Сообщение удалено

      В следующие несколько дней Гарри казалось, что у него началась какая-то новая жизнь.       Он стал замечать кучу вещей, на которые раньше не обращал внимания. Например, то, как Гермиона все чаще читает вместо учебников книги по магии разума и с нервным видом разучивает движения палочки, а учеба отодвигается для нее все дальше на периферию. Как Забини уже не пялится на гриффиндорский стол, а открыто пытается ухаживать за Джинни. Как она каждый раз отвечает ему отказом, но он предпринимает все более оригинальные попытки подкатить. Гарри даже слегка удивился тому, что не почувствовал ревности. Как в гостиной восьмого курса все чаще собираются компании по интересам, а не по факультетам. Каким спокойным и уверенным в себе стал Невилл и как на него заглядываются девушки. Как «Подслушано» каждый день высасывает из пальца все новые сенсации. Некоторые были даже забавными. Как фотки Невилла все чаще мелькают на стене паблика, а Паркинсон так явно строит Невиллу глазки, что видят все вокруг, кроме него самого.       По вечерам Гарри и Рон теперь частенько летали вместе, ходили с Гермионой к Хагриду или в Хогсмид. В гостях у Хагрида они иногда заставали Миртл, которая подружилась с великаном. А однажды они встретили возле хижины троицу шустрых второкурсников — двух мальчиков и девочку. Один из мальчиков, поправляя очки, с умным видом вещал, что некий про́клятый коридор в подземельях защищает эльфийская магия, а значит, стандартные чары не помогут туда попасть. Девочка, выдувая пузыри из жвачки и встряхивая ядовито-зелеными волосами, предлагала маггловскую взрывчатку. У новых поколений студентов были свои тайны и загадки, занимающие их умы. А у Хагрида — новые друзья, чтобы скрасить его одиночество, когда Гарри, Рон и Гермиона закончат Хогвартс.       Одним словом, в жизнь Гарри вернулось много мелочей, который выпали из поля зрения из-за того, что он слишком увлекся Малфоем. Излишнее увлечение Малфоем, конечно, не было для него в новинку. Но на шестом курсе его сдерживали задания Дамблдора, обязанности капитана квиддичной команды и витающая в воздухе опасность. Теперь ничего не мешало… и вот к чему это привело.       Малфой вышел на связь только на третий день, вечером. Гарри сидел в библиотеке с Роном, Гермионой, Невиллом, Симусом и Дином. Телефон громко пискнул, и тут же неподалеку выросла недовольная мадам Пинс. С появлением мобильников оказалось, что она ненавидит их почти так же сильно, как поедание шоколадных лягушек в библиотеке.       — Вон отсюда! С этими мерзкими приборами! Вход в библиотеку с телефонами запрещен! — зашипела она, хватая Гарри за шиворот.       — Он сейчас выключит телефон, Гарри, выключи!.. — попыталась отстоять его Гермиона, сдерживая смех.       — Вон!       Мадам Пинс была неумолима. А Гарри ощутил укол совести, когда понял, что это ему только на руку: не пришлось выдумывать отмазки для друзей, чтобы сбежать в уединенное место и пообщаться с Малфоем.       Голос совести мог бы спросить еще кое о чем. Например, как он вообще докатился до того, чтобы влюбиться в лицемерного мерзавца, который раньше только и делал, что оскорблял его друзей, и перестал ровно тогда, когда ветер подул в другую сторону… Гарри предпочел заткнуть голос.       Гостиная была слишком далеко. Он свернул в заброшенный тупичок и устроился на широком подоконнике, забравшись туда с ногами.       Драко Малфой: Привет. Здесь интернет не ловит и телефоны не работают       Драко Малфой: Я имею в виду, в Дурмстранге       Драко Малфой: Мне пришлось аппарировать в соседний город к магглам. Не знаю, можно ли его назвать соседним, правда. Отсюда до Дурмстранга не меньше двухсот миль. Точно не в курсе, гостям не сообщают координаты Дурмстранга, дают только маячок для аппарации.       Драко Малфой: Я соскучился       Гарри пробегал глазами сообщения, пока устраивался поудобнее на подоконнике и пытался наколдовать защиту от сквозняка. Когда противный сквозняк наконец исчез, он снова перевел взгляд на дисплей — и не увидел последнего сообщения.       Вместо него красовалось уже набившее оскомину:       Драко Малфой: [Сообщение удалено]       Гарри на миг охватило дежавю. Вспомнился другой собеседник, у которого была такая же бесячая привычка. Да и кроме нее, у них было много общего, если подумать.       Гарри Поттер: Я тоже соскучился. И я не боюсь об этом говорить, ты, трусливый придурок.       Драко Малфой: …       Драко Малфой: Вот это было обидно.       Гарри Поттер: Ну извини, ты разозлил       Гарри Поттер: Ненавижу, когда удаляют сообщения.       Драко Малфой: Я должен был догадаться.       Драко Малфой: Ладно, я скажу один раз и только потому, что не смотрю тебе в глаза. Меня не так воспитали, Поттер, чтобы вываливать свои чувства напоказ…       Гарри хмыкнул. Что ж, во всяком случае, этот мерзавец признал, что тоже что-то к нему чувствует.       Гарри Поттер: Не верю. Что-то я не замечал, чтобы у тебя были проблемы с вываливанием напоказ всякого негатива. Как сказать гадость, так ты первый. Или сделать…       Драко Малфой: Хватит меня отчитывать. Я понял. Ничего не удалять, тебе оно нужно для протокола. Я не затем сижу в маггловском кафе, чтобы видеть твои нотации. Хватит того, что я буду выслушивать нотации от коменданта Дурмстранга, когда вернусь.       Гарри Поттер: Ты сидишь в маггловском кафе?       Драко Малфой: Ну а где мне сидеть, если в Дурмстранге техника вообще не работает? Это в Хогвартсе рухнул барьер. А здесь такое средневековье, ты бы знал.       Гарри Поттер: Рассказывай       Драко Малфой: Это реально средневековая крепость. В полном смысле слова средневековая, а не как Хогвартс. Здесь нет водопровода!       Драко Малфой: Вообще ничего нет. Только каменная коробка.       Драко Малфой: Хочешь помыться — к твоим услугам лохань. Воду можешь сам наколдовать и нагреть. В туалет надо идти на улицу, точнее, во двор, там каменная будка. Ну или использовать ночной горшок, а потом убрать содержимое заклинанием. Пиздец унизительно, по-моему. Лучше уж на улицу       Драко Малфой: Из отопления только камины       Драко Малфой: Я должен до конца жизни благодарить мать, что она не позволила отправить меня в Дурмстранг. Великая женщина.       Гарри улыбался, читая это все. Временами даже посмеивался. Он готов был поклясться, что Малфой тоже посмеивался, ошарашивая его все новыми подробностями, от которых кровь стыла в жилах. Даже если это был смех сквозь горькие слезы.       Гарри Поттер: И тем не менее ты там. Что ты там изучаешь?       Драко Малфой: Темную магию, что же еще можно здесь изучать.       Гарри Поттер: Малфой.       Драко Малфой: Ну что? Давай я не буду пересказывать тебе свою программу. Вернусь — расскажу.       Гарри только вздохнул. Ему снова стало смешно. Зачем Малфой ему написал, если не горел желанием говорить ни о чем, кроме отсутствия удобств в замке? И о них бы, наверное, не говорил, но уже пообещал Гарри писать гадости. А что могло быть гаже?       Гарри Поттер: Сделай мне фотку. Этот момент должен войти в историю. Драко Малфой проводит время в маггловском кафе!       Драко Малфой: Я уже бывал в маггловских кафе, Поттер. Твои шутки давно устарели. Присмотрись, ты из Хогвартса должен сейчас видеть, как я закатываю от них глаза.       Гарри фыркнул и послушно выглянул в окно. Там висела убывающая луна и светилось окно в хижине Хагрида.       Малфой ненадолго умолк. Но потом все-таки прислал фотку. Это было даже не селфи, а обычное фото, сделанное с небольшого расстояния. Интерьер кофейни, полный дерева, резьбы и комнатных растений с круглыми зелеными листьями, лампы желтого и зеленоватого цветов, блестящие поверхности, диванчик в углу, небольшой стол, на котором красовалась чашка и пирожное… и Малфой. Он смотрел в камеру исподлобья, лукаво и с легким вызовом, а глаза поблескивали от отражающихся в них ламп. Тонкие бледно-розовые губы изгибались в усмешке. У Гарри что-то дрогнуло в груди в этот момент. Какое-то странное легкое, звенящее чувство, которое вызывало одновременно дискомфорт и желание посмотреть на фото еще раз.       Гарри Поттер: Ты при магглах заколдовал телефон для снимков с расстояния?       Драко Малфой: Попросил одну магглу, которая строила мне глазки.       Гарри Поттер: Как жестоко!       Драко Малфой: Я боялся, что она ко мне подсядет. Сказал, что нужно срочно отправить фотку важному для меня человеку.       Гарри Поттер: Ооо, я важный для тебя человек?       Драко Малфой: Черт. Поттер. Можно я это удалю?       Гарри Поттер: Нельзя. Я тебе, блядь, запрещаю удалять сообщения в переписке со мной. Это так бесит.       Драко Малфой: Властный Поттер… У меня сейчас встанет       Гарри Поттер: Да иди ты.       Драко Малфой: Я, между прочим, серьезно. Обожаю властного Поттера. Видел бы ты себя, когда прессовал Лорда в Большом Зале…       Гарри Поттер: Ого, разговор принимает серьезный оборот       Гарри Поттер: Надо понимать, ты увидел меня, влюбился без памяти, жизнь разделилась на до и после и так далее?       Гарри Поттер: Ты там маггловским виски балуешься?       Драко Малфой: Только глинтвейном.       Драко Малфой: Хорош стебаться, Поттер. Не удивляйся потом, что я удаляю сообщения и не хочу раскрывать тебе душу.       Гарри откинулся назад, прислонившись к краю оконного проема. В тихом закутке на широком подоконнике было так удобно, что он не хотел возвращаться в гостиную, полную шума и мельтешения. Он хотел оставаться здесь всю ночь, читать оговорки Малфоя и его признания и перебрасываться с ним колкостями. А может, и не только… Ему пришло в голову, что здесь очень подходящее место и время, чтобы раскрутить Малфоя на что-то вроде секса по переписке. Секстинг. Было бы забавно. Жаль, что Малфой сидел в людном маггловском кафе. Но как знать, может, если приказать, чтобы он наложил отвлекающие чары помощней…       Гарри Поттер: Зря ты мне все это сейчас рассказал       Гарри Поттер: Мне слишком много чего теперь хочется с тобой сделать       Драко Малфой: Открываем ящик Пандоры вместе, Потти? Мне тоже хочется сделать с тобой пару интересных вещей. Или не пару. Как хорошо, что ты тоже девственник.       Гарри Поттер: Почему? Ревность?       Драко Малфой: Ну отчасти. Но больше стыд. Я бы сдох, если бы ты весь такой опытный сидел и учил меня, как правильно трахаться…       Гарри Поттер: Тогда уж лежал бы и учил…       Драко Малфой: Поттер, ты ужасен!       Гарри фыркнул. Опять разговор зашел в какую-то не ту сторону. В ту, где начинались бескрайние поля чуши и бездонные моря ерунды. И нести эту чушь и ерунду было невыразимо увлекательно.       Гарри Поттер: А мне бы, наверное, понравилось быть с кем-то опытным и чтобы он вел меня…       Драко Малфой: Вот это уже неприятно.       Гарри Поттер: Черт! Не принимай на свой счет, это я просто       Драко Малфой: Ладно       Драко Малфой: В принципе, у меня еще есть время найти себе кого-то в Дурмстранге и набраться опыта…       Гарри Поттер: Не смей!       Драко Малфой: Ха, я бы посмотрел, как ты сможешь мне помешать       Драко Малфой: Хотя звучит интригующе, так что продолжай       Гарри Поттер: С высоты своего микроскопического опыта скажу, что тебя ничему учить не надо, Драко.       Гарри Поттер: Я погорячился. Не хочу никакого абстрактного опытного парня, хочу тебя       Он быстро сделал фото с собой, сидящим на подоконнике, и отправил Малфою. Получилось не так красиво и четко, как на малфоевской фотке из кофейни, но можно было разобрать, что это подоконник в темном коридоре Хогвартса. И еще Гарри оттянул ворот футболки пониже, жалея, что это не рубашка и ее нельзя расстегнуть.       Гарри Поттер: Хочу, чтобы ты был сейчас здесь. Не знаю, видел ли ты этот коридор. Здесь никогда никого не бывает. Я свалил сюда, чтобы никто не отвлекал       Драко Малфой: Перестань, Поттер. Гарри. Если я не вернусь на ночь в Дурмстранг, меня выгонят.       Гарри ухмыльнулся. Нет, он не собирался доводить Малфоя до такого состояния, чтобы тот послал Дурмстранг к драккловой бабушке и вернулся в Хогвартс сейчас же. Но приятно было узнать, что такое возможно.       Гарри Поттер: Ну такого я допустить не могу. Чтобы тебя выгнали с курса по темной магии :)       Гарри Поттер: Настолько секретного, что ты даже мне не хочешь рассказывать       Драко Малфой: Ты узнаешь. Позже       Гарри почудилась тень грусти за этими словами. Тоже довольно знакомая тень…       Драко Малфой: Ладно, пора возвращаться, а то после отбоя меня не пустят в замок. Хотя после сегодняшнего вечера я бы с удовольствием снял номер в гостинице у этих милых магглов, у которых есть электричество, интернет, водопровод, канализация и куча других благ. Но это не по правилам Дурмстранга.       Гарри Поттер: Как говорят магглы: «Ты мне приснишься?»       Драко Малфой: Магглы умеют сниться друг другу? То есть проникать во сны?       Гарри фыркнул, хотя его веселое и расслабленное настроение уже начало таять, когда Малфой сказал, что ему пора уходить.       Гарри Поттер: Нет! Они не умеют, просто так говорят. Считается, что если кто-то очень скучает, другой человек может это почувствовать, что ли… Короче, долго объяснять. Просто маггловская романтическая чушь.       Драко Малфой: Очень скучать? Не надейся, Поттер       Драко Малфой: Технически, продвинутая легилименция должна давать возможность проникать в сны. Лорд же умел. Надо посмотреть в книгах.       Гарри Поттер: У твоего Лорда была со мной другая связь. Точнее, с частицей в моей голове. Но это долгая история для долгого и темного вечера. И мне не нравится, что ты называешь его Лордом.       Драко Малфой: А еще что тебе не нравится? Это привычка.       Похоже, у него тоже испортилось настроение. Только выражалось это не в романтических маггловских присказках, а в повышенной кусачести. Гарри покачал головой и спрыгнул с подоконника.       Гарри Поттер: Мы еще поговорим об этом. Спокойной ночи.       Драко Малфой: Спокойной ночи. Я поищу способ тебе присниться.