Жертвы

В больничном крыле было тихо. Присев на стул, Гарри ждал результатов... Оставаться в Хогвартсе на праздники не хотелось. Молли звала в Нору, но это тоже был не вариант. Как только Гарри представлял усиленно пичкающую его пирогами миссис Уизли, сразу от передоза сахара сводило зубы. В последнее время она стала не в меру навязчива, будто что-то не давало ей покоя и заставляло писать Гарри письма, приглашать в гости, присылать шарфы и носки, посещать Хогвартс чуть ли не по два раза в неделю. Когда он видел её восторженный взгляд с лёгкой дымкой, отчего-то мороз продирал по коже. Но в остальном Молли вела себя как обычно. МакГонагалл говорила, что женщина просто пытается заполнить пустоту от потери сына и нужно набраться терпения, дать ей время. И именно эта особая забота со стороны директора настораживала. Особенно если связать "обострение" с исчезновением из Хогвартса Малфоя. Самое печальное,что поговорить о своих подозрениях Поттеру было не с кем. Рон при одном упоминании матери начинал злиться и отмахиваться. Его самого жутко раздражал этот из ниоткуда взявшийся контроль. Хотя его-то она как раз и не слишком контролировала. В основном доставалось Джинни и Гарри. Но свою лепту в отношения Рона и Гермионы вносила. Не слишком позитивную. Она, конечно, любила Гермиону и желала сыну добра, да вот учитывать, что они и сами достаточно взрослые, чтобы решить, нужно ли им заключать брак и чем заниматься до него, никак не хотела. Из-за таких набегов Гарри часто уходил бродить один в Запретный лес. Среди темных укрытых снегом деревьев, среди загадочной тишины ему было спокойнее. Иногда ему даже хотелось, чтобы ну хоть кто-нибудь на него напал, хотелось выброса адреналина, беготни, движения. Хотелось орать и сражаться. Просто чтобы выплеснуть весь гнев, обиду, безнадёжность. Миссис Малфой прислала письмо, в котором поздравляла с наступающими праздниками и сообщала,что Драко покинул страну. Он перевелся в Дурмстанг. Ещё на два года. Будет проходить особую программу по зельям и проклятьям. И, если ему там будет легче, останется в Европе. Что означает это "легче" и как именно "легче" должно стать Малфою, Гарри себе не представлял. Прочитав письмо он понял только одно - ему легче не будет. Осознание того, что нет рядом человека, так долго занимавшего приличную часть жизни и настолько глубоко проникшего в самое сердце, заставило скрючиться от вполне реальной боли. Рези в животе длились несколько дней и в конце концов он оказался в больничном крыле. - Не знаю, кому это нужно, мистер Поттер, - мадам Помфри была явно озабочена, - но я обнаружила в вашей крови остатки неизвестного мне зелья. Некоторые компоненты вы не переносите, что и привело к болям в желудке. Я скажу директору... - Не нужно! - Гарри схватил женщину за руку. - Пожалуйста. Не нужно никого беспокоить, я разберусь сам. - Но это ответственность школы... - Мадам Помфри, - парень криво усмехнулся, - давайте не будем об ответственности школы и тому подобных вещах. Вся моя жизнь в стенах Хогвартса... Вы ведь понимаете, о чём я? - Понимаю... И мне так жаль, мистер Поттер! Я никак не могу понять, почему всё это должен был пережить такой мальчик, как вы. Вам ведь и так было нелегко. И мы, взрослые, должны были оберегать, а не сваливать на вас наши проблемы... - Благодарю вас... - сердце согрелось от искреннего сопереживания. - А вы не могли бы записать для меня, что вы обнаружили в моей крови? - Да, конечно. Я подготовила список, собиралась показать директору. Но если вы настаиваете... - Да, я настаиваю, чтобы это осталось между нами. А директору можете сказать, что у меня несварение и бессонница. Это ведь тоже возможно? - Скорее всего, некоторые компоненты могут приводить к эмоциональной нестабильности и нарушениям сна. Если она спросит... - Возможно и не спросит. Мадам Помфри пристально посмотрела на Гарри, вынула из кармана передника лист пергамента и пузатую бутылочку. - Это не именно антидот, поэтому будьте внимательны. Я сварила зелье общего действия. Если бы здесь был профессор Снейп... Он наверняка смог бы помочь. - Благодарю за рекомендацию, мадам Помфри, - Гарри улыбнулся. - У меня будет возможность посоветоваться с его портретом. - Ах, это правда? Какое облегчение! Тогда подождите, сейчас я вам передам мои записи по этому случаю. Вы, кстати, не первый. У мистера Малфоя было подобное и тоже с аллергической реакцией. К счастью он получил гораздо меньшую дозу. И видимо самостоятельно принял меры, потому как ко мне больше не обращался. Он тоже не хотел сообщать директору, но оно и понятно, ведь ему здесь были не слишком рады. Бедные дети... Пока медиведьма искала свои записи, Гарри лихорадочно думал. Кто бы не давал ему это "непонятное и не полезное зелье", он наверняка находится где-то рядом. Кто-то, кто легко может добавить его в пищу в Большом зале. Или принести в гостиную готовые пироги "только для Гарри"... Но как же тогда Малфой? Кто и зачем это затеял? Получив записи, он вышел из лазарета, огляделся, достал Карту Мародеров, проверил, действительно ли он тут один. И вызвал Кричера. Вручил ему ворох бумаг с поручением передать всё портрету Снейпа. Сразу стало немного спокойнее. В тот вечер он особенно внимательно наблюдал за всеми, кто подсаживался к нему в гостиной, находился рядом в Большом зале, просто стремился к общению с ним, хватая за руку или хлопая по плечу. И ничего. Все были обычными, суетливыми, предвкушающими приближающееся Рождество. То и дело кто-то из девушек начинал напевать рождественские песенки, переглядываться, оживленно обсуждать списки подарков. Даже Гермиона писала этот злосчастный список, долго обдумывая каждую строчку и задумчиво водя пером по щеке. Рон сидел рядом с ней откинувшись в кресле и безучастно глядя в потолок. Ему явно были до лампочки и предпраздничные суета, и подарки. Почувствовав взгляд Поттера он вопросительно глянул в ответ, потом, через секунду кивнул головой в сторону спален, приглашая к разговору. - Я хочу уехать с Гермионой на праздники, - с ходу огорошил он друга. - Не знаю почему, но домой не тянет абсолютно. Поедем в Дублин. Уже все билеты приготовлены, гостиницу забронировал. Конечно, нужно ещё ей сказать... Надеюсь, она не будет сильно против. - Наверное... - Поттер смотрел на Рона и понимал, что что-то изменилось. Вот они такие же друзья, он за Рона любого порвет и это взаимно. Но... Как-то незаметно прошло то время, когда Рон и Гермиона были его опорой, его самыми важными людьми, когда их интересы он поставил бы выше своих. Сейчас для него был в первую очередь важен он сам, во вторую (и тут можно было бы заавадить себя от абсурдности ситуации) Малфой, Мерлин побери эти чувства. И лишь на третьем месте стояли друзья. Остальной мир болтался где-то в конце списка приоритетов. Раскрыв свой маленький секрет Рон сразу повеселел. Даже поинтересовался планами Гарри. И совсем не удивился, когда тот высказал желание провести праздники дома. - Если тебе будет одиноко, приезжай в Дублин. Прогуляемся, - Рон добродушно ткнул его кулаком в плечо. - Симус так нахваливал этот город, что мне даже нетерпится там побывать. - Я подумаю, - Поттер улыбнулся. - Но не хочу вам мешать. Вам гораздо лучше побыть вдвоем. - И это верно, - Уизли согласно закивал. - Я уже устал от школьной толкотни, от домашнего бардака. Мама ещё какая-то странная в последнее время. Давит это всё. Ладно, пойду к Гермионе, а то она в список такого понапишет, что обалдеешь! Когда Рон ушел, Гарри задумчиво присел на кровать. Значит, не только ему Молли в последнее время казалась странной. Но додумать эту мысль он не успел. С тихим шорохом рядом с ним появился Кричер со свертком в руках. - Профессор Снейп передал, что вам нужно срочно появиться домой. Вот, здесь записка и нужные вещи, - домовик поклонился и так же исчез. В свёртке оказались две керамические бляшки, старый проржавевший ключ, набросанная от руки карта и письмо с инструкциями. "Идите к директору, скажите, что вам срочно нужно домой по неотложному делу. Точную причину не называйте. Скорее всего, вам откажут. Пока будете в кабинете, спрячьте в прихожей у двери эти бляшки, О них позже. Потом спускайтесь к заброшенным классам. По карте найдете старый класс ЗОТИ. Мантию не забудьте. Ключ от класса. Там камин. Порох за статуей филина на полке. Поспешите." Долго думать Поттер не стал. Через несколько минут он уже шагал по гулким вечерним коридорам. МакГонагалл была у себя. Гарри показалось, что она совсем не удивилась его приходу и даже как будто ждала. - К сожалению, я не могу разрешить вам покинуть школу, - она отодвинула от себя недописанный пергамент. - Это противоречит правилам. Кроме того, вам было бы хорошо провести праздники среди людей, а не в этом вашем... склепе. Я, конечно, не могу вам запретить, но хотя бы проведите это время с семьёй Уизли. Или оставайтесь здесь. - Благодарю за заботу, директор, - Поттер учтиво склонил голову, пряча гримассу раздражения. - Но я всё же поеду домой. - Вот как... Хорошо. Но сегодня я запрещаю вам покидать школу. - Я понял, директор, - Гарри поднялся и попрощался. У выхода он чуть замешкался, оставляя керамические бляшки в ворохе вещей на столике. Его давняя знакомая статуэтка будто невзначай прикрыла собой одну и приветливо помахала Гарри. Он улыбнулся ей и легонько прикоснулся к крохотной металлической ручке. Поттер долго ждал, пока в их спальне все уснут. Закутался в мантию-невидимку и тихо выскользнул из комнаты. Путь к заброшенному классу показался бесконечным. Искомое помещение находилось в неприметном тупичке, где, судя по пыли на полу, очень давно никто не бывал. Ключ с резким скрипом повернулся в замке и он скользнул в класс, закрывая за собой дверь на засов. Бледный огонек от палочки не разгонял темноту полностью и нагромождения старых парт, стульев, манекенов и шкафов отбрасывали неверные пугающие тени. Подумалось, что Снейп специально выбрал это место, из вредности. Гарри усмехнулся этим мыслям. Профессор был не простым в общении, но они уже нашли те границы, через которые не стоит переходить. Теперь общение с ним доставляло Поттеру особое удовольствие, как будто он получал нечто, без чего его организм не мог сохранять бодрость. Как при общении с Малфоем. Уж в своей язвительности они были похожи. Мысли о Драко вернули чуть притихшую грусть. Гарри тяжело вздохнул и стал разгребать хлам на каминной полке. Филин нашелся не сразу. Горшочек с порохом был почти пуст, но на пару раз должно было хватить. Сам камин доверия не внушал - заросший пылью и паутиной, почерневший от времени , с рассыпающийся кладкой. Не доверял Гарри таким вещам. Но Снейп сказал воспользоваться им, а ему Поттер верил. Взяв щепотку пороха, что был прилично смешан с пылью, поморщился, назвал свой адрес и шагнул в зелёное пламя. В гостиной его ждали Кричер, услужливо стянувший с него грязную после перехода мантию и тут же умчавшийся её чистить, легкий ужин на столе и хмурый Снейп. - Вы не слишком торопились, а речь, между прочим, идёт о вашей жизни! - профессор постучал пальцем по раме. - Доброй ночи, профессор, - Гарри улыбнулся. - Я жив, а значит всё можно будет исправить. Если бы было что-то катастрофически срочное, вы бы не отправили меня к директору. - Не отправил бы. Ладно. Ешьте. Это сейчас вам будет полезно. - Я ужинал... - Я сказал, что вам нужно это съесть! Ещё вопросы? - Нет, конечно же нет, - Поттер торопливо присел к столу и быстро расправился с несколькими кусочками хлеба, намазанными чем-то синеватым, и черными помидорами. Сразу же после еды по телу прокатилось тепло, усиливающееся постепенно и в конце концов оставшееся в ногах. - Что-то ощущаете странное? - Снейп внимательно следил за ним. - Да... Тепло. - Это хорошо! - он удовлетворённо усмехнулся. - Кто-то пичкал вас очень интересным зельем, мистер Поттер. Мне оно хорошо известно, так как автором его являюсь именно я. - Вы?! Но ведь это не вы мне его давали? - Гарри был потрясён. - Что за чушь? Конечно же нет! - Снейп недовольно фыркнул. - Тем более, у меня его нет. А вот есть оно в Хогвартсе, в одном из сейфов Дамблдора. - Что это за зелье? - О, это нечто удивительное. По просьбе Дамблдора, я приготовил зелье, что подавляет волю и влияет на разум и эмоции. Принимающий его постепенно забывает свои собственные стремления, но отлично принимает за них навязанные. Это часто сопровождается эмоциональными перепадами, но только в первый месяц приема. Дальше заметить будет невозможно. Разве что сразу же после употребления человек впадает в некое оцепенение, становится вялым и отлично впитывает инструкции. - Но для чего Дамблдору понадобилось это зелье? Ведь оно же... Оно же.. - Не соответствует стилю и образу доброго волшебника? - Снейп скривился. - Дамблдор всегда был убежден, что добро, то, какое он себе представлял, должно быть управляемым и подконтрольным. А кроме того, врагов ведь тоже можно сделать друзьями. - Он... Он давал его вам? - Он пытался, хотя это и было глупо. У меня непереносимость некоторых компонентов. - Да? У меня тоже. И у Малфоя. Но как это возможно? Мы ведь никак не связаны... - Непереносимость обнаруживается у тех, кто до приема зелья успел близко познакомиться с пыточным заклятьем, Поттер. Оно запускает незаметный процесс синтеза неких веществ, названия которых всё равно вам ничего не скажут. Но при воздействии лепестков лунника активируются и вызывают пренеприятнейшее ощущения. - Постойте, - Гарри внезапно ухватился за одну мысль. - Я могу догадаться, как вы попали под пыточное. Мой опыт тоже ясен. Но Малфой? Откуда? - Мерлин, Поттер! - Снейп раздражённо всплеснул руками. - Да у него в поместье жила стая диких зверей во главе с невменяемым Лордом! Вы думаете, его статус что-то значил для них? Он был всего лишь ещё одним доступным развлечением. - Доступным развлечением? - у Гарри всё заледенело внутри, он резко побледнел. - Не в том смысле, что вы сейчас себе представили, - профессор вздохнул. - Хотя это больше заслуга самого Драко, что смог не допустить подобного сценария. Но пыточное, просто ради смеха, ради удовлетворения своего эго, некоторые индивиды смели на нём использовать. Не долго, правда. В конце концов, Лорду он был нужен. - Это... Я не знал. - Об этом мало кто знает. А кто знал, в основном уже мертвы. Из живых лишь вы и Нарцисса Малфой, да пара домашних эльфов, но те не проболтаются. А Дамблдор об этом эффекте не был в курсе. Я не спешил открывать ему все секреты. Мне было достаточно непреложных обетов, не хватало ещё и превратиться в истинного "сеятеля добра". - Так вы считаете, что это дело рук Дамблдора? Он ведь уже умер, а портрету какая польза? И кстати... - Гарри наскоро пересказал подслушанный разговор директора и портрета Дамблдора. - Вы не перестаёте меня удивлять, мистер Поттер! В плохом смысле, - Снейп был разгневан. - Почему вы раньше мне ничего не сказали?! - Я был расстроен. И разочарован. Да и Драко уехал... - Ваши дела сердечные держите при себе. И не надо на меня так зыркать я в конце концов не слепой и не глухой. И тем более не идиот. Кстати, там письмо от мистера Малфоя, но оно подождёт! Сначала давайте разберемся с зельем и добрым директором. - Хорошо, - Гарри заставил себя остаться на месте, а не броситься к письму. - Я слушаю. - Я надеюсь, что вы слушаете, - проворчал профессор. - Так вот о добре. Если долго бороться с демонами, то в какой-то момент можно самому стать демоном. Дамблдор так долго боролся с Волдемортом, жаждавшим бессмертия, что идея вечной жизни неизбежно засела в его сердце. А вы, Поттер, были отличным инструментом. И выжить должен был кто угодно, но не вы. Быть крестражем не самое полезное занятие. Но благодаря вашему доверию и труду, Дамблдор узнал о крестражах достаточно. Уверен, у него остались парочка в кабинете. - Вы хотите сказать, что он хочет оживить себя? Вернуть своё тело? - Зачем ему его тело, когда есть более молодые варианты? Но к его огромному сожалению, для него это невозможно. И он об этом знает. Но желание творить добро, именно такое, как он привык видеть и нести в массы посредством своего воспитания многих поколений, никуда не делись. Я уверен, он уже решил, как распорядится средствами рода Поттеров, да и Блэков заодно. - Знаете, я сейчас уже не понимаю, что же на самом деле добро и благо... - Благо, Поттер, всегда одно для всех. И оно не может быть навязанным, в него нельзя заставить поверить. Его можно только почувствовать. Увидеть в результатах действий. Очень жаль, но оно никогда не бывает всеобщим. Чаще оно резко индивидуально либо ограничено узким кругом лиц. И это нормально. Есть добро, зло, полутона и переходы. Всё относительно. И всё предельно ясно. Не знаю, нужно ли вам тратить время на разочарование. Просто примите несовершенство тех, кто очень долго был для вас непогрешимыми идеалами. И живите дальше. Гарри молча смотрел в пол. Принять несовершенство так сразу не получалось. Было неприятно, горько. Снейп не беспокоил его, давая подумать. - Ладно, - в конце концов, Поттер решил оставить это на потом. - Так есть ли противоядие? И как мне убедиться, что больше на меня не пытаются влиять? И что вообще с этим всем делать? - Противоядие вы уже употребили. Само по себе оно отвратно на вкус, но смешанное с пищей ещё куда ни шло. Если человек ощущает тепло после принятия - оно работает. А чтобы никто не пытался на вас влиять, нужно уйти из того места или общества, что пытается это провернуть. Стать сильнее и весомее. Или наоборот, исчезнуть. - Верите, я уже и сам думал об уходе. Но как-то сложно решиться. - Это ваше право - решаться или не решаться. Для начала я бы порекомендовал вам принять ещё и род Блэк... - Но я думал, что его примет Тедди, когда вырастет! - Люпина не примет магия рода. Он слишком другой. - Но и я роду чужой! - Если смотреть по крови, то ближайшим кандидатом был бы Драко Малфой, но он отказался. В вашу пользу, кстати! - Но почему? - Спросите сами! Не переживайте! Люпин сможет основать новый род, думаю, он будет достаточно сильным для этого магом. А если нет, вы ему поможете. А вот род Блэк срочно нуждается в преемнике. У него слишком много темных секретов, которые некому сейчас хранить. И вы - идеальный кандидат!