Жертвы

Он открыл глаза от яркого света. Солнце стояло высоко и сквозь незашторенное окно его лучи били прямо в глаза. Парень пошевелился и застонал. Тело залило волнами боли. Что с ним? Где он? Кто он? С трудом поднявшись с пола, преодолевая накатывающую волнами тошноту, он подтащил себя к стоящему у стола стулу и тяжело упал на него. Почему же так плохо? Во рту пересохло, руки тряслись, всё тело болело, будто кто-то пропустил его через пресс. А ещё и провалы в памяти. Он мутным взглядом обвел помещение, себя. Что-то не сходилось. Обычная опрятная квартира-студия, у раковины одна чайная чашка. Картинка, как он моет её, напевая нехитрую мелодию, почти взорвала мозг, но он сразу признал, что это точно его дом. А вот внешний вид... Какие-то странные тряпки, балахон или мантия черного цвета со странными пропалинами и разрывами, будто его кто-то основательно протянул по чьим-то зубам. Эта одежда казалась одновременно знакомой и чуждой. Медленно, перемежая движения стонами и сдавленными ругательствами, парень стянул с себя одеяние. Под ним обнаружились совершенно обычная футболка и джинсы, которые он тоже немедленно стянул, ощущая их невероятно грязными. Оставшись в одних боксерах снова опустился на стул. Какое-то время тупо разглядывал образовавшуюся перед ним горку одежды, пытаясь откопать в памяти воспоминания о вчерашнем дне. Или вообще хоть о чём-нибудь. Тишина и пустота, только голова разболелась сильнее. Ладно. Не всё сразу. Он бросил взгляд в окно. Серо-прозрачное зимнее небо что-то напоминало, но он не смог ухватить образ. Что-то болезненно-сладкое, что-то важное. И если это действительно важно, то он вспомнит. Не будь он... кто? И с этим разберётся! Пошатываясь полуголый парень двинулся к шкафчикам. У нормальных людей на кухне часто хранятся аптечки, он точно был в этом уверен. И в том, что он к нормальным относится с натяжкой, тоже. Аптечка и правда нашлась, но настолько странная, что ощущение собственной ненормальности неизбежно усилилось. Рядом с обычными пластырями и парацетамолом обнаружилась целая батарея пузырьков с ярлычками, подписанными витиеватыми завитушками. Костерост, Бодроперцовое, Восстанавливающее... Вот его-то и возьмём. Жидкость булькнула и наполнила рот вязкой горечью. Зато сразу полегчало гудящим и стонущим мышцам. И захотелось спать. Проковыляв в спальню, путь к которой он неожиданно помнил, молодой человек практически рухнул на кровать, одним движение завернулся в одеяло и отключился. Он спал тревожно, без конца вздрагивая, высовывая из-под одеяла руки в попытках кого-то то ли поймать, то ли удержать. Натужно хрипел, отбиваясь от кошмаров, покрывался липким потом. В конце концов затих, сбросив на пол подушку. Когда он проснулся, было темно. За окном была ночь неизвестно какого дня. Ужасно хотелось кушать и пить. Отбросив влажное и отвратно пропахшее потом одеяло, парень осторожно сел в кровати. Тело ощущалось свежее, боли почти не осталось. По крайней мере до того момента, как он попробовал протянуться - тут в мышцах будто заискрило укола и боли и в глазах на секунду потемнело. - Понял, никаких резких движений, - хрипло пробормотал он сам себе. Медленно выбравшись из спальни добрел до кухни, набрал из-под крана воды и мгновенно осушил стакан. Протяжно выдохнул напряжение, потер лицо ладонью. Хотелось кушать, но ещё больше хотелось в душ. Всё так же без резких движений дотащился до холодильника, открыл его и присвистнул. Пусто. Только в морозильной камере притаился кусок сливочного масла и рожок мороженого. Мороженое он умял в одно мгновение. После чего более бодро дохромал до ванной и даже без особых сложностей принял душ. Уже сидя на уютном диванчики перед телевизором осознал, что всё бытовые действия выполняет машинально, без колебаний, не задумываясь. Стиральную машину запустил, макароны уже кипят. Провалы в памяти касаются лишь его личности и чего-то ещё. Покушав и откопав в аптечке ещё один пузырёк Восстанавливающего, перестелил постель и снова улёгся. Сон пришел почти мгновенно. Он обнимал кого-то. Невозможно было разглядеть лица, только мутное пятно. Но этот человек был очень важен для него. У него были такие теплые губы и мягкие светлые волосы. А ещё редкая чуть отросшая щетина... Рывком усевшись в постели, парень распахнул глаза. Сердце колотилось как сумасшедшее, губы покалывало от приснившегося поцелуя. Про бурю под одеялом и говорить нечего. С ворчанием протопав в душ, он внезапно остановился, вцепился рукой в край раковины и уставился в зеркало. Зелёные глаза с расширившимися почти до предела зрачками дико глядели с бледного лица. "Гарри". Он, тот, что был с ним во сне, шептал это имя. Его имя! - Так я - Гарри! Ха-ха, - истерично хохотнув он отвесил себе шутовской поклон. - Приятно познакомиться! Гарри! В этот день он скрупулёзно изучал своё жилище, ища любые подсказки. И нашел много чего. Например конспекты и учебники, будто он готовился к поступлению в колледж, чековую книжку на имя Гарри Поттера с очень крупной суммой, сумку наличных в шкафу, даже пересчитывать не стал, удивляясь - откуда, но не слишком волнуясь по этому поводу, кучу брендовой одежды, ещё одну аптечку с пузырьками, но гораздо бОльшую, документы на имя того же Гарри Поттера, с которых сиял слегка смущенной улыбкой он сам, буклеты разных колледжей и список необходимых дел, среди которых значилось "получить аттестат". Гарри задумался. Странно. Он выглядит лет на восемнадцать. Дурачком себя не ощущает. Так почему же он не окончил школу? Перебирая конспекты ему вспомнились занятия у репетиторов. А ещё почему-то показалось, что программу он проходит не последнего класса. Пролистав одну из тетрадей наугад он убедился, что сам же и отмечал, что это темы за среднюю школу. Как будто он догонял программу. Внимательно вчитываясь осознал, что действительно эта информация не настолько знакома ему, как если бы он давным давно изучал это, а наоборот, изучена совсем недавно. - Где же я был, что пропустил школу? И откуда мне вообще известно, что нужно для получения аттестата? Порывшись ещё немного нашел буклет колледжа, на котором от руки было записан номер некой миссис Кламп. Перед глазами встал образ пожилой леди с добрыми глазами, что участливо кивает ему. А ещё нашлась визитка частной офтальмологической клиники. И немедленно рука потянулась к переносице. - Так. Я явно носил очки... - Гарри улёгся на пол в позе звезды. - Столько странностей. Почему я живу один? Где фотографии родственников? Ну должна же быть у нормального человека хоть одна фотография семьи или друзей. Друзья... были. Вот чувствую. Но где они? И кто? Помолчал, разглядывая белый потолок. Устроился поудобнее, заложив одну руку под голову. Судя по всему, стоит идти по плану, что он когда-то составил, хотя и не помнит, почему и когда. В обществе необходимо кем-то быть. Хорошо, что бытовые навыки все на месте. Не будет выглядеть полным фриком, когда выйдет на улицу. Будет решать проблемы постепенно. Рождественские и новогодние выходные прошли для Гарри какой-то неожиданно спокойно. Он не метался в ужасе, что потерял свои воспоминания, а относился к этому какой-то философски. Всё, что было необходимо для выживания и комфортной жизни, в его голове было. А то, что какая-то часть его личности скрылась глубоко в подсознании, напоминая о себе смутными кошмарами или мокрыми снами с участием некоего блондина, имени которого он так и не вспомнил, хотя немного раздражало, но в целом жить не мешало. Почему-то он ощущал некую завершенность и правильность происходящего. Будто сам отказался от прошлого, стёр его. Ну может же человек захотеть начать всё с начала! Лучше уж думать так, чем страдать от неизвестности. Время потекло неспешным ручьём. Он посещал занятия, удивив репетиторов желанием заниматься чаще и узнав, что раньше посещал их только по выходным. Часто гулял в маленьком тихом парке, кормил там голубей и пялился на мутную воду мелкого озерца. Вечерами валялся на диване с книгой или смотрел детские фильмы. Почему-то от боевиков становилось тошно, будто в его жизни насилия до этого было больше, чем достаточно. Гарри постепенно по кусочкам собирал свою личность. В какой-то момент осознав, что сам уже не справляется, стал посещать психотерапевта. Мистер Бишоп, пожилой мужчина в очках с роговой оправой, был спокоен, немного строг, но в целом Поттеру явно полегчало после нескольких сеансов. - Даже если вы не помните, в вашей жизни явно присутствовало плохое обращение. И ваш внутренний конфликт имеет сложную природу противостояния авторитетам. Сомневаюсь, что даже вернув воспоминания, вы исцелитесь. - А если я не хочу возвращать воспоминания? - Что, простите? - психотерапевт поправил сползшие очки, от чего они отбросили крошечные блики. - Разве для вас не важно восстановить целостность? - Важно. Но понимаете, мне кажется, что сейчас я немного... счастливее. Не то чтобы совсем счастлив. Но мне легче. - Это избегание проблемы, а не её решение. Когда-то вам всё равно придется столкнуться с ней лицом к лицу. - Ну, пусть это произойдет попозже, - улыбнулся Гарри. "Попозже" основательно затянулось... - Эй, Гарри! - Брайан, его приятель одногруппник изо всех сил махал ему от баскетбольной площадки. - Ты обещал мне реванш! - Давай не сегодня, - Поттер скривился. Он спешил на собеседование, стараясь выбить себе место в одной молодой, но перспективной компании по разработке программного обеспечения. - Я спешу. - Вечно ты так! Ну пожалуйста! Только один мяч! - Нет, - брюнет отмахнулся и чуть ли не бегом бросился к стоянке. Усевшись на свой монструозный байк любовно провел рукой по ярко-красному баку и завёл мотор. Его пьянило ощущение скорости, когда тело напряжено, ветер свистит в ушах, мотор довольно урчит. Навевало неясные воспоминания с лёгким налетом тоски, но Гарри уже привык к этому и почти не обращал на это внимания, концентрируясь на приятных ощущениях. Добравшись, не снимая шлема заторопился ко входу в офисное здание. Он уже почти опоздал и начинал нервничать. Двери крутнулись, выпуская на улицу человека. Гарри мазнул по нему взглядом, хватаясь за створку, и замер. Светлые пряди были непривычно коротко стрижены, тонкие губы сжаты, а брови-стрелы нахмурены. По коже побежали мурашки, в груди заклокотало, сердце заторопилось вырваться из груди стуча так оглушительно, что его было слышно на расстоянии в километр. - Стой! - Гарри стремительным движением ухватил уходящего парня за плечо. Тот недовольно обернулся и легко стряхнул его руку. - Что вы себе позволяете?! - холодный гнев проникал под кожу, как в старые времена,Поттер был точно уверен,что получил от него не один такой взгляд. - Это же я! - до него внезапно дошло, что он в шлеме и голос его звучит глухо и совершенно не так. Но пока он стягивал шлем, блондин быстрым шагом удалялся. Гарри бросился за ним. - Стой, зараза! - заорал он изо всех сил, распугивая голубей и прохожих. Блондин вздрогнул и резко остановился. Обернулся с недоверчивым выражением лица, что сразу же сменилось узнаванием и, Гарри готов был в этом поклясться, радостью. - Ты! Они мгновенно оказались рядом, как по волшебству, и теперь уже блондин вцепился в его предплечья, стискивая их с такой силой, что наверняка синяки будут даже на костях. Но Гарри был рад. Нет, не так. Он был счастлив, пьян, возбужден и очарован одновременно. Глаза цвета пасмурного неба, глаза цвета его тоски, сияли, улыбались, а он тонул в них, ни капли не желая удержаться на плаву. - Гарри, Поттер, правда ты?! Ты... - тонкая ладонь робко коснулась щеки, приподняла челку, открывая глупый шрам. - Ты! - Я, - Гарри смеялся, фонтанируя счастьем и абсолютно забыв обо всём и всех вокруг. - Только... - он нахмурился, осознавая, что в голове больше ничего не щёлкнул о и имени не возникло, - есть проблемка. Блондин встревоженно заглядывал ему в лицо, не понимая перемены настроения. - Что такое? - Думаю, нам стоит поговорить где-то в другом месте, - Поттер потянул его к своему байку, вручил болтавшийся на багажнике шлем, осознав, что наверное именно для этого он его там всегда возил. Блондин недоуменно смотрел на головной убор, потом на мотоцикл. - Теперь ты летаешь на этом? - Ага, - Гарри снова улыбнулся. - Надевай и полетим вместе! Поттер заметил, как дернулись зрачки блондина, порозовели скулы. Он взволнованно поправил воротник модной рубашки, одернул рукава кожаного пиджака. Неловко натянул на голову шлем и Гарри помог ему его застегнуть, пальцами ощущая тонкую кожу беззащитно и доверчиво подставленной шеи. Сглотнул внезапно загустевшую слюну и вдохнул, поняв, что задержал дыхание на вдохе наверное больше чем на минуту. Неловко отодвинулся, надел свой шлем и завёл мотор. И ощущение удивительной гармонии накатило, заставляя губы растягиваться в глупой улыбке. Наконец-то!