Рассвет Джакураи

      *оставим не надолго Хосока в покое, и вернёмся немного назад во времени.       Набив желудок гигантским бигмаком, Джей Кей вышел из кафешки допивая по пути свой спрайт, выкинул жестяную баночку в мусорную урну, и направился к машине.       "Сколько можно там торчать чувак? Ты бы хоть притворился, что не следишь за теми окнами, и за мной." - боковым зрением наблюдая за тенью, притаившейся в углу.       Парня немного выбешивало, что босс назвал его настоящим именем, а не сокращением, или прозвищем. Он уже успел пожалеть, что когда-то давно, ещё будучи подростком, при первой встрече с Джакураи, назвал именно его. Теперь, хотелось на зло боссу переспать с его другом. Просто, чтобы посмотреть на его красную от ярости физиономию, когда узнает об этом. Ну и конечно, ради удовольствия. Хосоки - неуверенная в себе конфетка, а Джей Кей - тот кто развернёт её, и съест, не торопясь.       Сидит в машине, гуглит все места в Финиксе, где можно переночевать без бронирования. Неуклюжая тень наделала шуму, уронив что-то, ушла чуть назад. Кролику это надоело, да и скучно уже.       Как бы между делом проверяя содержимое багажника, не вызывая подозрений, резко срывается с места, и бежит к тому углу, где прячется неопытный следок. Заметив быстро надвигающегося парня, тот пытается ретироваться, но терпит поражение сразу по двум причинам. Во-первых, Джей Кей очень быстрый, и вполне мог бы представлять страну на олимпиаде. Во-вторых, не так то просто убегать от погони, когда храмаешь на одну ногу, да ещё и трость обронил.       Фиолетовый кроль молниеносно прижимает к стенке бедолагу, и тащит прямо по ней же на свет. Какой же измотанный у него вид.       - ты чего тут делаешь, хромоножка? - физически, они почти на равне, если не считать, что Джей Кей абсолютно здоров, в отличие от его жертвы.       - гуляю. Отвали! - злобно щипит пойманный, отпихивая от своего горла чужую руку, прижавщую его. Парень на это, издевательски придавливается всем телом.       - ну, в следующий раз, перед тем как выйти погулять, сходи на курсы слежки для чайников. Я уже часов пять за тобой наблюдаю, если не больше. - "издалека он казался поменьше."       - не лезь не в своё дело. - пытается использовать подхваченную трость, чтобы вырваться, ударить ею парня, но тот блокирует его заблаговременно.       - это моё дело, если ты следишь за моим боссом, и его приятелем. Выкладывай, кто ты, и чего надо? - Джей Кей веселится, пока парень в его тисках тщетно старается улизнуть. Взгляд ещё такой пронзительный, грозный. Мог бы напугать, будь перед ним кто другой. - Ой да ладно, не ёрзай ты так, а то я возбужусь.       - пошёл ты!       - с радостью, как только ответишь на мои вопросы. - придавил горло сильнее, вызывая у парня асфиксию, и смирение. - То то же. Как тебя зовут боец?       - Намджун. - кашляет, когда горло отпускают, вдыхает воздух часто.       - Намджун значит. Зачем ты следишь за той квартирой, за кем конкретно ты следишь, и зачем это делаешь? - не даёт расслабиться Джей Кей, не даёт толком отдышаться, чуть придавливая снова.       - там мой друг, Хосок. Я хотел пойти к нему, уже ходил несколько раз. Он не открывает. Этот, твой босс, кажется мне знакомым. Решил посмотреть пока, подождать. - глаза тускнеют с каждым словом, будто жизнь из них уходит.       - господин Хосоки популярен. А чего храмаешь, Намджун? Как это случилось, расскажи?       - нахрена тебе это знать, псина крашеная? - рявкает гневно. Взгляд зажигается ненавистью.       - как грубо! Предпочитаю зваться Фиолетовым кроликом. - надменно улыбается, приближается к лицу закипающего пленника. - Ну чего ты Наму, не ломайся.       - медвежий капкан. - Нам подаётся навстречу, тихо щепчет почти в самые губы, а затем внезапно дёргает коленом вверх, совершая болезненный удар по паху парня.       Когда скрутившись от боли, и неожиданности хода, Джей Кей отпускает его, и падает на асфальт, Намджун подбирает свою выпавшую вновь трость, и лупит ей по ногам парню на прощание. Кроль охает от боли, сдерживается сильно.       - вот же гад! - смотрит вслед удаляющемуся человеку с тростью. - Я тебя достану хромоножка. - кричит в след.

* * *

      Из родительской спальни доносится глухой смех. Старший сын стучит коротко, входит. О его возвращении, и желании аудиенции, отцу и мачехе, уже доложила прислуга. Его были готовы принять.       Кадзу полулежит в постели, супруга в этот самый момент подносит ему чашку горячего чая, а затем и пасынку предлагает. После поклона, отказавшись жестом руки от напитка, Джек делает два шага вперёд.       - ближе не подходи, ты привёз с собой эту американскую вонь. Зачем было тащить это ко мне, не мог сначала вымыться? - Нина отводит глаза в сторону, как и всякий раз, когда муж перед ней оскорбляет, или унижает сына.       - простите господин. - уже на грани. Каждое слово, как удар. Он зашёл поприветствовать отца, выразить своё почтение, как полагается, почему-то надеясь, как и каждый раз, что теперь то, что-то изменилось. Тщетно.       - ты мог бы дать мне повод для гордости, если бы сделал всё как надо, и занимался делами семьи. Но ты улетел развлекаться, когда клан переживал переломный момент. - не глядит в сторону первенца, равнодушно попивает ароматный чай. Мята и ромашка обволакивают собой всю комнату, опускаясь прямиком в лёгкие.       Джек бросает резкий взгляд на мачеху, отвечающую ему виноватым. Ничего. Он не ждал защиты, или помощи.       - простите...       - хватит мямлить! Простите. - передразнивает отец тонким голосом. - Ты, Джакурай, сплошное разочарование. Лучше бы, я оставался бездетным, чем такие жалкие отпрыски мазолили мои глаза. - удостаивает презрением. - Уйди прочь!       Разворачивается к выходу из комнаты, опускает ладонь на ручку двери, но замирает.       - когда-то, я любил тебя, и чтил, но... из-за твоего отношения, эти чувства прошли. Теперь, я уважаю тебя, я верен тебе, и беспрекословно выполню любую твою волю, лишь потому, что любил и уважал своего дедушку. Человека, который вырастил тебя. Всё что я делаю, делаю в память о Кине Хирака, только ради него. - сердце кажется горит от напряжения. Джек никогда не думал произносить вслух правду, смотря смело в глаза отцу.       - закончил? Хочешь чтобы я пожалел тебя?! - усмехнулся Кадзу.       - я не вру, и не притворяюсь как они, мои слёзы настоящие. - в подтверждение, по щеке катится одинокая слезинка, горячая, наполненная всей болью потерянного детства. - Если бы ты знал меня, то понял бы это. Но мне стыдно показывать тебе себя, потому что знаю, тебе не понравится. Я не показываю себя настоящего, из страха несоответствовать твоим идеалам. Хотя как ни стараюсь, всё равно не могу дотянуться до них. Всё чего я хотел в жизни, это чтобы ты гордился мной, и любил. Я никогда не буду достаточно хорош для тебя. - быстро покидает комнату, не забывая прикрыть за собой дверь, и вместо того, чтобы подняться к себе, направляется в сад, дабы остудить сердце под цветущей кроной мощного вяза.       - зачем ты с ним так?! Джаку ведь хорошо себя показывает. И эта поездка... я его убедила.       - он всегда был слишком чувствительным мальчиком. - допивает чай, отдаёт чашку Нине. Та неверяще приподнимает брови.       - уверен, что мы говорим об одном и том же человеке? - присаживается рядом, подтыкая одеяло, чтобы Кадзу не ощущал холода, хотя в комнате достаточно тепло.       - что бы он там не думал, я знаю своего сына. Знаю его лучше, чем он сам.       - тогда почему?       - я... уже и не помню всех причин. Сначала, это было для его защиты, потом вошло в привычку. Не разбив пару яиц, амлет не сделать.       - я не понимаю.       Муж ведает ей историю своей жизни, рассказывает о первом браке, о необходимости второго, и том как Яико поставила условие, "твой сын откажется от законных наследников и вступления в брак, или свадьбы не будет", как заставил сына дать слово, и как тот принёс клятву перед его людьми.       - это был первый, и последний раз, когда Юдзуру смотрел на меня с презрением в глазах. Когда мой самый верный друг, посмел осудить меня при других. За пределы нашего круга это не вышло, и больше не произносилось вслух. Так же, это был, и остаётся единственный раз, когда я жалею о своём поступке.       - тогда почему не изменить всё сейчас? Почему не сказать Джаку, что он может завести семью, что...       - это не так работает любовь моя. Нельзя просто принести клятву перед свидетелями, а потом отменить её.       - несправедливо. - вот и второй человек, смотрящий на тебя с осуждением в глазах, при том любящий всем сердцем.       - в мире людей справедливости нет, и быть не может. - берёт её ладонь в свою, крепко сжимает, и приподнимается, чтобы быть ближе. - Теперь, дай ты мне слово, что сделаешь то, о чём мы договаривались, когда я умру.       - нет. Это будет напрасно, ты не умрёшь так скоро. Сам слышал, врачи сказали...       - пообещай мне, что сделаешь это! - настаивает супруг. Девушка кивает сжав губы. - Произнеси вслух.       - я обещаю, что если тебя не станет, до того как придёт указанное время, я уеду сразу после твоих похорон, и следуя нашему плану, исчезну навсегда из поля зрения клана Хирака. Обещаю, что никто, и никогда не узнает правду.       - хорошо. Больше я не ошибусь. Так, будет лучше. - нежно целует свою жену, прижимает к груди, убаюкивая тревогу тишиной, и теплом.