Сеул: хроники тёмных

      Чонгук вжимал его в себя, уткнув лицом в грудь, и, судя по всему, не собирался выпускать из рук в ближайшее время. А Тэхён, который вообще-то сидел на стуле, что придвинул к кровати, ожидая, пока Чонгук очнется, теперь был вынужден неловко выгибать спину и шею, надеясь не свалиться на пол. Но не то чтобы он возмущался. Даже не собирался. Комкая пальцами черную ткань чужой, вусмерть помятой рубашки, вдыхал въевшийся и такой уже привычный запах табака, наслаждаясь теплом.       Живой. Здоровый. Совсем уже родной и близкий — его Чонгук.       — У тебя получилось, — шептал тот, перебирая пальцами волосы, и, неудобно согнувшись в три погибели, целовал то во встрепанную макушку, то в лоб — куда попадал, в общем. — Спасибо.       Где-то за ребрами щемило. Наверное, сентиментально, но Тэхён был до ужаса рад, что может видеть Чонгука таким — искренним, без маски строгого главы клана. Первой эмоцией, которую он прочитал в чужих глазах, стоило им открыться, был страх, и лишь когда Чонгук заметил Тэхёна, страх сменился облегчением, а за ним и радостью.       — Мы победили, — сквозь ком в горле ответил Тэхён.       — Благодаря тебе, — Чонгук все же чуть отодвинулся, продолжая при этом касаться Тэхёна, тот переплел свои пальцы с его.       — Неправда, — не согласился он. — Я видел, как ты сражался и…       — Видел? — перебил Чонгук, глядя на него совершенно разбито.       — Да, — ответил, уже догадавшись, что именно так напугало Чонгука. — Эй, я не осуждаю тебя, слышишь? Понимаю, почему ты был вынужден обратиться к магии крови и… бля, — он шумно выдохнул. — Ты поступил так, как того требовала ситуация, ясно? Я знаю, что ты можешь справиться, и больше никогда не обратишься к этой силе.       — Никогда, — эхом вторил Чонгук, давая нерушимое обещание. — А ты? Трудно было?       — Немного, — усмехнулся Тэхён. — Я не сразу понял, как разделить Источники и… ну, — он закусил губу, виновато посмотрев на Чонгука из-под ресниц. — Слегка запаниковал. Пересрался, если точнее. Но потом Юнги влепил мне подзатыльник, и мозги прочистились.       — Действенно, — хохотнул Чонгук.       — О, еще как, — Тэхён улыбался, но внутри все сжималось только от воспоминаний о том, какой ужас он испытал в те минуты.       Их изначальным планом было использовать бывшего главу клана Варлоков, чтобы уничтожить Муёля, однако и Ильсона нельзя было оставлять в живых. Тогда-то и пришла в голову идея, подсказанная Хосоком — снести собственный Источник, лишая всех варлоков сил. Абсолютно всех. А дальше — либо Юнги должен был вмешаться, чтобы убить ослабевшего Ильсона, либо тот вариант, что в итоге предпочел Чонгук, вынудив того взлететь.       И это сработало.       Да, те еще танцы с бубном, но предложение Тэхёна доставить анахоретам Источник Варлоков давало небольшой запас времени. В любом ином случае те могли просто заявиться к ним в особняк, туда, где в одном месте невольно оказались обессиленные и умирающие вампиры и ликаны. Что-то подсказывало, что анахореты не оставили бы никого в живых, особенно учитывая, что способных противостоять им практически не осталось.       В итоге все получилось: он сумел доставить до места Источник Варлоков, а затем смог разъединить их все, чтобы вернуть на место. Черные кристаллы, кстати, на всякий случай сломал, а осколки куда-то шустро уволокли бакэнэко.       — Мне жаль, что твое вступление в клан было… таким, — Чонгук устроил ладонь на его щеке. — Уверен, что теперь все станет иначе.       — О, неужели никто больше не попытается меня убить? — сыронизировал Тэхён.       — Не гарантирую, что желающих вообще не будет, но точно не в таком количестве, — Чонгук потянул его на себя за запястье, заставляя пересесть на кровать.       — Эй, — он шутливо стукнул Чонгука в плечо, — да мы, считай, все лучшими друзьями стали, даже Чимин уже не так сильно бесит.       — И что, даже не хочешь отомстить ему? — с интересом спросил Чонгук. — За похищение, избиение, угрозы.       Точно ведь. За ворохом событий уже как-то и позабылось, с чего началось их знакомство. И вроде бы совсем недавно оно состоялось, а чувство такое, будто вечность прошла, и от былой злости ничего не осталось.       — Ну, знаешь, втащить ему я все еще хочу, но это так, по инерции.       — Врезать ему — это перманентное желание, которое не пройдет, даже если ты это сделаешь.       Тэхён не выдержал и расхохотался, а Чонгук смотрел на него, улыбаясь.       — Давай побудем здесь еще немного, — попросил тот в итоге, утягивая его с собой на подушки, сжимая в объятиях. — А потом пойдем разгребать все то, что наворотили.

***

      Натворили они и правда много всего. После того, как Муёль погиб, купол, отгораживающий площадь от обычных людей, спал. Немного спасал ситуацию тот факт, что Источники тоже не подпускали к себе, но стоило Тэхёну начать их разъединять, и этот эффект исчез. А варлоков, способных затуманить сознание любопытствующих прохожих, просто не было — они все валялись без сил в тот момент.       Бакэнэко быстро скрыли трупы, унося их в тенях, отлавливали прохожих с телефонами, чтобы не позволить выложить в сеть лишнего, но в общем и целом могли лишь зафиксировать и потом отыскать тех, кто увидел то, что не положено.       Хотя, нет. Еще бакэнэко запустили дезинформацию о розыгрыше или хулиганстве, которую активно форсили в интернете, а как только варлоки более-менее пришли в себя и собрались с силами, то бросились подчищать чужие воспоминания, заменяя их.       Может, не слишком гуманно, но как-то же нужно было скрыть информацию о существовании кланов от людей, так что совесть никого из них не мучила.       А еще похороны…       Тэхён впервые столкнулся с тем, что потерял кого-то дорогого. Да и кто у него был прежде, кроме Сокджина? Иронично, что найдя здесь близких сердцу людей, он так же узнал о том, что такое скорбь… Раньше скорбеть было просто не по кому. А тогда, в колумбарии, он впервые за многие годы просто рыдал взахлеб, не сумев справиться с чувствами. На секунду даже мелькнула мысль, что лучше и вовсе быть одному, лишь бы не испытывать больше ничего подобного, но потом он посмотрел на Чонгука, что поддерживал его одним своим присутствием, и понял — нет, не лучше.       Чонгук пообещал, что боль однажды поутихнет, но полностью не пройдет никогда.       Вернувшись домой после похорон, они всю ночь занимались сексом. И, может быть, это не очень правильно, учитывая ситуацию, но Тэхёну просто необходимо было почувствовать близость, убедиться, что Чонгук с ним, что никуда от него не денется. Сама мысль о том, что он может его потерять, отзывалась такой болью, что хотелось выть. А Чонгук не задавал вопросов, словно бы все понимал, просто любил его, заставляя рассыпаться на простынях, брал раз за разом, крепко сжимая сильными руками и бесконечно нежно целуя.       Что интересно — и Чимин, и Сокджин, и Джинхо, да даже наглый рыжий котяра, — только и делали, что ошивались в их особняке, нервируя своим присутствием Чонгука. Но ворчал тот больше для проформы, чем действительно раздражаясь. Привык? Смирился? А может, самому уже нравилось?       Как бы то ни было, стоило кланам немного прийти в себя, на горизонте тут же замаячил Хосок, организовавший общее собрание глав. Точнее — глав и Тэхёна.       — Спасибо, что пришли, — тот встретил их у входа, стоял под неизменной неоновой вывеской без какого-либо названия и спокойно смотрел своими серебряными глазами. Тэхён же, вышедший из машины Чонгука, поймал себя на том, что совершенно невежливо пялится, силясь понять — тот же это Хосок или какой-то другой. Но ничего в нем не изменилось, по крайней мере, на первый взгляд. Разве что само отношение Тэхёна стало другим — Хосок больше не пугал, не вызывал продирающего по позвоночнику озноба одним своим присутствием.       — Все в порядке? — не удержался от вопроса Тэхён, на что тут же поймал на себе недоуменный взгляд Чонгука.       — Более чем, — Хосок загадочно улыбнулся. — Идем, все ждут только вас.       Последовав за хозяином этого места, они прошли через весь зал и оказались в хорошо уже знакомой комнате, где за столом обнаружились: Чимин, закинувший ноги в до блеска начищенных ботинках на столешницу, закатывающий глаза Юнги, таскающий из тарелки крекеры, и Намджун, что сидел напротив этих двоих, постукивая ногтями по подлокотнику стула.       — Явились, — прокомментировал Чимин. — Давненько не виделись, кстати.       — Ты только днем был у нас, — парировал Чонгук, отодвигая один из стульев.       — А я виноват, что твой подопечный решил напиться вместе с моим подопечным? — тут же огрызнулся тот.       — Это было спонтанное решение! — попытался оправдаться Тэхён, но под сразу двумя скептическими взглядами стушевался и замолчал, решив не усугублять.       Нет, ну а что? У него в последнее время не жизнь была, а забег какой-то, причем на выживание. Толком выдохнуть некогда. А недавно Тэхён вообще мысленно готовился прощаться с другом, не зная, выживут они все или погибнут. Потому и слова против не сказал, когда Сокджин явился, гремя бутылками соджу в пакете. Джинхо как-то без приглашения нарисовался следом, и к возвращению Чонгука домой они нажрались так, что Тэхён через губу бы не смог плюнуть, едва складывая слова в предложения. Но спать идти отказывался наотрез, в итоге так и уснули втроем на полу, среди пустых бутылок, коробок с остатками пиццы и упаковок из-под снеков. Чонгук наутро (читай — днем) выгреб его из этой кучи и силком затолкал в душ, за Сокджином приехал Чимин, который очень уж его опекал, а Джинхо отправили на такси, предварительно позвонив Намджуну.       Чонгук потом смотрел насмешливо, но, к счастью, бесед о вреде алкоголя не начинал.       — Ну, ладно — ты напился, я понимаю. Но сколько надо влить в мороя, чтобы того так пробрало? — возмущенно прошипел Чимин.       Тэхён с ответом не нашелся. Много. Точно сказать не мог, ибо память, зараза, подводила, а бутылки к тому моменту, как он сумел более-менее адекватно воспринимать действительность, уже оказались убраны.       — Я могу назвать точный литраж, который нужен, чтобы напиться тебе, — лениво заметил Юнги, чуть растягивая гласные. — А также в курсе, сколько бутылок вискаря нужно Чонгуку, чтобы упиться в хлам. Сказать?       — Предатель, — буркнул Чимин, а Чонгук благоразумно промолчал.       — Нечего к парню лезть, сами не лучше бываете, — ничуть не смутился тот. — Я вас обоих пьяными видел, по отдельности, правда. Так что «Тэхён и Ко» на вашем фоне — те еще трезвенники.       Намджун, молчавший до этого, многозначительно хмыкнул. Кстати, да — ликанам, с их ускоренным обменом веществ, вообще должно быть пофиг на алкоголь, но Тэхён точно помнил, что Джинхо тоже вчера был не особенно трезв.       — Предлагаю все же перейти к обсуждению того, зачем мы сегодня собрались, — прервал их болтовню Хосок. — И начать хочу с Тэхёна.       — С меня?.. — удивился он.       — Да, — подтвердил тот. — Мы уничтожили клан Анахоретов, однако… — Хосок сделал паузу, обводя всех присутствующих тяжелым взглядом, в итоге остановившись на Тэхёне. — Ты причисляешь себя к варлокам, но нравится тебе или нет — являешься анахоретом, способным черпать силу из всех Источников.       — К чему ты клонишь? — напрягся Чонгук, подавшись вперед.       — Ты знаешь, к чему.       Тэхён еще не успел понять, о чем речь, как Чонгук оказался на ногах — стул, на котором тот сидел, просто отлетел в сторону.       — Я не позволю тебе тронуть его, — цедя слова сквозь зубы.       Атмосфера в мгновение стала тяжелой: Чимин, который еще недавно зубоскалил, больше не улыбался, Юнги, что минуту назад расслабленно развалился на стуле, сидел так прямо, словно палку проглотил, а зрачки Намджуна вытягивались, превращаясь в узкие полоски, словно бы тот был в шаге от обращения.       — Я поддержу Чонгука, — Юнги встал. — Уж прости, Хо. А Чимин будет вынужден поддержать меня.       Тэхён честно ожидал, что морой уронит что-то язвительное, типа «с чего ты взял?», но тот, к его удивлению, молчал. Красноречиво так.       Пиздец.       Ну только же все хорошо стало, так какого черта его опять хотят убить?!       И все из-за чего? Из-за того, что он может черпать силу из всех Источников. Будто он виноват в этом! Будто он сам захотел забирать чужое, ничего не отдавая взамен!       Хотя…       — У меня есть идея, — сказал совсем негромко, однако взгляды всех присутствующих тут же оказались направлены на него, но это не приносило никакого дискомфорта. Они все уже свои. И плевать, что из разных кланов. — Вся проблема в том, что я могу брать силу, но ничего не отдаю, да? Ну, так это вполне решаемо. Мне просто нужно вступить в кланы, и в том случае, если я неосознанно, например, стану мороем, то отдам столько же, сколько взял.       Повисла пауза.       Дли-и-инная такая.       И будь ситуация чуть попроще, честное слово, он бы заржал над выражением лиц глав кланов — настолько по-детски наивное удивление на них читалось. Один Хосок разве что улыбался самыми уголками губ, будто чего-то такого и ожидал.       — Ты варлок, — начал было Чонгук. — И…       — Я им и останусь. По сути, я и дальше буду принадлежать к твоему клану. Но чисто номинально могу вступить в остальные. Это же не запрещено?       — Во все?.. — Чимин приложил палец к губам, что-то уже прикидывая в голове. Вот уж кто своей выгоды не упустит.       — Думаю, что не запрещено, — ответил Намджун, вопросительно посмотрев на Хосока.       — Такого запрета нет, — подтвердил тот. — Вопрос лишь в том, согласятся ли уважаемые главы кланов.       — Если ты фактически останешься с Варлоками, то я не против, — посмотрев на Тэхёна, произнес Чонгук. — Сам-то хочешь?       — А мне какая разница? Ну, буду в гости к ним как к себе домой захаживать, что такого? — и улыбнулся.       — Я за, — Юнги пожал плечами. — Мы давно с варлоками дружим, не вижу препятствий.       Уж в ком, а в главе клана Бакэнэко он изначально не сомневался, но оставались еще двое.       — Я тоже не против, — пробасил Намджун. — Иначе Джинхо затаит обиду на века, — несмотря на внешнюю суровость, на дне зрачков искрилось веселье.       — А вот я еще должен подумать, — капризно дуя пухлые губы, протянул Чимин. — Пустить варлока в обитель мороев? Ужас какой, — театрально прикладывая руки к груди. — Не уверен, что могу пойти на это.       Тэхён закатил глаза. Вот же вредное создание, а. Догадаться, к чему тот ведет, было несложно.       — У тебя долг передо мной, Пак Чимин, — стараясь не рассмеяться от нелепости ситуации, но губы все равно палевно подрагивали.       — О, — показательно удивленно вскидывая брови, — я с удовольствием отдам его, взяв тебя в свой клан.       Чонгук выдохнул.       — Что ж, — Хосок выглядел вполне довольным результатом. Не на это ли тот рассчитывал с самого начала? — Уверен, это будет интересный опыт — принадлежать всем кланам сразу. Ты теперь в какой-то мере будешь являться гарантом мира, понимаешь же?       Тэхён кивнул. Кто знает, может, это только начало? И в дальнейшем таких, как он, станет больше? И, возможно, когда-нибудь кланы смогут окончательно забыть о своей вражде? Утопично звучало, но попробовать все же стоило, тем более что Оракул не оставил им иного выбора.       — Тогда завтра? — заговорил Чонгук. — Вам удобно будет провести ритуал принятия?       Они обсуждали время, договаривались о том, как все будет проходить, а Тэхён прислонился плечом к плечу Чонгука, не особенно вслушиваясь в разговор. Ему было так хорошо. Невзирая на то, сколько испытаний на него свалилось, сколько неприятных и страшных моментов пришлось пережить с тех пор, как он случайно убил нескольких вампиров, сейчас он чувствовал, что находится на своем месте. Среди дорогих ему людей.       Ну, или не совсем людей.       Главное, что близких.

***

      Вернувшись домой, Чонгук с Тэхёном, не сговариваясь, отправились к Источнику — они часто туда приходили, им нравилось то спокойствие, что здесь ощущалось. Чонгук обнял его со спины, прижимая к своей груди, и шепнул:       — Это было гениально.       — Имеешь в виду — идею вступить во все кланы? — так же негромко ответил Тэхён, накрывая чужие ладони своими.       — Да.       — И что, даже не будешь ревновать? — поинтересовался ехидно.       — Буду, конечно, — ответил Чонгук со смешком. — Не думай, что я тебя кому-то отдам.       — А я ни к кому и не собираюсь, — чувствуя, как губы сами растягиваются в улыбке.       — Еще бы, — касаясь губами его уха. — Ты мой.       — Твой-твой, — Тэхён осторожно выпутался из объятий и сделал пару шагов в сторону. — А то ответь тебе по-другому, так опять же дома запрешь.       — За кого ты меня принимаешь? — шутливо хмуря брови.       — М-м-м, — медленно пятясь назад. — За тирана? Деспота?       — Ах, вот как! — повинуясь жесту Чонгука, магия сковала Тэхёна по рукам и ногам. Он смог бы выбраться, стоило только захотеть, но зачем? — Я тебе сейчас покажу, какой из меня тиран и деспот, — левитируя его за собой, Чонгук уверенно зашагал к выходу. — Вот как до спальни дойдем, так и покажу.       Тэхён звонко расхохотался, и его смех эхом отражался от стен пещеры.       В конце концов, они вышли.       И никто из них так и не заметил маленькой черной искорки, что спряталась где-то в самой глубине фиолетовых кристаллов.