Жертвы

Платформа 9¾ было заполнена куда меньше, чем обычно. Негромкий гул голосов родителей и детей почти не долетал до её дальнего конца, где на чемодане одиноко сидел герой магической Британии под оборотным зельем. А всё потому, что МакГонагал и Шеклбот упёрлись и не разрешили ему аппарировать прямо в Хогвартс. Даже в Хогсмид не дали. "Это традиция, Гарри". "Тебе нужно чаще выбираться на люди". Ни один из этих аргументов не раскрывал истиной причины отказа, но спорить он не стал. Согласился и сделал по-своему. Оборотка закончит действовать через часа два, когда он уже найдет в поезде тихое купе, закроет его чарами и спокойно проспит всю дорогу. Спать и правда хотелось неимоверно. Последние недели времени на сон было маловато. Особенно, когда после наступления совершеннолетия он прошел процедуру принятия Рода, о чем не соизволил сообщить заранее в Министерство и из-за чего выслушал множество упрёков. Мол, всё могло пойти не так, ему рано брать на себя такую ответственность, он не готов, это лишняя нагрузка. От такого становилось смешно - бороться с Волдемортом готов, а быть главой Рода, из которого остался только он сам, не готов. Хотя дел и правда прибавилось, но далеко не по тем причинам, что предполагались. Просто Гарри решил как можно быстрее понять, что же это такое - магические Рода, их преимущества и недостатки. А кроме того его не отпускала идея о получении маггловского образования, на что также уходило время и силы, ведь репетиторы (за его хорошие деньги) взялись за него всерьез. И последнее достижение - покупка маленькой квартирки в тихом районе - без свидетелей и преследования просто озверевших с момента, как он стал лордом, журналистов, тоже требовало усилий. В целом Поттер был доволен собой. Конечно, он не стал большой фигурой, хотя раньше и был уверен, что Герой - это уже очень много, но вся послевоенная суета показала, насколько это в действительности ничтожно для власть имущих. Слава преходяща. Даже такая, как у него. Сегодня ты герой, тебя чествуют и носят на руках, а завтра - всего-то эпизод огромной истории магического государства. Твои заслуги признаны и по ним тебе выдано по списку - гласно или негласно, но все привилегии вроде первоочередного зачисления в высшее учебное заведение по желанию, скорость и качество обслуживания в лавках и магазинах, внимание окружающих, нравится тебе это всё или нет, идут во взаимозачёт. Мол, общество благодарно. А вот связи и деньги - это куда более тонкие материи, чем мог предположить мальчик, проживший полжизни в чулане. Оказалось, что обзаводиться как одним, так и другим, это целое искусство. И постигать его пришлось в ускоренном темпе. Благо он не остался с проблемами один на один - помогали Кричер и Андромеда Тонкс, с которой у него были хорошие отношения, особенно благодаря его заботе о маленьком Тедди. Но непередаваемо ценными оказались советы портрета Северуса Снейпа, однажды доставленного домовиками Малфоев. Это был подарок от миссис Малфой к его совершеннолетию. Самый лучший подарок. Но время! Его катастрофически не хватало. Бодрящие зелья, что варил Кричер, не заменяли полноценного отдыха. Потому и решился он на оборотку, предчувствуя, что иначе покоя в дороге ему просто не видать. Рона и Гермиону он предупредил, чтобы не волновались, а остальные как-нибудь переживут без знания о местонахождении героя каждую секунду. Поезд прибыл, обдав платформу густыми клубами пара. Подхватив чемодан, Поттер направился к последнему вагону. Здесь было тихо. Первокурсники садились ближе к голове, средние вагоны облюбовали группки старожилов, а тащиться в конец платформы мало кто хотел. В основном признанные маргиналы, вроде старших слизеринцев, и он. Свободное купе нашлось быстро. Замечая незнакомое лицо, слизеринцы не спешили подсаживаться. Он уже надеялся на полное благословенное одиночество и собирался закрыть купе, когда в очередной раз распахнулась дверь и перед ним появился Малфой. Окинул его внимательным взглядом, хмыкнул и спокойно зашёл. Запер дверь. Молча уселся напротив. Достал из сумки какой-то фолиант и погрузился в чтение. Гарри бросил взгляд на часы. Наверняка это будет забавно - наблюдать за мимикой блондина, когда он примет свой настоящий вид. Он усмехнулся, представляя удивление Малфоя. Такая себе мелочь, которая странно грела душу. Поезд мерно раскачивался, Малфой читал, а Гарри исподтишка рассматривал блондина и думал. О разном. О том, как странно не желать вцепиться слизеринцу в глотку, не ненавидеть, не бояться, не презирать. Просто сосуществовать в одном пространстве. Видеть слабости друг друга и не делать из этого повода для насмешки. Вспомнилась маггловская больница и осознанное им тогда чувство несоответствия Малфоя и обстановки. Сейчас же, в светло-голубом джемпере, серых брюках и сникерах, он удивительно вписывался в это купе с потертыми сидениями и поцарапанными деревянными панелями. Он и его книга уютно дополняли картинку мирного путешествия. Молчание не тяготило, не вызывало неловкости, как с незнакомцем, а было именно таким, о каком можно только мечтать - доверительно наполненным. Пытаясь разобраться в своих ощущениях, Гарри незаметно уснул. - Поттер. Эй, Поттер! - насмешливый голос вырвал из сна, Гарри ошалело закрутил головой, соображая где он. - Ты храпишь, когда спишь сидя. Может, приляжешь? - А? Ага, - он захлопал глазами, потер затекшую шею. И случайно бросив взгляд в зеркало на двери, понял, что оборотка ещё на месте. - Вот блин... Как ты меня узнал? - Если скажу, что по запаху, поверишь? - блондин откровенно забавлялся. - А если серьезно, я слишком хорошо тебя знаю. Удивительно даже, насколько! Да и кому ещё пришло бы в голову прятаться под обороткой среди слизеринцев? Если бы ты сразу заперся в купе, никто бы не узнал, а так... - Хочешь сказать, что меня узнал ещё кто-то? - Прежнее довольство собой и собственным планом рушилось, как карточный домик. - Ну, видели-то немногие, да и не узнали, конечно. Но у нас сейчас настороженное отношение к незнакомцам, сам понимаешь. А тут ещё и тебя не видно. Грейнджер с Уизли давно в вагоне и явно не волнуются. Поэтому мгновенно пошел слух, может это ты тут сидишь. Вот я и решил взглянуть. - И что, прямо сразу узнал? - Поттеру было до нелепого важно это услышать. - Ты удивишься, но да, сразу, - Драко улыбнулся самодовольно, привычным жестом откинул со лба волосы. А Гарри почувствовал, как внутри растекается незнакомое тепло. Он почему-то был уверен, что ни Рон, ни Гермиона его бы не узнали так быстро. Да, они друзья и знают друг друга очень хорошо. Пережили столько вместе. Но и в том, что сам узнал бы Малфоя с полужеста, даже под обороткой, был уверен безоговорочно. Почему? Слишком долго наблюдал за ним, ожидая подлости? Знал тысячи выражений лица, миллион жестов и бесчисленное количество полутонов его голоса. Да влюбленные так не знают своих!.. На этой мысли внезапно стало неловко, он почувствовал, что краснеет. Это ведь и правда странно. И додумывать резко расхотелось. - Ого, как покраснел! - конечно же блондин заметил. - Да не стыдись ты. Это же нормально, если столько лет наблюдать за каждым шагом врага. Ну, мы же не были друзьями, правда? - показалось, что воспоминание о вражде вызвало у Малфоя чувство неловкости. Поттер согласно кивнул. - Вот и знаю я тебя куда лучше, чем другие. Наверное, лучше даже твоих друзей. - Ну да, - глупый язык не хотел просто лежать во рту, - не каждый влюбленный так следит за своей пассией... Гарри осекся, испуганно моргнув. Вырвалось. Просто вырвалось! А Малфой сейчас его проклянет и конец этим странным отношениям... Но тот как-то удивлённо взмахнул ресницами, замер. Потом по щекам поползли розовые полосы. Повисла неловкая пауза, во время которой оба старались смотреть куда угодно, только не друг на друга. В этот момент Гарри почувствовал, как заканчивается действие оборотного, с лёгкой дрожью и неприятными ощущениями тело принимает привычную форму. Он с силой потёр лицо, возвращая ощущение себя, и взглянул на всё ещё молчащего Малфоя. Тот отвернулся к окну и Гарри не мог полностью разглядеть его лицо. Видно было только край скулы и слегка розовую щёку. Светлые волосы, заправленные за ухо, были подсвечены вечерним солнцем и казались золотыми. Сердце отчего-то дрогнуло. - Красиво... - снова вырвалось само, Гарри тут же в ужасе захлопнул рот и для верности прижал к нему кулак. - Что? - Малфой повернулся. На лице замерло несколько растерянное выражение. - Э-э-м, - это гриффиндорская тупость или же честность, а, может, слизеринская расчётливость заставили продолжить. - Красиво говорю, - Гарри кивнул в сторону окна и не успел Малфой до конца облегчённо выдохнуть, как он продолжил. - Солнце у тебя в волосах очень красиво. И ты... Сам... Хотелось провалиться под землю. Наверное, это странно - говорить такое парню. Особенно Малфою. Но слова вырывались сами. И к собственному недоумению и стыду Гарри понял, что от этого чувствует удивительную лёгкость. Пусть прошлое останется в прошлом. А что же происходит сейчас, он сможет подумать и дать определение позже. Если его не заавадит Малфой. Но тот просто уставился на Поттера с выражением крайнего потрясения. И Мерлин побери - это его не портило! В конце концов Гарри пробормотал что-то вроде "извни", отвернулся к стене и попытался уснуть. В этот момент он просто безумно радовался своей усталости, которая сделала своё дело и он уснул. - Поттер... - Малфой легко тронул его за плечо, стараясь разбудить. Во сне Гарри разметался по сиденью, одна рука свесилась, другая запрокинулась за голову. Волосы немного отросли, но пряди были ещё слишком короткими, чтобы закрывать шрам. Лицо без привычных очков выглядело более открытым. А пока он спал рядом, так спокойно и безмятежно, как Драко и не мог бы себе раньше представить, он мог позволить себе расслабиться и изучать. - А? - Гарри резко подскочил, едва не снеся рукой разложенный столик. - Что? - Мы подъезжаем, - Малфой выглядел таким же спокойным, как и обычно, будто не было никаких между ними неловких моментов. - Спасибо, да, - Поттер заторопился, доставая и надевая мантию. - Я, наверное, опять храпел? - Нет, - губы блондина слегка изогнулись в улыбке. - Только болтал. - Я разговаривал во сне?! Мерлин! - Ага. Разбалтывал пароли от сейфов в Гринготтсе и жаловался, что тебе не хватает... внимания. - Малфой запнулся перед последним словом и Поттер почувствовал, что хотел он сказать нечто другое. Например "любви". Но в свете недавнего это могло бы звучать совершенно двусмысленно, что только продлило бы это ощущение странной неловкости между ними. Гарри решил не заострять. - Пароли? - чуть громче, чем требовалось преувеличенно переспросил он. - Это хорошо, продиктуй мне, а то я их вечно забываю. - Никогда не сомневался в твоей отвратной памяти, - Малфой улыбнулся чуть больше. - Да ладно, Малфой! Важное я запоминаю так, что и Обливиэйт не вышибет. Снова повисла пауза. Уже не такая неловкая, но и не слишком уютная. Поттеру захотелось вернуться к тому моменту, когда ещё не вырывались из него странности. Он опустил глаза и стал считать трещины на полу. - Эй, Потти, - блондин тихо наклонился вперёд, сокращая дистанцию. - Ты слышал о теории подвесного моста? - Подвесного моста? - Гарри взглянул на него. Серые глаза в полутьме казались прозрачными. - Да. У магглов об этом часто упоминают. Не слышал? - Нет. - Ясно. Это такая теория, что люди, пережившие что-то страшное, катастрофическое вместе, в смысле спасшиеся вместе от опасности или что-то подобное, начинают ощущать друг к другу сильную симпатию. Часто бывает, что им кажется, что это настоящие чувства. Но всё быстро заканчивается, стоит только начать жить обычной жизнью. Ты понимаешь? Гарри понимал. Малфой нашёл отличное объяснение. И он мог бы даже согласиться с ним, если бы не одно но. Теплое дыхание блондина, что касалось лица и вызывало желание придвинуться ещё ближе. - Понимаю, - в любом случае, это хороший выход из ситуации. Нужно просто жить дальше, а там будет видно, так он решил. - Главное, чтобы... Договорить он не успел, в купе постучали. - Гарри, ты там? - позвал голос Гермионы из-за двери. Малфой легко взмахнул палочкой, отпирая купе и молниеносно отодвинулся. В купе зажёгся свет. - Да, я здесь, - он был рад видеть друзей и в то же время хотелось, что пришли они позже. - Отдохнул? - Рон шагнул вперёд с широкой улыбкой, но заметил Малфоя и тут же скривился. - А ты здесь что забыл? - Охранял сон героя, что не ясно? - ехидно отбрил блондин, складывая на груди руки и ухмыляясь. - Остынь, Рон, - Поттер примиряюще развел руками. - Давай, присядь, и ты, Гермиона. Вы уже всех наших видели? - Наших достаточно, - Рон опустился рядом, подталкивая Поттера к окну, чтобы Гермиона села рядом. Та лишь отмахнулась и опустилась на сидение напротив, рядом с Малфоем. Тот беззвучно поаплодировал ей и откинувшись на спинку сиденья стал смотреть в окно. Рон обижено насупился. - Это хорошо, я думал, мало будет народу, - Поттер был искренне рад, что скоро снова будет окружён знакомыми лицами. - Не знаю, Гарри, - Гермиона покачала головой. - Ты почти всё лето пропадал и наверное не в курсе, но... Скажем так, никто не остался неизменным. Может, не всё тебя обрадует. - В смысле? - Понимаешь... - Гермиона мельком взглянула на Малфоя. - Очень многие уверены, что всем Пожирателям место в Азкабане. А ты просто добренький и глупый, хотел всех спасти. - Так и говори, Грейнджер, - заговорил Малфой, - что они желают довести до конца то, что их родители или знакомые не успели после суда. И им не нравится,что Поттер своим "благородством" может им помешать. Опять. - Ты прав, Малфой. Многим ты как кость в горле, - девушка спокойно согласилась. - Как меня это достало! - Поттер хлопнул ладонью по столику, тот печально заскрипел. - Это же просто идиотизм какой-то. Почему нельзя просто двигаться вперёд? - Потому что им плохо, герой. И нужно спустить пар, - не смотря на ожидающие неприятности, Малфой был спокоен. - И я тебя прошу, очень прошу, постарайся не вмешиваться! - видя явное несогласие Поттера, он смирился. - Ну, хотя бы не сразу. Дай мне возможность... Нет. Дай им время почувствовать себя круче, чем они есть. А потом всё станет на места. Если я буду видеть, что не могу держать всё под контролем, я тебе скажу. - Обещаешь? - Гарри хмурился, понимая что слизеринец как бы и прав, но согласиться с ним было трудно. - Обещаю! - Малфой легко улыбнулся. - Поверь, справиться с эмоциональными детьми куда легче, чем с отмороженными взрослыми. Ты же понимаешь? - Понимаю...