Под треск догорающей свечи

Под небесно-белый поток ангельской энергии в считанные секунды Азирафаэль был доставлен, конечно же, не по своей воле прямиком на Небеса. Архангел Михаил грациозно вырисовывал круги вокруг стола цвета первого снега Аляски, терпеливо дожидаясь окончания перехода из мира человека сюда. Повод прибытия был не ясен, как и не ясно то, что успел услышать Кроули в ответ на своё волнительное признание. Ангел не простил бы себе, если бы демон хотя бы на секунду усомнился в его любви к нему. Как же не вовремя бывают порой собрания с начальством.. — Не смею отказать, — хотел радостно выдать Азирафаэль, пока не обременяя их дружбу излишними громкими выражениями. Такими как: «я люблю тебя» или «без тебя я не вижу себя». И это казалось правильным. Торопиться им было ни к чему, впереди ожидал бесконечно длинный совместный путь выбора сердца. Ванильный период обещал быть сладким-сладким ввиду того, что очаровательный Кроули был ещё до своего признания шибко заботлив, внимателен к мелочам. Азирафаэля смело можно было назвать самым счастливым ангелом, поскольку он любовь свою нашёл и хобби помимо основной работы имел, а это дано далеко не каждому служителю Небес. Михаил поручил лишь срочное и особо важное задание касаемо вмешательства в процесс создания современного устройства, функция которого озвучена не была. Не положено. Необходимо было всего-навсего помешать закончить столь значимый для будущего проект, чтобы предотвратить судьбоносные последствия в виде изменения событий, наступление которых должно было произойти. Во все детали ангела не посвещали, важно только было выполнить задание качественно, профессионально. Когда Азирафаэль только прибыл на Небеса, его беспокоил повод, по которому был вызван он. Имелась большая вероятность нравоучительной лекции по поводу дружбы, а то и отношений с низшими существами Всевышнего. Они с Кроули вполне замеченными быть могли во время одной из редких встреч. К счастью, вопрос не поднимался. Азирафаэля вернули в книжный магазинчик, напомнив что утром ожидает его важное задание. Ангел первым делом позвонил Кроули, но тот не отвечал. Не думать о демоне было невозможно в силу того, что беспокоило ангела сейчас лишь та часть слов, которые Кроули успел услышать. Задание ушло на второй план, чего допускать ни коем образом было нельзя, но сердцу не прикажешь. Все мысли заполнил один учтивый в обращении с ангелом демон, чьё признание в любви не было отвечено взаимностью, которая непременно была! Не исключено, что выискивание букашек может спасти столь некрасивую ситуацию. Так ведь? Азирафаэль уселся в своё ещё не нагретое гнёздышко у камина, проворачивая мысленно свои реплики при встрече со спутником сердца.

***

Ангел испарился в воздухе сразу после глубокомысленного признания в своих чувствах. Кроули ожидал различные исходы событий, но точно не имеющийся. С убитым видом под непрерывно хнычущее сердце он побрёл на улицу, чтобы прокатиться по ночному городу, выпустить пар и смириться с отказом. Телефон по случайности выронил дома, забыв про его существование. С каждой мучительно долгой минутой настигало понимание того, что у него не будет ни только отношений с Азирафаэлем, но и дружбы. Не будет карамельно-сладких поцелуев в шею, губы, щёки, непременно вызывающие череду дорожек мелких мурашек; не будет крепких объятий тёплых рук, прижимающих к маняще-нежной коже тела; не будет больше выискивания букашек под чтение книги о природе и переглядывания смущённых глаз. Лишиться всего в миг, теряя смысл своего никчёмного существования, было тяжко.. На негнущихся ногах он еле-еле дополз до машины, упал буквально в паре дюймах от неё, сворачиваясь клубочком на шершаво-пыльном асфальте, становясь лужицей унылого существа. Муравей, пробегающий неподалёку от демона, опаздывал к своим сородичам из-за сломанной лапки, которую придавило камнем, но даже он не смог пройти мимо, проявляя сочувствие в виде подаренного кусочка тухлого изюма. Замечен сей подарок утешения не был. Демон почувствовал отвращение к самому себе из-за непозволительно-жалкого вида. То ли от нахлынувшей тоски, то ли от душевной раны глубиною в несколько сотен миль, Кроули вспомнился момент, когда он понял насколько сильно влюблён в ангела. Шестнадцатое столетие ему запомнилось отчётливо, красочно, а теперь и болезненно. Неужели придётся этот счастливый момент перенести в место под названием «Не вспоминать!»? Или всё куда сложнее, чем может показаться на первый взгляд и исходя из этого ангел не отказывал ему, а попал в беду? Ещё хуже!

Шестнадцатый век. Англия

Это был весенний день в крупном городке под названием Ливерпуль. Мистер Барлоу — давний знакомый Кроули по некоторым делам, частенько устраивал балы в своём особняке, который находился неподалёку от леса. В его владениях также имелись просторный дворик и цветущий сад, некогда спроектированный демоном. Цветы он любил, но взаимно ли? Сомнительно. Чуть что сразу весь свой гнев вымещался на бедных крошках, не заслуживающих такого обращения, пожалуй поэтому и не заводил личную оранжерею, чтобы не поддаться искушению в нехорошей заботе о растениях. Когда-нибудь, но точно не сейчас он научиться сдерживать себя. Прибыли наши герои сюда неслучайно: по делу, которое успешно выполнили вчерашним пасмурным вечером. Азирафаэль уговорил демона составить ему компанию на сегодняшнем балу в честь рождения наследника гостеприимного хозяина особняка. Одетые по всем правилам этикета того времени, друзья ступили на порог красивейшего здания этого города. Каменный фонтан встречал гостей при входе в зелёный от растений дворик. Мох покрывал стенки сооружения, из которого спокойно стекала кристально-чистая вода. Позади фонтана расположился сам двухэтажный особняк, построенный из кирпича песчаного цвета с огромными окнами и многочисленными комнатами. Кроули прекрасно помнил с каким удовольствием помогал обустроить сад, спрятанный за домом мистера Барлоу. Английские сады конца шестнадцатого века носили утилитарный характер. В них выращивали пригодные в пищу растения и лекарственные травы. Шалфей, бессмертник, малина, ромашка: преобладали здесь. Послышались звуки пианино, скрипки и ещё какого-то музыкального инструмента, пока не определённого на слух. Друзья поздоровались с хозяином дома, поблагодарили за приглашение и отправились в глубь зала, где должны были проходить танцы. Демона не привлекали данные мероприятия, он здесь был только ради Азирафаэля по непонятным причинам. Дружба? Вряд ли. Азирафаэль покинул его сразу же, как только начался первый танец. Было забавно за ним наблюдать со стороны, не участвуя в практически синхронной толкучке. Кроули заметил как славно вписывался его ангел в строй любителей танцев. Одна композиция сменяла другую, продлевая веселье шумного скопления людей. Едва ли можно было усомниться в умениях Азирафаэля правильно исполнять последовательность заранее отрепетированных плавных движений и пластичных изгибов тела. Впрочем далеко не всё ему давалось изящно отобразить под живую музыку талантливых исполнителей, некоторые элементы танца выходили неуклюжими, неловкими, но он не унывал, выполняя движения так, как получалось. И забавно он терялся, когда случайно кружился не в том направлении или не с той ноги, и несравненно мило сердился на себя при виде насмешек в его адрес. И все бы ничего, пока к нему не подошёл один господин, грубо выталкивая его в сторону подальше от других людей. Он что-то строго пригрозил ангелу, отчего тот поник в один миг. Азирафаэля оскорбляли? Высмеивали? Он смирно сел на первопопавшийся стул с завистью глядя на довольных участников бала. Мужчина, чьё мнение задело лучшего друга демона, являлся обычным гостем, не имея высокого статуса или титула. Самый обычный работяга с красавицей женой в пышном платье с серебристой каемочкой и явно вышедшей замуж не по любви. Кроули был бы сам не свой, если бы не вмешался в их разговор. — Сомкните ваши уста.. сэр. С вашим разухабистым поведением не дозволено посещать сие мероприятия! — как можно деликатнее выразился Кроули и только ради того, чтобы и впредь посещать особняк гостеприимного хозяина. За пребывателей отвечать было не в его обязанностях, обида на бестактного гостя касалась его лишь косвенно. Азирафаэль любил балы мистера Барлоу, его изумительный вкус и видение мира восхищали новопришедших гостей каждый раз по окончании развесёлых танцев. Хозяин был щедр и мил, его любили и пребывали в упоении от него. Не дожидаясь завершения бала, наши герои покинули особняк многоуважаемого мистера Барлоу, дабы избежать конфликта между тем невоспитанным гостем и до невозможности любителем поспорить Кроули. Солнечный день только близился к вечеру, отражая тёплые лучи светила в небольших лужицах, располагающихся на неровной от гравия дороге, покуда нескончаемо пребывали незнакомцы. Пройдя пару миль вглубь леса, произрастающего неподалёку от особняка, друзья остались наедине друг с другом, прочь от любопытных глаз. Союз двух мужчин не признавался в Англии конца шестнадцатого века, считая сей феномен отклонением, болезнью, требующий незамедлительного вмешательства врача. Поэтому вдалеке от постороннего мнения можно было смело делать то, что только сблагоразумиться. Например, это: Кроули начал напевать понравившуюся ему ранее услышанную мелодию, приглашая ангела на лавандовую поляну с ожерельем в виде капелек воды на зеленющей траве. — Танцуй как душе твоей угодно, осуждать не стану, — уверенно заявил демон, показывая на воображаемую танцевальную площадку из цветочков, листочков и освежающих капелек живительной влаги опустошённых туч, ставших причудливыми облаками. — С тобой? — выражая искренний интерес и удивление извлёк Азирафаэль, глядя в змеиные глаза. Кроули одарил его улыбкой, отрицательно покачал головой. В танцах он не был силен, да и не манили они его, — жаль, — не успел ангел опечалиться, как Кроули завладел его вниманием, вступая в головокружительный вальс. Он вёл. Затем последовала полька с излюбленным движением в начале: скольжение правой ступни по сырой траве, её поджатие в воздухе с вытянутым носком и резкий спуск ведущей ноги на землю в первую позицию; кадриль третьей фигуры с многочисленным шеном и топтанием на месте. В плясках Азирафаэль чувствовал себя счастливее, жизнерадостнее, тем более с другом в партнёрстве. И только когда стемнело, они довольные упали на мягкую траву в приятной усталости от активных танцев под открытым небом. Наши герои лежали на спине, наслаждаясь компанией друг друга. Азирафаэль смотрел на заходящее солнце на малиновом небесном куполе, а Кроули наблюдал за ним. Восхитительно-милый румянец щёчек на светлой коже, заострённый носик и очаровательно-застенчивые уголки губ пленили демона. Тогда-то и пришло осознание того, насколько сильно он влюблён в своего ангела. И почему он раньше не замечал этих чувств? Отрицание? Похоже на правду. Любовь создана была для людишек, в которую по необъяснимым обстоятельствам вляпался сам Энтони Кроули. Беда. На взаимность рассчитывать было смешно, отчего так больно становилось где-то внутри очерствевшего сердца. Хотелось делать Азирафаэля счастливым как можно чаще, довольствуясь его улыбками. На большее он претендовать не смел.