Побег с Октана

Падая из вентиляционного коридора вниз, Алоиз во что-то врезался, а затем с плеском приземлился в емкость с какой-то жидкостью, больно ударившись об ее дно. Рядом туда же плюхнулся Сильвио. В панике волшебники всплыли и огляделись. Прямо между Алоизом и Сильвио в жидкость упал обклеенный мелкими зеркальцами большой шар, подняв кучу брызг и пены. Они приземлились в чан, или в бассейн, или в какую-то другую довольно крупную емкость, заполненную ядовито-розовой пенящейся жидкостью почти до краев. Она сочилась в поврежденные сочленения брони Алоиза, жгла свежие раны и была довольно холодной. Чернокнижник присмотрелся и увидел плавающие вокруг него мелкие льдинки и облепившие его броню пузырьки газа. Судя по происходившему вокруг, у лорда Гаччи были те самые гости. Помимо бассейна со льдом и явно наркотической газировкой, волшебников встретили дым каких-то на редкость вонючих благовоний, яркие вспышки всех цветов радуги и какофония из самых разных звуков: плохо настроенные музыкальные инструменты, гудение двигателей, механический шорох машин, надрывные вопли и стоны рабов, топот сабатонов и громкий нестройный ор нескольких космодесантских глоток – явно в попытках петь. «Мэдлора на них нет», - возмущенно подумал Алоиз, машинально закрыв вокс-решетку шлема, - «вот кто бы всем руки и голоса поставил за полдня. Путем битья валом от факмашины, конечно же». К краю бассейна подошли двое отвратительного вида мутантов в розовой броне, державших в руках огромные кружки. Они зачерпнули жидкости из бассейна, напрочь проигнорировав плавающих в нем волшебников, и начали пить. - Господа, у вас в напитке колдун! – сказал Сильвио и нервно хихикнул. На него и после этого не обратили никакого внимания – мутанты ушли в другой угол задымленного зала. Алоиз, недолго думая, подобрался к борту бассейна и тяжело перевалился через него, оказавшись на полу. Из потяжелевшей и поломанной брони потекла газировка. Следом за ним вылез мокрый ученик. И буквально через десять секунд трое гостей хаоситской дискотеки с воплями и гоготом забросили в бассейн четвертого. Ближе всех к внезапным гостям вечеринки оказался хорошо знакомый им лейтенант Флюгегехаймен. В руках у разорителя был невероятный гибрид лохматого животного, колесной лиры и саксофона. С одной стороны, где вероятно, при жизни твари находилась голова, торчала металлическая трубка, в которую Гега дул изо всей силы. Одновременно он локтем прижимал тушку к себе, одной рукой жал на клавиши на ее спине, а второй крутил рычаг, торчавший из-под предполагаемого хвоста бедного животного. Лапы этого отвратного подобия музыкального инструмента заканчивались металлическими раструбами, и из них раздавались совершенно ужасные тошнотные звуки, сравнимые разве что с физиологичными звуками страждущего от пищевого отравления. Чуть поодаль устроился гость лорда, которого волшебники видели впервые. Он сидел на ящике из-под патронов и играл на арфе, сделанной из двоих рабов. Кажется, рабы были еще живы – инструмент слегка шевелился. Правда, играл он не только руками. Алоиз рассмотрел в полумраке подвала как минимум пять длинных и склизких розовато-фиолетовых щупалец, но так и не разобрал, из какой части тела незнакомца они растут. Друг Флюгегехаймена лейтенант Гитас играл на барабанах. Хотя «играл» и «на барабанах» - сильно громкое название для ритмичного битья гаечными ключами по бочкам и ржавым канистрам из-под прометия. Под лучами розовых прожекторов зажигала компания приезжих какофонов с их уродливыми инструментами, сотрясающими стены своим звуком, даже не очень громким. Под потолком кружили несколько зеркальных диско-шаров. Алоиз в первый момент подумал, что они левитируют с помощью силы варпа, а потом осознал, что их носят сервочерепа. С другой стороны от музыкантов танцевала толпа незнакомых космодесантников. Еще несколько гостей сидели в собранных из металлолома креслах, а вокруг них суетились полуголые рабы в черных ремнях. В руках у них были подносы с кружками, бокалами и горками цветного порошка. Неподалеку был организован бар, за стойкой которого мелькали блестящие дополнительные конечности бармена. Алоиз перестроил фокус линз шлема: нет, это был не Адриано, а кто-то из приезжих, тоже с кучей щупалец. Где-то в дальнем и совсем темном углу гудела работающая факмашина, в которой визжали рабы. - Ты когда-нибудь видел танцующего облитератора? – спросил Алоиз, толкнув Сильвио локтем и глядя куда-то в сторону. - Нет, - с отсутствующим видом ответил тот. - И я не видел. До этого дня. Гаччи танцевал в средине зала. И даже Карнольф с его богатым воображением и внушительным словарным запасом не смог описать это зрелище словами. По крайней мере, цензурными. Облитератор, громоздкий и тяжелый, но при этом скачущий в безумном танце был подобен пьяному паровозу. Рабы лорда тоже танцевали, но на почтительном, а главное – безопасном, расстоянии. Казалось, его ракетницы тоже участвуют в танце, причем отдельно от всего остального облитераторского тела, колыхаются, качаются, и даже… гнутся? Сколько ракетниц у лорда Гаччи? Алоиз никогда их не считал. Больше пяти точно. Восемь? Десять? Лорд делает опасное движение, еще немного – и он упадет, и поднимать его будут всей толпой. Но Гаччи не падает. Сделав кульбит, он начинает вертеться огромным хаоситским волчком, сбив с ног ракетницей пару гостей, неосмотрительно подошедших слишком близко. Лорд похож на металлическое облако с торчащими во все стороны стволами, такое большое, грозное… но при этом будто невесомое, с легкостью порхающее по залу в такт музыке и не замечающее собственного устрашающего веса. Когда тяжелая облитераторская туша встала на руки, волшебники инстинктивно сделали два шага назад и едва не наступили на раба, несшего с десяток дорожек блестящего розоватого порошка на подносе. Будто в замедленной съемке Алоиз увидел останки розового плаща, которые Гаччи носил на поясе. Ткань колыхнулась и открыла ту самую татуировку, которую лорд старательно ото всех прятал. Там было два лица, два профиля, изображенных затылок к затылку, и лента с надписью под ними. В темноте и мерцании светомузыки Алоиз не рассмотрел, чьи это были лица, однако надпись прочитал. «Вместе навсегда» Стоящий на руках Гаччи сделал еще один опасный кульбит и с грохотом сел на шпагат. Задрожали стены, содрогнулись гости. Волшебнику на голову упал диско-шар. И в этот миг мир померк. Алоиз видел только яркие цветастые пятна и облака разноцветного тумана, в которых мелькали танцующие силуэты облитераторов и раздавался очень знакомый смех – звонкий, жизнерадостный смех Мэдлора Орсини. … - Мэтр, проснитесь! Налитое тяжестью тело слушалось с особой неохотой. Болела голова, болела спина и обе ноги, во рту пересохло, мышцы бешено ломило, как от лихорадки. Алоиз едва разлепил глаз. В полумраке помещения, где он находился, он увидел Сильвио, стоящего над ним с кружкой в руках. - Где я? - На «Черной Исиде», в своей каюте, - ответил ученик, поставив кружку на прикроватный столик, - проспали двенадцать стандартных часов. Я перевязал Вашу ногу. Ваши доспехи в кладовке, вместе с псевдомускулами. Я их вымыл, но носить это все равно нельзя. Мы пока еще не погружались в варп, но выскочили из системы Октана. - Где ящики с инструментом? – Алоиз сел и понял, что зря спрашивает. Мир вокруг закачался. Проекции инструмента, его собственных вещей, стоящего рядом ученика болезненно давили на обострившееся внутреннее зрение. - Часть в кладовке. Часть в Вашем кабинете. Книги я отнес в комнатку, которую Вы называете корабельной библиотекой. - Что случилось? Как мы сюда попали? Волшебник опустил взгляд на столик у кровати. Помимо кружки с водой там лежала сине-голубая капсула обезболивающего и еще одна, белая, назначения которой он не знал. - Мне помог Гега. - Кто?! - Лейтенант Флюгегехаймен, - прохладным тоном ответил Сильвио, - дотащил Вас до корабля и помог сложить туда же ящики. И сказал дать Вам белую капсулу, чтобы последствия передозировки того, чего Вы нахватались на вечеринке, отпустили быстрее. - Ты привлек к погрузке третье лицо? – забыв о лекарствах, вознегодовал Карнольф. - Когда на Вас рухнул диско-шар и Вы потеряли сознание, мне не осталось ничего, кроме как попросить о помощи, - развел руками Сильвио. - И как ты объяснил ему наше присутствие в подвале? - А никак, - отмахнулся ученик, - он не спрашивал, я не отвечал. Наверное, лейтенант решил, что нас пригласил сам лорд. - Куда мы собираемся на «Черной Исиде», я так понимаю, он тоже не спросил? - Не спросил. Приводите себя в порядок, мэтр. А я пойду к штурвалу. Мы, конечно, летим на автопилоте, но и за ним лучше приглядывать. - Курс на Лютер Макинтайр, - сказал Алоиз и взял со столика капсулу, - Я запишу сообщение, чтобы нас встретили, и мы сами никого не искали. - А… к кому мы летим? - К последнему человеку в этой галактике, который будет рад меня видеть, к Ахенатону. Теперь придется действительно что-то ему продать, чтобы он с моей броней помог… - Но Вы же сказали Граксу, что я полечу к Ахенатону! – удивился Сильвио. - Вот именно. Нас будут искать где угодно, только не у него.