И после того, как потухнет солнце

— Госпожа, куда вы? — С крайним любопытством спросила Эмили. Честно сказать, уйти из комнаты очень хотелось. Чтобы дворецкий не лез со своим «— Миледи у вас всё в порядке?» и чтобы никакая горничная не зашла «проведать». Я знаю, что с прошлой ночи с братьями что-то твориться. Возможно, я перевернула их мир тем, что сбежала, и теперь они пытаются меня контролировать... Хотя это и было маловероятно со стороны Деррика, со стороны Рейнольда это было совершенно очевидно. Тем не менее, факт оставался фактом – никто кроме этих двух не знал о моём побеге, а значит, именно они посылают слуг. Вопрос по поводу их контроля стоял железный – зачем? И хотя Рейнольда я могла как-то оправдать, то Деррика – нет, от слова «совсем». Он сам сказал, что я могу использовать его подарок в качестве прикрытия, так зачем же... А возможно, Деррик и не был причастен? – Ну, это меня тоже волновало. В общем-то, всё, что было связано с Дерриком и ситуацией прошлой ночи, как бы это не звучало, меня волнует. То есть... Как он узнал о том, что я сбежала, хотя он не мог увидеть меня на фестивале? Как он узнал, куда Рейнольд поведёт меня и, если узнал от самого второго отпрыска, почему не пошёл к нам? Что это за животное? Почему он на меня смотрел? Почему назвал себя «старшим братом» в том письме? Зачем подарил браслет, который поможет мне скрыться, если я свернула с сюжета и этого не должно было произойти? Как, что, почему и зачем стали для меня постоянными вопросами. Какие бы ответы я не давала себе, я не могла найти ни единого правильного. Ни единого, который бы подошёл Деррику. Я поджала губы, а после подняла голову на горничную. С трудом заставив себя открыть рот, я попыталась как можно более спокойно произнести: — Я собираюсь пойти в библиотеку. Мне нужен покой на некоторое время. — Я вздохнула, посмотрев на две прижатые к груди книги. — Хочу... Почитать. — О? — Горничная глянула на мои руки, занятые книгами. — Хорошо, госпожа! Если кто-то будет вас искать, скажу, что вы отдыхаете. Я заставила себя улыбнуться. Голова ломалась, когда я вспоминала, что произошло вчера, однако сегодня ничего не было запланировано – никаких эпизодов, надеюсь никаких внезапных квестов и, само собой, никакого сближения с любовными целями. После прошлой ночи последнее радовало больше всего, хотя я подумывала написать Каллисто... — Хорошо. Спасибо, Эмили. ... Однако отказалась от этой мысли. Меня сразу же начали бы расспрашивать, кому и зачем я пишу, особенно с этой братской гиперпротекцией, от которой, должна признаться, уже тошнит. Опека со стороны братьев казалась чём-то слишком диким и новеньким, и нет, дело было не в том, что именно братья были замешаны – дело было в том, что никто обо мне никогда так не псевдо-заботился. Имею ввиду что... Это для меня дико, и от того жутко выбершивающе. Выйдя из комнаты, в которой прибралась Эмили, я вышла в... Совсем пустынный коридор? С удивлением я покрутила головой туда-сюда. «— Ладно...» Разглядывая поместье в который раз, я убеждалась, что даже если столь величественное место будет пустовать, и никакого доказательства того, что здесь живёт или жила герцогская семья не будет, это место всё равно будет великолепным. Читая и манхву, и новеллу, я не могла даже представить такое величие, сравнимое с самой Императорской кровью. Какой же полной властью обладала герцогская семья? И хотя ответ на этот вопрос был очевиден, я всё равно продолжала об этом думать. И совсем не могла остановиться... — Ха... — Громко, устало вздохнув, я увидела, как за угол коридора забегает одна из служанок поместья. Точно... Наверняка множество горничных и портных сейчас у своих хозяев, которым непременно нужно всё самое новенькое. Приближается арка охотничьих состязаний, а потому герцогская семья сейчас вовсю занимается приготовлением к торжеству... Возможно, поэтому слуги так часто прибегают ко мне? А может, это чисто ради приличия, когда они в комнату Деррика бегут? – Последнюю мысль я тут же отбросила. Комната Пенелопы находиться в довольно безлюдной части второго этажа поместья. Я не была во множестве остальных комнат, так что не знаю, что ещё расположено, но это и не так важно – комнат в части поместья, где проживала Пенелопа, было от силы пять-шесть, если считать и её тоже. Большинство комнат слуг, которые были на втором этаже, располагались на восточной стороне – прямо там, где жил Деррик. Там так же был его рабочий кабинет, в котором он наверняка подолгу засиживался, будучи знатным трудоголиком. Я с мрачным лицом спустилась вниз и пошла по идеально запомнившейся дороге к библиотеке. Всё же, в герцогстве было место, в котором можно отдохнуть... В некотором смысле я даже понимаю Деррика, которого иногда было нигде не видать – я уверена, что он сидел в библиотеке и хотя бы там отдыхал от надоедливых родственников. «— А не слишком ли я понимаю Деррика?» В последние время я совсем не проводила статистику даже у себя в голове, не то, что на бумаге. К тому же, я почему-то упорно игнорировала, а иногда даже забывала факт того, что любая любовная цель может меня убить... Как глупо. У меня, похоже, совсем нет того самого хвалебного чувства самосохранения. Но это даже забавляло, в некоторых моментах, так что... Возможно, в это и не было ничего такого. Было. Было и наверняка это откликнитесь тем, что хоть одна из пяти собак укусит меня за руку. Прикусив губу от напрягающих мыслей, я и не заметила, как дошла до библиотеки. Дотронувшись рукой, я легонько толкнула дверь, которая тут же беспрепятственно поддалась. Только посмотрев в помещение, больше напоминающие огромную залу, я ощутила довольно большой контраст с поместьем. Экхартовский особняк был относительно душным и зачастую более темным, нежели библиотека, а вот сама библиотека была прохладной и светлой. Я, заходившая сюда всего-то пару дней назад, уже успела подзабыть абсолютно всё. Ну и немоудрено, ведь все мои воспоминания о этом вместе, после злаполучной ночи, ограничивались сияющими нежно-голубыми глазами. Вздохнув, я вошла в библиотеку. Сразу бросилась в глаза одна из лестниц, ведущая на второй этаж – не та, по которой я спускалась, но тем не менее. Другая лестница находилась далеко от первой: первая у входа, вторая, с которой я как раз-таки спускалась, – у окон, а окна и дверь были на противоположных сторонах. В общем-то, это было не так важно, но меня с этого – скорее со второго этажа, – триггерит... Пройдя дальше и проигнорировав подсвечники, которые стояли у самого входа и наверное использовались для лучшего освещения, я села за удлинённый прямоугольный стол. Тихо... Тихо... И ещё раз тихо. В библиотеке, как и в первый раз, было необычайно тихо, что очень расслабляло. Так же привычный для этого места запах хвои успокаивал нервы. Я бегло пробежалась взглядом по гладкой поверхности стола и положила туда обе книги, медленно отодвинув одну из них. Первая книга, за которую я взялась, была чуток меньше за вторую. С тёмно-фиолетовой обложкой и золотыми элементами декора, книга расслабляла на глаз и была приятной на ощупь. Я принялась бережно открывать книгу, чувствуя на вещи какую-никакую старинность. Открыв книгу, я с удивлением обнаружила... Ничего? Похлопав глазами, я действительно поняла, что ничегошеньки нет. Ничего. «— Тоесть, хотите сказать, что меня буквально... Хааа... Я этот ваш эпизод проходила только потому, что в вознаграждение мне дадут эти две книги... А они пустыми оказались?» Я хотела бы, нет, даже молилась, чтобы вторая оказалась с содержанием. Любым содержанием. Поэтому как можно более аккуратно отложив книгу, я взялась за вторую. Вторая книга была обернута в темно-зеленую обложку, которая была не менее красивой и приятной. Книга была... Ну, где-то на 10 страниц больше, нежели предыдущая, однако от того увесистее не стала. Я осторожно открыла книгу, приготовившись разочароваться, однако нет. В глаза тут же бросился заголовок:

«Глава N.»

Я удивилась, но довольно быстро отошла – сейчас прочитать книгу было важнее, а потому я сконцентрировала внимание, на сколько это было возможно с моей паранойей. Сжав обеими руками книгу, я принялась вчитываться в текст, довольно небрежно написанный от руки.

«Не помню точно, сколько лет длятся мои путешествия, однако определённо долго. Совсем недавно я столкнулся с проблемами, которые не давали мне покоя, а потому я отправился дальше, чем планировал, и дальше, чем мог ранее.»

Похоже, писал мужчина, и я с интересом подметила, что это скорее не книга, а, можно сказать, дневник. Интересно, откуда в Экхартовской библиотеке нечто подобное? И знает ли об этом герцог? Тем не менее, оставив воспросы на потом, я продолжила.

«Возможно, исследования зайдут в тупик и мне придется вернуться в Империю раньше, чем хотелось бы. Надеюсь, если я вовсе не вернусь, никто не будет грустить. Слишком уж мелочно моё существование, чтобы грустить по мне.»

Как мило... Похоже, мужчина не хотел, чтобы родственники грустили из-за такой «мелочи», как его смерть... Любовь к себе на лицо. Тем не менее, перевернув страницу, я увидела довольно аккуратный, лёгко очертанный рисунок. Как мне показалось, это был, возможно, какой-то герб: тянущиеся по посоху лозы, на которых были раскрыты бутоны Клематиса. Поджав губы, я нахмурилась. После рисунка сразу стало видно, что отсутствует одна страница, полностью вырванная. Однако, проигнорировав беспокойство и любопытство, я перешла взглядом на другую страницу и продолжила чтение.

«Глава II. Золотой дракон Империи Инк.»

Я удивилась в который раз. Неужели кто-то и вправду захотел познакомиться с драконом вживую? Однако после я нахмурилась – удивление отошло быстро. Первая глава отсутствовала... Что же полезного в ней могло быть, чтобы вырывать её чуть ли не с корнем – явно так, чтобы никто не заметил? Тем не менее, отодрав кожу на губах, я продолжила бегать глазами по строкам.

«По старинной легенде, выдуманной простолюдинами для запугивания шаловливых детей, которые любили пролазить в Императорские Дворцы через различные лазки, незащищённые рыцарями и магами, где-то глубоко, под грудой золота и прочих украшений, покоился огромный золотой дракон – а ведь забредешь в сокровищницу, не отличишь его от золота – чешуя золотая-золотая. Все, абсолютно все считали, что это – просто байка. Простая выдумка, однако... Под грудой золота действительно покоится невероятный в своих размерах и силе монстр, именуемый драконом. Императорская кровь берёт своё начало именно от этого существа…»

По факту, я читала тоже самое, что и было написано в новелле, но с немного более раскрытыми подробностями. Всё же, несмотря на то, что бо́льшую половину я знала, всё равно было интересно. Быстро пробежавшись взглядом по этой и нескольким последующим главам, я наткнулась на ещё одну легенду, которая выделилась тем, что не была сосредоточена на одном только научном пояснение существ.

«Глава X. Перехо́дчик.»

«— Перевод... Ой...» Прочитав название, я сразу вспомнила переводчик, из-за чего стало даже грустно – столь прекрасная вещь, как телефон, отсутствовала. Однако, подавив в себе неожиданно возникшую головную боль, я продолжила читать. Было интересно, что там за Перехо́дчик такой.

«По легенде неизвестного маленького города, наверняка уже вымершего, одно время жил у них человек, кровожадный до жути! Убивал он, в основном, скот, однако вот незадача – это посчитали ужасным преступлением, ведь тогда началась неизвестная массовая проблема, из-за чего с едой, причём любой, всё стало туго. Вот и решили горожане – пока хоть что-то осталось, нужно убить наглеца. Ночью одной собрался весь народ, дай пошли, кто с чем. По итогу убили человека, жену его тоже закололи, а трупы детей – закопали под деревьями. Так и умерла целая семья за одну ночь. А вскоре кто-то стал приходить и беспокоить их городок – в двери стучал, в окна камни закидывал, урожай затаптывал... Да чего только не делал! И не могли ведь поймать преступника, который занимался этими детскими, но докучающими, делами. А позже, по прошествию времени, всё прекратилось, но только на одной половине. В другой половине городка начало происходить тоже самое – и если раньше местные востока только смеялись над южанами, то сейчас прочувствовали всё тоже, что и их собратья. Тварь, перемещающуюся с одного места на другое, но так же привязанную к чему-то одному, прозвали «Переходчиком». История с городом закончилась на том, что все сбежали – не могли люди больше сходить с ума, думая, как изгнать нечисть. Так и не известно, кто именно беспокоил горожан того места, однако ясно одно – существо было привязано к объекту, которым его убили или под которым похоронили. А почему прозвали так? Всё потому, что существо зачастую перемещается с одного места на другое, однако никогда не подходит туда, где нет объекта, к которому оно было привязано. Что примечательно, существо не задерживается на одном месте больше полугода – хотя даже такое явление можно считать редкостным.»

Я с интересом и вниманием читала каждую строчку, и даже не заметила, как дошла до конца. «— Ни в новелле, ни в манхве не упоминались никакие существа, помимо дракона, кракена, русалок и демонических отродьев. Кто бы мог подумать, всё может быть так... Отчасти реалистично, учитывая, что некоторые из историй, пусть и оказываются правдой по итогу, базируются на людских фантазиях.» — Думала я, пролистывая ещё несколько страниц. В основном, все остальные страницы были исписанны в литературном стиле «Инструкция по использованию заклинаний для чайников». После шла обильная разновидность всего разного: и какие-то зелья, и укрощение существ, и проклятия... На одной страниц остановился мой взгляд. Я была уверенна в том, что увидела знакомую фамилию.

«Глава XL. Проклятие Ларси́и дэ Дельман.»

«— Дельман?» Я поджала губы куда плотнее, нежели раньше. Казалось бы – ничего удивительного и особенного, однако... Фамилия Дельман. Именно такую фамилию носил Иклис до тех пор, как стал рабом... Но о какой женщине по имени Ларси́я идёт речь? Что это за проклятие? И как всё это может быть связано с королевским родом Дельман? Возможно ли, что эта женщина – одна из предков Иклиса?

«Проклятие Ларси́и дэ Дельман мало известно и почти не используется. Нынче мало потомков, которые смогли бы воспользоваться этой способностью, сказать точнее – их один-два человека от силы. И даже так, неизвестно, кто это. Но это не значит, что проклятие невозможно использовать. Насколько показали мои исследования, было несколько отдельных сект, которые пытались научиться искусству проклятия Ларси́и дэ Дельман, однако ничего не получилось. Возможно, одни из самых древних магов-отшельников, которые были знакомы с родоначальницей королевской крови, ещё знают, каково проклятие и как его можно создать, но тем не менее найти этих людей очень трудно. Если не невозможно.»

Я прикусила губу, продолжая читать. Мог ли Иклис оказаться одним из потомков Ларсии, который унаследовал магию проклятия? Вряд ли... Я надеюсь. Если он действительно унаследовал силу проклятия, значит знает как с этой силой обращаться, но он не пригрозил Пенелопе проклятием, только физической силой. Однако это был повод его остерегаться.

«Проклятие накладывается на будущего носителя моментально, однако для этого нужно установить зрительный контакт и держать его около двадцати секунд. На любой части тела появляется рисунок иероглифов на древнем Дельманском языке, который так и не удалось расшифровать. По моему предположению и сравнению с древнем языком Инков, речь в иероглифах идёт про не добровольную сделку – для установления проклятия не нужно согласие того, на ком его устанавливают, однако сделка уже приняла оборот. Тёмный маг, или потомок Ларсии дэ Дельман, вещает своё желание проклятому. Он, проклятый, в свою очередь должен исполнить то, что было указано. Если он это не выполнит, а проклинающий больше не захочет ждать, проклятого ждёт неминуемая смерть. Ларсия дэ Дельман использовала проклятие на некоторых представителях рода русалок Гаспа́р, которые захватывали многие корабли, перевозящие различную продукцию в Дельман через Аквамариновые воды, в некоторых случаях – через просторы моря.»

Русалок Гаспар упоминали в новелле, – именно из слёз короля и королевы этого рода русалок были сделаны обручальные кольца Пенелопы и Каллисто, – но даже так, кто бы мог подумать, что у Гаспар и Дельман были разногласия, пускай и в далёком прошлом... Я на минуту закрыла глаза и выдохнула, после глубоко вдохнув. Почему-то мне казалось, что чем больше мой интерес проявлялся в перелистывании страниц, тем больше становилась вероятность развития моей паранойи и мыслей о том, что кто-то за мной наблюдает. Что со сной делает фантазия? Как бы то ни было, я снова перелистнула страницу.

«Глава XLI. Сектанты, поклоняющиеся богине Лейле.»

В глаза сразу бросилась написанное на странице, но отнюдь не название – абсолютно вся страница была залита чернилами и от старости стала неровной, скорее даже волнистой, пропустив всю влагу. Я, обратив внимание на название, сразу же стала листать дальше. Всё дальше и дальше, в попытке найти хоть один лист, через который дальше не прошли чернила. Но всё было очевидно тщетно. Абсолютно всё, что я увидела – огромные чёрные, в большинстве разных мест, кляксы на старой бумаге. В быстром перелистывание страниц я дошла до самого конца книги, так ничего и не узнав о секте Лейлы. Несмотря на то, что и в новелле много описывалась секта, ведь Лейла – основной антагонист, было интересно узнать мнение другого человека, который столько всего знает про магию... Я посмотрела на последнюю страницу. Ничего... Однако после посмотрела на небольшую деревянную обложку со внутренней стороны. Казалось бы – ничего подозрительного, но я нахмурилась увидев имя, выведенное чернилами.

«Эйден Аймор»

Скорее всего Эйден Аймор был создателем книги, которую я бы скорее назвала дневником. Похоже, ему весьма нравились тайны, так как я быстро заметила, что у обложки-то двойное дно. И раз уж Эйдену определённо нравились тайны, то мне нравится их раскрывать при всём своём любопытстве. Медленно отодвинув внутреннюю часть обложки, я заметила листок, который, судя по его краю, был вырван. Я вспомнила о вырванной второй странице – скорее всего, это она, но снова встал вопрос – «зачем было её вырывать?»... «— Что ж...» Я вздохнула. Ну, посмотрим, что тут написано и выделим ещё немного времени для изучения магии и подобного, несмотря на то, что я уже немного подустала от всей информации, полученной при чтение этих рукописей. И хотя я думала, что изрядно подустала, заголовок меня взбодрил. Явно взбодрил, из-за чего я даже выровнялась в спине, а после – нахмурилась. Разум заволокла неясная тревога, сердце забилось в груди чуть сильнее и я сжала челюсти.

«Глава I. Сияющие глаза.»

Я поджала губы, смотря на заглавие. Окинув взглядом всю библиотеку, я наткнулась на панорамное окно, к которому прижималась, убежав от существа с ярко светящимися голубыми глазами. Это всё... Как-то связано?