Пока я не лишусь разума

Мы все ближе подходили к моему дому. Бяша смотался на задний двор под предлогом покурить. Я и Антон зашли ко мне. Я с самого утра заметил его подавленное состояние. Было такое ощущение, что он хотел мне что-то сказать, но я не мог понять, было ли это какое-то предчувствие или ложное мнение. Быстро скинув кожанку, которая досталась мне "по наследству" от отца, и, сняв обувь, мы прошли на кухню. Присев на пыльный диван, Антон начал рыться в сумке – меня это насторожило. — Есть огниво? — ни с чего произнес Петров. — Тебе для чего? — Покурить хочу. С каких пор Антон курит? Но это не сильно было важно. Важно то, почему он мне об этом не говорил? Куда же делся тот миленький, застенчивый мальчишка с окулярами? Я откинул мысли в сторону, когда Антон меня еще раз спросил, ожидая ответа. Я неохотно протянул зажигалку, которая всегда лежала у меня в кармане. Петров достал пачку сигарет, которую мне по счастливой случайности удалось забыть, пока я был в гостях две недели назад. Он осторожно начал поджигать край окурка, медленно затягивая никотин и смотря с неким спокойствием в окно. — Расслабляет, правда? — Антон кратко посмотрел на меня, ожидая хоть малейшего намека на ответ. Я невольно кивнул. На душе было противно, меня терзали мысли из-за необъяснимого поведения Петрова. Тот продолжил. — Нужно поговорить, — в его голосе почувствовалась дрожь. — О чём же? — Знаешь, меня постоянно терзают мысли о том, делаю ли я все правильно? — я заметил, как на глазах Антона начали проскакивать слезы, уголки губ сформировали безнадежную улыбку. Выражение лица было настолько безжалостно пустым, что я испытал резкую боль в груди. Мне хотелось узнать все. Я невольно потянулся к своему другу. — Антон...ты... Послышался громкий хлопок двери. Из коридора послышался голос пьяного Бяши. — А вот и я! Я вам тут пол бутылочки коньяка принес! — Бяша, блять, — невольно вышло из моего рта. — Мы можем оставить это до вечера? Останешься у меня, проясним ситуацию... — Хорошо. Теперь я не мог оставить этот разговор. Его выражение лица было настолько болезненным. Хочется просто подойти, обнять крепко и сказать, что все будет хорошо. Но... Мы не в тех отношениях, чтобы просто взять и сделать.

***

Мы уже подходили к участку Полины, откуда доносилась клубная музыка, и был слышен гул ребят. С Ромой после того инцидента я не говорил, мы шли тихо, и лишь Бяша разрулил ситуацию своими историями из разряда: "А помните...". Калитка была открыта, а на заднем дворе уже во всю сосались парочки. Пройдя мимо, мы подошли к двери и зашли без стука. — А вот и наши три мушкетера! — задорно воскликнула блондиника. — Катя, опять за свое! Сейчас по шапке получишь — раздраженно произнес Пятифан. — Ну-ну, попробуй. Не знаю, когда наши отношения с Катей начали улучшаться. Это уже было ближе к классу восьмому. Тогда я ей помогал с алгеброй. Возможно, в то время я узнал одноклассницу получше. Мы скинули верхнюю одежду и направились к столу со спиртным. Я взял стакан с каким-то коктейлем и ушел на второй этаж, пока Рома и Бяша уже во всю отрывались на танцполе. Мне никогда не нравились подобные мероприятия, но все же это было намного лучше, чем сидеть дома и слышать ругань, доносящуюся ото всюду. Одна из комнат была свободна. Я зашел туда и присел на старый зашитый платками диван. Мне стукнуло в голову, что я брал с собой блокнот, где были разного рода зарисовки карандашом. Я принялся набрасывать то, что всплывало у меня в голове. Сначала вырисовывались высокие деревья, потом полная луна, а затем... Хозяин леса. Лишь тогда я вспомнил, что произошло 5 лет назад. Во мне проснулись чувства, которые я давно позабыл. Дрожь начала меня окутывать, все плыло. Противный шум в ушах усилился. Выступили слезы. Я не мог здраво мыслить. Лишь эхом отдавались голоса, которые я слышал прежде. "Это все тебе... Пойдем, Зайчик..." — Тон...Антон...Антон! Я вздрогнул. Только сейчас я понял, что сполз на пол. Воздуха не хватало, руки были прижаты к голове, а колени согнуты к груди. Я бросил взгляд на человека, который меня звал. Это был Рома, как ни странно. Почему-то всегда, когда меня охватывали приступы, рядом был он. Я крепко вцепился в него, не желая отпускать. — Уведи меня отсюда, пожалуйста, — говорил я сквозь всхлипывания и слезы. — Тише, Тох... Я рядом, всегда рядом... Я не отпускал Рому. Меня сдавливал страх, что он уйдет. Я смотрел на Рому заплаканными глазами, моля взглядом, чтобы он не отходил от меня ни на метр, — в такой момент я не хочу быть один. Он смотрел на меня обеспокоенно, прямо в лицо. Эти карие глаза успокаивали меня, я буквально тонул в них. Рома потянулся ко мне, чуть прищурив веки, и нежно поцеловал. К щекам приступил румянец. Сердце трепетало. В животе появились бабочки. И только сейчас я понял, что чувствую к нему. Я всегда хотел быть подле него, не уходить ни на шаг. Хотел также растаять в его объятиях, как и сейчас...