Сeребрянные глаза

Антон остановил машину, ощутив, как мягко подается под колесами грязь, и заглушил мотор. Потом высунулся из окна и огляделся. Небо было насыщенного темно-синего цвета, на западе угасали последние лучи заходящего солнца. Сразу за неасфальтированной парковкой раскинулось, точно спящее чудовище, большое здание — целый акр стекла и бетона. Фонари на парковке имелись, но не работали, — строители так и не успели их подключить. Само здание напоминало покинутое святилище, укрытое за темными деревьями вдали от шума цивилизации. Шастун посмотрел на сидевшую на пассажирском сиденье Окси — та вытягивала шею, пытаясь выглянуть в окно. — Это точно то самое место? — спросила девушка смотря из окна. Зеленоглазый медленно покачал головой, не вполне понимая, на что именно смотрят его глаза. — Не знаю, — прошептал он. Девушка вышла из машины и стояла молча, пока к ней не присоединились Арс и Дима. — Что это такое? — Арс осторожно выбрался из салона и тупо уставился на огромное здание. — У кого-нибудь есть фонарик? — Он по очереди посмотрел на ребят. Очкастик вытащил связку ключей и поводил по сторонам прикрепленным к ней фонариком в виде авторучки; света фонарик давал всего ничего. — Отлично, — пробормотал Арсений, очевидно, смирившись с судьбой, и зашагал к зданию. — Постой— окликнул его Антон и подошел к багажнику. — Моя тетя всегда заставляет меня таскать с собой кучу барахла «на всякий случай». Тетя Лили, добрая, но строгая, учила Антона всегда полагаться только на себя. Прежде чем Шастун получил свою старенькую синюю «Хонду», парню пришлось научиться менять покрышки, проверять уровень масла в двигателе, а также узнать, как этот самый двигатель устроен. Так что теперь в багажнике машины помимо запасной покрышки, домкрата и маленькой монтировки лежал еще и черный чемоданчик, а в нем — одеяло, тяжелый полицейский фонарь, бутылка с водой, зерновые батончики, спички и сигнальные ракеты. Худощавый взял фонарь, Дима ухватил зерновой батончик. Словно повинуясь молчаливому согласию, ребята двинулись вдоль здания; Антон освещал дорогу мощным лучом фонаря. На вид здание казалось почти достроенным, но вокруг него тут и там лежали камни, а перекопанную землю так и не разровняли. Юноша направил луч света себе под ноги, и стало видно, что кое-где растет трава. — Похоже, работы здесь уже какое-то время не ведутся, — сказал Антон. — Какое то время — Саркастично повторил Арсений. — Ладно ладно, может немного больше — Парень хихикнул. Здание было огромным, и на то, чтобы его обойти, ушло довольно много времени. Скоро темно-синее вечернее небо покрылось, словно серебристым одеялом, туманной дымкой, на которой заблестели звезды. Серые бетонные стены здания оказались одинаково гладкими, а окна в них располагались слишком высоко, и заглянуть в них с земли не представлялось возможным. — Они что, правда построили эту махину, а потом просто бросили? — спросила Окси. — Дим, — позвал Арс, — ты точно не знаешь, что тут случилось? Позов демонстративно пожал плечами. — Говорю же, я знал только, что идет строительство, а больше ничего. — Зачем возводить такую громадину? — Арсений так подозрительно косился на деревья, будто ожидал обнаружить за ними притаившихся шпионов. — Идем, идем, а она все не кончается. — Он окинул стену недоверчивым взглядом — казалось, та и впрямь уходит куда-то за горизонт. Затем опять поглядел на деревья, словно проверяя, не проскочили ли они ненароком мимо здания. — Нет, пиццерия была здесь. — Он приложил ладонь к серо-коричневой стене. — А теперь исчезла. Помедлив пару мгновений, он махнул рукой ребятам, развернулся и пошел обратно. Шастун неохотно последовал за остальными. Какое-то время они шли молча, пока наконец из темноты не проступили очертания их машины. — Простите, ребята; я надеялся, что тут будет хоть что-то знакомое, — устало проговорил Карлтон. — Ага, — кивнул Антон. Он знал, что так все и будет, и все же, не увидев такой привычной пиццерии «У Фредди», испытал почти шок. Пиццерия стала настолько неотъемлемой частью его самого, что порой парнишке хотелось от нее избавиться, выбросить все связанные с ней воспоминания — хорошие и плохие — из головы, так, будто их никогда не существовало. И вот кто-то просто взял и снес пиццерию, стер с лица земли… случившееся казалось вопиющим вторжением в его жизнь. Это ему следовало решать, что делать с этим зданием. «Верно, — подумал парень, — потому что у тебя были деньги, чтобы купить его и сохранить, так же как поступила тетя Лили с их домом». — Антош? — Арсений звал его по имени и, похоже, повторял его уже не в первый раз. — Извини, — опомнился парень. — О чем вы говорили? — Хочешь пробраться внутрь? — спросила Оксана. Удивительно, подумал Шастун, что это предложение поступило лишь сейчас; с другой стороны, ни за кем из них прежде не замечалось предрасположенности к нарушению закона. Эта мысль слегка его успокоила, и Антон, сделав глубокий вдох, выдохнул: — Почему бы и нет? — Он едва не рассмеялся, взвесив в руке фонарь — руки уже начали уставать. — Никто не хочет подержать? — Он покачал фонариком взад-вперед, как маятником. —Ути боже какие мы принцесски— Дразнил Антона, Дима Позов выхватил у него фонарь и взвесил в руке. — Почему он такой тяжелый? — спросил он, передавая фонарь Арсу. — На, держи, ты нести будешь. — Это полицейский фонарь, — рассеянно ответил Шастун. — Им можно бить людей, например тебя — он показал пальцем на Диму. Дима захохотал Джессика сморщила нос. — Я смотрю, с твоей тетей шутки плохи? И как, доводилось пускать его в ход? — Пока никак. — Антон подмигнула и ради шутки метнул грозный взгляд на Арса. Тот несмело улыбнулся, явно не понимая, как реагировать. Широкие входы были закрыты запечатанными металлическими дверями, установленными, несомненно, временно, до тех пор, пока строительство не завершится. И все же проникнуть внутрь оказалось нетрудно, потому что у стен громоздились многочисленные груды гравия и песка, доходившие до больших открытых окон. — Я смотрю, строители не заморачивались вопросами безопасности: заходи, кто хочешь, похуй — заметил Арс. — А что там воровать? — возразил Антон, рассматривая гладкие, казавшиеся неприступными стены. Ребята медленно взобрались по насыпям, стараясь двигаться осторожно: гравий под ногами осыпался. Дима первым добрался до окна и заглянул внутрь. Окси, вытянув шею, посмотрела поверх его плеча. — Спрыгнуть можно? — спросил брюнет. — Да, — ответил Позов. — Нет, — одновременно с ним сказала Оксана. — Я пойду, — решился Антон. Даже не поглядев, высоко прыгать или нет, он перекинул ноги через подоконник, оттолкнулся и полетел вниз. Приземлившись, он пригнулся, спружинив коленями, но больно не было. Парень посмотрел вверх, на следивших за ним друзей. — Ой! Подождите! — окликнул он их. Затем подвинул к окну стоявшую у стены приставную лестницу. — Порядок, давайте сюда! Ребята один за другим спустились с подоконника и принялись озираться. Внутри раскинулся атриум, а может, в этом пространстве планировалось устроить ресторанный дворик: тут и там стояли металлические скамьи и пластиковые столы, некоторые были привинчены к полу. Потолок терялся высоко вверху, и сквозь застекленную крышу можно было различить сияющие на небе звезды. — Ну знаете, хотя бы не здохли, это какой никакой плюс! — пошутил Антон, и его голос породил в огромном пространстве звонкое эхо. Суркова вдруг пропела короткую гамму: «А-а-а», и все потрясенно замолчали, — ее чистый, звонкий голос очень красиво прозвучал в огромном пустом пространстве. — Очень мило, и все же давайте не будем привлекать к себе лишнее внимание, — заметил Попов. —Ну ты и зануда Арс— Высловился Дима — Реально, как дед старый, кряхтит и кряхтит— согласилась Оксана, явно очень довольная собой. Арсений только хмыкнул и улыбнулся на это. Ребята зашагали по атриуму, и Дима, придвинувшись ближе к Окси, взял ее за руку. — У тебя потрясающий голос, — пробормотал он. — Просто здесь хорошая акустика, — с деланой скромностью ответила девушка. Они шли по пустым залам, заглядывая в огромные проемы в полу, ведущие в подвальный этаж — там, наверное, собирались устроить склады. В некоторых частях комплекса отделочные работы почти закончили, а в других даже не начинали. В одних коридорах громоздились штабеля кирпича и досок; в других уже застеклили витрины магазинов и повесили ряды лампочек. — Словно город-призрак, — проговорил голубоглазый. — Прямо как Помпеи, — поддакнула Оксана, — только без вулкана. — Боже что за умные слова, первый раз слышу— вмешался Шастун — здесь же ничего нет. Торговый комплекс не успели заполнить товарами, люди его не покидали — здесь никогда не кипела жизнь. Шатен посмотрел в пустую витрину, одну из немногих застекленных, гадая, чем здесь собирались торговать. Он представил, что в витрине стоят манекены, одетые в яркую одежду, но в его воображении возникали лишь ничего не выражающие лица-маски. Парень вдруг почувствовал себя лишним здесь, словно это здание ему не радо. В душе начала расти тревога, погасшая было пред лицом захватывающего приключения. Они пришли и увидели, что пиццерия «У Фредди» исчезла, как и созданный его воображением склеп, в котором Шастун мог бы снова увидеть Макара, играющего на том самом месте, где он видел его в последний раз. Арсений резко остановился и очень осторожно поводил по сторонам фонарем, потом приложил палец к губам, призывая к тишине, и указал в ту сторону, откуда они пришли. Вдали ребята увидели мерцающий во тьме огонек, точно сигнальный огонь корабля, попавшего в густой туман. — Здесь есть еще кто-то, — прошипел Арс. — Возможно, это ночной сторож? — прошептал Дима. — Димон ты чо, смысл охранять покинутое здание? — Шастун почесал голову. — Возможно, сюда приходят потусоваться детишки, — предположил Дима — Например такие как мы — добавил очкастик и улыбнулся во все тридцать два зуба. — Если бы я раньше знал про это место и любил устраивать вечеринки, точно пришел бы. — Ладно, давайте потихоньку продвигаться обратно, — предложил брюнет. — Окс… — обратился он к девушке, после чего резко провел щепотью по губам, словно закрывая застежку-молнию. Ребята двинулись дальше по коридору, на сей раз подсвечивая себе только маломощным фонариком-ручкой Димы. — Подождите, — прошептала Оксана, останавливаясь и внимательно глядя на стены. — Что-то не так. — Ага, нет гигантских крендельков с солью, я знаю, — очень серьезно ответил Позов. Суркова нетерпеливо замахала на него рукой. — Нет, что-то не так с архитектурой. — Девушка сделала несколько шагов назад, пытаясь подобрать подходящее слово. — Что-то определенно не так, — повторила она. — Снаружи здание больше. — Снаружи здание больше? — удивлённо повторил Антон. — Я хочу сказать, есть большая разница между тем, где стоят внутренние и внешние стены. Смотри. — Оксана пробежала вдоль стены мимо пространства, где должны были бы разместиться два магазина. — Вот тут и тут сделали бы еще два магазина, — озвучил очевидное Арс, не понимая, в чем проблема. — Но в середине что-то есть! — воскликнула Окси, хлопая ладонью по стене. — Эта часть здания выходит на парковку, как магазины справа и слева, но входа туда нет. — Ты права. — Шастун пошел к Окси, внимательно рассматривая стены. — Тут должен быть еще один вход. — И… — Оксана понизила голос, так чтобы ее мог слышать только Антон —… это пространство примерно такого размера, как пиццерия «У Фредди», не находишь? Зеленоглазый вытаращил глаза и отшатнулся от ответа. — О чем вы там шепчетесь? — к ним подошел Дима. — Ага, о тебе — отрезала Окси, и все вместе они вошли в один из пустых магазинов, между которыми оказалось зажато загадочное помещение без входа. — Давайте-ка осмотрим тут все, — предложила она. Ребята сгрудились вокруг маленького пятна света и стали осматривать стены. Шастун не до конца понимал, на что надеется. Тетя Лили не одобряла его намерения вернуться. Она не стала напрямую возражать против решения Антона посетить памятную церемонию, но была очень недовольна, услышав, что парень едет в Харрикейн.