И после того, как потухнет солнце

Охотничьи состязания совсем скоро. Ну, как скоро... До начала буквально остался один, этот, день – сегодняшним вечером будет пышное празднование, на котором будут приветствовать аристократ из разных стран, а завтра уже открытие. Горничные разбудили меня на рассвете, заставили принять ванну и приступили к наведению красоты. В общем-то, я не была против, но минус был в том, что я почти всю ночь не могла заснуть. После ванны, которую я благополучно решила принять самостоятельно, пропитываясь душистыми маслами, я сонно посмотрела в зеркало напротив, передав свои мокрые локоны в руки горничных. — Вам следует нарядиться красивее всех сегодня, чтобы получить от мужчин как можно больше подношений! — Ахнула Эмили, явно представляя меня как Богиню, в храме которой подношения делают лишь мужчины. Другие горничные, все как один, тоже стали восхищаться красоте госпожи. На самом деле, этого всего не нужно. План на охотничьих состязаниях – Каллисто, Винтер, побег с Каллисто от ассасинов. Три первые шага, которые нужно соблюдать для идеальной как сейчас, так и в дальнейшем картины сюжета. Хотя, признаться честно, сами состязания мне казались... Очень напрягающими. «— Не представляю, буду ли бояться или испытывать отвращение к крови, но надеюсь всё обойдётся...» После проведенного времени, было странно осознавать, что Деррик не поверит. Единожды, вчера, уже выслушал и... Горничная мягко коснулась линии моей челюсти, только тогда я смогла вернуться к реальности и ощутить, как сильно напряглась. Судорожно вздохнув, я попыталась чуть себя успокоить. — Благодарю... Пенелопа. Почему-то все горничные замолкли, а после в зеркале я смогла увидеть тяжёлый взгляд Эмили. Кажется, одна служанка замялась. Неожиданно я услышала над самым ухом: — Госпожа, всё впорядке? — Черноволосая служанка, которая действительно хорошо выполняла свою работу и сейчас нежно гладила мои волосы, высушивая, тихо шепнула мне на ухо, чтобы никто не услышал. Я утвердительно кивнула. — Хорошо. Просто вы очень красная, поэтому... — Я резко посмотрела в зеркало. М-да, это заметно... Я тряхнула головой и постаралась об этом не думать. В любом случае, быть красивой - это хорошо, поэтому делать утренний макияж не заканчивали до вечера. В итоге на мне кроваво-красное платье с глубоким вырезом в области ключиц. Честно, несмотря на то, что именно это было в каноне, я не ожидала увидеть такое... Выразительное декольте. Подобные платья совсем не соответствовали моему закрытому стилю одежды, но, собственно, ничего не попишешь, да и времени не горой. Ещё раз посмотрев на ядовитый цвет платья, я убедилась, что он напоминает мне глаза Каллисто. Действительно схожий цвет с кровью. В отражении отобразилось и лицо. Длинные, необычно выделяющиеся стрелки на глазах, со слегка приподнятыми, по-кошачьи, уголками. Настоящая красавица, главная героиня... Я грустно улыбнулась, а после энергично покачала головой в разные стороны, сметая докучающие мысли. Цокнув языком, я осмотрела комнату. Все служанки уже разбрелись, поклонившись мне, и пошли заниматься своими делами. Осталась только Эмили. — Эмили, — Девушка тут же повернулась. — Приведи Иклиса. — Что? Зачем его... — Эмили поставила чёрные лакированные туфли и недоумевающе посмотрела на меня. — Хочу поговорить перед отъездом. — Отчеканила, когда меня передёрнуло от воспоминания вчерашнего вечера. Неприятно... Но нужно сказать ему о поведении, в конце концов, как я буду его искать, если его выпрут? А он как, если его как-нибудь захочет закинуть мне система? Эмили удалилась, кивнув мне со встревоженным лицом. Я понимала причину её беспокойства – рабам не позволяется входить во дворец. Ну... Как-нибудь переживут, его же герцог купил. А братья дали разрешение на тренировку с другими рыцарями – в этом вопросе мнение Рейнольда, как учителя рыцарей, имело сильный вес и без его согласия невозможно было бы попустить Иклиса к общему занятию. В целом, этого можно было обойти, просто придя на тренировку, но зачастую на полигоне тренировались под надзором второго Экхартовского сына. — Ха... — М-да, как всё сложно. Я встала с дивана, на который только села. Зевнув, я прошлась к тумбочке с украшениями. На самом деле, я уже успела изучить как комнату Пенелопы, так и само поместье. Пожалуй, единственные комнаты в которые мне ни под каким предлогом невозможно было прорваться – комнаты Рейнольда и герцога. Ну, и третий этаж, на который я решила вообще необходимости не заходить, мало ли. Что насчёт комнаты Пенелопы – ничего необычного. Сама комната была слишком проста для аристократа, но её никогда такой не считали, так что всё логично. Из всей довольно простой массы, выбивались стены. Да, просто стены. Они имели красивые бледно-красные узоры и словно были измазаны глиттером. Мебели не так много, но края в безделушках не было совсем. Я открыла один ящик тумбочки. Всё было в пыли, скорее всего, его не трогала не только я, но и настоящая хозяйка. Среди различных штучек и бело-серой пыли я заметила блеск и сунула руку прямо туда. Достав, я отряхнула вещь и услышала характерный звон, – это было красивое ожирелье из жемчуга, посредине которого висел один алмазный камень в виде капли. Я бережно сдула оставшиеся пылинки с колье и дополнила образ, нацепив на себя украшение. Посмотрев обратно и вознамерившись задвинуть ящик снова, я заметила вещь, которая почему-то привлекла внимание. Это был интересный блокнот, на обложке которого были красиво выведены узоры кистью, складывая рисунок. Цветы тут, цветы там... На нежно-голубой обложке вырисовывались красивые розовые цветы, цвет которых разбавляли ещё несколько, но поменьше. На обложке были вырезаны два слова – Пенелопа Экхарт. Бережно, аккуратно и чтобы не задеть рисунки, кто-то вырезал имя Пенелопы, а значит подарок точно предназначался ей... Вещь, что-то вроде блокнота, была сделана очень аккуратно, что даже в руки брать не хотелось, а то мало ли что сломаешь. Однако я всё же решила поднять вещь. Обложка оказалась деревянной, а всё держалось на металлической пружинке в переплёте. Я открыла посмотреть, что внутри, удивившись что на этом предмете было немного пыли – думаю, это единственная вещь, которую Пенелопа брала отсюда. Открыв, я ничего не обнаружила. Пролистала все страницы до конца – тоже ничего не нашла. М-да, это уже вторая вещь, в которой ничего нет, но она сама есть. Я повертела предмет в руках ещё немного и пришла к выводу, что это блокнот, за которым Пенелопа бережно ухаживала – это очевидно была единственная вещь, которую она брала из пылью забитой тумбочки, но даже ничего не писала и не рисовала, боясь потратить красивую вещь попросту. После мой взгляд упал на маленький ключ в скважине ящика. Как и все ящики в комнате Пенелопы, это закрывался на ключ. Скорее всего, поэтому тут было не прибрано. Неожиданно в дверь постучали и я дрогнула всем телом, быстро опустив блокнот обратно, я пару раз повернула ключ. — Миледи, — Я услышала голос Эмили после трёх быстрых стуков. Еле как добравшись до дивана, дойдя на высоченных каблуках. Неловко упав на мягкую поверхность, я снова принялась слушать горничную. — Как вы и просили, пока есть время до отъезда, я привела вашего эскорта. — Д-Да... Входите. Следом за Эмили в комнату вошёл Иклис. Кажется, никто не заметил моего волнения. Иклис вдруг застыл, когда наши взгляды пересеклись, и его приоткрытые губы захлопнулись. Серые глаза заметно дрогнули. Было очевидно, что это произошло из-за моего сногсшибательного вида. Удивительно, как Иклис выражал свои эмоции мимикой. Главная героиня, что свято верит в надёжность такого себе персонажа не смогла бы заподозрить что-то. Однако с моей стороны, как читателя, всё было чуть иначе. Я прекрасно знала, что он выдавливает из себя эмоции, а потом, когда понял, что рядом с Пенелопой ошиваются ещё какие-то мужчины, стал наигрывать эмоции. Честно признаться, моё отношение к Иклису граничило между отвращением, или страхом, и восхищением одновременно. Пожалуй, он был единственным персонажем по отношению к которому я так... Очевидно неоднозначно отношусь. Интерес над головой показывал 22%. Я тихо хмыкнула, когда увидела подросший интерес. К которому из любовных целей мне проявлять больше внимания, если я не могу получить симпатию Иклиса так же, как Пенелопа, а встреч с Каллисто и вовсе немного... Хотя в случае с Иклисом – это всё к лучшему, поэтому не мне жаловаться. — Эмили, спускайся с футляром моего арбалета первой. — Я положила подбородок на ладонь, придерживая. — Думаю, лучше заранее отнести его в коттедж. — Да, будет сделано, миледи. Через некоторое время она вышла из комнаты с чехлом для арбалета. Я проводила уходящую девушку взглядом. Положив руку на диван, я обарабанила пальцами подлокотник. Справившись с оцепенением, юноша взял себя в руки и решил подойти ко мне, несмело ступая по дощечкам. — Смелее. Подойди ко мне. — Позвала я, сразу же заметив, как потемнел взгляд Иклиса. И юноша, не в силах противиться, подошёл. — Стоп. — Иклис остановился в двух шагах от меня. — На колени. От моего шёпота юноша дрогнул. Его процент симпатии засверкал, увеличиваясь на 3%. Несмотря на довольно резкий, не терпящий возражений приказ, Иклис без промедления опустился передо мной на пол. Я потянулась к его ладоням, взяв в свои. Иклис посмотрел на меня, что нагнулась над ним. — Госпожа... — Я чуть сильнее сжала руки юноши, услышав его голос. — Командир... Пошёл за вами. Он ничего не сделал? — Ты беспокоился? — Конечно, я... — Тогда почему ты сказал те слова вчера? Как тебе хватило духу отозваться подобным образом о своей госпоже и командире? — Моё лицо окаменело. До этого согнутая спина стала более ровной, несмотря на то, что я всё ещё протягивала ладони к Иклису. Возможно, мне совсем немного понравилось то, что сейчас серые глаза безучастно уставились на меня. Этот взгляд, казалось, вынуждал меня немедленно согласиться со всем. Вот только я не была намерена соглашаться с Иклисом ни при каких обстоятельствах. Должна признать, что сейчас моё отношение к Иклису отдаленно, но напоминало мне отношения Пенелопы и Каллисто. Кажется, что оригинальная Пенелопа всегда избегает Каллисто и не желает видеть его, но по итогу она должна была стать с ним чуть ближе, в тот же момент на охотничьих состязаниях, после чего она начала чувствовать к нему влечение. Как иронично, что сейчас наши цели распределились совершенно наоборот – я держалась за Каллисто, как за основного мужского главного героя, а Пенелопа держалась за Иклиса – единственного, кто по её мнению мог помочь ей выбраться. — Он первый начал... — Сердце отозвалось колким ударом. Слава Богу, никто кроме нас не услышит этих слов. — Что ты имеешь в виду? — Мой тон охладел. — Первый брат, тот, кто позволил тебе остаться, выглядит таким же великодушным, как я? От моего взгляда Иклис поджал губы. В серых глазах отобразилось холодное отражение. Его невыразительное лицо казалось таким же, как обычно, но малость угрюмей. Конечно, мне могло это просто привидеться. — Послушай, Иклис. — Я вздохнула, возвращая обыденный тон, но чуть менее энергичный. — Я не хочу, чтобы тебя выгнали из поместья. На мне лежит ответственность за тебя и я надеюсь, что ты сможешь это понять. Я убрала одну руку и ткнула юноше в грудь указательный пальцем. — Всё зависит не от меня и ты это знаешь. От тебя всё зависит, Иклис. Глаза юноши чуть расширились и я спокойно убрала уже обе руки. Неожиданно на лице без лишних усилий расцвела улыбка. — Я не могу дать всего того, что ты бы захотел. Но я могу обеспечить тебе жизнь здесь, если ты не будешь конфликтовать с моими братьями... А что будет после, только тебе решать. — Я выровняла спину и сложила ладони на животе, обтянутом платьем. — Ты сможешь остаться, а сможешь... Сбежать. Взгляд Иклиса вновь потемнел, однако всего на пару секунд, так что я списала увиденное на недосып. — Я больше никогда не буду вести себя так безрассудно. Госпожа, я сожалею. Пожалуйста, простите меня на этот раз. Я посмотрела на юношу, который стоял на коленях и раскаивался с опущенной головой. Только сейчас я подумала, что в отличие от Пенелопы, у меня нет того, чем можно было бы надавить на Иклиса – у меня не было столько власти, чтобы вернуть его, ведь его купила не я; у меня не было кольца, которое могло бы ударить его током или даже убить. Значит ли это, что единственный путь – применение? — Иклис, единственное, что я могу тебе сказать, — Я нагнулась к нему и тихо прошептала. — Ты стал моим рыцарем в тот момент, когда я дала тебе меч. Теперь ты можешь быть спокоен в мыслях о моём отношение к тебе. Наклонившись ещё, я осторожно приняла Иклиса в объятия. Юноша не дрогнул, только притронулся к моим плечам. После я немного отодвинулась и посмотрела ему прямо в глаза. Процент из 25 переместился на уверенные 30. Прекрасно. Но куда больше мне понравилось то, что Иклис спокойно на это отреагировал. — Я уезжаю на неделю. Будь осторожен. — Я погладила юношу по плечам. Хорошо... ... Я кое-как спустилась вниз, сказав Иклису, чтобы возвращался. Эмили тоже сейчас не было, возможно она уже едет или готовиться к поездке. Пришлось самой на высокой платформе и на ещё большем каблуке, на которых было сложно идти. Осторожно ступая по ступенькам, я даже не заметила какого-то человека, стоящего у входа. — Ха! Ну, наконец-то! — Я схватилась обоими руками за поручень, услышав громкий голос. Подняв голову, я уже видела, как ко мне идёт нарядный Рейнольд, ступая широко и гордо. М-да, так себе из него выпендрёжник. — Я тебе говорил, чтобы не опаздывала? — Нахмурился юноша, что выглядело просто смешно. На самом деле, он ничего такого не говорил. Как минимум на моей памяти такого не было, и как только я захотела возразить, он снова открыл рот, выливая свои недовольства. — Говорил. А ты что? С каким-то рабом..! — Рейнольд. — Услышав ещё один возмущенный тон, я посмотрела второму сыну за спину. Там стоял герцог. — Успокойся и иди в карету. — Но отец!.. — Деррик уже пошёл и ты давай. — Сказал герцог, явно желающий отослать младшего сына куда подальше и как можно вежливее. Посмотрев на надувшиеся щёки Рейнольда, мне стало его жаль. Не то, чтобы я сама с такой реакцией от родителя сталкивалась, но почему-то сейчас я понимаю, что чувствовал Рейнольд, которого герцог отшил прямо на глазах у его нелюбимой младшей сестры. Что же, это выглядело не так уж забавно и мило, как это было в новелле и манхве. Рейнольд всё же решил не перечить отцу и в попыхах ушёл, полный несказанного недовольства. — Пенелопа, — На этот раз ко мне подошёл герцог. Он пробежался по мне взглядом и покачал головой. — Что это за платье на тебе? — Извините? — Я подняла бровь. — С моей одеждой что-то не так? Да, когда в тело переместилась Ча Сиён, она носила более закрытую одежду, да и я сильно открывала вид на тело. Но вот оригинальная Пенелопа, в чьё тело я магическим образом попала до Сиён, предпочитала носить более открытый стиль одежды. — Как может дворянка, которая еще даже не достигла совершенствования носить такие открытые наряды? — Мне показалось, что нотки недовольства от герцога отдалённо напоминали мне заботу. — Отец, — Я посмотрела герцогу прямо в глаза, из-за чего он стушевался. — Я понимаю ваше недовольство, но не думаю, что это достойно повышенного внимания. Как вы и сказали, я слишком мала для дел любовных. Я осторожно улыбнулась. — И всё же тебе не стоило одеваться так открыто. — Если бы у меня была возможность, я бы переоделась, но уже нет достаточного времени. Полагаю, с этим уже ничего нельзя поделать... Так что пойдёмте в карету. Герцог подал мне свой локоть, чтобы я взяла его под руку. — Чего ты мешкаешь, не задерживай меня. У нас нет времени. Я цокнула про себя, понимая, что горе-отец не знал, как себя вести. — Конечно. — Стоило мне взяться за герцога, как я тут же сбавила тон и отчитала мужчину. — Вам стоило быть полегче с Рейнольдом, отец. Такими темпами он совсем не захочет говорить в вашем присутствии. Герцог ощутимо дрогнул и пробубнил что-то невнятное, но после мы вышли из поместья. Как только я забралась в карету под чутким руководством герцога, выяснилось, что братья уже заняли свои места. Как назло, теперь они были напротив друг друга, а не рядом. «— Мг, то есть, когда вы за столом сидите, мне один путь, а когда в карете, то на выбор?» Пожалуй сейчас предстоял самый сложный выбор в игре, новелле, манхве или что там ещё, в целом. Карета была достаточно просторной, чтобы вместить нас всех четверых, а может даже больше. Однако, из-за того, что я опоздала, теперь мне придется сесть рядом с кем-то из них. Ну, в общем-то, выбор Пенелопы я однозначно разделяла. Над головой Деррика было 25%, а у Рейнольда – 22. Второй, кстати, кажется вообще обиделся. Даже не ясно, на которого – на меня или на герцога, но тем не менее. — Садись быстрее. — Настойчивый голос герцога определил мою судьбу раньше, чем я. Я торопливо села рядом с Дерриком. Когда я определилась с выбором, на меня были упали взгляды двух пар голубых глаз. Через секунду выражения лиц этих двоих слегка изменились. И тогда проценты изменились. -1% – Рейнольду, и +2% – Деррику. Ну, это было ожидаемо, хотя мне не понравился упадок у Рейнольда... — Эй, что с твоим платьем? — Конечно, второй Экхартовский сын, который и до этого виделся со мной, быстро нашёл к чему придраться. Пока Деррик молчал и наверняка оценивающе рассматривал мой внешний вид, его младший брат во всю начал критиковать меня. — Что-то не так? — Я недовольно отозвалась, повторив за братьями и сложив ногу на ногу, только я сложила руки на коленях, чтобы хорошо держать спину. — «Что-то не так»? Девочка, которая еще слишком маленькая и неопытная, научилась плохим вещам. Почему бы тебе просто не снять его? — Я снова цокнула про себе, когда Рейнольд начал возмущаться. — На последнем банкете я подумал, что ты немного повзрослела, но ты всё та же. — Я повернула голову в сторону Деррика, что всё ещё смотрел на меня. Когда мы с ним встретились взглядами, он никак не отреагировал на мой сосредоточенный на нём взгляд, хотя обычно людям от такого становится некомфортно. Удивительно. На самом деле, я в некотором плане была с ними согласна, ведь вырез был довольно своеобразным, но никак не огромным, хоть и превышал размер указанный в манхве. Не то, чтобы грудь прямо было видно, совсем нет, просто этот наряд более подчёркивал формы Пенелопы в области грудей. — Прекратите. — Я хотела было возразить, но герцог опередил меня. — Оно ей подходит, так почему вы её критикуете? Герцог недовольно цокнул, отвернув голову. — Ха. Ты серьёзно, отец? — Рейнольд засмеялся, обескураженный его внезапной защитой. Ха, папаша образумился... Мило, но недостаточно чтобы отрицать тот факт, что сначала он меня критиковал. Возможно, он почувствовал вину за то, что я даже не обратила на это внимание будто привыкла, высказавшись только про отношение к Рейнольду, но всё равно такое быстрое решение отвернуться от своих слов... Немного странное. — Поехали. — Мужчина несколько раз непринужденно постучал по стенке повозки и закрыл дверцу. Вскоре магическая карета бесшумно тронулась. Как я и ожидала, салон погрузился в тяжелую тишину. Некомфортно мне в такой атмосфере... К тому же сидело три мужчины и от сюда было невозможно выбраться. Крайне неприятно. Неожиданно, герцог нарушил молчание, длившееся некоторое время. — Хм. Ребята, разве вы не получили определенного признания на охоте? — Я сразу поняла, о чём будет идти речь и взбодрилась, нахмурившись. Вдруг раздавшийся голос приковал к мужчине всеобщее внимание. Рейнольд недоуменно спросил: — Какого ещё признания? — Юноша чуть нахмурился. — Ну, неужели вам ничего не предложили для безопасности?.. — Герцог провёл по пиджаку. — ... Вроде этого. Довольный герцог поправил свой воротник. Глаза двух братьев остановились на нем и я тоже машинально посмотрела на него, а потом уже была не в силах отвести взгляд. Я нервно сглотнула. — ... Зачем вам амулет? — Отозвался Деррик, который до этого предпочёл помолчать. Как бы легко не было снять и нацепить его, кто прикрепляет амулет поверх своей одежды? Помимо того, моей целью было тайно передать его герцогу. Я не хотела, чтобы герцогские сыновья сразу же об этом узнали, потому что потребовали себе тоже, а в планах у меня не было такого. Герцог, который очевидно хвастался амулетом, вызвал у меня головную боль и я не смогла не нахмуриться. Мужчина, не догадывавшийся о моих переживаниях, со взволнованным лицом начал объяснять: — Сейчас расскажу. Несколько дней назад... — Отец! — Я торопливо перебила герцога и тогда все взгляды обратились ко мне. — Вам действительно очень идёт. Я замялась, выдавив из себя подобие улыбки. Герцог что-то задумчиво сказал, восприняв мои слова как комплимент. — Но почему вы закрепили его не под одеждой, как предписывают правила безопасности? Что, если кто-то посчитает это чем-то нехорошим и начнет распускать слухи? — Вот-вот. Как бы про вас, отец, не распускали слухи о том, что вы на старости лет себе любовницу завели. — Не сдержался Рейнольд, видимо поняв мои слова, но по-своему. Конечно, я не имела ввиду любовниц и похождений герцога, ведь в одной из глав новеллы, где-то в экстрах, герцог думал о герцогине Эвелин и отзывался о ней исключительно положительно, так что не думаю, что он стал бы выбирать женщин. — Если они захотят посплетничать об этом, пусть попробуют! — В этот момент герцог в приливе гнева повысил тон. — Я хочу знать, какой мерзавец дерзнет трепаться о заботливом подарке моей единственной дочери! Мне нужно будет лично встретиться с ним в свободное время! Я закусила щёку изнутри. Как мило... Ужас какой-то – экипаж погрузился в холодную тишину, словно в ледяную воду. Желание спросить, могу ли я выйти прямо сейчас, во время езды, было сильным. — ...Его дала вам Пенелопа? — Дерик задал этот вопрос более низким голосом. Почему-то, меня затрясло от звучащего в его тоне неизвестной эмоции. Но в отличие от взволнованной меня, которая чувствала себя неловко, герцог только легкомысленно улыбнулся. — Вы тоже получаете подарки каждый год, вот только так и не пользуетесь популярностью у девушек из-за своих характеров. — Хах..? — Рейнольд усмехнулся, как будто у него поднялось настроение. Именно тогда Дерик, молча смотревший на герцога, вдруг перевел взгляд на меня. Когда мы снова встретились взглядами я заметила, как на дне его зрачков трепетало неизвестное мне чувство – я снова не понимаю его. Он ничего не сказал, просто отвернулся и посмотрел в окно. Похоже, его тоже одолевали не самые приятные чувства. Неожиданно процент симпатии засверкал... И -1 к процентам Деррика я заработала. Ну вот и как прикажете мне восстанавливать процент симпатии обиженного?

***

Приблизившись ко дворцу, повозка резко замедлилась. Я выглянула в окно, увидев как от парадных ворот тянулась длинная вереница карет. Я не стала задавать лишних вопросов, лишь снова приняла сидячие положение. Было очевидно, почему создалась целая пробка на этот раз. В отличие от предыдущего банкета, который устраивали Императрица и второй принц, этот устраивал кронпринц. У Каллисто, который был героем войны, было много врагов, так что я не сомневалась в том, что сейчас начнется какая-нибудь проверка. Вероятно, он, пока не взойдет на престол, будет постоянно подвергаться различным испытаниям и сталкиваться с угрозами для жизни. «— Однажды это сломало его.» – Мне грустно подумалось, что он действительно сумасшедший. Я прикрыла веки – я не могу в полной мере осознать, через что пришлось прожить Каллисто, но что точно я понимаю – то самое «что» явно не было хорошим. Через некоторое время экипаж герцога подъехал к контрольно-пропускному пункту, так что эта мысль задержалась в моей голове ненадолго. В любом случае совсем скоро начнется преддверие. Нас быстро пропустили, несмотря на то, пульки моего арбалета были обнаружены хрустальными шарами, считывающими магию, в конце концов это не стало проблемой, потому что они явно предназначались для охоты. Придворный волшебник, который мне кстати кого-то напомнил, закончил осмотр и вернул коробку с моим арбалетом Эмили, ехавшей в другой повозке. — Что ты собираешься сделать на этот раз? Ты так упорно готовилась. — Глядя на все это действо из окна, Рейнольд отпустил едкий комментарий. Деррик тоже коротко вздохнул с тревогой. Герцог, собственноручно приготовивший все, сухо прокашлялся, словно не имел ни к чему отношения, а я покачала головой. Как же душно. ... По прибытию герцог и двое братьев пошли проверять кабинки для переодевания и лошадей, которых предлагали использовать для охоты. Я, в общем-то, решила полезть в змеиное логово последней, поэтому посчитала, что нужно прогуляться перед тем, как надышаться ядом. — Эмили, — Горничная повернулась ко мне. В её руках был арбалет, который я попросила её подержать. — Я пойду прогуляюсь. — Но миледи, совсем скоро начнется..! — Горничная попыталась что-то ещё сказать, но я её перебила. — Я не надолго. Всего пару минут после душной кареты. А так, если братья и отец подойдут, пройдёшь с ними и скажешь, что я отошла посмотреть округу. Эмили обеспокоено осмотрела меня, но выбора у неё не было. И так, я по-итогу смогла избежать преждевременных усмешек. Не думаю, что на долго, потому что кто-то обязательно меня поймает, – любовная цель, например, – но на пару минут точно задержусь. Я полными лёгкими вдохнула свежий воздух. Приятно. В отличие от кареты, где воздух становился тяжелее и тяжелее, тут всё было... Ну, иначе. Было прохладно, ведь наступил вечер, но всё так же хорошо. В отличие от нелюбимых мною шумных и ярких мест, тропинка, по которой я шла, не была освещена всевозможными источниками света. Единственное, что могло осветить дорогу – светлячки, редко пролетающие мимо. Отдалённый гул людей, что с нетерпением ожидали начала, и звуки сверчков были приятны на слух. Прохлада прошлась по бархатной коже, что редко видела свет, из-за чего пробежали мурашки. Тропинка чуть расширилась ближе к конюшням. Кажется, где-то там сейчас Экхарты... — Пенелопа? — Тихий мужской голос прозвучал почти над самым ухом. Я подняла опущенную голову, которая была опущена в пол. Передо мной стоял Деррик. — Оу, молодой герцог... — Я сглотнула, вспоминая, что произошло сегодня до приезда. — Вы уже закончили? — ... — Деррик промолчал, а после перевёл тему, как будто мой вопрос был слишком глуп, чтобы на него ответить. — Что ты делаешь? — Я решила выйти прогуляться, но уже возвращалась и... — М-да, прогулка зашибись. Деррика раздражённо вздохнул, а после подошёл и подал мне локоть, чтобы я взяла его под руку. Прямо как герцог сегодня днём – вот только если герцог помог мне держаться на каблуках, стоять на которых мне было непривычно, а Деррик... Неужели мы действительно просто отправимся туда без лишних разговоров? С одной стороны я была рада, с другой – лучше бы он меня отчитывал пару-тройку часов, нежели идти туда. Прежде, чем принять руку Деррика, я глянула на праздничные огни за густыми кронами деревьев сада. Это уже третий вечер, что заканчивается моей встречей с Дерриком. Хотя... — Пойдём? — Похоже, он был так же нетерпелив, как и его отец. — Да, да... — Я взяла мужчину одной рукой за локоть, а второй, левой, – за внутреннюю сторону предплечья. Неожиданно я почувствовала, как сжимаю что-то немного мокрое левой рукой. Однако я решила не предавать этому значения, мало ли. ... Думаю, этот вечер только начинается.