Обережка

      Пожалуй я не буду рассказывать о том, как мы пробирались по тюремным коридорам, страшась гулкости сводов и любого шороха. Умолчу о том, что воздух был спёртый и казалось, что его потоками сама тьма обступала нас…       Скажу только об одном. Об обстоятельстве, немало меня удивившем и поразившем.       Тюрьма была пуста. Я чётко помнила, что по сюжету нам должны были встретится люди и ходячие, но их не было! За один раз осмотр всего мы не осилили, но как минимум половины — точно. И — ничего. Это ломало схемы, сложившиеся у меня в мозгу, вызывало недоумение, тревогу. Сказать об этом, конечно, было нельзя, да и, в конце концов, если Судьба неожиданно немного облегчает тебе существование, так почему бы не покориться его воле?..       День всё равно выдался насыщенным, во многом благодаря очень жаркой погоде и сухому, неприятному ветру.       Разойдясь по камерам, которые на ближайшее время должны были стать нашими комнатами, начали кое-как обустраиваться. Мне досталось жить с сёстрами Грин. И если против компании милашки Бет я ничего против не имела, то вот натянутые взаимоотношения с Мегги всё осложняли. Впрочем, мы обе были достаточно вымотаны как эмоционально, так и физически, чтобы, оставив недовольство, просто насладиться тем, что над головой есть крыша и что в данный момент нам ни что не угрожает. Хотя её шёпот с Андреа, подслушанный мной по пути — о том, что она точно «уломает этого симпатягу корейца», не давал мне покоя. Но могла ли я переходить в наступление, имея козырем лишь случайно услышанную беседу?.. По-моему, ответ очевиден. В конце концов, это ж не вопрос жизни и смерти…       В моей голове правда всплывали тревожные мысли по поводу соседнего тюремного крыла, так и не осмотренного нами, но я предпочла заглушить в себе тревогу, мотивируя это тем, что сейчас всё равно ничего нельзя сделать. Нечего нагнетать обстановку, все итак на пределе.       — …Т-точно? Ты уверена?.. — услышав голоса где-то у лестницы, ведущей на второй этаж, замерла, прислушиваясь. Это сказал Гленн.       — Абсолютно! — голос Мегги был полон такого энтузиазма, который казался даже каким-то угрожающим, — Или ты сам уже передумал, м-м?       Меня передёрнуло. «Как же она меня бесит! И на что, интересно, она подбивает моего милашку?».       — Нет-нет… не передумал, — торопливо отозвался кореец, — Б-буду очень-очень рад, — его голос подрагивал от эмоций и звучал очень искренне.       Скрежетнула зубами, и, чтобы успокоиться, небрежно погладила по спине Киру, которая, сонно приоткрыв один глаз, посмотрела на меня.       — Как думаешь, девочка, может мне действительно внять намёкам Уолша, стать ведьмой и превратить эту Грин в мерзкую жабу? — мечтательно улыбнувшись, в очередной раз провела ладонью по рыжей шерсти питомицы.       Эх. Что ж ты так себя не ценишь, бестолковка! Если для тебя только жаба не представляет конкуренции, то мне стыдно обитать у тебя в голове       Не сдержавшись, хмыкнула.       Отвыкла, признаться, от внутреннего голоса: что-то долго он молчал. Хотя… всё равно не до него было.       Чуть позже, не в силах успокоиться, пришла к камере Гленна.       — Тук-тук. Можно?       — А, Вики. Конечно, — Ри, взглянув в мою сторону, приветливо улыбнулся и кивнул, — Всё хорошо?       — Ну-у… если не считать того, что мы добровольно сели в тюрьму — всё прекрасно, — решила начать диалог с шутки, подходя ближе.       Парень непринуждённо рассмеялся. А я, ободрившись его реакцией, продолжила:       — Я случайно услышала. Ты говорил с Мегги?       — Да, говорил. Она хочет ко мне переехать.       Мои брови взметнулись вверх.       — Ого… — только и выдохнула, — А не слишком ли она торопиться?       — Мне тоже так кажется, но я не хочу её потерять из-за своей нерешительности, — как мне показалось погрустневший, кореец взлохматил себе волосы на затылке.       Нерешительно сжала его ладонь своей.       — Я знаю, это покажется странным, но будь осторожен, ладно?       — В каком смысле?..       — Да во всех. Не хочу чтобы ты обжёгся.       Парень замотал головой.       — Не обожгусь. Ты что! Как можно! Это же Мегги! Она такая… такая!.. — от эмоций он очевидно не находил слов.       Стало очевидно, что стараться его предостеречь — бесполезная затея. Да и стоит ли вообще? Это его жизнь.       Жутко пожалев о том, что на эмоциях всё это вообще затеяла, засуетилась:       — Ну ладно, я пойду?.. А это это… дела разные всякие. Да и Киру надолго не оставишь. Так в общем… Вот, — получилась какая-то слабо внятная речь, почти лепет. Уши предательски заполыхали красным.       — А… Да, конечно, всё понимаю, — Гленн неловко передёрнул плечами, улыбнувшись, — Если вдруг сегодня не увидимся, то доброй тебе ночи.       Уже добежала до порога камеры, но не сдержалась — обернулась.       — И всё-таки… будь осторожен. Любовь зла, говорят, — хмыкнула, сжав пальцами прутья решётки, — Доброй ночи! — и припустила к себе, не останавливаясь и не оглянувшись.       Могла ли знать, что на этом события не заканчиваются и что покой мне даже не присниться, потому что поспать будет почти не суждено?..

***

      Уже поздним-поздним вечером Рик, взяв с собой Ти-Дога, Дейла и Хёршеля, отправился ещё раз осмотреть периметр. На ночь, так сказать. А в отсеках началась непринуждённо-полусонная болтовня. Изредка мешаемая с топотом лапок моей собачки, которая, уже освоившись, не стесняясь бродила везде, куда пускали.       Эй, бестолковка? Подопечного своего проведать не хочешь?..       Меня едва на койке не подбросило.       Шейн! Ну как же я так, а? Надо было ещё раньше про него вспомнить!..       Вскочив и громко топая, бросилась в заданном самой себе направлении.       Уолша поместили в отдельный, самый дальний, отсек. И от него не было ни слуху ни духу. Во всяком случае я его не слышала с тех пор, как мы сюда прибыли. Поэтому теперь испугалась.       Когда я заглянула, бывший полицейский сидел на полу, впечатавшись спиной и затылком в стену, прикрыв глаза. И отчего-то тяжело дыша.       — Мистер Уолш. Эй? Ну вы как тут? — подала голос.       И поняла, что что-то не так. Мужчину трясло и дышал он с каждой секундой всё чаще.       — Мистер Уолш?!.. — снова повторила призыв, на этот раз паникуя, — Что это с вами?       На него жалко было смотреть. И я, прежде чем вообще понять, что такое творю, сорвала со специального крючка ключ, открыла дверь, шмыгнула внутрь. Было очень сложно сказать, понимает ли друг Рика, что он не один…       — Мистер Уолш, харе меня пугать! — от испуга повысила голос, сжав его плечо, — Немедленно объясните, что с вами такое!       И тут полицейский распахнул глаза. Столько ответного страха отобразилось в его взгляде, что я вздрогнула. Теперь он меня точно признал, но пока ничего не произнёс — лишь, сделав движение, обхватил пальцами моё запястье. Ладони у него были горячими и немного потными.       — А, это т-ты, чудо… Что, пришла добить меня? Психушки и тюрьмы, считаешь, мало?.. — губы плохо его слушались, но всё же бывший полицейский смог выговорить это.       — Нетушки, вам и без меня сейчас несладко, — парировала, выдохнув. Ну хоть говорить может. И соображает. Вроде как, — Так что это с вами?       — Клау…       — Клаус? Санта-Клаус? — не могла не пошутить на нервах, но тут же осеклась. Какая же я всё-таки неисправимая, а!       — Клаустрофобия! — рыкнул в ответ Шейн, но его рык тотчас снизился опять до хриплого шёпота, — или паническая атака… А может и то и то.       — А, вон оно что, — понятливо закивала, — И что мне надо сделать чтобы вам стало лучше? Пойти и позвать Хёршеля?       — Н-нет. Просто… просто побудь со мной.       А что? Наверное это мысль. Состояние вроде не ухудшается. А вот если я его оставлю, тогда…       Приняв решение и не став высвобождать запястье из плена чужих пальцев, устроилась рядышком на полу. Завозилась, устраиваясь поудобнее.       Молчала. Но потом не выдержала:       — На будущее: ищите способ атаковать паническую атаку первой, — с умным видом посоветовала.       Уолш через силу засмеялся.       — Слыш, чудо? Я всегда знал, что ты неотразима.       — Сочту за комплимент! — хохотнула. Замолчала. Помрачнела. И теперь уже вовсе не из-за Шейна, — Ну почему мир так устроен, а?       Друг шерифа помолчал-помолчал… а потом коротко поинтересовался:       — Что, всё задолбало, да?..       Потом на него опять будто «накатило» — затрясся, глаза прикрыл, дыхание сбилось. Бормотал что-то о том, что до апокалипсиса с ним никогда такого не было и чтобы я не говорила Рику…       — Ну, мистер Уолш, — хмыкнула, невольно проведя ладонью по его горячему лбу, — до апокалипсиса с нами со всеми много чего не было! Нечего теперь на него всё валить. Нервная система у вас шалит.       — Скажешь, не с чего?.. — опять подколол меня, силясь приоткрыть глаза.       Качнула головой, не заботясь о том, что он этого движения не увидел.       — Не скажу. — и добавила, спустя мгновение, — Как же вы правы, мистер Уолш… всё задолбало.       На том и сошлись.