38 параллель

      В школьных коридорах как всегда шумно: ученики спешат на свои уроки, кто-то расположившись у широких подоконников делают оставшуюся домашнюю работу, количество которого было до смехотворного огромно для одного вечера, и если ты не гений, то все сделать просто не успеешь. Девчонки из обеспеченных семей обсуждают своими компашками новые наряды, которые родители дарили им за успехи в учебе и внеклассной деятельности. Ребята из низших слоев слонялись туда-сюда небольшими группами, рассказывая друг другу истории из повседневной жизни. В общем все как всегда.       Бомгю направляется в западное крыло на втором этаже, где расположен мужской туалет. Идет он быстро, хотя до начала урока еще минут двадцать, а на спине болтается увесистый рюкзак набитый не только учебниками. Чья-то тень, которую парень не замечает, движется следом за ним. Этот день станет очень важным для Бомгю, хотя тот и не подозревает об этом и открывает дверь в уборную.       Зайдя в одну из кабинок, Чхве замыкается и снимает с плеч свою ношу. В столь маленьком пространстве он не один. Кибом, ждавший парня минут десять, кивает в знак приветствия и протягивает пару купюр. Пак Кибом был старшеклассником из семьи госслужащих, поэтому деньги у его семьи были всегда. Во взгляде Бомгю читается недовольство: — Накинь еще сотню, ты понимаешь как трудно было достать это? — говорит он уверенно, без запинки. В голосе слышится преимущество над собеседником, отказать ему — идея не из лучших.       Его оппонент не смеет ослушаться, вздыхает, но вынимает из кармана еще пару бумажек. Бомгю ухмыляется и открывает рюкзак. Оттуда он вынимает стопку журналов, казалось бы просто с модной подборкой зимних коллекций одежды, но открыв их, почему-то вместо пуховиков видишь оголенных девиц. Протягивает свой груз счастливому парню, который уже начал пускать слюни только от сознания, что данные книжки теперь у него. Бомгю мерзко. Роется в другом отделении сумки и выуживает пару пачек сигарет. — Рад был сотрудничать, — застегивает молнию рюкзака, который стал намного легче и разворачивается на носках, открывая дверцу кабинки. — Ну, бывай.       Стоит парню покинуть стены туалета, как над ним возвышается (на носочках, серьезно?) его головная боль. Знаете, бывают в жизни люди, существование которых просто усложняет вашу жизнь, даже если те ничего и не делают. Чхве Ёнджун из таких. Сначала родился в неприлично богатой семье, сказал свое первое слово на три месяца раньше, его поделка из шишек в детском саду висела на самом видном месте (творение Бомгю даже не цепляли на стену — пылилось в коробке), потом в школьной олимпиаде по истории набрал на пару баллов больше и занял первое место (Бомгю со своим вторым рвал и метал в тот день). В общем его есть за что ненавидеть.       Ёнджун вообще-то безобидный парень, хотя в школе он являлся неким авторитетом — все-таки социальная роль в обществе решала многое. С Бомгю такие люди естественно не водятся, но в последний месяц старший просто оккупировал его личное пространство в стенах учебного заведения. — Бомгю, что это ты в туалете делал? — старший произнес эту фразу так агрессивно, будто Бомгю занимается чем-то незаконным.       А он кстати занимается:       Когда три года назад Минхао говорил о том, что их деятельность приносит только пользу — Бомгю действительно клюнул на бред этого по-клоунски одетого китайца. Мама говорила, что разговаривать с незнакомцами нельзя, но кто ее слушал? Мужчина пообещал деньги. Много денег. Естественно ребенок, который всю жизнь растет в нищете согласился на эту аферу. Ряд афер. Все начиналось с простого — ему давали небольшие коробки, содержимое которых было загадкой для мальчика, и велели передать ее нужному человеку. Ничего сложного верно? Бомгю как сейчас помнит свою первую вылазку.       Холода еще не закончились — природа в том году знатно бушевала. Тучи на небе не предвещали ничего хорошего, а ветер гнал их с большей силой. Дожди стали обыденностью в тот месяц. Март был поистине холодным — Бомгю испытал это на собственной шкуре.       Дорога была не особо дальней — на окраине южной части города располагался престижный жилой район с частными домами, в один из которых постучался мальчишка. Этот дом был действительно большим, особенно если сравнить его с жилищем самого Бомгю, где они с родителями кое-как ютятся втроем. Как его семья вообще попала в столицу? Он задается этим вопросом наверное уже всю свою жизнь. Отец вроде в армии человека спас, как тот сам рассказывает, но подробностей никогда не было, а позже, поняв, что откровенничать с ним никто не будет, Бомгю попросту перестал спрашивать.       Дверь ему открывает девушка лет двадцати, на ее лице красуется прелестная улыбка, а глаза превращаются в два полумесяца, создавая впечатления доброго и искреннего человека. Одета она была в милое платьице, которое вряд ли можно купить в магазинах — уж слишком оно вычурное, напоминало шмотки Минхао. Сделано на заказ? У богатых это нормально, думает Бомгю. Минхао вообще в выборе одежды был тем еще гурманом, постоянно красовался в каких-то импортных кофточках и «модных» с его слов дырявых штанах. Джонхан в плане внешнего вида был куда проще и приземленнее, ведь он в отличае от их китайского друга в люди выходит часто, поэтому выглядеть надо соответственно. — Ой, я тебя раньше не видела, — девушка окинула Бомгю оценивающим взглядом. — Ты недавно работать начал? — спросила она, на что получила застенчивый кивок.       Девушка потрепала мальчика по голове и достала кошелек из красной сумочки, что болталась на ее плече. Вынула оттуда приличную сумму денег и протянула ее Бомгю. — Слушайте, я не хочу навязываться или что-то еще, но мне очень интересно, за что вы готовы отдать столько денег? — набрался смелости мальчик. — Я не поверю, что такая девушка как вы будет увлекаться... — Бомгю перешел на шепот. — наркотиками.       Сначала его собеседница озадаченно посмотрела на паренька изогнув бровь, а после звонко рассмеялась, будто его слова были настолько нелепыми. Она взяла в руки коробку и пошире отворила дверь в свою обитель, зазывая любопытного ребенка, чтобы тот сам не подозревая о том, разрушил свое представление о собственной жизни и к великому несчастью — разочаровался в окружающих его людях, затаив на тех глубокую обиду, которая зародилась из-за излишне драматичной и чувствительной натуры Бомгю. — Проходи, я покажу тебе кое-что интересное, не думаю, что Минхао соизволил рассказать тебе что-то — такой уж он человек. — она впустила Чхве в дом, и тот, наскоро стянул теплые ботинки и куртку, поспешил за девушкой, которая даже не представилась.       Она вела его длинным коридором на кухню. Ремонт был что надо — Бомгю раньше не доводилось бывать гостем подобных местах, поэтому мальчик старался запомнить каждую деталь этого волшебного места. Он медленно двигался за хозяйкой дома, которая, как оказалось, живет одна в такой громадине, и внимательно сканировал убранство дома. На стенах было множество фото, качество которых было настолько хорошим, что Чхве даже решил спросить, где девушка раздобыла такую чудесную камеру. Фото были в красивых резных деревянных рамках, покрытыми золотистой краской. Двери, ведущие в другие комнаты тоже были украшены красивыми картинками-наклейками. На полу был постелен длинный зеленый палас, протянувшийся на весь коридор. Вроде прошло секунд десять, может меньше, как они дошли до кухни, вход в которую был справа от лестницы, ведущей на второй этаж. — Ты располагайся, я пока кружки достану и чайник поставлю, — безымянная открыла навесной шкафчик и вынула оттуда две кружки с изображением милых котят, пока гость разместился на деревянном стуле с мягкой подушечкой для большего комфорта. — Мне их тоже Минхао принес, он иногда гостит у меня, когда приходит навестить. — пояснила она и поставила кружки на стол. — Какой чай хочешь? — Бомгю изогнул бровь в немом вопросом: «а есть выбор?». Девушка открыла верхнюю полку и мальчик удивился разнообразию пестрых коробочек с разными вкусами любимого напитка Чхве. Он выбрал зеленый чай с клубникой, уж очень любил эту ягоду. Из холодильника она достала пакетик с конфетами. Сегодня какой-то праздник? Тогда почему столько вкусного в один день?       Раздался свист чайника и девушка разлила кипяток по чашкам, насыщая комнату чарующим клубничным ароматом. — Меня зовут Дживон, кстати. — наконец представилась темноволосая. — Я Бомгю, — он неловко протянул руку, и девушка, хихикнув, пожала ее.       За чаем она поведала о своем знакомстве с их общим китайским другом. Это было куда скучнее чем у Бомгю — девушка она богатая, поэтому в старшей школе училась на срединной земле — Китае. Минхао был старшим братом ее подруги, а позже стал ее хорошим другом и оставался им по сей день. Бомгю же рассказал ей о своих ночных похождениях и о том, что принял незнакомого мужчину за мафиози, который хочет его смерти.       Закончив чаепитие, Дживон предложила переместиться в гостиную, чтобы вместе распаковать коробку, которую принес Чхве. Мальчик охотно согласился и снова последовал за новой подругой по уже знакомому коридору.       В гостиной был милый кожаный диван с полосатыми голубо-белыми подушками, на одной из которых примостился лысый комочек — кот со смешным именем ХаоХао. Бомгю долго не унимался и расспрашивал почему несчастное животное обрили, зачем так жестоко поступили с ним. Девушка покачала головой и объяснила недалекому, что у этой породы просто нет шерсти, если честно звучало это очень неубедительно, поэтому весь оставшийся вечер мальчик с недоверием косился на «большую крысу».       Дживон поставила коробку на кофейный столик и аккуратно разрезала скотч ножницами, открыла ее. множество книг и журналов с английскими надписями, а также пара свертков, которые девушка отложила на потом. — Но откуда все эти книги? — Бомгю поражался картинкам, которые мелькали на страницах книг с непонятными ему названиями. — Из штатов наверное, — мальчик поднял на нее шокированный взгляд, вражеская территория… ну и дела. — Минхао много что оттуда заказывает в свой китайский магазинчик, а часть проносит и к нам, это учебники с иностранными языками, — принялась пояснять она. — Я хорошо знаю английский и китайский, но французский… это так романтично! Когда-нибудь я обязательно попрошу отца о путешествии туда. — Почему ты так спокойно говоришь об этом? — не выдержал Бомгю, что-то внутри него трещало по швам. — А как мне еще говорить об этом, наша страна не так идеальна, какой ее преподносят правители, знаешь, мир вокруг удивителен, но мы просто не способны видеть всю эту красоту даже на картинках! Ты понимаешь сколько всего упускаешь? — она стала говорить громче, активно жестикулируя руками, а Бомгю слушал, слушал и продолжал трещать по швам изнутри.       В свертках лежала флешка с дорамами, снятыми в Южной Корее, мальчик даже смог посмотреть часть одной серии, с интересом наблюдая за актерами и стильных прикидах и различными деталями, некоторые из них казались мальчику невозможными. Это будущее? Почему все так? слишком много вопросов за один вечер.       Попрощались они поздно, Бомгю, как сейчас помнит — много плакал в тот вечер.       Минхао и Джонхан рассказали все. Абсолютно все.       Это нечестно, думает он. Несправедливо. Вся его жизнь — всего лишь чей-то хорошо продуманный спектакль, где он — обычный обыватель, среди миллиона таких же как он, обманутых, запертых в этой маленькой проклятой стране.       В общем, двое взрослых в тот день наслушались много всего. Бомгю их даже жаль немного, хотя Минхао заслужил. Этот гад не раз заставлял Чхве попотеть, нагружая того работой, еще и умудрялся пускать свои совершенно несмешные шуточки в адрес «мелкого дурачка доставщика».       За эти три года у Бомгю появилась настоящая семья и приятное дополнение в виде постоянного дохода, часть которого он отдавал родителям, рассказывая тем сказки о подработке на стройке, те на удивление верили, хотя пареньку начинает казаться, будто тем и вовсе все равно. Дживон через пару лет переехала на родину багетов и круассанов, пообещав Бомгю встретиться где-нибудь снаружи. Про последнее он старался не думать, побег карается жестоким наказанием, а умирать в столь юном возрасте не хотелось, тем более жизнь хоть чуточку наладилась. Можно ли было уйти с помощью Минхао? Да, есть небольшие трудности, но это вполне реально, тот же Юн Джонхан, ака язва в их небольшой команде, несколько раз бывал в Китае, но «родной тюрьмой» мужчина тоже доволен, аргументируя свою позицию тем, что семью бросить не сможет. Оно и понятно. Закон в этих краях не на шутку жесток, семьи тех счастливчиков, что смогли пересечь черту — наказывали страшно. Пожизненные лагеря, ну или смерть. Нельзя сказать что лучше.       Бомгю быстро усвоил урок: хочешь жить - умей вертеться. Это правило никогда не покидало его разум, останавливая его мальчишеский юный максимализм, который вырывался в неподходящие моменты, ведь когда знаешь правду молчать действительно становится тяжело, а Чхве всегда отличался своей болтливостью. Пришлось пересмотреть приоритеты.       Дни сменялись такими же серыми и невзрачными днями, что даже жарким и, казалось бы, ярким летом, когда солнечные лучи и певчие птицы наконец дали о себе знать, особой радостью не отличались. Несколько лет пролетели с небывалой скоростью, а Чхве Бомгю все чаще и гуще стал задумываться о будущем, которое может и не наступить. Запретный плод сладок, но наличие бремени в виде мамы с папой останавливали и приводили мысли в порядок. Думать о побеге — грех. А так ли это на самом деле?       С детства его приучали к порядку и послушанию, ведь кто будет общаться с невоспитанным дурачком. Он действительно рос приличным и впитывал слова взрослых, как губка, правда никто не учел, что губку можно выжать и высушить, а потом намылить новым бруском мыла и использовать по-новой.       Мысли в голове парня подобны вспышкам молний — короткие, но яркие. А Чхве Ёнджун все еще прижимает его тушку к стене в слабо освещенном коридоре. — Мне уже в туалет сходить нельзя, — закатывает глаза Бомгю. — Что ты прилип ко мне как банный лист в последнее время, заняться нечем? — старший все-таки отходит на шаг и Бомгю победно выдыхает, продолжает свою шарманку — ему в рот не клади, если говорить начнет, потом не заткнешь ведь, знает, проходили. — Ёнджун, ну ты вроде умный, богатенький парень, — начинает он. — Вон, девчонки тебя любят, иди к ним приставай, зачем тебе невзрачный лопух вроде меня? — Ты опять идиотом прикидываешься? — «нет, сейчас все тебе расскажу, родненький, мы же лучшие друзья, братья!» — фыркает Бомгю. — Рюкзак открывай. — не унимается Ёнджун.       Потрепанные учебники, пару тетрадей и пенал. Что еще может быть в сумке у обычного школьника-отличника? Эту картину и увидел старший, когда Бомгю любезно продемонстрировал ему содержимое своей ноши. — Я же сказал, что ничего такого не делаю, ты параноишь уже, Чхве, кабинет медсестры на первом этаже справа от раздевалок. — с этими словами Бомгю напялил рюкзак обратно и ретировался на урок истории, где снова будет слушать бред каких-то сумасшедших, что вешают растущему поколению лапшу на уши, а эти слушают и внимают эти сказки про злой и страшный мир вокруг, не подозревая, что сами живут в нем с самого рождения и скорее всего до самой смерти.       Ах да, если Бомгю знает о внешнем мире встает вопрос, знают-ли о нем другие его сверстники? Ну конечно знают, Бомгю прозвали барыгой, но предпочитает он более культурные названия для своего рода деятельности, аля я у мамы предприниматель. В школе товары Минхао расхватывали на ура. Людям нравилось все новое и красивое, а когда это еще и запретно — интерес рос, а с ним и прибыль их конторки. Все рады, все в плюсе, а Ёнджун, черт бы его побрал, видимо имеет что-то против, раз постоянно пытается поймать Бомгю с поличным. Тот хитрее и изворотливее — жизнь в постоянном страхе быть пойманным многому научила. Он действительно боится.       После истории, которая была последним уроком, классу Бомгю поручили уборку на школьной территории. Ответственность, все дела. На улице было душно, знойное лето с палящим солнцем никогда не нравилось парню, но небольшой ветерок слегка сглаживал ситуацию. Учительница выдала им орудия труда — Бомгю достался потрепанный годами веник, и ребята принялись за уборку. Вообще со стороны школьный двор выглядел вполне себе чисто и неплохо, но директор готовится к важному событию — скоро в их скромную обитель приедут специально обученные люди с телеканала и снимут небольшое интервью в их школе. Все должно быть вылизано до блеска, чтобы не стыдно было.       Параллельный класс тоже вышел с вениками и тяпками, а возглавлял эту стайку Ёнджун с мешками для мусора в руках. Опять он, что сегодня за день встреч? Бомгю показательно отвернулся, и ухватив свою метлу покрепче, стал усердно размахивать ей в разные стороны. Ёнджун лишь закатил глаза и принялся за уборку бок о бок с младшим.       Работа кипела, а жара все не спадала, если честно, то Бомгю иногда завидовал Минхао и его мертвенно бледной коже, как у аристократа или у айдолов, которых тот ему показывал на своем новомодном телефоне. У Бомгю тоже был сенсорный мобильник, который он выпросил у китайца на свой пятнадцатый день рождения, конечно Хао не смог отказать неугомонному мальцу, которого уже считал младшим братом. Чхве скачивал себе новые фильмы и сериалы, а также очень любил фотографировать природу во всей ее красе. Мобильник всегда был надежно спрятан во внутренний кармашек школьного жилета и не издавал ни единого звука.       Бомгю не был особо смуглым, как тот же Ёнджун, которого очень любило солнце, даря тому ровный загар, что ему очень шел. Если задуматься, то старший из параллельного класса действительно ничего такой, девушкам он нравится не только из-за отличных внешних данных, но и характер у него был очень стойкий, парень был очень справедливым в плане соблюдения школьного устава, в меру грубым и конечно же пафосным. Но если опустить все это, Бомгю вспоминает один милейший случай с участием Енджуна.       Месяца три назад он собирался идти домой после изнурительного учебного дня, предупредив Хана, что к ним он сегодня не зайдет, ведь такой уставший сможет разве что развалиться на стареньком диванчике на их базе. Весной темнеет позже, поэтому на улице все еще было достаточно светло и увидеть можно многое, даже без света фонарей, которые уже третий день в этом районе не горят. На заднем дворе, на только-только начавшей зеленеть травке умостился парнишка, стоя на коленях, пачкая свои идеально выглаженные брюки, и что-то бормочет. Бомгю не видел его лица, поэтому решил притаиться и подождать, хотелось узнать чем занимается незнакомец и утолить свое разбушевавшееся любопытство.       Парень на земле не заставил себя ждать, обернувшись, он обретает знакомую фигуру в лице ученика из параллельного класса и тайного соперника Бомгю. Чхве Ёнджун сидел с ласковым, пищащим котенком в руках, не желая отпускать того. Младшего ситуация позабавила, строит из себя не пойми кого, а на деле белый и пушистый, с котенком вон играет.       В тот весенний вечер Бомгю так и остался незамеченным, подождал пока старший скроется из виду, оставив погрустневшее животное в одиночестве. Сам тихо подошел к пушистому комочку, взяв того на руки и решил изменить свой вечер, наплевав на усталость.       Минхао всем своим видом показывал отвращение к несчастному животному, пока Джонхан сидел с помытым и сытым зверьком. Котенка назвали Хобак, отталкиваясь от расцветки. Все счастливы, все довольны.       Диэйт, так их китайского главаря звали близкие, на следующий день не расставался с новым членом семьи, найдя тому дорогостоящий корм и пару игрушек. Чхве и Юн долго еще смеялись с такой переменчивости старшего.       Ёнджун в свою очередь еще несколько дней приходил на то место, где расстался с пушистым другом, но не обнаружив его там, со вздохом направлялся в сторону главного входа, где ждал личного водителя и уезжал восвояси. Бомгю даже жаль было бедолагу, но потом он вспоминал что Хобак живет в тепле и с любящими хозяевами, то эти мысли уходили на второй план.       Сейчас же старший, вооружившись веником, подошел вплотную к Бомгю и начал поднимать пыль прямо под его носом. Парень продолжал игнорировать попытки Ёнджуна привлечь его внимание, поправляет слегка отросшую челку, стирая выступившие от жары капельки пота со лба, и продолжает заниматься своим делом. Его оппоненту такой расклад событий не нравится, поэтому, подумав еще пару секунд, Ёнджун слегка толкает младшего локтем, внутренне ликуя, ведь тот приостановился и повернулся на него с озадаченным выражением лица. — У тебя сегодня миссия на день «выведи из себя Бомгю»? — младшему хочется кричать, он знает к чему может привести перепалка на территории школы, где учителя практически не сводят с них глаз, чуть что сразу делая выговор.       Бомгю взял стоящего рядом парня под руку, и крикнув: «мы пойдем водички хлебнем, жара жуткая!» направился к краникам с водой, где сейчас не было ни души. Старший, затаив дыхание, будто ждал этого момента уже весь день, покорно следовал за ним, крепче ухватившись за локоть Бомгю.       Поговорить с пареньком хотелось давно, он привлекал внимание к своей персоне не только тем, что мог достать много интересных вещей, которые в обычных магазинах не купишь, но и был достаточно умен и, Ёнджун врать не любил, красив. Мальчишка мало с кем общался в школе, иногда его можно было увидеть в столовой среди одноклассников на обеденном перерыве. Или Бомгю мог примоститься на втором этаже недалеко от кабинета биологии, что-то черкая в тетради, ругаясь себе под нос. В такие моменты хотелось подойти, спросить чем он там так усердно занимается и предложить свою помощь. Были-ли друзья у самого Ёнджуна? Сам он часто думал об этом, да, знакомых много, людей которые восхищаются им тоже полно, девочки даже приносили ему шоколад по праздникам. Но это все не то. Было в Чхве Бомгю что-то, что хотелось распробовать, присвоить и разделить вместе. Если бы они были друзьями, Ёнджун бы приходил на первый его зов, помогал бы, вытаскивал бы того на шоппинг, зная что у младшего с финансами проблематично. Бомгю постоянно шатался по городу, наверное с друзьями гулял, а сам Ёнджун либо кропотливо работал над домашними заданиями, дабы оставаться на первом месте в рейтинге успеваемости, либо делал тоже самое, но уже дома. Хотелось свободы. Наверное он просто завидовал.       Наконец, остановившись, Бомгю оторвался от старшего, открывая кран, который сначала фыркает из-за давления, а потом уже выдает слегка теплую воду с хорошим напором. Парень моет руки по локоть, закатив перед этим рукава рубашки, а потом набирая воду в обе ладони окунает туда свое раскрасневшееся лицо. Влажные пряди волос прилипают ко лбу и Бомгю пытается слегка растрепать их для того чтобы те высохли поскорее. Ёнджун завороженно наблюдает.       Бомгю щелкает пальцами перед его носом и тот возвращается в реальность, слегка прокашлявшись для вида. Странный он. — Ладно, чего ты хочешь? — младший вообще очень прямолинейный, ни привет тебе, ни как дела. — Тебе нужно достать что-то? Без проблем, скажи что, только вот рот на замке держи, а денежки наготове, — улыбается он, показывая зубы. — Только прошу тебя, не бегай за мной как брошенный пес, на тебя смотреть жалко.       Ёнджун вздыхает. — Мне не нужны вещи, мне нужно время, — начинает он, озадачивая Бомгю еще сильнее. — Твое время. — Что прости? — и что этому лису нужно от него на самом деле?       Бомгю особо не интересовался этим парнем до недавнего времени. Дел и без него много. Да, как объект для подражания Ёнджун подходил прекрасно. Мысленное соперничество не прекращалось ни на секунду, давая стимул учиться дальше, а не повторять судьбу многих его ровесников из таких же небогатых семей, которые просто проживали свои последние свободные годы перед армией. Перед смертью не надышишься.       Ёнджун был другим. Другое общество. Высшая лига. Победитель по жизни. Казалось бы, что у этого парня есть все. Дослужится до генерала или другой армейской шишки, потом уйдет в отставку и станет чиновником, как и его отец. Раньше бы Бомгю позавидовал всему этому, но жизнь изменилась и сейчас он хочет стать рыжим пушистиком, в руках Джонхана и Минхао, которого сам им приволок и кататься как сыр в масле в руках заботливых хозяев. Оставаться здесь — умирать самой долгой и мучительной смертью. Когда знаешь, что вокруг тебя огромный новый мир, твоя коробка, полная консервативных идиотов внутри не очень-то и радует. Даже наличие денег не особо радует, хотя упрощает существование. Они с Ёнджуном не друзья, это бы просто противоречило принципам младшего, а он ведь тот еще фрукт — до конца идет и со своего пути не сворачивает. Но интригует его этот лис. Стоит пересмотреть некоторые пункты своего принципиального характера? — Я хочу предложить одно дело, потому что знаю — у тебя есть влиятельные знакомые на стороне, — Ёнджун напряжен, его выдают побелевшие костяшки на сжатых кулаках. И о каких таких влиятельных знакомых он говорит? Хао? Этот говнюк и сам один из посредников, просто власти больше. Ну ладно, пусть продолжает. — Я помогу тебе оставаться незамеченным, а ты сделаешь так, чтобы мой побег остался незамеченным. — Последнее он произнес куда тише, а Бомгю дышать тяжело от услышанного.       Побег. Сын чиновника, верой и правдой служившего стране хочет заделаться предателем родины? Ёнджун смеется над ним или не понимает что просит? Бомгю мысленно считает до десяти, стараясь вернуть серьезное выражение, выходит не очень если честно, но куда деваться. — Ты понимаешь о чем говоришь? — задает он вполне очевидный для такого случая вопрос. — Юн Джонхан, какой-то китаец и ты, Чхве Бомгю. — старший кладет руку на плечо парня. — Я не знаю сколько вас, но знаю, что возможность помочь мне есть и твое решение сейчас может спасти мое будущее, я прошу тебя. — Ёнджун в отчаяние — это видно невооруженным взглядом, Бомгю боится, что рядом стоящий сейчас плакать от безысходности начнет. — Нам осталось чуть больше года, ты сам хочешь тут оставаться? Я не уверен, что твои отношения с родителями такие крепкие, раз ты каждый день после школы идешь в непонятном направлении и встречаешься с подозрительными типами. Опережая твой вопрос, да, я следил за тобой какое-то время, но ты сам вел себя странно, я просто хотел проверить. — Долго мы воду с тобой пьем, небось уже думают, что утопились, — бросает шутку младший и снова цепляет Ёнджуна под локоть, волочет того обратно. — У того китайца противный характер, если ты ему не понравишься, то он придумает тебе дурацкое прозвище и заставит работать служанкой на базе, раз ему не нравлюсь я — милейший ангелочек, то что уж говорить про тебя. — говорит как не в чем не бывало Бомгю, под заинтересованный взгляд старшего и усмехается. — Чем ты занят после уборки? Отменяй планы, пойдем пить чай.       Ёнджун улыбается. Кажется, даже ненавистная жара спала, а на смену ей пришло свежее чувство надежды. Бомгю думает, что надо менять что-то в жизни, пока веник чуть-ли не разваливается в руках из-за своей древности. Боже, нельзя новые купить или как?