38 параллель

— Вот как можно хотеть сбежать, живя в таких хоромах? — не унимался младший Чхве, лежа на пушистом ковре в комнате нового друга. — Ты сам проживи мою жизнь, а потом комментируй. — Ёнджун лишь качает головой, борясь с желанием дать затрещину Бомгю.       Пару дней назад начались каникулы и парни наконец выдохнули. Школа отнимала слишком много драгоценного времени и сил. Ёнджун все еще не привык к новому графику дня и разрывался пополам. Сегодня Минхао дал им выходной, сказав хорошенько отдохнуть, перед следующей неделей. В последнее время мужчина стал слишком мягок, Бомгю совсем не узнает своего ворчливого начальника.       Парни решили провести время в гостях у старшего, как раз можно обсудить последние новости с их последних вылазок на задания. Бомгю ни минуты не сомневался и согласился пойти к другу, даже побежал вперед него, не зная куда они вообще идут.       Если честно, то Чхве думал, что Ёнджун преувеличивал, когда называл свой дом — поместьем. На деле все оказалось куда масштабней.       Да это же целый замок!       На огромной территории находился двухэтажный особняк, окруженный живой изгородью, гараж с машинами семьи и личного шофера, баня и еще пару пристроек. — Да тут даже фонтан есть! — воскликнул Бомгю, на что старший потянул того за руку, чтобы не засматривался на все это «показушное дерьмо».       Войдя внутрь, их встретила горничная и поинтересовалась у них, хотят ли те что-нибудь поесть. Ёнджун покачал головой и продолжил буквально волочить младшего за руку в свою комнату наверху, потому что тот был излишне впечатлительным и останавливался возле каждой картины на стене с широко раскрытыми газами.       Такое ощущение, что он в музей попал, серьезно. Когда Бомгю впервые попал к своей давней знакомой — Дживон, то думал, что богаче уже некуда. Оказывается есть. Чхве Ёнджун словно принц в своем замке, ступает по мраморным ступеням тихо, а прислуга наблюдает за ним и Бомгю с первого этажа, подозрительно осматривая последнего. М-да, знал бы, что попадет в такое место, тогда обязательно оделся бы поприличней. Спасибо хоть подстригся пару дней назад, теперь хоть на человека похож. Мать силком затащила горе ребенка в парикмахерскую, аргументировав это тем, что тот совсем зарос и такого лохматого никуда в приличное место не пустят.       Бомгю грустно вздохнул, вспоминая о своей давней мечте отрастить волосы. Не судьба видимо.       Добравшись до комнаты Ёнджуна, хозяин зашел в свои владения вслед за Бомгю, которого любезно пропустил вперед, и запер за ними дверь.       Комната старшего была совсем не такой, как ее представлял Бомгю. Она была небольшая и светлая, а окно выходило на внутренний двор, где можно было увидеть небольшой фруктовый сад, где старичок садовник что-то неторопливо обрезал.       На стенах не было никаких фотографий и постеров (в сериалах Бомгю видел много подростковых комнат с подобным барахлом), у рабочего места на деревянную доску на стене были прикреплены карты и неизвестные записи от руки. Видимо школа была неотъемлемой частью его жизни, уж слишком много книг и учебников на полках.       Ёнджун распластался на заправленной кровати, устало потягиваясь. Он проснулся очень рано, дабы встретиться с другом в городе и пройтись по магазинам, а после устроить день просмотра фильмов, которые Бомгю добродушно скачал на свой потрепанный жизнью мобильник с помощью Минхао. — Родители уехали к бабушке с дедушкой в Кэсон, поэтому можем посидеть подольше если хочешь. — говорит Ёнджун, поворачиваясь к парню на полу. Бомгю лениво пялится в маленький экран, наблюдая за подкаченным загорелым мужчиной, который скрывается от погони. — Мама сказала, чтобы я сегодня вернулся пораньше, — вздыхает он. — Говорит, что есть серьезный разговор. — Звучит устрашающе. — Ой, да ладно, как обычно будет грызть насчет учебы, а потом добавит, что помощи от меня никакой, хотя если бы не моя «подработка», то сводили бы концы с концами. — жмет он на паузу и переводит взгляд на друга. — Повезло тебе родиться в такой обстановке, да, я понимаю, что для тебя эта жизнь тоже не особо хорошая, но ты можешь не думать о том, что будешь есть завтра.       Ёнджун не находит слов в свое оправдание и лишь пожимает плечами. Он сгибает ноги в коленях и опускается на пушистый коврик к раскисшему Бомгю.       Младший, если честно, не понимает из-за чего грустит. В последнее время меланхоличное и депрессивное состояние его верные спутники повсюду, избавиться от которых помогает сон, но только на время. А потом все по кругу.       Запретные мысли, охватывают, связывают своими прочными жгутами, не давая думать и отвлекаться на что-либо еще. Это пугало и давало надежду одновременно.       Ёнджун примостился рядом с парнем, уложив голову на его плечо. Бомгю от неожиданности даже отвлекся от всего бардака в голове, всего на мгновение. — Все будет хо-ро-шо, — старший будто специально растягивает слово, чтобы звучать более уверенно и Бомгю почему-то верит.       Двигается еще ближе, хотя ближе уже некуда и протягивает руку. Старшего спрашивать не нужно, он и без слов очень догадливый, не зря же его умным называют. Перехватывает чужую шершавую ладонь своей и переплетает пальцы.       Тишина. Солнце по-прежнему не щадит никого, проникая своими убийственно яркими лучами через окно, освещая комнату. Небольшой вентилятор в углу действительно спасал.       Бомгю прикрыл глаза, наслаждаясь этой внезапно спокойной обстановкой. Волосы друга, слегка отросшие, нежные на ощупь, слегка щекотали шею, а его еле слышное ровное дыхание придавало чувство безопасности и некого комфорта. Да, дома такого нет уже давно.       С Ёнджуном все ощущалось иначе. Правильно, свободно, безгранично и пожалуй по родному. Он знает его многие годы, но какое упущение было избегать общения с этим удивительным человеком. Правильно говорят, что нельзя судить книгу по обложке. — Знаешь, — он открывает глаза и начинает тихо говорить, почти что шепотом, ведь собеседник все равно в нескольких миллиметрах и нарушать эту идиллию совсем не хотелось. — Моя голова скоро взорвется от этого всего, — хмыкает Бомгю. — Мысли о твоем побеге не дают мне покоя. — признается он. — Бросишь меня, бесстыдник, и как я тут один буду? — улыбка расцветает на лице сама по себе, но грустный вздох удержать не получается. — Уйдем вместе, не вижу проблемы. — парирует старший, сильнее сжав руку. — Если бы все было так просто. — Так не усложняй и все будет просто, ты сам себе враг и никто больше. — философствует парень и поднимает голову, Бомгю успевает расстроиться, но старший лишь меняет положение на более удобное и укладывается обратно.       Конечно друг прав, все эти навязчивые голоса внутри можно и не слушать, но он же обещал. Сам себе обещал. Дело чести и все такое.       Настенные часы тикают все сильнее, возвращая в реальность, заставляя Бомгю поднять взгляд выше на стену. Два часа дня. У них есть еще какое-то время посидеть вот так, а потом младший будет вынужден уйти из этой уютной комнаты с не менее уютным Енджуном, который радует даже просто молчаливым нахождение рядом. Ему давно этого не хватало. — А что будут делать Джонхан с Хао? — начинает рассуждать в слух он. — Я был единственным ребенком в их команде, да и вышло это по случайности абсурдно. Возьмут кого-то нового или будут растить Хобак в одиночке без ее любимых родителей? — не унимается парень. — Может забрать кошку с собой, я понимаю, что нам бы самим уйти хотя бы, но по ней я буду очень скучать, как никак я ее родитель. — цыкает языком под тихий хохот Ёнджуна. — Говоришь так, будто мы уже сбежали. — Ты сам сказал отбросить лишнее в сторону, вот я и практикую. — снова смотрит на переплетенные в замок руки и продолжает. — Оставлять нашу драгоценную дочь с этими двумя опасно для ее психического и физического здоровья, как будто тут только я один пекусь о будущем нашего ребенка. — Енджун лишь хмыкает и снова меняет положение.       Плечо Бомгю порядком устало удерживать тяжелую умную головушку на себе и старший, понимая это, перебирается на колени парня, укладывая на них голову и вытягивает ноги на полу. Бомгю переводит взгляд на этого тактильного нахала, который уже как можно и нельзя нарушил все его личные границы и снова улыбается как дурак. Конечно он не против, но по лбу все-таки стукнул, ну это так, для профилактики.       Ёнджун вообще наглеет с каждым днем, знаете. У старшего Чхве появилась невыносимо глупая и просто идиотская привычка щипать несчастного бедняжку Бомгю за ляжки в самые неожиданные моменты. Сидят на перемене в столовой, а этот лис аккуратно руку под стол и с таким напором сжимает ее на тонкой ноге. Бедный Бомгю чаем подавился, а этот как засмеется. В квартире Минхао, когда младший умостился за кухонным столом и подписывал посылки, а Ёнджун сидел рядом, наблюдая, чтобы потом делать тоже самое, старший снова распускает свои поганые ручонки и как цапнет. Минхао рядом присвистнул, а затрещину на этот раз получил не один Ёнджун, разделив свою участь с китайцем.       Еще несколько часов пролетели как в тумане, парни дурачились и Ёнджун пытался отвлечь Бомгю от его мозговых перегрузок всеми имеющимися в своем арсенале способами. Справился он на ура и отправил повеселевшего друга домой, немного проводив того до метро, чтобы тот снова не погрузился в свои извечные размышления о трудностях существования.

***

      В окне начали мелькать высотки и жилые дома, наконец сменяя бескрайние поля и периодически выскакивающие из неоткуда леса. Блондин вертится из стороны в строну, разминая затекшую за время его нахождения в поезде, сидения тут ужасно неудобные, зато билеты были дешевые. Когда эта железная змея тормозит со всеми характерными скрипами и шипениями, парень поднимается с места и расправляет плечи. Небольшая спортивная сумка, что покоилась в его ногах во время поездки перекочевывает на плечо и парень покидает душный и переполненный вагон.       С ростом ему в этой ситуации невероятно повезло, являясь чуть ли не на голову выше большинства прохожих, паренек быстро находит выход с платформы, но тут его, как главного социофоба вселенной встречает следующая проблема. Центральный сеульский вокзал, где людей больше, чем в его родном городе. К этому его жизнь точно не готовила. Собравшись с мыслями он делает пробный шаг, а затем второй. Вроде не так страшно.       Дядя обещал встретить его на выходе вместе со своим помощником и блондин, который не видел мужчину уже несколько лет, отчаянно пытается высмотреть того в толпе. Так еще и очки новые еще не пришли, поэтому приходиться щуриться, хотя это действие, если быть честным, совершенно не помогает. — Субин! — голос раздается позади, заставляя парня развернуться. — Субин! Чхве Субин!       Сынкван подпрыгивает на месте, размахивая руками, пока его спутник стоит рядом, подобно туче: с явным раздражением на лице, темными кругами под глазами и взъерошенными темными волосами, будто бедолагу только что разбудили от без того короткого сна. Скрашивала ситуацию его одежда. Это было…странно. Сам Субин в жизни бы не нацепил на себя красные широкие штаны с каким-то бабушкиным принтом и голубую футболку с котятами. Экзотично.       Парень ускоряет шаг, случайно задевая локтями пару прохожих и подбегает к родственнику с распахнутыми руками для объятий. Бу стал куда ниже с их последней встречи, кажется раньше они были одного роста. — Чем тебя дома кормили, ты потолок скоро пробьешь, — комментирует Сынкван, не разрывая телесный контакт. — Хорошо добрался? — Да, с ветерком я бы сказал, всю дорогу в телефоне просидел. — говорит Субин, выпутываясь из цепких рук дяди. — Вот молодежь пошла, хотя я сам такой, поэтому не осуждаю, — смеется старший, поглаживая племянника по голове. — Ах да, это Хансоль, ну или Вернон, ему второй вариант больше нравится. — представляет он своего цветного товарища. — Приятно познакомиться. — Чхве кланяется для приветствия и мужчина рядом будто из анабиоза выходит и улыбается в ответ, хлопает младшего по плечу. — У нас дел полно, давайте двигаться в сторону машины, которую Сынкван поставил черт пойми где, — парирует он и разворачивается к выходу из вокзала. Остальным ничего не остается как последовать за мужчиной.       Субин давно не был в столице и уже позабыл насколько тут оживленный трафик и лишь ближе жмется к родственнику, плетется за Верноном к машине Сынквана. Автомобиль старший действительно припарковал достаточно далеко от центрального входа, поэтому Субин прицепился к рукаву футболки дяди, дабы не затеряться в толпе, которая так и норовит снести все на своем пути.       Первым делом они заехали на квартиру детектива, чтобы Субин смог разложить свой скромный багаж и воссоединиться с любимым питомцем, который приехал сюда раньше хозяина на целый месяц. Сынкван сам вызвался поухаживать за колючим малышом, чтобы переезд парня прошел проще, а животное быстрее освоилось на новом месте. — Оди, малыш, я так скучал по тебе, — шепчет Чхве, аккуратно держа ежа в больших ладонях. — Надеюсь дядя хорошо к тебе относился. — Конечно хорошо, — закатывает тот глаза, присаживаясь рядом. — Все руки исколол вот.       Субин только смеется, сажая любимца обратно в его домик, обещая вернуться вечером. Еж забавно фырчит, сворачиваясь в клубочек в мягком укрытие.       С кухни доносится приятный запах еды и Субин просто не может сопротивляться своему урчащим животом. Вернон приготовил рамен на всех и накрывает на стол. Просто, но со вкусом. Классика всегда актуальна, тем более с сыром. Чхве сглатывает слюну и плюхается на стул рядом с Сынкваном, которому доверили резать салат. — Всем приятного аппетита! — желает детектив и все быстро принимаются за еду, громко хлюпая лапшой.       Субин впервые попал в дом Бу, и сказать честно, он ожидал увидеть здесь такой же беспорядок, как и в голове хозяина квартиры (такой вот он человек-буря), но был приятно удивлен, когда зашел в просторную и прибранную обитель старшего. Неужто для него постарался и в кои-то веки навел порядок, судя по гордому взгляду Вернона. Правда порядок его ждал лишь дома. На рабочем месте — в подвальном агентстве, явно прошелся ураган. И не один.       В агентство старшего они попали ближе к вечеру. Субин даже умудрился поспать пару часов, ловя завистливые взгляды Вернона, голова которого не касалась подушки уже лет сто.       Сынкван провел племяннику экскурсию по его скромной обители, где раскрываются самые различные дела и даже рассказал о некоторых из них. Сам Субин мало что понимал в его бесконечном монологе, но кивал на все, чтобы вновь не слушать одно и то же.       Младший начнет свою учебу в колледже через пару недель, поэтому у него есть время для отдыха. По крайней мере он так думал. Горящие глаза детектива и заранее сочувствующий взгляд его помощника говорили иначе.       Не думал Субин, что работа начнется в тот же день, как он приедет в шумную столицу-муравейник. Зато опыта наберется, успокаивал он себя, пока на его столе появлялись все новые и новые бумаги. Откуда тут вообще столько макулатуры? Настроение Хансоля становилось все лучше и лучше, ведь появилась хоть какая-то помощь, потому что от детектива такой роскоши не дождешься: тот толкает умные идеи и рыскает в поисках нужной информации, а бумажная волокита по части его коллеги.       Дело оказалось весьма занимательным и Чхве даже втянулся, выдвигая свои теории о загадочном мужчине, которого Сынкван выискивает уже несколько лет. Вообще история очень запарная и Субин в ужасе от того, что дядя еще не отказался от этого мутного дела.       Три года назад в Сеуле начали случаться странные вещи, которые показались детективу подозрительными. И не зря. В декабре женщина совершила самоубийство, не оставив ни записки ни сообщения. Она была обычной дочерью местного прокурора, веселилась с друзьями в клубах и проживала свои лучшие годы как полагает молодой девушке. Все бы ничего, но случаи повторялись вновь.       В январе, на следующий день после нового года, молодой парень примерно того же возраста исчезает, а через пару дней его находят мертвым в собственной квартире. Это даже в новостях показывали и собирали волонтеров для поисков. Сынкван с Верноном естественно были в ряду первых.       Конец января — две подруги были застрелены неизвестным, возвращаясь из клуба домой. История крайне жуткая, после этого случая молодых девушек в том районе стал намного меньше — все сидели дома, не желая высовывать из квартир даже нос, страшно.       Последней каплей стала смерть парня-баскетболиста, который представлял команду Сеульского национального университета и после матча, где их команда снова принесла своему учебному заведению золото, тот был найден в душевой кабинке без дыхания со следами удушья на шее. Отец паренька — депутат и естественно об этом говорили везде. Мужчина обратился ко многим частным предприятиям, чтобы найти убийцу сына как можно скорее. Сынкван тоже получил это дело, за которое обещали не малую сумму. Но время шло, а они все еще в тупике.       Чертовщина какая-то. Но Сынкван был прав, когда сказал что надо копать глубже. Жертв объединяло кое-что помимо их возраста. Клуб, в который все ходили на выходных, чтобы отвлечься от студенческих забот был один. И наркотик, который они дружно употребляли тоже.       Но вопрос в другом. Откуда в их правильной стране взялись наркоторговцы и серийники? Это было его первое крупное дело, и Бу не думал, что поймать преступника будет настолько трудно. Собственно, никого он не поймал еще, но активно приближается к своей цели. По крайней мере думает так.       Эскупс. Он узнал прозвище виновника всех бед только через полтора года, а позже нашел кое-кого очень занимательного и невидимого, будто и нет такого человека вовсе. Сю Минхао. Этот китаец хорошо скрывается, но рано или поздно его методы не срабатывают, открывая детективу новые лазейки.       Только загвоздка вот в чем. Куда они испарились сразу после последнего убийства? Если Минхао иногда появлялся на своей исторической родине, то его начальник будто сквозь землю провалился. Засел на дно и ни слуху ни духу. Субин тоже слышал об этих убийствах, помнится даже с одноклассниками на переменах обсуждали весь этот ужас, строя собственные теории. Но он не думал, что мамин брат занимается этим делом уже столько времени. Какая стойкость, похвально. — Если бы я хотел скрыться, — начал Субин, обращая на себя внимание. — То в принципе, Северная Корея звучит вполне логично — там интернет не ловит, никто на нее не подумает, да и в целом глушь та еще. — выдает он под подозрительные взгляды старших.       Сынкван не выдерживает первым: — Вот скажи, ты совсем дурачок? — все еще не веря, что племянник говорил свои предположения не в шутку, спрашивает он. — Я мог бы понять, если бы ты про какие-нибудь острова посреди океана говорил, но Северная Корея? Ты с дубу рухнул? — Вернон рядом лишь согласно кивает, скрестив руки на груди. — Моя теория тоже имеет место быть, тем более сами вы тоже ничего путного не нашли. — фыркает Чхве и возвращается к стопке бумаг.       Вечер предстоит быть долгим и занимательным, потому что паренек действительно втянулся в дело, имея искреннее желание помочь найти пропавшего преступника.

***

      Пиная камушек на потрескавшемся за многие годы тротуаре, который скорее доломают нежели сделают новый, Бомгю медленно, но верно двигался в сторону дома. Расставаться с Ёнджуном совершенно не хотелось, с ним было хо-ро-шо. Казалось, что стены комнаты старшего и его объятия спасут от всех вселенских бед и катастроф, подобно защитному куполу. К Ёнджуну привыкаешь быстро. Хитрый лис слишком сладок и мил, чтобы не поддаться на его чары. Конечно Бомгю не захочет отпускать того одного в это пугающее путешествие в один конец с единственной попыткой. Все или ничего. И кажется решение уже принято. Бомгю идет ва-банк.       Серьезный разговор с матерью так и не случился. По приходе домой, родителей он там не застал, и прождав так до позднего вечера, вздохнув скорее с облегчением, улегся спать. Это последняя капля, сомнения ушли, а на смену им пришли огромная смелость и уверенность в собственных планах.       Осталось рассказать обо всем Минхао и Хану, но тут тоже не без подводных камней. Безусловно Бомгю доверяет им, да хоть свою жизнь. Парень знает, что они те самые люди, ради которых и умереть будет не жалко (вот это ты загнул конечно). А дорог ли им сам Бомгю? Порой этот вопрос всплывал в потоке его бесконечных мыслей, но быстро уходил на второй план, ведь казался неуместным и глупым. Конечно они тоже дорожат им, столько лет терпят его выходки. Тут два варианта — это дуо либо мазохисты (три года с этим электровеником рука об руку это сильно), либо держат младшего при себе для собственной выгоды. Во второе верилось с трудом, ведь что им может дать бедный школьник у которого проблем выше крыши и в голове кавардак полный.       Его обязательно поддержат, Ёнджун ведь сказал не накручивать себя? Так он и будет делать, друг умный и внутри черепной коробки у него полный порядок, по крайней мере создается впечатление, что он явно в ладах со своими мыслями и доводами в отличие от самого Бомгю.       И вот все снова сводится к этому парнишке с лисьими глазками. В последнее время он заполнил собой все и в любой ситуации первым приходит на ум. Уж лучше Ёнджун, чем тяжелые разговоры с матерью, любовь к которой почему-то испарилась и нет больше тех радостных и счастливых чувств и трепета, ожидая ту с работы. Она вкусно покормила бы, поинтересовалась как поживают его друзья в детском саду и прочитала бы сказку на ночь. Остался лишь некий навязанный самим собой долг. Они родители — ты обязан им.       Сказки ему больше никто не читает.       Щелкнул замок входной двери, и тяжелые отцовские шаги слышались из прихожей. Шел он криво, петляя и спотыкаясь через все подряд. Звон от соприкосновения стеклянной бутылки об паркет, досадное мычание, еще пару шагов. Замертво увалился на диван и через пол минуты храп был слышен и в комнате Бомгю, хотя стены почти картонные это не удивительно. Но где мама?       Решив больше не вслушиваться в происходящее за пределами своей коморки, Бомгю тоже ложится. Завтра тяжелый день, но зато он снова увидит Ёнджуна. Эта мысль действительна грела душу, ведь друг обязательно улыбнется при встрече и скажет парочку воодушевляющих и мотивирующих фраз в своем репертуаре.       Снится ему что-то хорошее не иначе. Утро можно действительно назвать добрым, шаловливые лучики восходившего солнца щекотали глаза, заставляя оторваться от цветных картинок и проснуться. Дома он опять один, а значит мешать никто не будет. Времени осталось совсем немного и Бомгю не намерен тратить его зря.