Если бы она не погибла...

— Он прав, блонди, — кряхтит рядом сидящий с Траут Кенни — Что бесполезно.. С такими ранами даже Аккерманы.. Кхе-хе.! Он зажимает рукой кровоточащую рану на животе., — Не живут.. Мужчина сплёвывает. Его слюна красная. Женщина обнажает зубы в бешеном оскале, не прекращая целиться в капитана; — Заткнись.!! Кричит на преступника блондинка., — И не смей подыхать!! Ты понял меня?!! Она ощутимо пихает его свободной рукой., — Я беременна!!! Слышишь, козёл ты старый?!! — О-о.! Вздыхает Кенни, прислоняя голову к стене., — Вот это новости.. Его глаза закрываются. На лице Траут застывает гримаса боли. Женщина сначала опускает пистолет, неотрывно наблюдая за стремительно бледнеющим мужчиной. Затем издав нечленораздельные крик, бросается на замеревшую вдалеке Нифу. Но выстрелить не успевает: капитан вовремя уводит ей руку в сторону, иза чего пуля попадает в ближнее окно. Слышно, как кто-то кричит внутри. Не раздумывая, забегаю в дом, чтобы проверить в порядке ли его жильцы. К счастью никто из гражданских, которые прятались в это время под столом, не пострадал. Судя по всему выстрела испугались. Я возвращаюсь на улицу. Где опускаюсь рядом с неподвижно лежащим Кенни. Пристально вглядываюсь ему в лицо. Тот спустя несколько секунд приоткрывает один глаз, насмешливо смотря из-под корызька своего головного убора. Сдерживаю желание не отшатнуться. — Ему будет не сладко, — тихо шепчет Кенни, обращаясь явно ко мне — Леви нашему.. Перевожу взгляд на капитана, что вдалеке пытается успокоить бракающуюся Траут: та всё пытается дотянуться до своего пистоля, пока Нифа прижимает её к земле собственным весом. — Почему? Возвращаю взгляд на умирающего. — Потомучто его папаша ещё многим доставит проблемы.. Включая и собственным детям.. Удивляюсь; — Вы знаете настоящего отца капитана? Кенни вместо ответа многозначительно ухмыляется. Знаешь больше, чем говоришь, да? Но не скажешь. — Здохну - ну и ладно.. Всё равно отец из меня вышел бы некудышный, — с горечью произносит он, прежде чем испустить дух. Его тело обмякает. Теперь он окончательно мёртв. Когда я покидаю мертвеца, присоединяясь к живым, наблюдаю картину того как Леви вырубает всем поднадоевшую Траут. Теряя сознание, женщина по инерции ложится лицом к земле, так как получила удар сзади по спине. Я встаю рядом с капитаном. — Как ты? Интересуется тот моим состоянием. Киваю, давая понять что вполне хорошо. Хотя простреленное плечо не прекращает болеть. — Ну и видок у тебя, капитанишка! Восклицает приблежающееся к нам девушка со странным ободком. — Я тебя тоже рад видеть, Ханжи, _ ровно отвечает ей тот. — Капитан, — рядом с нами приземляется ещё одна девушка — Мы обезвредили всю часть Военпола, — она заправляет за ухо непослушную прядь блекло-рыжих волос — Так же решили проблему с выездами из городов, которую нам те устроили. До того всё было перекрыто. Они проверяли каждый дом, пугая и без того обеспокоенных людей. К сожалению не все наши сумели избежать смертельных засад.. — А что гражданские? — Они пытались бунтовать и даже сдали пару ребят. Многие из них посчитали, что именно Разведчики приносят им больше бед, чем титаны за стенами. — Ух.. Ясно. Как всегда не довольны. Пока она отчитывается, пользуюсь возможностью рассмотреть её получше: невысокая, ниже капитана, большие золотистые глаза, тонкие губки. Это же та самая разведчица, которая спасла меня от девианта в Тросте! Дальше часть наших войск отправляется искать сбежавших шифтеров (так их иногда называл сам Жакнер). Вторая продолжила штурмовать окрестности. Раненных отправили в ближний госпиталь, в числе которых была и я. В тот самый, где в буквальном смысле латали капитана Леви. Капитан же остался вести своих подчинённых в бой, заверев всех что находится в "состоянии". Адреналин от недавнего боя полностью не отошёл, поэтому до конца отдаться наказывающей усталости не получалось... Когда Разведкорпус смог отбить свои права и переубедить короля расторгнуть предыдущий приказ, всех находившихся в городе членов Гарнизона, Разведкорпуса и кадетов начили собирать для того, чтобы вывезти из Сины. Как понятно, нас с Армином повезли прямиком оттуда в Трост, где и находилось наше Кадетское Училище. К сожалению с той девушкой, которую капитан именовал при каждом обращении Петрой, поговорить не удалось. Надеюсь мне ещё предоставится возможность отблагодарить её хоть на словах. Что касается Женской особи, как её называл дедушка Жак: исчезла без следа. Его самого едва вырвали из её рук. Но больше надрываться по поводу доказательств о его намерениях не пришлось: они были у нас, ими были свидетели, которые видели как Атакующий защищал жителей города и солдат от Женской особи. И сам король наверняка видел. Поэтому не оставалось никаких сомнений: Жакнер будет выпущен из-под стражи и присоединиться к Разведкорпусу. Дот Пиксис был сильно избит в результате допроса, в котором применяли не совсем гуманные методы. Но как сказал доктор, жить будет (ой-ёй! Сколько тому ещё работы..) Капитану Верману досталось меньше. Поскольку этот трусливый слабак согласился подписать какие-то бумажки о подтверждении нашей виновности, где он сознаётся как принудительный соучастник. Позже его за это уволили. В общем судье в тот день пришлось задержаться на работе: велось целое следствие по выяснению истинных виновников. Выиграла наша сторона. *** (Леви): Мы везли участников Отдела по устранению неугодных лиц в тюрьму, в которой не так давно содержали нас. В моей голове крутилась не дающая мне покоя мысль о том, что человек, который вырастил меня и бросил одного в подростковом возрасте выживать на улицах, приходился мне родственником. И даже не дальним. Он никогда не говорил своей настоящей фамилии. И всё, что я знал о нём, так это то что он был близко знаком с моей покойной матерью. Большую часть своей жизни я думал, что он мой отец. Но была одна не состыковка: цвет глаз. Как и у мамы, у него они при жизни были серыми. Но в моих был намешан ещё один пигмент - голубой. У меня были серо-голубые. Которые я часто рассматривал в детстве в отражении зеркала, представляя вместо себя своего настоящего отца. Насколько я был на него похож? Чем старше я становился, тем сильнее замечал в себе черты матери. Но это не вызывало во мне жгучего отвращения. Наоборот. Да - она была из тысяч проституток, работающих в захолустных борделях. Но для женщин там просто напросто не было другой работы. А воровать у неё скорее всего не хватало духу. Я уже даже смирился с тем, что никогда не узнаю, кем был мой отец. Как вдруг Мина заявила о том, что этот подонок знал его. Вот скотина. Мог хотябы сказать перед тем как сдохнуть. И что самое дерьмовое, так это то, что несмотря на то что он бросил меня на произвол судьбы, его смерть задела меня. Он растил меня, пусть и не скрывая, какое великое одолжение делал мне при этом. И я привязался. Который человек, близкий моему сердцу умер? И скольких ещё мне предстоит пережить? Я сидел рядом с кучером на передке. Из мрачных мыслей выводит резкий звук щелчка сдвинутого затвора. Спустя секунду ощущаю на своём виске холод дула. Не шевелясь, перевожу взгляд вправо: сбоку от меня, стоя во весь рост, в меня целилась Траут. В её потухших глазах, в которых недавно горело пламя, теперь стоял лёд безразличия. Ей не было дело сейчас до того, что я явно превосходил её по силе. — Капитан.! Раздался надрывной голос Петры, которая сидела в соседней повозке. Шёл дождь. Небо заволокло плотными тучами. Жидкий туман чуть скрывал другие транспорты от моего взора, как и меня самого от них. Траут продолжала смотреть на меня безжизненным взглядом. — У меня больше нет смысла, чтобы жить, — она холодно ухмыльнулась — До появления Кенни моя жизнь была лишена всякого смысла. Я поступила именно в Военную Полицию для того, чтобы бороться с более страшными созданиями, чем титаны - людьми. Но несмотря на мои усилия, ничего не менялось, — она подняла глаза к серому небу, её рука чуть опустилась — Я прогнила, как и все остальные. А ведь он хотел всё исправить.. Я продолжал сидеть неподвижно. Как и везший нас человек. Мы оба знали, что я в любом случае успел бы увернуться от её атаки. Она это понимала. Уже можно было разглядеть приблежающийся силуэт Оуро, когда Траут выпрямилась и нацелила собственное оружие на себя. Бах По окрестностям Стохеса прогремел выстрел. Траут никто не останавливал. *** (Мина): Был полдень. Я направлялась в уборную. Вот уже открываю дверь, слыша при этом характерный, но уже ставший таким родным, скрип. И вижу сидящую на полу Микасу: сгорбившись, девушка обнимала свои колени. Заметив меня, она спросила; — Чего тебе.? Голос её прозвучал надломленно. Что означало, что та только что плакала. Я закрыла за собой дверь и села рядом. Положила в поддерживающем жесте руку ей на плечо; — Что стряслось? Мягко поинтересовалась я. Микаса какое-то время молчала, прожигая пустым взглядом пол под нами. Затем принялась изливать душу (назовём это так); — Мне пришлось очень рано познать жестокость этого мира. Когда мне было меньше десяти, в наш с родителями дом ворвались разбойники и убили маму и папу, — она сделала паузу, поморщившись — Меня хотели продать в рабство. Но явился сын доктора Йегера, которого мы тогда ждали.. — Но явились совершенно другие люди. — Так мы впервые встретились с Эреном. Он спас меня. И отвёл к себе домой. Где мы и жили все вместе, до тех пор.. Пока не явились титаны. Мне пришлось второй раз наблюдать, как мама умирает. И хоть госпожа Йегер была мне не родной, но я привыкла к ней и полюбила так же сильно как любила и маму, — по её щеке покатилась слеза — Я не оставляла его. Считала, что так отплачиваю ему за проявлению заботу и спасение. Пошла бы за ним даже в Корпус Снабжения. Но потом опять явились эти проклятые титаны.! Её пробила мелкая дрожь., — Мне не следовало слушать того солдата. Надо было остаться с ребятами. Тогда бы я его спасла.. Она стихла, закончив своё откровение. Я направила свой взгляд в потолок; — Он тебе.. Нравился? Девушка бросила на меня затравленный взгляд. Затем отвернувшись к стене, ответила; — Да.. Послышался тихий всхлип. Который постепенно нарастал в плач. Не зная что конкретно делать, ведь та просто никогда ещё себя так не вела (как оказалось, Микаса тоже умеет плакать), взяла и просто обняла её. Та замерла от неожиданности, вслушиваясь в мои дальнейшие слова; — Я тебя понимаю. Марко.. Когда я увидела его.. Мне стало так грустно!. Думаю, я вполне могу знать, что ты сейчас чувствуешь.. — Ты тоже.. Была влюблена? В Марко? Я ничего ей не ответила. Уткнулась носом ей в плечо. Что она судя по всему расценила, как ответ <<Да>>. Я же на самом деле ответила другое. Но только себе самой. Поэтому этих слов никто не услышал... *** Моя рана заживала достаточно быстро. Наверное потому, что пуля прошла на вылет. А ещё у меня оказалась неплохая физическая выносливость. Я уже могла без посторонней помощи перебентовывать ранение. Что и делала в этот раз, сидя у тумбочки с нужными принадлежностями в своей комнате. Близился конец обучения. А пока я сидела на старой скрипучей кровати и пыталась не издавать ни звука, который выдал бы мои мучения. Да что какая-то там саднящая царапина, по сравнению с тем, через что прошли большинство других разведчиков и стражи стен? Да-да, и о них не нужно забывать: хоть и бухали раньше днями напролёт, зато теперь по настоящему стали выполнять свои обязанности. Тихо приоткрылась дверь. Зашла Энни. Увидев меня на кровати в одних штанах и лифчике, без лишних слов переняла у меня вату со спиртом и принялась собственноручно обрабатывать мне плечо. — Выглядит уже лучше, — приглушённо подметила девушка, нежными касаниями накладывая свежую повязку. Я тихо угукнула, наслаждаясь не долгим моментом покоя. — Как всё прошло? Спросила Леонхарт, присаживаясь рядом. До чего странные дела происходят в последнее время: обычно это я пытаюсь разговорить подругу, а не она меня. Тем не менее рассказываю обо всём произошедшем в мельчайших подробностях. В конце рассказа сидящая напротив Энни смотрит на меня долгим, непонятным взглядом. Её пристальный взгляд льдисто-голубых глаз изучает моё лицо. Она будто пытается что-то найти. Что-то потерянное. — Ты изменилась, — утверждает, а не спрашивает меня та. А вот ты прежняя. Будто бы и не удивлена происходящему. Словно.. Подготовлена. Но очень удручена тем, что теперь не можешь как прежде читать меня, словно раскрытую книгу. *** (Энни): Я долго раздумывала насчёт дальнейших действий. Мы с Бертольдом и Райнером давно всё обдумали: кто куда поступит. Но в последний момент я передумала и всё сделала по своему. — Леонхарт!!! И за самодурство мне сейчас придётся ответить. В комнату, в которой я до этого находилась одна, врываются двое парней. Ещё стоя к ним спиной, ощущаю их сбившееся от возмущения дыхание. — Ты чего это вытворяешь?! Судя по голосу, Райнер в бешенстве. Неслышно вздыхаю. Откладываю сборы вещей на потом, поворачиваясь к ним передом. — Мы же решили, что в разведку пойдём только мы с Бертом! Уже тише кричит на меня Райнер. — А ты должна была следить за ситуацией среди стен и передавать нам важную информацию, — присоединяется к моему поругиванию Бертольд. Выслушиваю их недовольства до конца... После чего заявляю весьма убедительный довод; — Пускай в полицию лучше пойдёт Бертольд. Ты умнее, — подхожу, кладу тому руку на плечо — И слабее нас физически. На вылазках тебе будет труднее. А вот у нас с Райнером превосходная подготовка. Мы пригодимся там, где будут кишить самые бойни. Парни соглашаются не сразу. Какое-то время мы тихо спорим. Пока не решаем поступить по моему. Мина была несказанно рада, что я "переборола свой страх" перед титанами и решила участвовать в вылазках. Когда я села к ней в телегу и сообщила о том что теперь как и она являюсь солдатом Разведкорпуса, та подскочила как ошпаренная и крепко обняла меня. На следующий день мы обе проснулись не у себя. Штаб нашего подразделения распологался в округе того же города, недалеко от выходных ворот в стену. Что было сделано для удобства разведотрядов для совершения вылазок. Сам штаб внешне был похож на замок. Изнутри, как и снаружи, его масштаб был огромен. В первый день нам провели экскурсию по нашему новому месту жительства. После чего распределили по обязанностям, назначили кто в какой день будет чистить конюшни, помогать на кухне, убираться и тогдалее... Нам так же незамедлительно выдали стандартную униформу, с приголаюшимися к ней У.П.М. *** (Мина): Вступив в Разведкорпус, я познакомилась со столькими талантливыми и замечательными людьми! Чего не могу сказать о Оуро Бозарде, который вечно лезет куда не просят и явно копирует поведение капитана Леви. Как его терпят ещё? Я бы на их месте давно кинула того в пасть к гигинтам. Нифа оказалось старше меня на год. Она выпускалась из другого корпуса, поэтому ранее я с ней и не виделась. Петра очень любезная и заботливая девушка! Мне особо нравится в ней то, как она отчитывает словно маленького ребенка, Оуро. Насчёт Гюнетера и Эрда ничего конкретного пока сказать не могу. Оба мужчины словно противоположности друг друга: Эрд энергичный и физически сильный, а Гюнтер умный и спокойный. Ханжи прикольная. Вот только любит иногда заболтаться о всякой ерунде! Я наверное единственная девушка, которая способна вынести её напор. Командующий Смит.. Довольно неоднозначная личность. Высовывается из своего кабинета редко. Почти не появляется в столовой. Но я частенько ловила на себе его пристальный, непонятный взгляд. После случая с Деннисом Эйбрингером у меня развилась небольшая паранойя по отношению к мужчинам старшим по званию. А так же стали настораживать слова о похотливых армейцах, которые я до сего слышала и прежде от многих. Единственный, с кем мне более спокойно, это капитан Леви. Поначалу я его не понимала, как и Энни. Но найти к нему подход отчего то оказалось проще. И что-то мне подсказывает, не иза того что я девушка. Энни и Леви - есть между ними что-то общее. Характер. И прошлое: покрытое множеством тайн. Но ситуацию с Кенни мне довелось узнать в мельчайших подробностях... *** — Он меня пугает, — призналась я сидящему напротив капитану. Мы сидели на улице, под маленькой беседкой. Утро. Солнце только вышло. Но мы, как солдаты, уже встали и были полны сил. Солнечный луч проник внутрь и плавно лёг на тёмную макушку капитану, превратив пряди его волос в тёмный каштан. Чуть сощурив глаза, он приподнял бровь в немом вопросе. Отпив немного чая, которым тот меня угостил, пояснила; — Эрвин Смит. Бросила на мужчину короткий, осторожный взгляд. — Командующий? Чем же? Я думал, ты сочтёшь его душкой, — голос его звучал удивлённо. — Он всё время смотрит на меня, когда не сидит в своём кабинете. — Я кстати тоже заметил. — Он же.? — Нет, — Леви чуть подаётся вперёд — Если бы он интересовался тобой как девушкой, то нашёл бы другой способ тебе это показать, — Аккерман дотягивается до вазы со сладостями, из которой вынимает небольшую шоколадную конфетку в золотистой обёртке — Это на него не похоже, — сверлит сладость в своих руках задумчивым взглядом — Тут что-то другое.. — Никогда бы не подумала, что вы ещё тот сладкоежка! Решаю перевести тему. Собеседник едва заметно ухмыляется; — Скажешь кому, заставлю весь замок начисто вылезать. Шуршание обёртки. С разрешения капитана, тянусь к сладостям, желая узнать их вкус. Вообще мы не часто так сидим подальше от посторонних глаз. Чаще всего чаёвничаем в компании отряда капитана, в котором состоят такие люди как: Оуро Бозард, Эрд Джин, Петра Рал и Гюнетер Шульц. Совсем недавно в его отряд вошли новые люди: Микаса Аккерман, с которой по его словам они не больше чем дальние родственники, Имир, убившая пять титанов, и я - побившая рекорд среди новичков. Оказывается, даже Микасу обогнала! Меня поселили в одной комнате с Энни. Помещение было рассчитано на четырёх человек. Но иза большей смертности и нехватки солдат кроме нас двоих в комнате больше никто не спал. Утром как обычно мы заправляли кровати. Между нами витала привычная тишина, которой не было во время учёбы. Не знаю кто конкретно виноват в такой ситуации: в последнее время мы сильно отдалились. — Не хочешь поговорить? Обратилась неожиданно ко мне Леонхарт, повернувшись передом. — О чём? Я же не шелохнулась с места, продолжая сидеть на краю уже заправленной постели. Подруга метнула многозначительный взгляд вниз, к моим ногам. Опустив взгляд туда же, заметила одиноко лежащий на полу фантик от конфеты, которой не так давно меня угощал капитан. Я не стала поднимать его, как и отвечать что-либо. И это сделала за меня Энни: нагнулась, подняла шуршащую обёртку, так и замерев на корточках у моих ног... Мне вдруг стало нестерпимо. Не знаю отчего. Захотелось встать и уйти. Что я и сделала, оставив уже бывшую подругу одну. Закрыв за собой дверь, будто отсекая последнию связывающую нас нить. В мёртвой тишине тихо хрустнул скомканный фантик... *** День прошёл скучно: я оттачивала полученные навыки по использованию У.П.М снаружи штаба, помогала на кухне, ела, учила разработанный командующим строй, и вместе со всеми убиралась. До вечера у меня не было возможности увидеться с Энни. За что я вскоре буду благодарна богиням. — С ним опять была? Это первое, что я услышала, переступив порог. Леонхарт сидела на соседней кровати и болтала едва достающими до пола ногами. Свет зажжённой лампы падал на её лицо. На котором застыло выражение на подобие недовольства. — Думаешь, он всегда будет с тобой просто языком чесать? Вновь подаёт она голос., — Да твой капитан такой же, как и все остальные офицеры! Она встаёт., — Трахнет один раз, и забудет! Вижу, как у неё от злости натягивается кожа на том месте, где выпирают костяшки. Склонив голову набок, одариваю ту вопросительным взглядом. — Да у него таких как ты.! Было хочет продолжить Леонхарт. Но осекается. Затем шумно вздохнув, быстрыми шагами покидает нашу комнату. Громкий хлопок двери. Я вновь одна... *** — Она ревнует, — умозаключает Саша. Мы сидели на складе и чистили картофель. — А чего ревновать то? Искренне не поняла я., — Капитан Леви не девушка, а она сама не парень, чтобы.. Вдруг осекаюсь, пронзённая поражающей догадкой. Наблюдая за переменившимся выражением на моём лице, Брауз ухмыляется; — Она влюблена в тебя. — Думаешь? Вместо ответа кареглазая плутовка растягивает губы в озорной улыбке. А потом начинает смеяться, когда я с красными щеками выхожу, оставляя оставшуюся работу ей. Надеюсь, наша картофельная девочка не съесть всю картошку без надлежащего присмотра. Весь остальной вечер моя голова была забита мыслями о Энни и предстоящей вылазки. Почему она не пошла в Военную Полицию? Иза меня? Если она и вправду влюблена в меня, то что же чувствовую к ней я? *** Наша первая вылазка была назначена на послезавтра. И когда этот день настал, на удивление я чувствовала внутри себя спокойствие и уверенность. Отчего то я вовще не волновалась. Будто подсознательно знала, что нужно будет делать. Стучание щеколд. Звон цепей. Небольшой грохот. Стражи отворили нам ворота, открывая путь к победе или.. Смерти. Одно из двух для собравшихся тут - третьего не дано. Мы в ту же минуту тронулись в путь. Меня назначили в один отряд с Нифой, Жаном, Сашей и Конни. Хоть я и состояла уже в отряде капитана Леви, так сделали для того, чтобы поровну распределить бойцовские силы. Лидерские качества у меня не высоки, да и опыта маловато, поэтому старшей сделали Нифу Бернадесс. Мы скакали недалеко от основного строя, потихоньку догоняя остальных. Всё шло слаженно: Нифа отдавала соответствующие приказы, мы их выполняли, убивали встречающихся на пути титанов. Но как подумаю, что внутри их затылков сидят "спящие" люди.. Нет. Нужно просто не думать об этом. Их всё равно уже по другому не спасти. Да и чувствуют ли они хоть что-то? Я всё ещё была погружена в свои личные мысли, когда услышала истошный вопль Конни; — Бронированный приблежается!!! Бам Огромный кулак згреб собой Сашу, не успевшую уйти в нужную сторону с линии атаки. — Ах ты сука!!! Закричал в бешенстве Жан. И ринулся по прямой на разумного гиганта. Дурак! Топ Гигантская нога расплющила его, словно таракана. — Не паниковать!!! Кричит Нифа, доставая сигнальную ракету., — Группируемся!!! Бах Выпущен красный дым, обозначающий столкновение с титаном. Нас осталось трое. Делаем как и приказали: Нифа остаётся по середине, я слева, Конни справа. Нифа берёт на себя манёвр отвлечения, пока мы со Спрингером пытаемся зайти Бронированному за спину. Переглянувшись, киваем друг другу. Одновременно привстаём со своих сёдел, отрываемся от лошадей, взмывая в воздух. Ловко обходим гиганта, каждый со своей стороны. В какой-то момент Бронированный хватает трос Конни. Дёргает. Парень пытается зацепиться вторым за не прикрытый участок тела титана. Плохая идея! Хрусть Но когда голос уже готов был вот-вот прорезаться, чтобы сказать другу о том, что это его разорвёт на пополам.. Становится поздно. Смаргивая влажную пелену, вижу упавшее в траву тело Конни: часть плоти, на месте сухожилия разорвана аж до грудины, а его фисташковые глаза закатились чуть ли не до лба. Но ощутить полный ужас мне просто напросто не дают. — Мина!!! Зовёт меня Нифа., — Отступаем!!! Ну уж нет! Он заплатит за моих друзей!!! Меня переполняет неистовая ярость. Поддаваясь которой, на лету выставляю клинки, намереваясь ими исполосовать весь его затылок вместе с сидящим внутри пилотом. — Слышишь?!! Захожу тому за спину., — Кем бы ты не был, ты за них ответишь!!! И опять на те же грабли: Бронированный за долю секунды до того как я успеваю задеть его затылок, хватает один из моих тросов. Помня ошибку Конни, не пытаюсь зацепиться за что-либо вторым. Но едва ли то помогает, когда титан начинает вертеть меня в своих руках, как кошка мышку за хвост, только в этом случае за трос. У меня начинает кружиться голова... Всё вертеться... Затем ощущаю, как меня со всей раскрутки швыряют... Несколько мгновений качусь по земле, отбивая конечности и бока... Потом останавливаюсь... Слышу ржание лошадей, оставшихся без наездников... Чувствую, как кто-то тащит за ноги... Когда открываю глаза, вижу спину Нифы: накинутая накидка на её плечах свободно развивается от порыва лёгкого ветра, давая разглядеть изображаемые на ней Крылья Свободы. — Сколько я была без сознания? Тихо спрашиваю, прикладывая руку ко лбу. Внутри всё пульсирует. Надеюсь, у меня не сотрясение. — Не больше минуты, — отвечает рыживолосая, судорожно сжимая клинки в руках. Мы находимся в чистом поле. Деревьев почти нет. Иза чего бой с самого начала не задался. Сама я лежу в зарослях высокой травы, а Нифа получается всё это время защищала меня. — Я лишилась лошади, — признаётся та — Он сломал ей хребет, когда я взлетела и попыталась атаковать. Я бегло осмотрела покарёженный привод; — А я устройства пространственного маневрирования.. Ха-хах.! С губ срывается нервный смешок. Давлю его, спрашивая; — А где этот ублюдок-переросток? — А во-он там, — растягивая одну букву, девушка кивает куда-то вбок. Перевожу в ту сторону взгляд: вокруг Бронированного кружат пятеро солдат, ловко уворачиваясь от атак того и при этом более успешно нанося свои. Это же отряд Энни! Вглядываясь пристальнее, замечаю и её. Я уже ощущаю приятное чувство победы, когда Имир отшвыривают так же как и меня недавно. Криста паникуя, летит за ней, напрочь позабыв обо всём. Затем у Микасы кончается воздух и она вынуждена передвигаться на лошади. Армин уходит за подмогой. Энни осталась одна против разумного монстра, потомучто все остальные теперь - не бойцы. — Пошёл прочь.. Слышу её едва различимый голос, так как мы находимся от них на большом расстоянии. — Я не дам тебе её убить.. Следующие слова разобрать не получается. Титан на это реагирует неоднозначно, хотя кажится будто злится или находится в лёгком замешательстве: опускает голову, напрягает всё тело, вдыхает и выдыхает. — Почему ты защищаешь это порождение ада?! На секунду кажится, что он что-то пытается сказать... Бронированный сжимает кулаки. Чуть опускается, собирается оттолкнуться ногой, чтобы настичь какую-то цель перед собой. А перед ним только мы с Нифой! — Нет! Вскрикивает Энни, после того как титан совершает короткий полёт в воздух. Леонхарт незамедлительно бьёт за возжи свою лошадь. Бронированный в один прыжок оказывается подле нас, оставляя после своего громкого приземления внушительную вмятину. От возникшего искусственного порыва ветра Бернадесс отбрасывает на небольшие расстояние. Я успеваю удержаться на месте с помощью воткнутого в землю лезвия У.П.М, которое при падении ракололось надвое, вторая его часть где-то валяется под зарослями травы. — Райнер!!! Зовёт почему-то друга Энни. Видимо, он где-то здесь. Но мне нет дела до него: гигант замахнулся на меня своей огромной рукой... Удара я так и не получаю. Энни успевает доскакать до нас. Её лошадь галопом обгоняет движущийся в мою сторону кулак. Девушка выставляет клинок в попытке хоть как-то смягчить атаку... Вместе с лошадью её отбрасывает на несколько метров. Энни выпадает из седла. Перекатывается по земле. По инерции сильно бьётся о неё головой. Замирает, раскинувшись на боку. — Энни!!! Кричу, изо всех сил пытаясь ползти в её сторону. — А-а-ар-р!!! Рёв Атакующего. Чего Жакнер так долго?! Спустя пары секунд два титана вступают друг с другом в борьбу. Иза чего Бронированному теперь явно не до нас. И я могу уже спокойно доползти до подруги. Склоняясь на корячках над её бледным лицом, замечаю текущую струйку крови из разбитой головы чуть выше виска, ближе ко лбу. Рядом стоящая Микаса опускается рядом на корточки. Осторожно дотрагивается до её руки. Щупает пульс. — Жива, — произносит одно единственное слова Аккерман, делая мне значительно лучше. — Её нужно аккуратно оттощить подальше от поля битвы, — говорит Нифа — А когда прибудут повозки, переложить туда. Так и делаем. У меня всё ещё продолжает кружиться голова. Но упорно игнорирую то. Мы укладываем Энни в телегу, которой управляет Петра. Меня с Имир оставляют там же: я не могла бы даже продолжить бой если бы меня не шатало, поскольку привод сломан. А Имир в падении переломала себе ноги. Надо отдать должное: переносила она свои мучения с достоинством, ни разу не пикнув и не жалуясь на хреновое самочувствие. Настоящий солдат. Вылазка завершилась удачной поимкой владельца Бронированного. Им, к нашему всеобщему ужасу, оказался - Райнер Браун! Я не видела собственными глазами, когда того доставали из испаряющейся оболочки. Но словам командующего, который тогда присутствовал при этом, верить можно. Я ехала в одной телеге с ещё несколькими раненными. На козлах сидела Петра, прибывая в мрачном молчании. Неужели теперь всегда так будет? Впереди растелался пейзаж заходящего солнца. Скоро должен был быть привал. К нам подъехал верхом капитан Леви. — Которых ты везёшь, всё выживут? Задал он вопрос, обращаясь к Рал. — Да, — не особо уверенно кивнула ему та. — Хорошо, — согласился с ней тот — Просто помните: лишний баласт нам не нужен. Впереди ещё долгая дорога обратно. Не ставьте под угрозу нашу миссию. Это он уже сказал всем. Затем посмотрел на нас с Имир; — А вы малолетки не переживайте. И запомните одно: если пережили свою первую вылазку, значит из вас может получиться толковый разведчик. Цоканье копыт. Капитан Аккерман отдалился, перейдя к другой телеге. Да уж: насыщенная вылазка выдалась. Чего уже не смогут сказать Саша с Конни, так же как и этот задиристый Кирштейн. За стеной Роза люди встритили нас тепло и радушно. Впервые за всё время существования Разведкорпуса. Помимо захвата вражеского титана мы раздобыли ещё и важную информацию из подвала Гриши Йегера, ключ от которого после Эрена находился у дедушки Жака. Та вылазка была совершена на территорию Марии, где капитан со своим отрядом искали нужные руины (ведь после катастрофы с нашествием титанов домом это назвать можно было с натяжкой). Стену Марию мы так же отбили, очистив её от находившихся там чистых титанов. Её сейчас потихоньку отстраивают заново. Ездовые лошади погибших ребят убежали в ближние леса. Как и моя. Удалось найти только коня Энни. А что касается неё: она выжила. Но получила серьёзную травму головы. Она до сих пор лежит без сознания в госпитале. Я каждый день, если появляется свободная минутка, ношу ей различные цветы, которые только удастся сорвать с ближней клумбы. Я не знаю какие ей нравятся! Я даже этого про неё не знаю! Но это ничего. Главное она осталась жива. И скоро поправиться. Я знаю это - она сильная. *** Сырость. Затхлость. Мрак. Эти три слова идеально опишут место, в котором я сейчас нахожусь. Темница. Стою перед камерой приступника: внутри, за заржавевшей дверью, висит на стене закованный в цепи Райнер. Видок у него потрёпанный. Видать пытали только что. Я задаю ему вопрос о том, как он мог так хладнокровно убить людей, с которыми несколько лет жил под одной крышей училища. На что получаю оскорбительное; — Потомучто они были адскими отродиями, как и ты.. Злюсь. Вот что за фанатизм?! — Да почему ты так думаешь?! Обхватываю железные прутья, те холодят кожу рук., — Это они вбили тебе в голову?! Очнись, Райнер! Ты убил Сашу, Конни и Жана.. И много других! За что?! За то, что все они, как и мы с тобой, принадлежим к одной нации?! Если все те дружеские чувства не настоящие, позволь спросить: есть хоть что-то в тебе? Имя? Или оно тоже не настоящее? — Я не хотел делать ей больно, — признаётся вдруг Браун. — Да. Ты хотел убить меня. — Она закрыла собой тебя. Я не ожидал от неё такого. Хмыкаю. А чего, собственно, удивительного? Даже если Леонхарт и не влюблена в меня, то по прежнему защищает и заботиться. Как о подруге. А я та подруга, которая в последнее время вела себя с ней по скотски. Меня окликает капитан Леви. Повинуясь его приказу следовать к остальной нашей группе, поднимаюсь со свода темницы выше. Сам он вместе с командиром Зоэ входит к Райнеру в камеру... У входных дверей столпились члены моего отряда. Завидев меня, Петра приветливо улыбается.. Гюнтер кивает. Эрд о чём-то разговаривает с Микасой. Оуро упорно делает вид, что моей жалкой персоны не существует. Даже вечно угрюмая Имир тут! Она что, тоже титан? А хотя доктор ведь сказала, что видимо было минутное растяжение с болевым шоком, иза которого пострадавшая подумала, что ноги у неё сломаны. — Ей, Петра, давай уже тресним ему? Обращаюсь к ней шёпотом, когда оказываюсь на расстояние одного шага. Девушка хихикает, пока Бозард косится в нашу сторону. Ага! Заметил меня наконец, пижон долбаный? От товарищеских пререканий нас отвлекает нежданное появление молодого полицейского. — Наёмная группа совершила теракт в Тросте! Сообщает нам тот., — Они так же похитили Кристу Ленц! *** Я петляла меж широких коридоров, пытаясь отыскать свою комнату. Я только-только поступила в Кадетское училище, поэтому ещё плохо ориентировалась. Меня инструктор прибьёт, если увидит так поздно не у себя! А вот кстати, говно, про которое вспомнили: широкоплечивый амбал стоял ко мне спиной, нависая над тремя девушками. Это были Саша, которой помогала идти Криста, и Имир. Порывшись в собственных воспоминаниях, вспомнила что Брауз разозлила сегодня Шадиса на построение. В результате чего бегала множество кругов вокруг корпуса... Инструктор интересовался, что они обе, помимо Саши, забыли в такое позднее время за пределами спальни. Криста ответила, что они помогали уставшей Саше дойти до комнаты. Затем Шадис будто спиной почувствовал моё присутствие. Собирался уже повернуться в мою сторону, как Криста вовремя воскликнула; — Господин инструктор!. Простите, мы не помним дороги до нашей спальни.. Не проведёте нас? Закатив глаза, и пробурчав себе под нос что-то нечленораздельное, мужчина ведёт их по нужному направлению. Криста выжидает момент когда тот повернётся спиной. Машет мне рукой. На цыпочках следую за ними... Уже у двери нашей спальни дожидаюсь, пока Шадис отойдет на достаточное расстояние. Внутри благодарю миниатюрную блондинку за оказанную мне помощь. — Не благодари! Смущается та., — Я просто хотела помочь. — Ты могла меня сдать. В её прозрачно-голубых глазах появляется что-то странное. Заученное, словно стихотворение; — Так правильно. *** — Где их видели в последний раз? Обращаюсь к сидящему на козлах впереди Леви. Криста! Милая и всегда такая добрая девочка! Я их всех урою! — Они направились в сторону Каранеса. Мой родной город! — Что этим выродкам могло там понадобиться? — Это в первую очередь место, где можно притаиться: высокие мостовые арки, наличие землянок, некоторые места недалеко от лесной местности.. В данный момент мы всем отрядом ехали в военной повозке. На нас как часто, уже была соответствующая экипировка. Похоже, я наконец навещю семью. Жаль, что при таких обстоятельствах... По дороге в родные края узнаю, что при попытке противостояния наёмным бандитам был ранен Армин. По словам присутствующих, не серьёзно. Когда капитан сворачивает на очередной развилке, узнаю знакомые очертания домов. О боги! Я всё-таки вернулась! Папа будет рад тому, что я сдержала данное слово. Как и отец Энни, когда та возвратиться к нему. — Уже становится поздно, — говорит, обращаясь ко всем нам, капитан — Нужно найти ночлег. Но достаточно большого пространства, чтобы уместились мы все. Поднимая взгляд в небо, замечаю что он прав: солнце лениво заползает за горизонт, темнеет. Не долго подумав, поднимаю ладонь, привлекая к себе внимание; — Извините, капитан, если можно, я-бы хотела навестить родных. Они живут тут неподалёку. Ничего ведь страшного в этом не будет? — Да. Я знаю, — кивает тот. Интересно - откуда? Доклад на меня читали, капитан? Затем он поднимает руку в останавливающем жесте; — Со мной пойдёшь.