Давай спасём друг друга

Нил Джостен стоит перед зеркалом в тесной раздевалке ресторана «Tramonto», разглядывая своё отражение в мутноватом стекле. Белая рубашка, выглаженная до хруста, сидит на нём непривычно строго, чёрный фартук завязан узлом на талии, а брюки слегка жмут в бёдрах. Он поправляет воротник, пытаясь унять дрожь в пальцах. «Глупо. Это так глупо», — шепчет внутренний голос, тот самый, что всегда напоминает ему о необходимости бежать. Но деньги заканчиваются, а Калифорния — недешёвый город. Один день. Только один день, и он найдёт что-то другое, где не придётся светить лицом перед толпой незнакомцев. Нил сглатывает, чувствуя, как горло сжимает знакомый комок тревоги, и прячет ключ от шкафчика в карман фартука. Сумка с его пожитками надёжно спрятана внутри, как якорь, напоминающий, что он всегда готов сорваться с места. Дверь раздевалки скрипит, и в проёме появляется Ники — тот самый парень с ослепительной улыбкой, который вчера буквально втолкнул Нила в эту работу. Его тёмные волосы растрёпаны, а в руках он держит поднос с пустыми бокалами, звенящими друг о друга. — О, ты уже здесь! — Ники сияет, словно Нил — долгожданный гость, а не случайный беглец, решивший подзаработать. — Выглядишь как заправский официант. Готов покорять зал? Нил кивает, хотя в груди всё сжимается. Он не готов. Совсем. Но вместо этого он натягивает слабое подобие улыбки — кривоватое, неестественное, как будто лицо не привыкло к такому движению. Ники, кажется, не замечает его внутреннего смятения и хлопает в ладоши. — Отлично! Сегодня попроще, чем вчера. Меньше народу, но заказов всё равно куча. Просто делай, как я сказал: меню, улыбка, записал заказ — и ко мне. Не запутаешься, ты же умный парень, да? — Он подмигивает, и Нилу хочется провалиться сквозь пол. Умный? Скорее, отчаянный. — Я постараюсь, — тихо отвечает Нил, голос звучит глухо, как из-под воды. Он не смотрит Ники в глаза, вместо этого фиксируя взгляд на своих ботинках, потёртых, но всё ещё крепких. — Вот и славно! — Ники подталкивает его к выходу из раздевалки, и Нил невольно напрягается от лёгкого касания. — Пятый столик снова твой. Пара бизнесменов, выглядят не особо придирающимися. Удачи, Нил Джостен! Имя, произнесённое вслух, режет, как нож. Нил вздрагивает, но Ники уже уносится в зал, оставляя за собой шлейф энергии и запах кофе. Нил делает глубокий вдох, сжимает в руке блокнот и выходит следом. Зал «Tramonto» встречает его приглушённым светом и мягким гулом разговоров. Сегодня столиков занято меньше, чем вчера, но атмосфера всё равно кажется Нилу слишком живой, слишком открытой. Он чувствует себя мишенью, стоящей посреди комнаты. Взгляд скользит по лицам гостей: пара пожилых дам с бокалами белого вина, семья с двумя детьми, шумно спорящими из-за десерта, и те самые бизнесмены за пятым столиком — двое мужчин в строгих костюмах, погружённых в свои бумаги. Нил выдыхает. Никого подозрительного. Пока. Он подходит к пятому столику, стараясь двигаться плавно, как будто он делал это сотни раз. «Подошёл, дал меню, отошёл», — повторяет он про себя слова Ники, как мантру. Один из мужчин, лысеющий, с красноватым лицом, поднимает взгляд от бумаг и окидывает Нила оценивающим взглядом. — Меню, пожалуйста, — говорит он, голос низкий, а интонация кажется приказной, словно он привык, что его слушают с первого слова. Нил молча протягивает два кожаных меню, стараясь не встречаться с ним глазами. Второй мужчина, помоложе, с аккуратно уложенными тёмными волосами, даже не смотрит в его сторону, продолжая что-то печатать на ноутбуке. Нил отступает на шаг, чувствуя, как пот холодеет на спине. Он ненавидит это ощущение — быть на виду, быть уязвимым. Но он стоит, ждет, пока они не начнут перелистывать страницы, и только тогда позволяет себе отойти к стойке, где Ники уже раздаёт указания Эрику. — Ну как? — Ники оборачивается к нему, вытирая руки о фартук. — Не съели тебя? — Пока нет, — бормочет Нил, стараясь, чтобы это прозвучало как шутка. Но в его голосе нет лёгкости, и Ники, кажется, это замечает. Его улыбка становится чуть мягче. — Расслабься, Нил. Ты справляешься. Просто дыши и улыбайся, окей? Люди это любят. Нил кивает, но внутри всё кипит. Улыбаться? Он не улыбался по-настоящему с тех пор, как был ребёнком. Нил сжимает губы, подавляя желание сказать, что улыбка для него — это роскошь, которой он не владеет. Вместо этого он молча кивает и возвращается к пятому столику, заметив, что бизнесмены закрыли меню. Его сердце бьётся быстрее, чем нужно, но он заставляет себя двигаться. Подойдя, он достаёт блокнот и ручку, готовясь записывать. — Готовы сделать заказ? — Его голос звучит ровнее, чем он ожидал, и это придаёт ему крошечную долю уверенности. Лысеющий мужчина смотрит на него с лёгким раздражением, как будто Нил прервал важный разговор. — Ризотто с морепродуктами и бутылку «Кьянти», — говорит он, возвращаясь к своим бумагам. — И побыстрее. — Паста карбонара, — добавляет второй, не отрываясь от экрана ноутбука. Нил быстро записывает заказ, стараясь не обращать внимания на резкость в голосе первого мужчины. Он кивает и направляется к Ники, который уже ждёт его у стойки с очередной порцией бокалов. — Ну что, как успехи? — Ники наклоняется ближе, его глаза искрятся любопытством. — Нормально, — коротко отвечает Нил, передавая ему листок с заказом. — Они хотят, чтобы было быстро. — О, эти типы всегда такие, — Ники закатывает глаза, но его улыбка не исчезает. — Не бери в голову. Сделаем всё в лучшем виде. — Он поворачивается к кухне, чтобы передать заказ, но вдруг останавливается и смотрит на Нила с хитринкой. — Слушай, а ты откуда вообще? Ты не похож на местных. Нил замирает. Вопрос, которого он боялся. Его пальцы крепче сжимают ручку, и он чувствует, как напрягаются мышцы шеи. «Ложь должна быть простой», — напоминает он себе. — Я… путешествую, — отвечает он, стараясь, чтобы голос звучал естественно. — Работаю то тут, то там. Ники приподнимает бровь, явно заинтригованный, но не давит. Вместо этого он кивает, как будто принимает ответ, хотя Нил видит, что он не до конца поверил. — Круто, бродяга, — Ники ухмыляется. — Ну, если решишь осесть, у нас тут неплохо. — Он подмигивает и уходит на кухню, оставляя Нила одного у стойки. Нил выдыхает, чувствуя, как напряжение медленно отпускает его плечи. Он оглядывает зал, проверяя, нет ли новых гостей, и его взгляд цепляется за фигуру у окна. Тот парень. Тот самый, с холодными глазами и светлыми волосами, который вчера смотрел на него так, будто видел насквозь. Эндрю. Вроде так его назвал Ники. Нил не знает, почему это имя так чётко отпечаталось в его памяти, но оно звучит в голове, как тревожный сигнал. Эндрю сидит за столиком с другими парнями, и его взгляд снова находит Нила. Это не любопытство, не раздражение — это что-то другое, что Нил не может разобрать. Мурашки пробегают по его телу, и он быстро отворачивается, притворяясь, что занят разглядыванием блокнота. — Нил! — голос Ники вырывает его из оцепенения. — Пятый столик, напитки! — Он протягивает поднос с бутылкой вина и двумя бокалами. Нил кивает и направляется к столику, стараясь не смотреть в сторону Эндрю. Он чувствует его взгляд на своей спине, как лазерный луч, и это заставляет его двигаться быстрее. Поставив бокалы и бутылку на стол, он ловит недовольный взгляд лысеющего мужчины. — Это что, всё? Где приборы? — рявкает он. — Сейчас принесу, — тихо отвечает Нил, стараясь не показать, как его трясёт от этого тона. Он возвращается к стойке, хватает приборы и возвращается к столику, чувствуя, как потеют ладони. «Дыши, Нил. Просто дыши». Когда он наконец отходит от столика, его взгляд невольно скользит к Эндрю. Тот больше не смотрит на него, погружённый в разговор с парнем, который сидит рядом. Нил выдыхает с облегчением, но тревога не уходит. Этот парень… он опасен. Не так, как Морияма, но по-своему. Нил чувствует это кожей, как предупреждение, которое нельзя игнорировать.

***

Остаток смены проходит в каком-то размытом ритме. Нил носится между столиками, записывает заказы, разносит напитки и еду, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Ники постоянно подбадривает его, бросая шутки и советы, но Нил отвечает односложно, не в силах расслабиться. К концу вечера его ноги гудят, а голова тяжёлая от постоянного напряжения. Когда зал пустеет, Ники подходит к нему, держа в руках пару купюр. — Ты молодец, Нил. Серьёзно, ты нас сегодня спас. — Он протягивает деньги. — Это твои чаевые. И приходи завтра, ладно? Нам правда нужна помощь. Нил смотрит на деньги, затем на Ники. Его улыбка кажется искренней, и это сбивает Нила с толку. Он не привык к доброте без подвоха. Взяв купюры, он кивает, не доверяя своему голосу. — Подумаю, — наконец выдавливает он, пряча деньги в карман. — Подумай-подумай, — Ники подмигивает и уходит к стойке, начиная подсчитывать выручку. Нил возвращается в раздевалку, переодевается в свою старую толстовку и натягивает капюшон. Он проверяет сумку — всё на месте. Дверь ресторана закрывается за ним с тихим звоном колокольчика, и он выходит в ночь. Дождь прекратился, но воздух всё ещё влажный и холодный. Нил плотнее прижимает сумку к себе, оглядываясь по сторонам. Никого. Только тусклый свет фонарей и далёкий шум машин. Он делает шаг в сторону тёмного переулка, но замирает, почувствовав чьё-то присутствие. Медленно обернувшись, он видит Эндрю, стоящего у входа в ресторан. Тот не двигается, просто смотрит, затягиваясь сигаретой. Его лицо непроницаемо. Нил чувствует, как сердце снова ускоряет ритм, но он заставляет себя отвернуться и быстро уходит в темноту, слыша, как его собственные шаги эхом отдаются в тишине. «Беги, Нил», — шепчет внутренний голос. Но на этот раз он не уверен, от кого он бежит.