Если бы она не погибла...

Капитан Леви опустил руку. Но с тем продолжил прожигать меня каким-то непонятным взглядом... — Так будет безопаснее, — поясняет он какое-то время спустя — Здешним, как я заметил, не очень по духу разведчики и гости. Он бросил красноречивый взгляд куда-то в сторону. Проследив за ним, заметила стоящего вдалеке селянина: мужчина средних лет облакачивался о забор собственного дома и куря, бросал в нашу сторону неприязненные взгляды. — Ну тогда остальные так же могут присоединиться, — дружелюбно произношу, возвращая взгляд на капитана. Тот молча кивает. И вся компания из семи человек, не считая меня, следует за мной... Каранес - восточный город, и большинство его жителей темноглазые и тёмноволосые. И порядки так же отличаются. Как внешний вид местных: длинные, плотные юбки в пол, закрытые кофты с длинными рукавами и обязательно головные уборы, прикрывающие голову. Для мужчин в большинстве всего - шляпы разнообразной формы и цвета. Женщинам - плотки и косынки. Мода и в других городах не запрещает того же, но в основном так одеваются здесь. Я веду свой отряд мимо высокой мостовой арки, которых тут довольно много. Но эта - отличается своей высотой и более ухоженным видом. На ней проводились открытия мероприятий, объявления и тогдалее. Так что это вроде местной достопримечательности. На жилых домах, над окнами весят расшитые шторы. Где-то, порог дома украшает расписной ковёр. За стенами объединилось много устаревших культур, которые были обширнее до того, как на земле появились титаны. Но в отличии от других, моя семья не особо придерживается местного дресс-кода. Это можно заметить и по внешнему виду приблежающегося из дали дома: отшлифованные серые стенки из камня, аккуратно положенная черепица, ничего лишнего, аккуратно и прибрано. Что-то мне подсказывает, капитану тут понравится - за всё то не долгое время, что знаю его, успела понять одно. Он. Не. Терпит. Грязи. По моему мнению, это определённо связано с его прежней жизнью: днями, которые он провёл в Подземном Городе, чьи улицы просто кишат вонючими и немытыми отбросами. Тело охватил приятный трепет от скорой встречи с родными. При виде до боли знакомой калитки свело скулы. О козырёк, у которого всегда падает один и тот же кусочек черепицы, как же я рада видеть и тебя! Тряхнув головой, и прикусив в радостном возбуждении губу, протягиваю кулак к двери. Стучу. Костяшки не сильно ударяются о древесную поверхность, создавая ощутимый стук, знаменующий приход гостей. Открывают почти сразу: на пороге возникает среднего роста женщина лет тридцати, с чёрными волосами собранными в пучок, на поясе фартук, одета она в простую не пышную юбку, чей подол чуть приоткрывает носки её туфлей, и свободного кроя рубашку с рукавами до локтя. Мама. Её серебристо-серые глаза замечают в первую очередь меня, а уже потом столпившихся за моей спиной людей. Уже ожидаю услышать привычное <<Хм! Явилась всё-таки?>>. Но следующего действия я от неё никак не ожидала... — Мина.! Сквозь набежавшие слёзы промямлила она. И заключила в свои объятия... Нет. Она хорошая мать. Но обнимашки и целовашки - для неё редкость. Чаще всего ей овладевали приступы нежности во время сильных эмоций, как сейчас. Отстранившись, она утёрла рукой заплаканные глаза. И шмыгнув носом, обхватила ладонями моё лицо; — Как же ты похудела, девочка моя.. Ну вот, сейчас начнётся: она будет пытаться засунуть мне что-нибудь в рот, приговаривая при этом что я стала похожа на скелет. Мама Жана так же делала, когда приезжала к нам в училище навестить сына. Интересно, это все мамы такие, или только нам с Жаном повезло? Жан... Мы не были особо близки. Но и врагами нас нельзя было назвать. Почему-то от воспоминаний о его смерти на душе становится тяжко, словно привязали к ногам тяжеленный мешок, и ты тонешь, не в силах противиться губительным водам скорби. Наверное, это обсалютно нормальная реакция обычного человека на смерть товарища по оружию. Или же я слишком синтементальна и армия взаправду не для меня. Восстановив сбившееся дыхание, мама наконец обращает своё внимание на остальных. Пристальный, оценивающий мою компанию взгляд пробегается по каждому: от смутившейся Петры, по прежнему самоуверенному Оуро, внешне невозмутимой Микасе, игривому Эрду, сосредоточенному Гюнтеру, молчаливой Имир до капитана Леви. И замирают на нём. Наблюдая её реакцию, замечаю как её слегка передёрнуло, в глазах появилось такое непонятное выражение страха. Будто призрака увидела. Обернувшись на капитана, ничего необычного в его поведении не заметила. Возможно ли, что матушка из тех людей, на которых так влияет лишь одно присутствие бывшего приступника? Тем не менее она быстро принимает прежний, спокойный вид. Открывает дверь, приглашая войти. Всех. Обычно она не особо гостеприимна к малознакомым людям. Но видимо униформа моих друзей говорит ей обо многом... Проходим внутрь: несколько старых картин, висящих по одной на каждой стенке, небольшой горшочек с одним единственным цветком на подоконнике, трикотажное покрывало на полу, широкий столик в левом углу с аккуратно расставлеными тарелками, на которые ещё не были наложены блюда. Будто ждали меня. Как чувствовали. — А кто там пришёл?! Исходит звонкий, чуть писклявенький голосочек из другой комнаты. Топот маленьких ножек. И спустя секунду, не больше, перед нами появляется девочка лет семи: её длинные волосы собраны в неряшливую не до конца заплетённую косу, плавно завиваясь на концах. Серенькие глазёнки поглядывают одновременно с хитрицой и восторгом. Причём вторая эмоция заметно усиливается, когда девочка замечает среди стоящих в военной форме свою старшую сестру. — Мина-а!!! Во всё горло визжит пузатая мелочь. Цепляется мне за ноги, обвивая те своими пока что крохотными руками, как всегда любила делать. Это сейчас она мне до подбородка не достаёт, а как вырастет - задушит! Вслед за ней, весь лохматый и помятый, с расчёской в правой руке выбегает юноша лет восемнадцати: рот приоткрыт в крике готовым вырваться из лёгких, брови сдвинуты в недовольстве у переносицы, рубашка неряшливо заправлена в потёртые временем штаны. — Люсия.! Восклицает возмущённо он., — Да дай ты уже наконец тебя расче.. Замечая гостей, он немного смущается., — Ой.. Находит среди них меня. И вот его губы трогает улыбка радости; — Привет, — неловко чешет затылок, отведя глаза — Не знал, что ты будешь с компанией, — он возвращает шальной взгляд на притихших напарниц — А то бы приоделся! Пихаю его вбок; — Угомонись, бабник! Давай мамке на стол лучше помоги накрыть. Мама в это время принялась старательно раскладывать еду по тарелкам. Заметив вмиг возникшую суету жильцов, Леви поднял в воздух руку; — Не обязательно ради нас хорохориться. Мы ненадолго. Так, проводить вашу родственницу. Он уже направился к двери. Его примеру последовали остальные. И я должна была. — Да подождите! Но я решила посумасбродничать., — Вы вот так просто уйдёте?! Давайте поедим хоть что-ли! С семьёй вас познакомлю. — Не знаю насчёт никаких знакомств, но от доброй порции позднего ужина не отказался бы! Самодовольно соглашается Оуро. — Нам нужно продолжить поиски Кристы, — встревает Микаса. — Но мы же всё равно планировали сделать привал? Смотрит на ту Эрд. — Ну капитан, пожалуйста! Сделав милые глазки, упрашивает того Петра. Тот, слушая наш галдёж, стоит у двери, на ручку которой уже положил ладонь. — Тц.. Закатывает глаза он., — Чего расшумелись? Раздражённо бурчит себе под нос., — Ладно, — убирает руку, отходит от двери, делает несколько шагов к центру помещения — Так уж и быть. Но ненадолго.. Радостные восклицания прерывает появление моего отца: мужчина примерно такого же возраста как и мама спокойно выходит к нам навстречу, его вьющиеся чёрные кудри спадают до плеч, острый нос вздёрнут словно клюв хищной птицы, губы сжаты в тонкую линию. Ростом он так же не высок для мужчины, но будет выше мамы. У меня с ней где-то метр 68. Папа тем временем буравит нашу компанию тяжёлым взглядом. Капитан бросает ему вызов, посылая свой. Так и стоят... Интересно - кто победит в гляделках? Вопреки ожиданию, первым отводит глаза капитан... — Ну, садитесь, раз уж пришли, — выдавливает из себя гостеприимные слова отец, указывая рукой к столу. В обсалютной тишине мы снимаем с себя всё лишнее: ремни, ножны, привод. Остаёмся только в форме, так как она ощутимых неудобств принести не должна. Но когда берёмся за еду, завязывается долгий разговор. Который не затихает минимум час... На протяжении всего ужина мама бросала косые взгляды на моих соратников. Но при этом, отчего то избегала смотреть напрямую в сторону капитана. Тот в свою очередь вёл себя как обычно: рожа приспокойная, поза расслабленная, со скрещенными спереди руками. И обсалютно никаких проявления эмоций на лице. Да что такое сегодня с мамой? Обычно так затравленно она себя не ведёт. Возможно, большая компания из незнакомых людей так действует? Она всегда старалась держаться от окружающих особняком. — Потомучто не кому нельзя верить. А чтобы не верить, не надо сближаться. Говорила она в своё оправдание. Папа рассказывал, что в молодости она была немного другая. Более.. Открытая. Закончив трапезничать, мы прощаемся. Хотим было уже разойтись, но Люсия, моя младшая сестрёнка дёргает меня за штанину: просит остаться подольше, даже переночевать. С тяжёлым сердцем пытаюсь отказать. Я ещё буду нужна отряду. — Если хотите, мы можем вам на одну ночь предоставить ночлег, — любезно предлагает отец. На самом деле знаю, что это он посто из вежливости. И капитан благоразумно отказывается... Но неожиданно встревает мама; — Адриан, мы в последний раз навещали дочь только год назад! Они начинают тихо спорить... — Хорошо, Виолетта, — сдаётся отец. Перебороть в этот раз у отца её не получается. Чему я очень рада. Впервые за всё три года я смогу провести с родными больше, чем каких-то полчаса, которые нам выдавали в училище! Места хватает на всех - дом оказывается достаточно большим. Хотя не уверена, что готов соперничать с апартаментами лорда Балтона-ху*лтона. Ребят размещают в обеденное зале. Мама, решив судя по всему меня сегодня окончательно добить, щедро предлагала всем запасные одеяла и подушки. Но так как у нас были свои личные в повозке, отказались. Меня заслужено поместили у себя в комнате. Зайдя туда, обнаружила, что обстановка слегка поменялась: шкаф с одеждой теперь стоял ближе к кровати, которая по прежнему находилась в правом углу, небольшая тумбочка находилась с другой стороны изголовья, навесного зеркала, в которое я раньше смотрелась, не было. На семейном свидании мама сказала, что его случайно разбила Люсия. Так можно заметить, что сама обстановка будто своим видом показывает: ничего лишнего в комнате. И это лишний раз подтверждает плотно придвинутые друг к другу предметы интерьера. Но прежде чем начать готовиться ко сну, решаю помочь матушке на кухне. Нахожу её моющей посуду в корыте с пока ещё теплой водой, которую всем городам за стенами поставляет Корпус снабжения. Именно этот элемент труднее всего добыть: не во всех реках вода бывает чистой и пригодной для питья. А если снабженцы доставят по ошибке воду с какими-то бактериями, то непременно произойдёт вспышка заразной болезни. Простые люди вынуждены экономить воду. Не часто мыться (если конечно не лень пробежаться до речки, которая от города может находиться в нескольких милях). А потребляем за сутки всего один стакан, при этом рискуя заразиться чем-нибудь. Но благодаря доктору Йегеру и дедушке Жаку, мы научились делать её более стирильной. Вода, налитая в деревянном тазе, выглядит уже далеко не свежей, в ней отчётливо виднеются плавающие частички от остатков еды и жира. Не спрашивая, принимаюсь помогать маме. Сначала под её удивлённым взглядом поднимаю на вид тяжёлый таз с грязной водой и вынашу тот на улицу, выливая содержимое в выгребную яму в туалете. Возвращаясь, наливаю чистую и уже продолжаю мыть тарелки со столовыми приборами вместе с матерью. Делаем это в полной тишине. Выходит, некоторые вещи вовсе не меняются: как и была та гордой врединой, что на свиданиях, то и тут. Неужели пару слезинок и обниманий у порога - всё, на что её хватает? Неужели она не понимает, что мне этого мало?! — Ваш капитан, — подаёт вдруг голос она — Я заметила, что вы обменивались шутками и улыбались друг другу. Осторожно подтверждаю; — Ну да. Мы с ним близки.. — Мина, — она резко ставит давно вымытую чашку на стол, та издаёт приглушённый стук — Послушай: тебе возможно будет казаться, что этот человек очень хороший и непохож на других.. Но поверь - это совершенно не так. Я в изумлении расширяю глаза; — Мам.. Она откладывает моющую тряпку и поворачивается ко мне передом; — Нет, дослушай: я твоя мать и имею больший опыт в жизни. Даже и не думай влюбляться в него. Он не самый достойный для тебя человек. Надеюсь, ты с ним ещё не успела переспать.. Поверить не могу! И всё это - я слышу от родной матери?! От расстройства не домыв тарелку, возвращаюсь к себе. Раздеваюсь. Достаю из шкафа домашнюю одежду, состоящую из спальных обычных брюк и кофты. В тумбочке нахожу одну из своих старых расчёсок. Без зеркала не очень удобно... Толком в эту ночь поспать мне не удаётся по такой причине: Джонатан и Люсия соскучились. И прибежали где-то в полночь. Мы пару часов болтали, стараясь тихо себя вести. Но получалось плохо. Иза чего Джо на завтра лишён полномочий лично вести нашу повозку с продуктами, которыми нас наделяют бабушка и дедушка со своей фермы. А Люсия не получит порцию своего сладкого. Его в доме у нас не много. Наша семья не из бедняков, но и далеко не богатая. Но те не особо расстроены - так уж сильно на них повлияла долгая разлука со мной. Уснуть не получается даже тогда, когда и эти сорванцы успокаиваются. Поскольку оживлённая беседа напрочь отогнала сон. Я даже забыла о бедняжке Энни... Тишину ночи нарушает чьи-то тихие, постепенно нарастающие голоса. Ведомая любопытством, аккуратно встаю со скрипучей кровати. Прямо босиком крадусь по притихшиму дому. Снаружи, у крыльца обнаруживаю два знакомых силуэта: мама и капитан Леви. Первая стоит от второго на расстоянии вытянутой ладони, активно жистикулия. Злится. Тот спокойно смотрит на неё из-за полу-прикрытых век. Притаившись за углом, прислушиваюсь... — Значит у тебя всё хорошо... Ну и отлично... Что ты ко мне тогда лезешь..? ... — Я думала ты здох... Зачем ты явился.?! Мало моих денег было.?! Да и ещё на дочь мою... Стоп. Что? Каких денег? Причём тут я опять? И самое главное - они знакомы?! Шорх Шаги по траве. Леви идёт обратно в дом. Но на пол пути, словно чувствуя меня спиной, останавливается. Стоит так какое-то время... Затем хмыкнув, заходит внутрь. Выдыхаю, сползая по стенке. Затем дождавшись когда зайдёт и мама, заползаю сама. Дожила: в собственный дом, как вор крадусь! Уснуть не получается... В который раз уже встаю и иду в комнату родителей. Застаю там лишь одного папу, мирно сопящего под одеялом. Нахожу маму недалеко от прихожей, где мы не так давно ужинали. Она сидела за столом, операясь на локти, положив подбородок на сцеплённые в замок руки. Такая поза говорила об одном: ей было страшно. Я слишком хорошо её знала, чтобы вот так легко уловить его в ней. Но чего же она боится? Или.. Кого? Тихо скрипит дверь (удивительно просто, как я своими похождениями половину дома не разбудила). Молча приблежаюсь к ней. Встаю сбоку. Скрешиваю руки на груди; — Откуда ты знаешь капитана? Скажи только, пожалуйста, честно. Женщина подо-мной сначала вздрагивает. Затем поднимая на меня красные от слёз глаза, шепчет; — Ты так тихо подошла.. Ой, да ладно тебе! Не тяни кота за яйца! Ему ими ещё детей давить. Продолжаю смотреть на неё сверху вниз тяжёлым взглядом. Наконец та сдаётся; — В молодости я совершила много ошибок. Одна из которых носила имя - Леви. Они что... Встречались?! — Я тогда была моложе и глупее, — продолжила мама, не смотря в мою сторону — Как ты знаешь, жила в Стохесе. Недалеко от подземного города. Уже была замужем, но.. *** Не любила твоего отца. Это был "удобный брак". Не фективный, потому что родители впервую очередь думали о том, чтобы меня жених не обижал. Да и не были мы какими-то аристократами. Но тогда, признаться, я жила лучше... Так же у меня был бунтарский характер, которым не очень были довольны окружающие. Я всё не хотела подчиняться правилам, лезла во все дыры, спорила, реально думая, что я такая и была - настоящая. Однажды вечером, после очередной соры с Адрианом, меня потянуло спуститься в Подземный Город. Мне было девятнадцать лет, у меня уже тогда родился старший ребёнок - Джонатан. Ему было где-то полтора годика... Пройти мимо спящих на посту мужчин особого труда не составило - я ходила как кошка. Я хорошо знала свой город. Но в этом - потерялась. Попыталась найти выход обратно. Но в итоге забрела ещё дальше от поверхности. Оставалось только бродить по трущобам и надеяться на чью-либо благосклонность. Но очень скоро я поняла, что помощи там ждать было не от кого. За мной увязался местный пропоица. Это было рядом с каким-то баром. Видимо, приглянулась молоденькая, одиноко бродящая азиатка в нежно-феолетовом платье. Я пыталась яростно отбиваться. Но привлекла только больше внимания других отбросов. И тогда явился он: смурной, как дождливая туча, его глаза блестели сталью. Меж бровей пролегла ранняя складка, наверное иза того что тот часто хмурился. Одет он был как и любой бродячий бандит: потасканные штаны из серой и дешёвой ткани, майка и кофта. Ботинки старые и изношенные. Он был в компании с каким-то мужчиной, чью внешность я плохо помню до сих пор. Но создавалось ощущение, что такого - трудно не помнить. Они шли мимо. Парень решил вмешаться и спас меня. Только перед этим тому пришлось вступить в схватку с тем жирным ублюдком. Собралось много народу поглазеть на то "представление". Я спряталась в той подворотне, и боязливо выглядывая из-за пустых бочек, за которыми было моё укрытие, смотрела на то как щюплый подросток готовился надрать по орехам здоровенному амбалу. И в итоге избили не мальчишку: мальчишка сам отделал здоровяка. Это было страшное зрелище: серо-голубые глаза горели слепящей яростью, мускулы по всему телу были напряжены до предела. И даже когда забулдыга поднял руки, сдаваясь, тот продолжил его избивать... Пока не заметил, что тот мёртв. Он забил его до смерти. Конечно тот мужчина не заслуживал жизни. Но мне тогда показался поступок парня героическим. Что-то радостно затрепетало в груди. И это кружащее голову ощущение усилилось, когда он подошёл и протянул свою окровавленную, местами в порезах и синяках, ладонь; — Эй! Ты как там? Цела? Я приняла её. Руку такого же отброса... Когда он поднял меня с земли и народ разошёлся, парень стал растеряно оглядываться по сторонам. Будто искал кого-то. — Вот же вырадок! Зло выплюнул он. При этом лицо его скривилось в бушующей ярости. Мне на мгновение стало не по себе... Какое-то время я ходила за ним хвостом, не зная что конкретно делать. Что его раздаражало. Сам же парень искал того мужчину в шляпе с широкими полями, который судя по всему приходился ему отцом или каким-то родственником. Не нашёл... Тогда он отвёл меня к входным воротам из города. — Как тебя зовут? Решилась спросить у него, прежде чем выйти на поверхность. В дупель пьяные охранники всё ещё спали. Мы стояли за высокими ящиками. Стоящий передомной юноша изогнул бровь так, что у меня сердце подскочило; — Я идиот по твоему, богачке со Стохеса своё имя говорить? Напряглась. И подняла на него глаза; — Меня зовут Виолетта Каролина. Вот так просто. Нарушила одно из главных правил по выживанию в его мирке: здесь никому, обсалютно никому нельзя было говорить своё имя. И он зная, что я была той ещё молоденькой дурочкой, закатил глаза; — Леви. Я коснулась протянутой руки: не большая, но крепкая на вид и холодная на ощупь. Как потом выяснила, для них - жителей Подземного, это являлось нормой. *** — Поначалу мне было боязно возвращается в то место, — продолжила рассказ мама — Но мыслями меня так и тянуло к тому грубияну. Я хотела его. А от мужа тошнило.. Она сделала паузу, на её лице появилось выражение вины., — Попасть вниз удавалось не всегда. Приходилось рассчитывать на везение. Меня даже как-то поймали: быстро разобрались кто такая и притащили за шиворот обратно домой.. Муж отреагировал на удивление не так агрессивно, как следовало ожидать. Просто стал контролировать. Ну а я не выдержала и опять улизнула. Всё время искала этого Леви. Тот поначалу пытался отмахнуться от меня. Но затем решил, что было бы неплохо воспользоваться сумасбродной девчонкой с верха.. Настала долгая тишина... Наконец я решила её прервать; — И чем же в итоге закончился ваш роман? Мама помрачнела ещё больше; — Я помогла ему выбраться на поверхность. Конечно долго он не прогулял среди знати и зажитчиков. Но успел обворовать нажитое моей семьи и ещё несколько домов. Мы обеднели. Не были в состоянии выплачивать налоги. Пришлось покинуть столицу, переехав за стену Роза - в Каранес. Я в лёгком ужасе прикрыла ладонью рот. Конечно зная конкретные детали о прошлом нашего капитана, и имея удовольствие лично с ним общаться, не могла поверить в услышанное. Мозг просто отказывался принимать полученную информацию вместе с весомыми фактами. — Мама, — хрипло позвала, спустя парочки минут мысленных скитаний — А капитан случайно не мой.. Она резко встрепенулась; — Нет! И даже не думай об этом! Если бы я забеременела от этого выродка, то непременно сделала бы себе выкидыш! Немного продышавшись, она добавила уже мягче; — Я родила тебя от Адриана. И не от кого больше. Он - твой отец. Я посмотрела на сцеплённые руки на своих коленях: не знала, верить ли ей. Но.. Мозги кипят! Тяжело вздохнув, поднимаюсь со стула и иду обратно к себе... На сон остался всего час. Солдаты из любого подразделения по любому поводу встают рано. А у нас ситуация - щекотливая. С восходом быстро собрались и распрощавшись с гостеприимными хозяевами. Весь оставшийся день я ходила вялая и угрюмая. И это не только иза недосыпа. Ребята переодически задавали вопросы о моём самочувствие. Отнекивалась, говоря что нужно в первую очередь сосредоточиться на деле. Капитан со мной согласился. Поиски идут вязко. Следов наёмников обнаружить так и не получается... К обеду пересекаемся с отрядом капитана Нанабы, в которой вошли из выпускников 104-го: Армин, Энни и Криста. И все они не могли присутствовать по понятным причинам. Увидев нас вдалеке, светловолосая женщина потянула возную за возжи. Слезла с козел, её ноги глухо коснулись твёрдой почвы. Она приблизилась к нам; — А, элитный отряд.. Добрый день капитан Леви. Не дожидаясь пока тот кивнёт ей в знак приветствия, Нанаба добавила; — Похоже, нас обманули. Я вскинула брови. — Нет здесь никаких наёмников? Осведомился Леви. — И в помине не было, — сокрушённо склонила та голову — Мы вчера прибыли на пару часов раньше, так как мой отряд получил весть о теракте первым, — она опустила глаза на свои ботинки, задумчиво потёрла подбородок — Мне кажится, мутно всё это как-то.. — Не кажится, — процедил Леви — Военная Полиция нас обманула. А сейчас или сами помогают тем ублюдкам, или штурмуют их настоящее место нахождения! Чтобы потом присвоить себе все заслуги.. Если конечно и теракт не был ими спланирован изначально. Удручённые весьма неблагоприятными обстоятельствами, по приказу капитана сменяем курс обратно в Сину. Вот дура! Если бы мне вдруг не приспичило навестить семью, один член из которой испортил мне настроение, то возможно мы бы поняли гораздо раньше, в какое заблуждение нас ввели! *** — Постойте.! Мы прибыли быстро, насколько это возможно. И у входа в штаб Военпола почти сразу наткнулись на того самого полицейского, который и сообщил нам те вести. Сейчас тот, представившись Марло Фройденбергом, стоял перед нами с поднятыми руками с заднего корпуса здания. Капитан Леви целился в него из его же огнестрельного оружия. — А ты приведи более убедительные доводы, чтобы не проделать в тебе решето, — убийственно спокойно сказал капитан, не сводя не моргающего взгляда с юноши. Теперь я отчасти понимаю маму.. — Ну.. Если вы начнёте стрелять, на шум сбегутся остальные, — не заробел Марло — И ещё я могу примерно знать, куда увезли девушку из вашего подразделения. Последнее заставляет Леви опустить пистоль. Но поведением даёт понять, что тот у него по прежнему на мушке. Марло неловко переминается с ноги на ногу. Чешет затылок. Но прежде чем из его рта успевает вылететь хоть что-то, к нам бриблежается девушка из его же подразделения. — Марло! Ты с ума сошёл?! Приглушённо шипит на него та., — Тебя же под трибунал за неповиновение приказам отдадут.! Она нас явно не боится. Видимо, рассчитывает на находящихся рядом в здании товарищей. Вот только кто угодно из нас успеет ей башку прострелить, прежде чем она успеет крикнуть слово. — Нет, я так больше не могу, — лицо Марло приобретает страдательское выражение — Всё это зашло слишком далеко. Мы человека чуть не убили! Девушка закатывает глаза; — Но ведь не убили же! Марло подходит к ней ближе; — Я не знаю как ты подобное выносишь, если у тебя хотябы капля совести есть. Лично я шёл в полицию для того чтобы за порядком внутри стен следить. А сейчас.. Парень задумался... Обернулся на нас; — Хочу сбежать с этого места, и навести хаос за пределами стен. Потомучто это у меня гораздо лучше выходит, как выяснилось. Я лучше буду кромсать титанов, чем избивать беспомощных, по первому приказу гнилых людишек. На мгновение замираю, приятно поражённая его краткой философской тирадой. Я знала, что среди полицейских остались ещё не до конца очернённые души! Если конечно, то не ловкий спектакль.. — А.. А ну стой.! Растеряно восклицает полицейская. Щелчок затвора. Через секунду видим, как она целиться из своего оружия в сослуживца. Руки её не дрожат, как и тело. Взгляд решительный. Даже можно подумать, что она взаправду способна убить друга. Если они конечно дружат. Или встречаются. — Не делай глупостей и идём со мной, — снова обращается к нему она, медленно отходя подальше от нас. — Дрейс, ты не охренела? Поражённо-раздражённо цедит Марло. Но слушается: поднимает руки и отходит вслед за ней. Нет - ну смешно! Нас давно уже заметили из окон! А мы тут в прицельщиков играем! — Просто скажите, куда увезли Кристу, — осторожно произносит, стараясь не шевелиться, Леви. При этом так же целиться, но уже в эту Дрейс. Злой взгляд той перебегает со взволнованного лица Петры, на беспристрастное Микасы, то задерживается на моём... В конце концов девушка решается на следующее действие. Бах Она спустила курок. Пуля пролетела в нескольких милеметрах от моего левого уха. Промахнулась?. — Ай.! Когда замечаю растеренные взгляды направленные мне за спину, оборачиваюсь: на земле, в луже собственной крови, валяется какой-то полицейский. Не успеваю понять происходящее, как с других углов на нас нападают остальные. Вынимаем клинки, удачно отражая ими пули. Вот какой умник разработал эти стрелялки?! Правильно - Ханжи! Я ей очки разобью! В противостояние замечаю, что та Дрейс дерётся не против, а за нас. Так она только делала вид, пока другие готовились нанести удар в спину! И сигналы глазами какие-то подавала! Какая я тупица. Этот бой оказывается не долгим: мы расправляемся с зачинщиками бойни довольно быстро, благодаря приимуществу в виде двух военпольцев с заряжёнными пистолями. Капитан Леви сохраняет одному сознание и принимается не хило пинать того, пока тот не выкладывает следующее; — Это только мы, другие не при чём.. Хотели выслужиться и доказать, что солдаты Военной Полиции могут не только теории.. Спасли бы девку вашу и над вами бы ржали другие.. Ещё не до конца удовлетворённый его откровением, капитан надавливает тому в область паха не высоким каблуком на своём ботинке; — Это вы заказали её похищение? Слышится приглушённый стон. — Нет.! Сдавленно отвечает мужик., — Мы вовще тут ни при чём.. Ничего мы не планировали.. Просто момент подвернулся вас в дураках оставить.. Он перевёл блестящие от слёз глаза на стоящих в стороне Марло и Дрейс., — А вы - вонючие куски дерьма и отродья шлюх!. Хрясь На этом моменте капитан залепил ему носком ботинка по лицу. Затем присел на корточки. И пока тот не потерял сознание, задал вопрос, схватив его за волосы, собранные в хвост; — Куда они поехали? — В Орвуд.. Это к востоку. Мы как раз и находимся на нём. Значит, трындовать недалеко. К нам спустилась запыхавшаяся Ханжи; — Леви.! Начала размахивать та руками., — Тут такое!!! Тот закатил глаза; — Что? — Теперь и Жакича похитили!!! — Кого.. А. Всё понял. Ну ёмоё... С нами поехали те молодые полицейские - Хитч и Марло. Ещё дополнительный отряд Нанабы и Мика Закариоса. Командующий был занят, поэтому нас оповестили о его "опоздании". Уже на границе Орвуда капитан Закариос, наблюдая обстановку через бинокль, приметил группу подозрительных людей. — Дай сам гляну, — Леви перенял у него бинокль. Спустя пары секунд пристального рассматривания, он изрёк; — Да. Это наёмники. — Как вы это поняли? Обратилась я к нему., — Опыт? Тот просто кивнул. — Слушайте сюда, — обратился он к группам — У нас на стороне эффект внезапности. Они скорее всего не ожидают нас тут встретить, так как думают что мы возможно продолжаем их ещё где-то искать. Постараемся действовать быстро, — он повернулся в сторону капитана Закариоса — Твоя группа возьмёт на себя этих. Они сторожат вход вон в ту церковь, — он указал на заброшенное здание. — Это же церковь семьи Рейсс, так понимаю? Учтиво подаю голос., — Там по слухам они молились. Но после того как все члены этого рода исчезли, её закрыли. Что же там может находиться такого? И зачем им Криста и Жакнер? Леви потянулся к ножнам; — А вот это мы сейчас узнаем. Нанаба! Зайдёшь спереди, я со своими с заднего входа. Группа состояла из двадцати человек. И все они были вооружены до зубов от приводов с ножами, до пистолей с разрывными пулями. Я кстати догадываюсь, откуда у них может иметься У.П.М: два с чем-то года назад инструктор выдал нам задание. Мы тогда ещё были кадетами. Были живы и Конни с Сашей, и Марко с Жаном... Нас отправили в пустынную местность учиться ориентироваться. Так как во время вылазок за стены часто случалось, что группа могла заблудиться. Мы обязаны были заранее научиться находить дорогу в нужную сторону. На нашу повозку тогда напали контрабандисты. Хотели присвоить себе приводы, чтобы потом продать те в Подземном Городе или же другим разбойникам. Тогда нам удалось их перехитрить благодаря командной работе. Но остаётся фактом то, что не все отряды учеников сумели справиться с такими засадами. Некоторые из них имели право благодарить богинь за то, что хотябы живыми остались. Как и планировали, отряд Закариоса атаковал людей охраняющий вход. Те оказались вполне готовы: вовремя открыли по нам огонь, удачно подстрелив пару наших. Нанаба пошла напролом с переднего. Наша группа спокойно проникла внутрь через задний вход... Пришлось отодвинуть в сторону каменную плиту, которой был закрыт проход. Изнутри церковь особо примечательно не выглядела: заросшие мхом стены, пыльный алтарь, поблекшие священные предметы для молитвенных ритуалов, грязные занавески. Затхлый запах. Наши шаги отражались по сводам гулким эхом. Гробовую тишину нарушали лишь исходящие с улицы звуки выстрелов и скрежетание клинков, вперемешку с криками. А потом.. И это стихло. Пропало, словно плотно набили ватой уши. — Здесь пусто.. Еле слышно сказал Эрд, пристально осматриваясь по сторонам. Сосредоточенные, мы с Микасой проходим к слегка прогнившей кафедре. — Ничего тут не трогайте, — предупреждает капитан Аккерман. Запоздало: успеваю наступить на постеленный под нами ковёр. Чувствую, как вязаная ткань прогибается под моей ногой. А в следующее мгновение... Скрип Падаю вниз. Микаса успевает вовремя отскочить в сторону. Леви тянется ко мне рукой, в мгновение ока оказываясь рядом. Не успеваю ухватиться... *** Какое-то время спустя прихожу в себя. Осматриваюсь: подо-мной земля, или если вернее.. Лёд? Этим странным объектом усеяны и стены с потолком! Прикосаюсь к прохладной поверхности. На ощупь не сильно холодное. На лёд всё-таки не похоже.. — Это кристализированная субстанция, — раздаётся откуда-то рядом приглушённый голос. Поворачивая голову в сторону, вижу сидящую неподалёку Имир: девушка облокачивается о кристальную стенку, пододвинув под себя колени, обхватывая которые руками, невидящим взглядом смотрит на свои ноги. — Криста чего.. А где остальные? Встрепенаюсь. — Ушли осматриваться. Меня оставили следить за тобой, пока не очнёшься. — А как так получилось, что я отрубилась? — В верх посмотри. Поднимаю глаза к потолку: сплошные кристаллы сказочно переливаются в холодном полумраке. Чуть ливее, почти надомной, виднеется проглядывающий луч света через отверстие. К которому ведёт длинная лестница. Так получается, я случайно обнаружила тайный вход, наступив на коврик под которым тот находился? Поднимаюсь. Подходу ближе. Замечаю недалеко лежащую дверцу. Всматриваясь внимательнее, замечаю что та определенно от того отверстия. Её скорее всего оторвали, чтобы было удобнее замаскировать ловушку. Измеряя на глаз высоту, понимаю, что так можно вполне разбиться. И как я шею не свернула?! — А вы тоже упали что-ли? — Спустились. — Ладно, — делаю несколько шагов в сторону — Куда нам надо? Собеседница отряхивается; — Точно не знаю. Они где-то тут. В любом случае найдем по отражающемуся эхо. Да, согласна. Оно тут хорошое. Не говоря друг другу больше ничего лишнего, начинаем блуждать меж сверкающими проходами. Тут невероятно красиво! И если бы я не была на важном задании, то непременно бы задержала взгляд на некоторых местах. Энни тут понравилось бы! На секунду я даже представила, что она тут... *** — Они похожи на твои глаза, — тихо шепчу стоящей рядом блондинке. Энни заметно смущается. Хотя видно, как старается оставаться по прежнему невозмутимой. Проведя по слегка зарумянившейся щеке, девушка садится на блестящий пол. Не поднимая на меня взгляда, тихо произносит; — Знаешь что я могу сказать о твоих глазах? Они похожи на небо: словно усеяны сплошными серыми тучами, где нет и намёка на тепло. Но потом.. Поочерёдно.. Проступает свет. Иногда они голубые, как ясное небо в солнечную погоду. Делаю несколько шагов ей навстречу. — Хочешь, я всегда буду светить тебе? Сажусь рядом. — Хочу. *** Из слащавых мечтаний меня вывел не сильный тычок в бок. Подняла глаза на смотрящую на меня Имир. Та приложила палец к губам. Сама развернулась и припав к земле, стала ползти по направлению к одному из проходов. Последовала её примеру. Откуда-то снизу, будто из-под полщи кристальческой земли, отражались чьи-то голоса. Мы проползли ближе. Затвердевшая субстанция была чем-то похожа на балконные перила. Осторожно выглядывая из своего укрытия, вижу расположившийся под собой зал. Он выглядел так же как и вся остальная пещера. За исключением железного столба, который глубоко уходил под кристаллы под собой. На нём за руки был подвешен дедушка Жак. Он был без сознания. В центре стояли двое: Криста в белом одеянии, и низкорослый полноватый мужчина точно в таком же. Если не особо напрягать мозг по поводу происходящего, то их можно сравнить с какими-нибудь сектантами. По разным углам стояли, держась за пояса с клинками, мои друзья. Даже с такого расстояния было заметно, как все, от чем-то одержимым мужчиной и весьма колеблещуйся Кристы, были напряжены до предела нервных клеток... Немая сцена долго не продлилась. — Я не буду этого делать, — мягким голосом произнесла Ленц, явно обращаясь к стоящему перед собой шатену. Со своего места я увидела, как она что-то держала в своей ладошке. — Дитя, — ласково обратился к ней тот — Это не только твой долг, — он мотнул головой в сторону Жака — Но и прекрасная возможность отомстить за сестру. Криста сжала предмет в своей руке до дрожи. Все, в том числе и мы, продолжали наблюдать неподвижно. — Девочка моя, доченька. Ты ведь скучаешь по Фриде? Так это её отец?! А они похожи. Особенно глазами! — Я.. - Девушка растеряно захлопала глазами — Я не помню, кто это. Мужчина принял страдальческий вид; — Фрида - твоя старшая сестра! Которую убил Гриша Йегер, чтобы завладеть титаном Прародителем! Ого: у Кристы была сестра, владевшая одним из девяти титанов? Но почему она никому не рассказала? Боялась? Она сказала, что не помнит её, значит, что могла и сама не знать об этом? Отец Кристы продолжал надрывно вещать, держа всё больше теряющуюся дочь за плечи; — Не помнишь, потомучто она стёрла тебе память! Ты должна!! Чтобы спасти нашу наследие и брата!!!