это так больно

больно. резать себя из раза в раз уже вошло в привычку. но каждый раз всё равно — больно. и именно поэтому блэйд не собирается останавливаться. лучше он будет истекать кровью на полу своей ванной, чем почувствует ещё хоть что-то кроме боли физической. потому что боль душевную вытерпеть гораздо труднее. боль от мыслей о давно ушедшем из его жизни человеке — терпеть невозможно. поэтому проще не думать — совсем. глушить все мысли острым лезвием по коже — по самому нутру, — разрезая душу в хлам и превращая её в кровавые ошмётки, которые уже не станут тем, чем были прежде. тем, чем были, когда он был рядом. но потом он ушёл. ушёл, как и все остальные. блэйд уже привык — они всегда уходят. как бы он не держал их, цепляясь пальцами и прося остаться, они всё равно уходят. и дань хэн не исключение. хоть и казалось иначе. он, честно, пытался забыться. очень легко сделать это в объятиях нежного и участливого цзин юаня, который ни в какое сравнение не идёт с тем, от кого всегда был только холод. блэйд хотел забыться, растворяясь в чужих руках и подставляясь под мягкие поцелуи. но по итогу блэйд только больше осколками сыпался, прекрасно понимая, что всё это — ложь. вся любовь — одна лишь ложь. потому что сам блэйд никого уже не полюбит. не так, как когда-то привык любить его. потому что так, как было с ним, бывает только однажды и на всю жизнь. поэтому блэйд снова оказывается в ванной. снова с лезвием в руке, которое некому отобрать. снова с распоротой душой, которую некому зашить. снова с телефоном у уха, в котором один лишь номер набирается снова и снова. чтобы снова услышать, что абонент недоступен. и резануть ещё глубже, чтоб за рёбрами боль перебить. чтоб стереть чужой образ, маячащий перед глазами. чтоб просто-напросто не думать. больно. из трубки вместо привычного механического голоса впервые за последние месяцы доносятся гудки. перед глазами темнеет, и блэйд тянется зажать слишком беспечный порез, с трудом держа телефон в свободной руке. затылок легонько ударяется о бортик, когда блэйд глубоко вздыхает, слыша такое желанное: — ало? — всё тем же ледяным голосом сказанное. вот только ответить блэйд уже не успевает. а дань хэну остаётся лишь вслушиваться в мёртвую тишину. потому что ответа он уже не дождётся.