Друг по переписке

Под эмоциональный рассказ друга, не утихающего с самого утра, о том, как тот прошедшим летом ездил в Анапу, Антон нервно крутит карандаш между тонких пальцев, погружаясь в свои размышления, которые то и дело прерывает неугомонный Кирилл. И что только двигало Антоном, когда он поинтересовался этой поездкой? Парень жалеет об этом уже вторую перемену подряд, но сейчас уже нервничает. Время приближается к звонку, оповещающему о новом уроке, на этот раз — русском языке. Учительница до сих пор не вышла с больничного, на её замену ставили, кого придётся, но в основном под горячую руку учительского комитета попадал не кто иной, как новый учитель физкультуры. А это только радовало: мужчина давал заготовленное задание, выводя его аккуратным почерком на доске, а после, сложив худые ноги на край стола, спокойно копался в мобильном, иногда рыкая на особо говорливых учеников, хотя из них выделялся только Мухин. Этот раз не становится исключением, в кабинет заходит мужчина и, не здороваясь, сразу садится на излюбленное место, вытягивая идеально прямые ноги. Его взгляд быстро пробегается по сидящим за партами ученикам, словно пересчитывая. — Ваша учительница не отправила задание в этот раз, — начинает он. — Просто тихо посидите сорок пять минут, отпущу вас пораньше, чтобы успели переодеться, — он говорит о предстоящей физкультуре — главном нервозе Шастуна сегодня. Парень, конечно, понимает, что всего через неделю исправит оценки по этому предмету, но не может себе позволить отсиживаться и вновь проявлять свой немой протест, когда мужчина смягчается по отношению к нему. — Опозданий не потерплю. Понял, Мухин? — А что сразу я? — начинает было Кирилл, но его тут же перебивает нарастающий смешок, комом прокатившийся по классу. — Сидите тихо, — шикает учитель, на удивление, спокойным тоном и кидает взгляд на мобильное устройство. — Ну и короче, подхожу я к этой старушке, хочу клубнику купить, а она мне начинает вино предлагать, представляешь? — продолжает свой рассказ Кирилл под тяжёлый вздох Антона. — Ну, я не дурак, обстановку оценил. Родаки как раз на пляж ушли, а я втихаря бахнул стаканчик. Отменное варево! Я даже прикупил пару бутылочек, тебе тоже надо попробовать! — Мухин, я сказал: тихо посидите! — рычит преподаватель, обращая внимание на изрядно громкий шёпот с последней парты. — Арсений Сергеевич, да я же молчу! — Молчит только Шастун, а ты галдишь, не замолкая! — ввязывается в спор Дима с парты, стоящей впереди. — Ой, да ну вас, — обиженно цедит Кирилл, скрепляя руки на груди и откидываясь на спинку стула. Он забавно выпячивает нижнюю губу, хмуря брови, но на его обиды всем плевать. Расслабленные одноклассники начинают заниматься своими делами: кто-то слушает музыку, кто-то выполняет домашку на предстоящие уроки, группа парней сидит в самом углу, уже вытащив карты, за которые всякий раз получали выговор от учителей, но Арсений лишь закрывает на это глаза. Экран лежащего на краю телефона вспыхивает, являя единственное уведомление. Он На учёбе?

Я К сожалению (

Он Настолько всё плохо?

Я Да нет, даже наоборот. Сейчас ничего не делаю толком.

Он Бездельничаешь, значит… В школе учиться положено.

Я Не начинай У нас нет задания на урок, поэтому каждый развлекается как может.

Антон, приподнимая уголок губы от переписки, поднимает взгляд, тут же сталкиваясь с холодными голубыми глазами, пронзающими его силуэт. Улыбка вмиг пропадает, а тёплое растекающееся внутри чувство вдруг заменяет пробежавшийся по спине холодок. Он опускает взгляд в экран мобильного, подвигая его чуть ближе. На всякий случай. Он Кстати, что насчёт фотографии?

Я Какой фотографии?

Он За тобой вообще-то должок) В голове, словно раскат грома, проносится воспоминание о фото в стиле «ню», которое он обещал скинуть в ответ уже очень давно.

Я Ты ведь понимаешь, что разочаруешься?

Он Не начинай Антон бесшумно усмехается. Так пролетает весь урок. Общение с предметом обожания заставляет несколько расслабиться, и на физкультуру парень идёт уже в слегка приподнятом настроении. Даже байки Кирилла становятся занимательные и интереснее. — На пляж я толком не ходил. Мы, как только приехали, узнали, что накануне там утопленника нашли, желание купаться как-то само отпало, — уже битый час друг всё вспоминает и вспоминает интересные моменты из двухнедельного отпуска на юге, пока у Антона уши в трубочку скручиваются. Он, конечно, обожает Кирилла, его голос приятен и мелодичен, но именно сейчас уже знатно поднадоел. Под гремящую дрель звонка парни спешно направляются в раздевалку, ставя рюкзаки на шаткую лавку, прикованную к бетонной стене. Переодеваются недолго. Антон натягивает поверх футболки ещё худи, которое придаёт комфорт. Лишний раз обнажать участки своего тела не хочется, оно худощавое и неэстетичное. То ли дело — тело друга по переписке. Антон хотел бы иметь такое же, но с его природной худобой это практически нереально. Задвигая эти мысли в дальний ящик подсознания, проходит в зал, всё так же залитый дневным слегка тускловатым светом. В этот раз, на удивление, Антон не умирает на десятом кругу пробежки, даже дыхание не сбивается, хотя это вполне может произойти из-за ежедневного курения, но он спокойно выдерживает эти пятнадцать кругов ада. Только после завершения последнего в глазах тускнеет, а размеренное до этого дыхание учащается, сменяясь глубокими вздохами и выдохами. Мир на пару минут кружится, смазываясь в неразличимые пятна. Антон припадает раскрытыми ладонями к полусогнутым дрожащим коленям, выдыхая куда-то вниз. На вспотевшую, что не чувствуется под тёплой толстовской, спину ложится чужая рука. — Всё в порядке? — интересуется бархатистый голос. — Угу, — выдавливает из себя Антон, продолжая так же размашисто и рвано дышать. — Сходи в столовую, выпей воды, — рука слабыми хлопками дважды касается спины. Шастун благодарно улыбается, расправляясь в спине, хотя так называемая улыбка выглядит настолько кривой и неестественной, что Арсений в ответ на неё лишь вздёргивает одну бровь. Антон неспешно проходит к столовую под ритм громкого сердца, так и рвущегося наружу. Набирает воды с гранёный стакан, быстро опустошает. Набирает ещё. Постояв около десяти минут под безразличными взглядами поварих, отравляется обратно. Класс, разделённый на три команды, играет в баскетбол до самого конца урока. Арсений то ли не в духе, то ли не в настроении, но нагружать ребят сегодня не стремится. Хоть мужчина и внимательно наблюдает за игрой, вставляя свои комментарии, особо не злится, в частности, на безделье Шастуна. Антон, найдя себе комфортное местечко в защите под самым кольцом, в основном ничего не делает. Его команда проигрывает, а потому одноклассники в основном находятся в другой части зала. Главное, что Антон вообще на уроке и не получит очередную двойку за отсутствие, а это уже радует. Но вдруг ребята бегут на него. Кирилл, стуча мячом о пол, бежит прямо на Антона. Когда расстояние между парнями сокращается, Мухин резко кидает мяч другу, а тот, запаниковав, неумело начинает ловить, но худощавые руки его подводят и мяч впечатывается прямо в висок. От удара Антон отшатывается на метр, еле удерживая равновесие. В зале повисает тишина, из-за которой звон в ушах слышен отчётливей. — Тох, ты как? — подбегает вспотевшей друг, кладя раскрытую ладонь на плечо. Антон, хмурясь, потирает одной рукой больной висок и слегка поскуливает. Резкая боль сперва оглушает, а позже — раздаётся пульсацией в виске. Сквозь звон парень слышит недовольное бурчание Попова, который, по всей видимости, конкретно заебался нянчиться с одиннадцатиклассником. — Всё нормально, — вмиг меняется парень, убирая руку от ноющего виска. — Я в порядке! — заверяет он достаточно громко, только бы Арсений не подходил к нему вновь. — Первая команда может отдохнуть, третья идёт играть, — раздаётся томный голос учителя. Антон неуклюже выдыхает и направляется к выходу из зала. Следом идёт и Кирилл.

* * *

— То есть он сам предложил тебе исправить оценки? — друг выдыхает облако дыма в искрящий холодом воздух. В его взгляде читается задумчивость. — Угу, — соглашается Антон. — Как-то это подозрительно… — протягивает Кирилл, затягиваясь вновь. — Разве этот высокомерный мудак может учитывать интересы чужого для него человека? — Мухин обводит двумя пальцами левой руки свой острый подбородок, слегка постукивая по нему. — Он же тебя ненавидит… — Может, он не такой плохой человек? — решает высказать неожиданно вспыхнувшую в сознании мысль Антон, вспоминая заботу со стороны учителя в тот день, когда парень чуть не свалился в обморок. — Хм… — Кирилл вдруг прыскает, переводя взгляд голубых глаз на приятеля. — А вдруг влюбился? А что? От ненависти до любви один шаг, так ведь говорят? Шастун вдруг морщится словно от кислого лимона и с укором смотрит на Мухина, по чьему лицу уже расплывается улыбка от такого вывода. — Что за бред?! — возмущается парень, даже отбрасывая от себя сигарету, которая тут же шикает от прикосновения со снегом. — Ну он ведь явно из «этих», — Антона ударяет в грудь, словно разряд тока. Боль катится по нервам, разливаясь внутри едкой субстанцией. — Из каких? — парень сразу понимает, о чём говорит друг, но отчего-то решает убедиться, точно ли понял? — Мне кажется, он гей, — будничным тоном разъясняет свои подозрения Кирилл. — Ну, ты сам посуди: у нас в классе так много красивых девушек, которые от него кипятком ссутся, а он на них даже внимания не обращает. Антон выдыхает. Он не замечает явного отвращения со стороны Кирилла, хотя эта тема напрямую задевает. Антон не хочет рассказывать другу свою тайну, да и это никак не должно его касаться. Но вот только ком тяжести, оседающий в груди, всё нарастает. — Может, потому что он учитель, а они — ученицы? — Он же молодой препод, — разводит руки Кирилл. — Да даже если у него жена есть, всё равно на какую-то, да и засмотрелся бы, — всё не отступает от темы юноша. — Да даже если он гей, что с того? — эту наспех выброшенную фразу пронзают нотки яда. Антон вкладывает в неё не обсуждение личной жизни нового учителя, а свои собственные переживания. — Да ничего, — вздрагивает Кирилл, не ожидавший услышать столь грубый тон друга. — Сейчас общество толерантное, быть гомофобом — уже зашквар, — парень мягко улыбается, пытаясь найти понимание в глазах Антона. Эта фраза расслабляет лучше любого табака или алкоголя. Шастун тушуется, переводя виноватый взгляд на свою обувь. Тёмные берцы, купленные около двух лет назад, уже начинают подводить. Расходятся по шву, подошва начинает отпадать, а на носках уже виднеются потёртости. — Может, в кафе сходим? — наконец соскакивает с неприятной темы Кирилл. — Жрать хочу безумно. Антон лишь одобрительно улыбается в ответ.

* * *

Отец вновь расщедрился на лишние шесть тысяч, поступившие на карту прошлым вечером, а потому Антон сейчас не собирается отказывать себе в удовольствии полакомиться чудным сэндвичем и рафом со вкусом солёной карамели. Падая на маленький диванчик в углу заведения, прямо у стены, где располагается искусственный камин, парень невольно окидывает уже привычное помещение взглядом: как всегда тихо, особенно в такое время, будний день, мало людей. Кирилл чувствует себя здесь как дома. К этой мнимой домашней атмосфере прибавляется его брат, работающий здесь бариста. Мухин, также взяв свой заказ, проходит к Шастуну, энергично распаковывая купленную тортилью. Антон же есть не спешит, сперва снимая с себя плотную куртку, протирает руки антисептиком, а после — открывает пластиковую затворку на бумажном стаканчике кофе. — У меня, кстати, родители в отпуск свалили, я говорил? — даже не прожевав пищу, вдруг вспоминает Кирилл, слизывая с нижней губы белый соус. — Нет, не припомню, — парень отпивает кофейный напиток. По рецепторам сразу ударяет сладко-солёный вкус, а губы слегка слипаются. — Приходи в гости, в плойку поиграем, — воодушевлённо начинает Кирилл. — Я же тебя ещё вином угостить хотел! Стоп. А ты вообще пьёшь? — прыгает от одной мысли на другую возбуждённый друг, пока Антон непонимающе смотрит на него, гадая, почему в нём постоянно бурлит такая энергия и откуда берётся? Антон неоднозначно кивает, распаковывая сэндвич. — О-па, — Кирилл отводит взгляд на вход, слегка щурясь, и, отпивая кофе из стакана, поднимает руку над головой, отсалютывая. — Здрастье, Арсень Сергеич! Недоумению Антона нет предела. И ладно бы Мухин просто подметил факт, что в кофейню зашёл учитель, так он ещё и позволил себе наглость громко поздороваться с учителем. Несмотря на то, что в кофейне помимо них двоих сидит ещё пара человек, Шастун густо краснеет. Отчего-то становится стыдно за друга. Парень прячет раскрасневшееся лицо в раскрытых ладонях, пытаясь этим жестом скрыться от внешнего мира, но ничего не выходит. Радует лишь то, что молодой учитель игнорирует выпад наглого ученика и просто проходит к кассе, желая сделать заказ. Антон пытается не смотреть на учителя, но взгляд всё же цепляется за его ровную фигуру, тёмное плотное пальто и короткую шапку в тон, которая слегка закрывает уши. Парня удивляет такой подход к самому холодному времени года. В его мыслях, словно петарды, вспыхивают гнетущие мысли: «С чего Кирилл взял, что он влюбился в меня? Разве у этого были предпосылки? Разве Арсений обращался со мной мягче или как-то выделял?», но ответов не следует. А потому юноша лишь ненароком косится на учителя, цепляясь за каждую деталь его образа. Тот, сделав заказ, садится недалеко от бариста, уткнувшись носом в телефон. Через пару мгновений мобильный Антона пронзает новое уведомление, и, скорее включая его, он надеется, что написал его друг, который не отвечал и не писал ничего с прошлого вечера. Тогда обсуждаемая тема накалилась, но парень так и не дождался ответа. Он Слушай, раскрывать личности друг друга небезопасно, понимаешь? Меня устраивает наше общение сейчас. Даже несмотря на то, что мы достаточно близки, я не могу довериться. Он Проблема не в тебе, а в моём отношении к людям. У Антона сжимается сердце. Он устремляет взгляд на своё сообщение с прошлой ночи, перечитывая в очередной раз:

Я Я очень привязался к тебе и хотел бы общаться с тобой, как с живым человеком, а не как с человеком в маске.

Сердце сжимается сильнее. Если бы была возможность — Антон бы заскулил прямо сейчас. Но возможности нет. Пальцы с усилием барабанят по кнопкам.

Я Почему? Кого ты избегаешь? Мы с тобой явно находимся в разных городах или даже странах и не можем знать друг друга. Почему ты так настороженно к этому относишься?

Ответ не приходит. Антон печально выдыхает и продолжает обедать. Настроение испорчено. Арсений же в этот момент дожидается своего заказа и выходит из заведения со стаканчиком кофе и небольшим крафтовым пакетом в другой руке. — Мужлан, — корчится Кирилл, смотря в прямую спину мужчины. — Что? — опоминается Антон. — Почему? — Эспрессо заказал, — прыскает Кирилл, но тут же переводит тему. — Когда зайдёшь в гости? Может, в пятницу после уроков? Или в выходные? Антон теряется: он не планировал куда-то идти в эту пятницу, которая, по идее, должна наступить через два дня. Парень собирается крепко выспаться и наконец дочитать начатый ещё неделю назад роман, до которого в последнее время не доходят руки. А потому лишь неоднозначно пожимает плечами. — Тогда в пятницу буду тебя ждать, адрес напишу, — Мухин радостно улыбается, и Антон также расплывается в ответной улыбке. Раз скорая встреча приносит его другу столько радости, было бы преступлением отказаться свидеться с ним во внеурочное время. Пусть он и пропустит вебинар по подготовке к экзамену, а книга так и пролежит на полке до следующего дня, главное, что время хорошо проведёт.

* * *

Ответа Антон дожидается только спустя два часа, когда уже приходит домой, слушая приятный голос девушки на экране ноутбука. — Главный внутренний конфликт произведения — борьба мировоззрений и чувств Базарова, — вещает молодая девушка, демонстрируя заготовленные слайды, а Антон быстро конспектирует сказанное в потрёпанную толстую тетрадь. Звук уведомления выбивает его из учебного ритма и, поставив видео на паузу, бежит к телефону, чувствуя, как сильно сейчас бьётся сердце. Он Прости, сладкий. Я пока не готов к этому, понимаешь? Он Мне нужно время Напряжение отпускает тело. Антон выдыхает, но не собирается что-то на это отвечать. Он Однажды мы познакомимся заново, возможно, даже встретимся, но не сейчас. Он Ты тоже мне очень нравишься, я тоже привязался к тебе. Парень таки барабанит по сенсорным кнопкам.

Я Разве я даю повод для недоверия?

Он Нет! Конечно не даёшь! Это просто я такой человек. Я не могу открыться. Антон хмурится, до боли кусая нижнюю губу, но перечить не собирается: нет на это сил.

Я На какую букву начинается твоё имя?

Он Ахах. Ты серьёзно?

Я Более чем.

Ответ не поступает ни через пять, ни через десять. Антон уже начинает теряться в догадках, как мобильник пронзает звук входящего сообщения. Он Имя на букву А.