L'audace inouïe des cœurs amoureux/Небывалая дерзость влюбленных сердец

Валиде Султан уже несколько дней ходила будто кто-то украл у неё невинность, не понимая что происходит вокруг и боясь кому-либо причинить боль. Прекрасно же знала на что способна Махпейкер, особенно если её разозлить. А Дервиш сделал всё, чтобы молодая султанша забыла о спокойствии. Верный ага рассказал, что именно паша и стал причиной ссоры Кесем Султан и падишаха, о которой знали только Валиде и те, кто придумали её существование. Так одиночество и проходило, уже чуть больше дня не было в Топкапы Дервиша паши, а у Кесем складывалось ощущение, что он где-то рядом, да ещё и с целью проследить за её поведением, что не могло быть просто догадкой. Интуиция никогда ранее не подводила девушку, сейчас она же нашёптывала проверить уехал ли визирь на самом деле. - Не стоит думать о Валиде Султан будто от её счастья зависит судьба государства. - услышала голос за спиной, что не был ей знаком. - Ты ещё кто и как тут оказался? С какой радости сразу слова, за которые собственными руками могу голову с плеч знять? - начала заводиться госпожа. - Шюкрюм, Кесем Султан... Думаю, что править нужно Вам и только, не смотря на возраст, но в Вас верит куда больше людей чем в нашу слабохарактерную и не стоящюю за властью Валиде Султан. - говорил спокойно, даже глаз не прятал; да и о правилах приличия не переживал. Этот мужчина был отнюдь не простым жителем империи, а человеком, что имел что-то против династии, ведь никого просто так не пускают сюда. Ладно подкупил бы стражу, но точно бы не оказался тут, не нашёл бы так быстро, да и её прислуга точно бы выпровадила. Девушка смеряла незнакомца презрительным взглядом и осмотрелась. Впервые закружилась голова за этот день, попыталась не принимать во внимание это, пусть и стало не по себе. Одна хатун с гарема, чьё имя не держала память, как-то говорила, что у Валиде Султан есть долг будто перед народом, о котором она и сама не знает. Зря тогда подумала на простые сплетни. Скорее всего, так бы знала что делать дабы обезопасить всю свою семью, но это не так волновало как то, что и Кеманкеш знал о пребывании на територии дворца такой безстатусной особы. Вот сейчас стоял и смотрел из-за дерева, его взгляд чувствовала и спиной, ошибиться точно не могла. Ничьи глаза больше так не пронимали, не могли подарить такого спокойствия и волнения одновременно. - Дорогой мой друг... - прошептала, а после громко обратилась к мужчине напротив: - Вот если бы я считала тебя хотя б способным стать мне другом, то было бы о чём говорить. - посмотрела на дерево, что раньше было сосной, сейчас показалось, что это оливковое дерево из свободной юности, которую никак уже не вернуть. Разве что лишь вернуться с валиде когда-то в тот самый домик, но уже не получится ещё не знать какая на тебе ответственность будет спустя 10 лет. Так и нахлынуло то самое воспоминание в котором в подобные моменты так хотелось укрыться. Тогда для маленькой Кесем всё было словно из Рая, деревья казались серебряными, а некоторые даже золотыми, трава была сивой от тумана, что в её голубых глазах был олицетворением подруги Невинности, - Доброты. Так учила валиде: без доброты не будет что мира, и как не пытайся обмануть таков закон Аллаха, а получится лишь себя оставить ни с чем. Ведь жестокость была незнакомым им словом, не смотря на то, что их отец не был самым справедливым халифом и никогда не проявлял особой любви к матери. - Валиде, а Дервиш завтра с кем гуляет? - Чтобы моя дочка не влюбилась, то несколько дней теперь будет гулять с Ахмедом. Тем более, что он так готовился... Сколько уже выучил новых слов? - Пять тысяч почти, если сосчитать все и где-то сто предложений с ними. Греция никогда не хотела нам кого-то отдать как учителя? - М, смешной. А валиде нам зачем? - девочка рассмеялась и подсела к матери, даже подумать не могла, что вскоре в Хандан Султан полетит стрела и спасёт лишь чудо. Или же тот, кто промолчит о своём смелом поступке.