Друкхари

      — Вы, безродные шавки, не имеете никакого права зваться не только воинами кабала, но и Друкхари. Вы не просто опоздали на встречу с Сибаритом, вы заставили ждать того, кто выше вас по статусу. Вы думаете, я не преподам вам урок?! — Сиреник Орироис, сибарит, которому они были переданы в услужение, уже долгие пятнадцать минут изгалялся над подчиненными, расхаживая перед строем из четырех накосячивших эльфов. — Явно бюрократы постарались насолить мне, выдав вас. Как мы встретим Деконта и наших союзников, когда вы, личинки неотесанные, выглядите как отбросы из трущоб? Да от вас перегаром несет за пару миль. А сколько дури нужно было выжрать, чтобы глаза так покраснели, я ума не приложу… По отсутствию интеллекта в глазах я могу лишь предположить, что вы все еще видите набор глюков, а не своего командира. Переломаю все кости на тренировочных рингах, как только заберемся на корабль!..       Кальдатос всеми силами делал угрюмое и бездумное лицо перед новым начальником, но внутри он ощущал чувство довольства жизнью. Он бы даже сказал «покой», но ненависть к этому слову, привитая за годы обучения, слишком исказила его мировосприятие. Готовность к борьбе не оставляла его ни на секунду, да и озлобленный Сибарит уже пару раз возвращал его в реальность ударом Палача. Благо, не режущей кромкой глефы, а психокостным основанием, и то не особо сильно, но подставлять нужные части тела для ударов все же приходилось.       А радовался он, разумеется, проведенной бессонной ночи в сладострастной компании и дарам Слаанеш за этот бескомпромиссный разврат, возможный лишь в дурмане. По меркам Кальдатоса эльдар не отказывали себе ни в чем, хотя многие изощрённые души Камморага назвали бы это безобидными шалостями.       Впрочем, Принц высоко оценил подаренные Кальдатосом эмоции, укрепившие его Царствие в Эмпиреях. Как только разум эльфа прояснился в короткой дреме перед назначенной встречей, системный интерфейс впечатался в его сны. В тот момент неплохо подросла характеристика контроля (+0,2) и была добавлена некая база знаний:

«Имя: Кальдатос

Базовые характеристики:

Нейронная Сеть — 1,1

Психические силы — заблокированы

Регенерация — 1

Структура — 1

Контроль — 1,3

Мышечный потенциал — 1

Мутации: Нет

Базы знаний:

— Владение Клевом I/X

До момента вырывания души из тела —

10 месяцев 10 дней»

      Подарок Голодной Суки был незабываем как всегда. Скрюченный от боли, он с трудом выбрался из клубка тел, что полусонно отбранил его на все лады. Схаера, обхватившая его руками и ногами во сне, расцарапала ему грудь и спину до костей за диверсию против крепкого сна. Причем абсолютно точно не просыпаясь, рефлексы у нее были перекручены Гемункулами не в ту сторону…       Сложно сказать, сколько он просидел в противоположном углу от кровати, но в конечном итоге они опоздали более чем на час. Не по его вине, внутренние временные настройки сбились у всех.       Если бы не Тасиония, подобно ему внезапно вскочившая и устроившая паническую побудку и сборы, так бы он и сидел, прислонившись к холодному металлу стены родной кельи. Даже факт того, что и бегающая по келье голая эльдарка тоже была исцарапана засоней-Схаерой, не показался ему сколь либо забавным.       И если боль от повышения контроля и перестройки организма была ему знакомой и подвластной, то об усвоении базы знаний он так сказать не мог. Одна десятая знаний о владении оружием из Эмпиреи, где собрано буквально все коллективное бессознательное наследие разумных, внедренная в пусть и крепкий, но все же мозг обыкновенного эльдара, — это много?       Кальду этот объём показался бесконечным. Его голова гудела и вспыхивала резкой болью от потока информации, а сам он находился в бреду видений, где он резал Клейвом врагов. Резал, резал и резал. Он кромсал врагов, расчленял их, рубил и колол. Но память, увы, не ограничена одним лишь мозгом. Его мышцы и нейроны по всему телу также стонали от внедрения новых реакций и рефлексов.       Даже после того, как они нашли своего Сибарита, его мозг продолжал задействовать свои ресурсы для комбинирования выученных приемов и разработки новых стратегий. Правда, критичным такое состояние уже точно не было, и такое освоение нового материала на фоне пройденного казалось тем самым сущим блаженством. Сделай разумному плохо, а потом верни как было, и он вовек будет тебе благодарен…       Слаанеш оценила припоминание сей философской фразы в 2 дня жизни, из-за чего Кальдатос на короткое мгновение перестал сдерживать рвущуюся улыбку.       — Тебе что-то показалось смешным в моей речи, кабалит? — Сибарит такой жест подчиненного совершенно не оценил, и голос его был абсолютно отличен от бурчания на повышенном тоне, что было до этого. Холодность и рубленность фраз командира сулили большие беды.       — Нет, господин Сиреник.       — Чему же ты ухмыльнулся?       — Простите, милорд, Палач в ваших руках заставил меня предположить, что примерно так экзархи с Миров-Кораблей и наставляют молодых аспектных воинов. Столь непривычное оружие сильно удивило и впечатлило меня, из-за чего я не сдержал эмоций. Я убежден, что под вашим началом мы совершим многие деяния во славу и на пользу кабала «Сломанной Печати».       Лесть не лучшее оружие среди Друкхари, многие эльдар Темного Города слишком хорошо научились выделять фальшь в пустом восхвалении вне контекста. Обычно, это дурной тон начинать разговор с комплимента, но Кальд почти полностью был убежден, что перед ним не истинный, а обретенный Друкхари.       — Возможно, но сравнение недалекое. Мне приходилось сталкиваться с этими отроками Миров-Кораблей. Вам до качеств и умений аспектных воинов еще очень долго расти. — Сибарит, после сравнения его персоны с экзархом, кардинально изменил свой настрой и свое поведение. — Но ты прав в том, что мой долг теперь наставлять вас. Я требую от вас всего трех вещей: уважение, подчинение и готовность к развитию. В последний раз вы их нарушили сегодня без серьезных последствий. И я говорю не о наказаниях, а об отречении от отряда. Немногие эльдар служили под моим началом до этого момента, но в каждом из них я уверен, как в себе. Десятки лет жестоких воин, боевой опыт многочисленных кампаний и мое попутное обучение сделали из них безупречных солдат. — После этой фразы Сибарит закатал рукав и показал подчиненным татуировку. — И каждый из них по результатам своей службы под моим командованием получил Килитикадью. В далеком прошлом и я был ей клеймен моим наставником. В эпоху до падения нашей расы, Ордена, повязанные подобными нательными знаками, значили крайне многое. Члены таких организаций могли получить поддержку со стороны товарищей в самых разных ситуациях: гонимые и порицаемые могли найти убежище и спасение, ищущие поля для сражений могли найти достойный найм в боевые походы, а алчущие новых знаний получали доступ к нужным наставникам и сокрытым таинствам.       — Милорд, не кабалитскую структуру ли вы сейчас описываете? — повисший в воздухе всеобщий вопрос озвучил Драннор.       — Я бы сказал, не только кабалитскую. Наследие этих традиций можно найти в храмах аспектных воинов и инкубов, даже в Гонведах экзодитов. Эльдар по-разному хранят то наследие, по-разному трактуют и реализуют. Но суть одна: порознь мы были бы давно мертвы, сила в единении нашей расы вокруг исчезнувшего прошлого. Тысячи рас были перемолоты в прах и забыты, но не мы. Те, кто следуют за мной, должны как и я верить в возможность перерождения Вечной Империи и должны всей душой хотеть увидеть крах проклятой Четверки. Прямо сейчас я даю вам выбор. Вы можете обратиться к Вернорождённым при Деконте и настоять на замене Сибарита. Древние традиции, до сих пор чтимые в Комморре, допускают это. Более того, не раз юные кабалиты отказывались от моей власти над ними. Или можете приклонить колени с клятвой дать обет и принять Килитикадью на свои тела в день, когда я посчитаю вас готовыми.       Сомнения никто в группе Кальдатоса и не пытался скрыть. Они многое ожидали от наставника и властителя: излишнюю жестокость и безрассудство, заносчивость и наплевательское отношение. Но Сиреник Орироис переплюнул самые смелые из тех ожиданий. Вербовка в некий «орден», причем безумно наглая и прямая. Куда смотрело руководство при назначении этого эльдара на должность боевого сибарита? Кто он, черт его подери, и чего хочет на самом деле?       — Какие именно обязательства накладываются с принятием Килитикадьи? — Драннор вновь стал голосом группы.       — Вы поможете сохранить жизнь любого носителя этого символа, если это будет в ваших силах. Вы не допустите кровопролития в отношении носителя этого символа, как собственноручного, так и косвенного. Вы окажете мне или эльдару, за которого я походатайствую, помощь, не взирая на сопутствующие обстоятельства и возможные потери.       Сиреник Орироис — псих. Или не знаком с укладом Темного Города, что пугало куда больше. Друкхари никогда бы не потребовал безвозмездной помощи в любой момент. Чего стоит такая клятва? Обязательство должно быть покрыто обязательством, цена присяги должна быть равна ценности получаемых преимуществ от службы.       Кальдатос не ошибся в чужеродных повадках Сибарита. Возможно, и глефа с Миров-Кораблей была взята не в бою. Но кто допустил в кабал чужака, и за что архонт наградил его фамилией? На эти вопросы точно нужно найти ответы. Ведь за этой тайной стоит его личный шанс обрести благородный статус. Клятвы — пустой звук, если их не могут заставить исполнить силой. Татуировки — не знак верности, а обучение — не повод быть благодарным. Кальд не знал, многих ли Друкхари обучил этот эльдар, но в глубине души он испытал презрение к его мечте. Ни одно дитя Темного Города не станет действовать без интереса в личной выгоде. Как подобное можно не понимать?       Долгие минуты раздумий закончились четырьмя кивками юных Кабалитов друг другу. Кальдатос не знал, пришли ли его товарищи по оружию к тем же выводам или преследовали они иные цели, но он был рад, что глупостей с их стороны не последовало. Сибарит может сколько угодно распинаться об отсутствии последствий, но Вернорожденные не станут разбираться в причинах отказа подчиниться воле Сибарита. Производственный брак легче утилизировать, чем мучаться и подбирать ему применение. За пару лет кабал способен вырастить сотни тысяч амниотиков. Если часть из них нагло нарушает право чистокровных, кем зачастую должны быть Сибариты, на абсолютное владычество по итогу обучения, то таких Друкхари необходимо уничтожить. Необязательно делать это открыто, война есть война. Ими можно затыкать фронтовые дыры, не взирая на потери, или их можно отправить без должной экипировки в планетарные районы, пропитанные безумным количеством радиации, отравляющих химикатов и болезнетворных биологических штаммов. Даже стойкие организмы эльфов, способных жить вечно, порой просто не выдерживают тех условий, что создали смертные на своих планетах. А после всех этих «болезных» эльдар можно будет оставить в материальном мире под благовидным предлогом: «Защита Каморрага от распространения неопознанных факторов новой агрессивной болезни».       А если подобный эльдар посмеет что-то высказать в адрес фактических виновников… Почему бы не увидеть здесь скверну хаоса и начало развития одного из Даров Нургла? Уничтожить такую угрозу нужно на месте.       Разумеется, речь идет не о продаже души темным силам. Повелитель Разложения и Господин Мора и Чумы насылает свои болезни без просьб или молитв. Они просто появляются, а эльдар ждут шёпота Иши в надежде на лекарство, попутно убивая прокаженных братьев.       Служение потомков Аэльдари Троим из Четырех Порочных Богов в том виде, как это понимают смертные, невозможно. Эльфы не шествуют по галактике среди орд хаоситов, присягнувшим этим богам. Некоторым умельцам удается заключать сделки с тварями Перворожденной Тройки, но живых носителей их скверны никто и никогда не встречал. Слаанеш крайне ревнивое и жадное божество, а еще у нее есть безумная власть в Эмпиреях и нерушимая связь с расой своих прародителей. Стоит только бессмертным эльдарским душам принять хаос путем служения Кхорну, Нурглу или Тзинчу, она вырывает новорожденных культистов из-под власти братьев и высасывает из него саму суть жизни.       Служение же эльдар Слаанеш вообще какой-то сюр. Будь у Голодной Суки возможность, она бы сожрала душу каждого существующего эльфа в мгновение ока. Каждый вечный это осознает, и нет ни одного эльфийского сообщества, которое бы почитало Слаанеш. Многие разумные по всей Галактике убеждены, что Друкхари — слуги «Той-Что-Жаждет», но это не совсем так. В Каморраге Принца наоборот ненавидят больше всех прочих. Да, многие представители темной ветви беззаветно отдаются порокам и укрепляют власть Четвертого, но это, по сути своей, рьяная борьба за жизнь.       Сука нетерпелива до безумия. Она сосет души Друкхари с момента их рождения до момента смерти, ведь остальные потомки расы прародителей оградились от ее внимания всеми возможными способами. Что за Дар у Принца для 99% обитателей Паутины за подаренные эмоции, как собственные, так и окружающих существ? Он просто не будет терзать душу Друкхари какое-то время. Причем это не повод не выпить душу даже самого упивающегося жизнью темного эльфа, если душа его мелькнёт в Варпе без должного потока эманаций страданий или наслаждений. А Варп материальный мир пронизывает от и до, вот и приходится им ютиться в Паутине Древних, а за вечно исчерпывающимися ресурсами выбираться столь жестоко и кроваво.       А ведь он не исключение, даже с учетом происхождения своей души. Жажду он чувствовал от и до, и она не отступала насовсем даже с учетом почти полного года в характеристиках. Принц пригубливает его душу, как сладкое вино, надеясь, что чаша будет пополняться вновь и вновь сама собой, пока не разрушится вдребезги от изнеможения или пока Слаанеш не приестся этот напиток «попаданческой души».       Он не так уж и нужен ей. Это лишь забава, и сколько она продлится можно лишь гадать. Возможно, система исчезнет уже завтра, возможно, она вырвет его душу на пике могущества и триумфа. Это лишь прихоть, как и любые благословения среди Друкхари. Можно принести на Алтари тысячи и тысячи, а «Совершенный Принц» останется безмолвным. А можно столь сильно полюбить грызть ногти, что принц одарит тебя бесконечным могуществом, чтобы ты срезал ногти с каждого встречного разумного. Дитя Хаоса есть Дитя Хаоса, и мотивы его останутся неразгаданными.       Наконец закончив с настройкой на нужный лад и испытав отвращение к своему тайному покровителю, Кальдатос вышел из строя и встал на колено перед потенциальным наставником.       — Я — Кальдатос, воин кабала «Сломанной Печати», даю клятву моему Сибариту и властителю, Сиренику Орироису, с достоинством принять Килитикадью и не отрекаться от долга, что связан с ней. — Фраза получилась более чем искренней, и Сибарит удовлетворенно кивнул.       За Кальдатосом схожим образом присягнули его товарищи, и Сиреник ритуальной фразой, суть которой давно позабылась, признал свое господство над новыми последователями.       — Времени у нас осталось не так уж много. — Даже тон и тембр голоса Сибарита изменились на покровительствующий. Он будто говорил с детьми. — Выдвигайтесь на форум Девяти Клинков подле территорий нашего «союзного» Кабала. Там выступят архонт-повелитель «Злобы Шторма», Тейтанар Агантис, и наш прославленный в сотнях рейдов Деконт Анвеель Фаррозали. Как только я закончу с делами, я встречу вас там. И не смейте «заблудиться». Стройные ряды наших кабалитов уже давно должны стоять там, демонстрируя безупречную выдержку и готовность к служению. Именно вы должны стоять там. Не забывайте, никто из вас более не неофит, которым многое прощают, вы теперь воины. Лицо кабала как внутри Камморры, так и вне ее. Любое ваше негативное действие способно теперь дискредитировать кабал, помните это и тщательно думайте, прежде чем совершить что-либо.       Поклонившись наставнику и командиру, группа юных эльдар двинулась в нужные телепортационные залы. На гневную бранную тираду Схаеры в сторону Сибарита, когда они достаточно далеко ушли по мрачным переходам башни, куравари смотрели с выпученными глазами, а Кальдатос с трудом давил смех.       — Ты с ума сошла? — шепот Драннора был полон недовольства. — В башне везде есть глаза и уши.       — Поверь, у владельцев этих глаз и ушей схожее с моим мнение. Никогда так не жалела, что не исполнила сиюминутную хотелку Кальда и не вызнала информацию о Сибарите, когда его имя стало известно. Мы нарвались на корсарского, мать его, вербовщика. Каков был вообще шанс на такой исход?!       — Успокойся, многое ли мы могли бы тогда сделать? — Драннор в своей манере продолжил увещевать Схаеру быть сдержаннее.       — Как минимум без репутационных последствий мы могли бы уговорить и подкупить знатного Друкхари, чтобы он выразил желание стать нашим Сибаритом. Такое даже поощряется, и замены в день объявления списков почти норма. Но мы очень сглупили.       — Но с чего ты взяла, что он «Корсар»? Палач же происходит с Миров-Кораблей… — Неясный момент решила прояснить для себя и Тасиония.       — Не глупи, пиратская метка, которую он так рьяно жаждет нацепить и на нас. Или ты поверила в этот бред про наследие древних орденов? Нет, это способ независимых флотских организаций идентифицировать своих и чужих. Хотя, часть правды в его словах есть. Его хозяева используют тебя по полной, если это спасет кого-то из более ценных членов команды, попавших в беду в Каморраге. Или отправят в дар на корм паукам, чтобы уберечь себя от вражды с организациями вечного города, невзирая на цену, которую ты заплатишь. Да и не может он происходить с Миров-Кораблей. Слишком чужды нам эти братья отступники, слишком часто мы сталкиваемся в сражениях. Кабал не допустил бы проникновения такого эльдар в свою структуру, но корсары — совсем другое дело. Отдавать пару сотен или тысяч душ из собственных структур взамен на поддержку крупных флотилий вполне допустимо, и поэтому на вербовщиков закрывают глаза.       — Но ведь Корсары обитают в реальном мире? Как столько Друкхари существуют там и не гибнут?       — Это заблуждение, немало пиратов больше населяют паутину между походами. Просто мы их встретить не можем, так как обитают они в вассальных городах Каморры и отдалённых уголках сети Древних. Возможно, и нас эта метка загонит туда, хоть официально мы и продолжим числиться кабалитами. Ну, а в реальном мире их хранят две вещи. Первая — технология психокости, украденная с Миров-Кораблей. Флотилии Корсаров защищены от эманаций Варпа, и обитать на них можно относительно безопасно. Вторая — корсары даже более жестоки, чем Друкхари в своих зверствах. Слаанеш гораздо яростнее высасывает жизнь из пиратов реального мира, и требует за право жить гораздо больше.       — И что нам делать? — Тасиония была явно шокирована информацией о принадлежности их командира к корсарам.       — Ждать. Обучение и служение сибариту длится годами, мы еще долго будем частью кабалитских войск. А там может случиться всякое: он посчитает нас «недостойными», сгинет на поле боя… — Серьезному настрою Схаеры можно было позавидовать, но она явно перестала держать язык за зубами. Косвенная угроза жизни Сибариту — смертный приговор, если эта информация попадет не в те руки. Эльдарка и сама поняла свою ошибку, и далее они шли в мрачном молчании, обдумывая ситуацию.       Изменения произошли лишь на форуме. Встроившись в порядки братьев и сестер, они продолжили шепотом перебрасываться фразами, не затрагивая более тему с Сибаритом. Более чем через час гигантский форум заполнился огромным войском. Сотня тысяч кабалитов «Сломанной Печати», вкрапления новых амниотиков среди которых были почти незаметны, еще около ста семидесяти тысяч кабалитов «Злобы Шторма», около пятидесяти тысяч искаженных тварей и пятидесяти тысяч боевых рабов ковена «Пророков Плоти». Самих Гемункулов на их фоне было немного, менее тысячи, но они выглядели более чем грозной силой и внушали ужас даже Кальдатосу своим внешним видом. Про численность культа ведьм и бесчисленных банд и малых организаций Каморрага, переданных им в подчинение, и вовсе сложно было сказать. Более полумиллиона Друкхари, алчущих крови, будут служить Королеве Марграде Джейвинвин до конца похода. С учетом многочисленных флотских и логистических войсковых подразделений их суммарная численность где-то два миллиона душ.       Не так уж и много разумных по галактическим меркам, но ведь это Друкхари, превосходящие Младшие Расы в десятки, если не сотни раз. Такая сила способна с легкостью уничтожить планетарную и космическую оборону средней планеты и быстро отступить, вырвав из нее все самое ценное.       Сибарит вклинился в ряд между своими подчиненными едва ли не в последний момент. Знатные Лорды всего через пару минут после его прихода взошли на трибуну. Деконт их кабала Анвеель Фаррозали был мрачен как туча, и его свита из числа вернорожденных полностью соответствовала поведением настроению господина.       Пара десятков Друкхари из ведьмовского сектора, бросившихся приклонить колени с просьбами о вступлении в кабалы перед знатными Лордами, были изрублены в клочья. Обычно отказ не столь жесток, и темным эльдар низкого происхождения обещают дать шанс после похода. Ухмыльнувшийся этому действу архонт Тейтанар лишь бросил неслышную группе Кальдатоса фразу и вышел вперед, осматривая войска.       — Вижу, что здесь собрались достойные воители Каморрага. И я горд, что поведу вас в бой! — архонт «Злобы Шторма», включив усилитель на воротнике своего камзола, начал речь бодро и резво. — Я знаю, что вы изголодались по крови и страданиям Младших Рас. Знаю, что вы хотите рабов и богатств. И я исполню ваши желания. Фабрики и заводы Каморрага истощились. Рабов, владеющих техническими знаниями, давно не захватывали в рейдах. Владыки производственных секторов щедро вознаградят тех, кто приведет им новое мясо из числа обученных специалистов. И ради этого мы вторгнемся на один из технических миров Мон-кей в сегментуме Обскурус в секторе Старвус, известный под именем Халвакс. Несколько столетий имперцы адаптировали эту планету под производственные мощности. Миллионы нужных нам смертных были завезены туда, и мы утащим их в паутину!..       Кальдатос внимательно следил за реакцией окружающих, и ему очень не понравилось резкое ухудшение настроения матерых кабалитов и его собственного наставника. Что не так с этим миром Мон-кей?       Увы, из речей он этой информации выудить не смог. Простое бахвальство, которое должно настроить Друкхари на нужный боевой лад. После архонта-чужака выступил их Деконт и пара других высокопоставленных эльдар вроде старшего адмирала флота и аншефа «Тылового Обеспечения и Логистики», ответственного за перевозку рабов и награбленного, а также за своевременный подвоз боеприпасов, питания и других расходников.       В службу последнего они и двинулись, чтобы заявить о необходимых боеприпасах к оружию и получить распределение в армию и на корабль. Кабал «Злоба Шторма», как и подобает организации во главе рейда, возьмет на себя все сопутствующие расходы и заботы о быте. Их цель — воевать. Попутно Кальдатос решил расспросить Сибарита о цели похода.       — Милорд, что вы думаете о цели нашего рейда? Мне показалось, что некоторые кабалиты в толпе не одобрили подобного выбора.       — Хм, не одобрили? — сарказм так и сквозил в голосе их наставника. — Возможно, тебе не показалось. Мон-кей, как и мы, неоднородны по своей природе, их «технические миры», которые они сами называют Мирами-Кузницами, принадлежат организации Адептус Механикус. Это крайне могущественная организация, которая держит монополию на технологические знания в государстве смертных. Даже Труп-На-Троне всецело зависит от них. Золотой Трон — шедевр на пике технологического развития Мон-Кей. За исключением технологического ядра, он был всецело создан жрецами этой организации. Но это не столь важно. Как думаешь, Кальдатос, чем члены этой организации отличаются от остальных Мон-кей?       — Я наслышан, что они служат машинному богу и заменяют части своего тела механизмами.       — Верно. И помимо прочего Техножрецы модифицируют мозги своим воинам-скитариям и рабам. Они не чувствуют эмоции так же ярко, как остальные Мон-кей, их действия базируются на логике и рационализме. Удовлетворить жажду Суки такими жертвами очень сложно. Пытки и Содом в отношении искажённых душой и телом слуг технократии многие считают неяркими и неинтересными. Но это вновь не главное. Драннор, в чем суть тактики нашего кабала?       — Устрашение и запугивание врага, милорд. — Слушающий разговор собрата по оружию и наставника эльдар ответил без запинки.       — А как запугать и устрашить того, в ком почти убиты эмоции после многочисленных операций с мозгом?       — Но ведь нам нужны рабы для фабрик и заводов, милорд, а не игрушки для утех. –Драннор явно не понимал, куда ведет разговор Сибарит, но Кальд понял.       — Архонт Тейтанар хочет грести жар чужими руками. Есть специализирующиеся кабалы на охоте за слугами Машинного Бога, и их тактика ведения войны абсолютно отлична от нашей. Кабал «Злоба Шторма» желает откусить кусок этого рынка, заручившись поддержкой лорда Ксерафиса, и полностью игнорируя потери среди самих эльдар. — Кальдатос озвучил свои мысли для товарища и получил кивок от командира.       — Планета эта находится в весьма далеком секторе. У нас будут две недели перехода по Паутине на отлаживание командной работы и тренировки. Вам придется приложить все силы, если не хотите сгинуть на этой планете.       После этого разговора Кальдатос лишь краем уха слушал товарищей и Сибарита, все значимое касательно рейда уже было сказано. Оформления и сборы продлились около трех часов. Но по пути на «Ведири», крейсер класса «Затмение», где им выделили каюту на четверых и отдельную для их благородного Сибарита, жизнь решила преподнести очередной сюрприз.       Он увидел знакомые шутовские маски братьев-служителей Цегораха. Как пояснил Сибарит, труппа «Запутанный Путь» решила сопроводить кабалы в рейде. Неизвестно, будут ли они принимать участие в атаке на планету или отправятся давать представления иным ветвям расы Аэльдари по просторам галактики, но шутам не принято отказывать в просьбах. Слуги последнего живого и свободного бога эльдар выполняют священный долг — хранят и оберегают память о великом наследии. Оказывать им помощь в этом тоже священный долг.       Увы, иногда этот священный долг налагается, когда не просят. И не всегда ясно в чем его суть. Отделившийся от группы товарищей мим сразу не понравился Кальдатосу. Он неспешно шагал навстречу идущим к кораблю Друкхари, и маска его, искаженная гримасой, смотрела будто в душу юного эльдара.       Без слов и расшаркиваний шут вручил в руки Кальда бутон темного лотоса и, слегка поклонившись на прощание, двинулся прочь. Товарищи недоумевали, как и он, а Сибарит долгую минуту буравил его взглядом, в котором сложно было выделить однозначную эмоцию.       — В темной библиотеке хранится старинная книга, написанная самим Первым Шутом в эпоху Грехопадения. Он передал ее своим арлекинам, прячась в Паутине от обретшей могущество Слаанеш. В ней написана величайшая шутка Цегораха, которая длится уже несколько тысячелетий и, скорее всего, которая продлится не меньше. Участников в этой шутке бесчисленно много, но есть отличительный символ для каждого из низ. Цветок у тебя в руках. Им одариваются как архонты, так и обитатели трущоб темного города. Одариваются экзодиты, отступники, корсары. Даже представители младших рас. Кто-то говорит, что шутка — это путь к уничтожению Четвертого, кто-то, что шутка провозгласит смерть последнего эльдар и рождение Иннари. Планы Цегораха не ясны, но получившие лотос обречены стать их участниками. Лучше спрячь этот цветок.       — Я ни разу не слышал о подобных цветах. — Кальдатос решил послушать своего Сибарита и спрятал цветок в походном бауле.       — Об этом не принято рассказывать. Цегорах жесток в своих шутках, трагичную кончину он любит высмеять больше, чем счастливый конец. И цветы его такие же. Многие из них расцветали в крови своих владельцев. Говорят, бутоны темного лотоса никогда не гниют и не портятся, несмотря на свое органическое происхождение. Они ждут момента, когда разумный исполнит свою роль в его представлении, и расцветают, символизируя конец игры актера.       Кальдатос был в смятении. Неужели уже второй Бог оказывает ему внимание? Он ощущал, как петля все туже затягивается вокруг его шеи, хотя ничего еще не случилось. Эльдар надеялся лишь пережить грядущие события.