разве что тебя. Я впервые захотел не отстраниться и уйти в сторону, а перемотать время вспять и сделать так, чтобы ничего не происходило и всё шло как раньше. — Должно быть, для меня это что-то хорошее значит, так? — Аллен всё ещё сомневался. Но был действительно рад, что этот разговор происходил сейчас. Манеры Тики… Ну, они ведь не распространялись на Семью? Но и Аллен не обладал тьмой и не имел цикла перерождения. — Я не знаю, Малыш. Я хотел бы думать, что да. Или нет. Я в смятении. Представляю, как ужасно должно быть сейчас тебе. — Это лучше, чем если бы я узнал обо всём позже. Если бы не было никакого разговора. Если бы я ничего не знал о твоём характере. Как оказалось, я многого не понимал. Ну, то есть… Чёрт! Я чувствую себя идиотом. — Прости. Но Аллен лишь мотнул головой. — Я совсем не понимал настоящего тебя и требовал, чтобы ты пытался узнать меня!! — Но ты ведь от меня не бегал. — Обиделся и бегал. — О! — Тики всплеснул руками, не зная, рыдать или ржать. — Теперь мы будем, как в тупом романе, перекладывать друг на друга ответственность, что ли? Аллен лишь отрицательно мотнул головой, прижимая руки к груди и хорошенько задумываясь. — Я не знаю, что ты хочешь со всем этим делать, но я зол, что ты даже не собирался предупреждать и оказался таким нерешительным трусом! Мог бы, по крайней мере, сразу сообщить, что в любой момент можешь меня прогнать! Но теперь ясно, чего ты позволял так медленно развиваться нашим, — Аллен попытался изобразить жестом, — отношениям. Конечно. С одной стороны, ты догадывался, что оно может ни к чему хорошему не привести, а с другой, боялся, что иначе тебе вдруг может надоесть. — А ты говоришь, будто меня не понимаешь, — криво усмехнулся Тики, не скрывая свою печаль. — Ага. Аллен ждал, наблюдая за Тики, несмотря на опущенную голову. Тики ждал его, с напряжением рассматривая. Несмотря на весь этот сложный разговор, Аллен был действительно рад, что теперь таких странных недоговорок между ними не осталось. Хотя и было обидно. Даже очень. Но, с другой стороны, хотелось утянуть Тики к себе, наплевав на все эти возможности, на туманное будущее, предпочитая жить здесь и сейчас. Он всё ещё хотел этого Ноя, и вряд ли что-то было способно изменить его желание. Вот только стоит ли оно? Не будет ли после удовольствия жуткого послевкусия? Может, лучше прекратить всё сейчас? Дожидаться от Тики уверенного ответа – глупо. Он раньше, очевидно, не связывался ни с кем всерьёз и надолго. Да, так же, как и Аллен, хотя юноша изначально желал с Тики чего-то крепкого, фундаментального. И что, любая, самая глупая ссора может всё разрушить? Или стоит хотя бы посмотреть, что запомнит Тики из сегодняшней неприятной ситуации? — У тебя всё? — он решительно поднялся. Тики тоже весь встрепенулся, вздрогнул, нахмурился. Очевидно, и сам не знал, как лучше. — Аллен, ты мне действительно очень дорог, — тихо и медленно произнёс мужчина, будто пытаясь разодрать сердце Аллена, нерешительно привыкающее к решившему забраться глубже других постояльцу. — И мое желание… мои чувства к тебе… Я не помню себя в прошлых жизнях и не могу утверждать с полной уверенностью, но это что-то особенное. Я думаю. Аллен кивнул. — Хорошо. Ты ведь понимаешь, что сейчас, после всего произошедшего…. «…безумно нелепо бросаться друг другу в объятия и предаваться страсти! Ведь так даже я позабуду обо всех проблемах, чего говорить о тебе!» — осталось не произнесённым. Аллен просто пошёл прочь. — Я хочу проветриться. — Я могу… — Это плохая идея. Но я обещаю не уходить далеко и не задерживаться, — кивнул юноша, не оборачиваясь, и, наконец, выскочил за дверь. Прогулка не задалась с самого начала. Всё складывалось неправильно, мысли о Тики, о том, что следовало поддержать мужчину, сказать, что ему всё равно, плевать, он желает, чтобы они были вместе хотя бы и на время… А потом что? Что с ним будет потом? Когда время истечёт? А оно уж точно истечёт, деваться некуда. Аллен грыз самого себя, кусал ногти, морщился. Далеко пытался не уходить и бродил по слишком уж знакомым местам, где успел изучить каждую дощечку в заборе или камень в стене. Погода так же не радовала, завывая ветром где-то над головой, далеко, высоко. И немного холодно. Но кутаться сильнее Аллен не стал. Плечо неприятно кололо, и как-то неуютно было юноше. Может, лучше вернуться? Он развернулся, чувствуя, что вот-вот начнёт улыбаться, понимая, что всё ещё рвётся к Тики, и замер, обнаружив прямо перед собой мужчину. — А вот и ты, порочное дитя.