Питомец её высочества

      Макс сидел на подушках, уперевшись спиной в перевёрнутый «дом», и неторопливо жевал яблоко. Настолько вкусных и сочных фруктов ему ещё не доводилось пробовать. Хорошенько посмаковать божественное угощение не давало лишь тревожное положение дел.       Голова потихоньку отошла от первоначального шока, а среди бесцельно роящихся мыслей начали спускаться и более или менее здравые идеи. Макс наконец понял, что находится не на Земле. Прийти к такому умозаключению было легко, но вот осознать – дело уже совсем другое. Удивительно, но какого-то ужаса или отчаяния он не испытывал. Нет, конечно, о внутреннем покое не стоило и заикаться, но и биться головой о стенку, в панике зовя на помощь, его не тянуло. Сейчас он пребывал в некоем послешоковом состоянии. Вроде того, когда тебе забраковали дипломную работу за пару недель до сдачи, и ты по дороге домой наконец начинаешь искать способы выкрутиться. Правда, в его ситуации не получится решить вопрос деньгами.       Местные создания – единороги, пегасы и прочие непонятные лошади – похоже, были полноправными обитателями этого мира. По крайней мере, этого дома уж точно. А самое главное – они были разумными. Если одежду ещё можно списать на прихоти какого-нибудь заботливого или немного извращённого хозяина, то вот всё остальное уже явно говорило… нет, буквально кричало о разумности. Чего стоит только тот единорог, который читал что-то с листа.       Вишенкой на торте стала их речь. Помимо ржания, цоканья, фырчанья и прочих лошадиных звуков проскакивали и вполне «человеческие» слова. В том плане, что их можно принять за иностранный язык какого-нибудь дикого племени из Африки. Местные не перекидывались парочкой «фыр-фыр», «брр-брр» да «иго-го», а тянули длинные, по-своему мелодичные речи.       Макс взял ещё одно яблоко, с интересом наблюдая за тёмно-синей лошадью (он решил, что это всё-таки кобылка, а не жеребец). Она сидела за мольбертом, держа магией палитру с красками и кисточки. Из-за мольберта торчала только её грива, словно плавно развевающаяся на магическом ветру. Грива напоминала не отдельные волосы, а цельную массу – кусочек настоящего ночного неба, на котором сияли яркие звёзды. И это было вовсе не красивая фразочка, в её гриве на самом деле сверкали звёзды!       Макс уже принял тот факт, что местные жители разумны, но вот рисование всё равно повергло его в лёгкий ступор. То ли потому, что разговаривать и писать картины – это немного разный уровень, то ли потому, что он сам увлекался рисованием и знал, как это на самом деле тяжело сделать реально хороший арт. А здесь вдобавок художником выступает лошадь. Сказочная, но всё-таки лошадь!       Наблюдая за её работой, Макс наконец задался вопросом, а как он сюда, собственно, попал? С этого стоило начать, но мысли унесли его немного в другое русло.       Это явно не Земля – с этим уже он определился. Но тогда куда он попал? И как?       Если откинуть прочь домыслы и просто посмотреть вокруг, то… в этом мире есть разумные единороги, пегасы и какой-то большой крылатый единорог. Макс когда-то слышал, как их «правильно» называют, но не мог вспомнить слова. Впрочем, как большую магическое лошадь с крыльями и рогом не назови, а… менее магической или безрогой она от этого не станет. И да, точно, магия! Ещё тут есть магия! Причём не где-то там на страницах запылившихся книг, а буквально на расстоянии вытянутой руки.       Большим любителем всяких «исекаев» или историй про попаданцев Макс никогда не был, и всё его знакомство с жанром ограничивалось десятком сериалов от силы. Однако даже с такой скудной базой он знал, что во многом схож с главным героем таких историй. Хотя здесь ещё как посмотреть… Всё-таки там люди зачастую умирали в реальном мире или их забирало некое божество. А дальше уже как повезёт – останешься ты самим собой или переродишься в кого-нибудь. Или во что-нибудь. Учитывая последние названия, тянущие на целые поэмы, превратиться можно буквально во что угодно. Вон, даже в это сочное яблоко.       Макса передёрнуло от мысли, что его могли буквально «сожрать» голодные волшебные лошади. Он сосредоточился на размышлениях.       В реальном мире он точно не умирал. Разве что во сне, но это совсем глупо. Да, на сдаче нормативов тело разваливалось уже на втором километре, но в остальном на здоровье он не жаловался. По крайней мере, ничего такого с сердцем нет. А других причин помирать в двадцать два во сне на ум не приходило.       Дальше лучше. Попаданцы так или иначе помнили сам переход в другой мир, нередко встречали некое божество, которое их перенесло или хотя бы объяснило правила «игры». А здесь? В голове крутился только расплывчатый образ того ужасного демона. Но если на божество он ещё плюс-минус тянул, то вот объяснениями от него даже не пахло. Если так подумать, ему вообще никто ничего не объяснял никаких объяснений. Его просто посадили в магическую клетку, несколько местных лошадей покрутились рядом и… кажется, разошлись по своим делам. Осталась только одна, самая большая (думается, не только в прямом смысле этого слова) крылатая с рогом, которая сейчас рисовала перед ним.       Но… может, всё не так уж и плохо? По крайней мере, он жив и здоров, его не превратили в какую-нибудь щётку для копыт, не бросили в угольные шахты. У него полный стол свежей и вкусной еды, под ногами мягкие подушки, в комнате тепло и уютно. Даже магический барьер, если так подумать, защищает не только здешних обитателей от него, а и его от любопытных местных.       Макс глубоко вздохнул.       И что он имеет из сухого остатка? Он оказался в неком магическом мире, населённым разумными лошадьми, и не имеет ни малейшего представления как и зачем здесь появился. Однако в то же время с ним всё хорошо, его отменно кормят, дали тёплую постель и, может быть, даже защищают?       Магическая лошадь тем временем ненадолго выглянула из-за мольберта, присмотрелась к человеку и вернулась к рисованию.       Интересно, кто она такая?       Учитывая здешние хоромы и наличие слуг – похоже, она была местной дочкой или женой богатого чело… то есть коня. Да, точно она богатая. Может быть, даже местная баронесса или даже королева? Вон как её та единорожка обхаживала.       А ещё она вела себя на удивление спокойно. Нет, то есть, человек её явно интересовал, но куда меньше, чем она его. Хотя и он, и она видят друг друга впервые… Или нет? Вдруг в этом мире уже появлялись люди? Или вообще, они живут бок о бок с местными? Или… они здесь вроде домашних питомцев?       Макс невольно прыснул, чем привлёк себе внимание рогатой. Она выглянула из-за мольберта, точно смотрела на кота, который зачем-то пришёл и начал мяукать, но вскоре вернулась к рисованию.       Какой из него питомец? И где это видано, чтобы человек вообще был питомцем? Это он должен заводить лошадей, а не наоборот.       Хотя…       Здесь всё-таки другой мир, другие понятия и правила. На земле люди катаются на лошадях, а тут… ну ладно, вряд ли единороги катаются на людях. Но…       Макс мотнул головой. Звучало слишком бредово, чтобы всерьёз рассматривать такой вариант.       Неожиданно крылатый единорог поднял мольберт и подошёл вместе с ним к барьеру. Макс от неожиданности подался назад и напрягся. Лошадь тем временем взглянула на него свысока, что-то проржала и развернула к нему холст.       До мастерства какого-нибудь Айвазовского ей было далеко. Скорее картина походила на работу старшекурсницы, которая частенько прогуливала занятия и больше увлекалась рисованием на планшете в свободное время. Но критиковать всегда легко. Сам Макс работал только с электронным пером, обычный карандаш брал в руки дай Бог чтобы пару раз в год, поэтому не понаслышке знал, насколько отличается рисование на планшете от бумаги.       На картине красовался сидящий на подушках человек с яблоком в руках. Фокус немного расплывался из-за голубоватого пятна краски, размазанного по центру. Макс решил, что это, похоже, попытка изобразить исчезающий магический барьер.       Лошадь не торопилась уходить. Более того она смотрела на человека такими глазами, будто ждала чего-то. Вот только чего? Оценки её творчества? Вряд ли волшебного крылатого единорога интересует мнение какого-то человека. Может, просто решила похвастаться? Знатные особы частенько бывают тщеславными. А тут такой необычный зритель.       – Классно получилось… Прям на десять из десяти! – неуверенно ответил Макс с улыбкой и вытянул руку, показывая «лайк».       Лошадь удивлённо вскинула брови и что-то профырчала.       – Знать бы, что ты там игогочешь, – ответил Макс, не прекращая улыбаться. – Только не обижайся там. Я не хочу угодить в тюрьму из-за картины.       Он едва не рассмеялся от глупой мысли. Однако лицо лошади оставалось до жути серьёзным, и прежде нелепая, случайная догадка вдруг замаячила реальной угрозой.       Наблюдая за её длиннющим рогом, Макс заметил на голове тёмную верхушку украшения. Она то исчезала, то поднималась в магической гриве. До короны не дотягивает, а вот для тиары в самый раз. Такие носят знатные особы или даже принцессы.       Лошадь покачала головой и подошла к столику, оставив мольберт на месте. Затем она дёрнула магией за одну из верёвочек, висящих над кроватью. Вскоре в комнату зашли две лошади в костюмах служанок и поклонились. В них Макс узнал ту странную пегаску и единорожку, которые убирались в комнате. Принцесса что-то фыркнула, и первая ушла, а вот голубенькая подошла к ней.       Смотря на их размеры, Макс решил, что они скорее пони, чем лошади (либо тут процветает детский труд!). А ещё ему в голову пришла идея придумать им имена. Хотя бы прозвища. Вряд ли пони обидятся, ведь языка всё равно не знают, а вот самому будет удобнее их различать. Немного пораскинув мозгами, Макс решил называть крылатую единорожку «Принцесса». Первой служанке дал имя «Голубенькая», а второй - «Мышка».       Между ними завязался разговор. Макс пытался разобрать тон, но фырчанье и ржание сбивали с толку. Оставалось рассчитывать только на лица и догадки. Принцесса, похоже, была заинтересована или слегка недовольна. А вот Голубенькая напротив казалась радостной и по-хорошему взволнованной.       Чем он мог задеть Принцессу? Неужели она обиделась на его оценку? Но он ведь наоборот похвалил работу. Да, слова непонятны, но большой палец вверх – тут и глухонемой поймёт, что зритель доволен… Хотя у пони нет пальцев, и они в принципе могут и не понять такой жест.       Внезапно в памяти Макса всплыл обрывок из старого эпизода «Галилео». Там за столом собрались родственники из разных стран, праздновали какой-то праздник, и вдруг чуть не началась драка. Хотя никто не сказал ничего плохого. В конце эпизода выяснилось, что один из родственников оценил курочку на «окей», показав соответствующий жест, но вот в стране хозяина он означал вроде «какая же мерзость!»       Если даже на Земле, люди могут так по-разному воспринимать одинаковые жесты, то что говорить про другой мир!       Макс напрягся. В голове закрутились идеи, как объясниться перед Принцессой. Слова здесь бесполезные, а жестикулирование может загнать последние гвозди в крышку гроба. Только не хватало пересказать на пальцах знаменитую сцену из фильма «Кровь и бетон, история любви».       Разговор вскоре закончился. Голубенькая поклонилась Принцессе, с улыбкой посмотрела на Макса и вышла из покоев. Хозяйка покоев взглянула на него с каким-то презрением, отвращением. Макс от напряжения даже выпрямился, но наказания не последовало. Принцесса просто покачала головой и через пару минут тоже ушла, оставив человека наедине с его мыслями и догадками.