по лезвию ножа.

Мондштадт — город, в котором всегда почувствуешь дикую свободу. Только ворвавшись в него тебя окутывает холодящий кончики пальцев летний ветер, так ласково свистящий в ушах. Режущий уши шум, так ненавязчиво перерастающий в гам, ожесточенные споры людей, простая торговля и умеренная жизнь. Тут не было слишком богатых людей, но не было и слишком бедных. Все жили обычной жизнью. Возможно, кто-то немного хуже, кто-то немного лучше, но все были по-своему счастливы. Самое удивительное для Сяо, который находился всю свою жизнь под строгим крылом мастера — это то, что Венти никто не приветствовал, никто ничего ему не говорил, как главе. Хоть он и был одет под стать истинному мафиози с крыльями до земли в сложенном состоянии, но его воспринимали как обычного гражданина. — Добро пожаловать в Мондштадт. Здесь ты вправе делать всё, что тебе угодно. Есть до пуза, напиваться до потери сознания, спать где хочешь, работать кем хочешь, накуриваться до смерти, воровать, убивать… в общем, всё, что твоей душе угодно! — Венти заискивающе улыбается, — но здесь есть одно единственное правило, которое должен соблюдать каждый. Если первый раз нарушить его — тебя ждут тяжёлые пытки, второй раз — за тобой придёт смерть. За все твои плохие действия тут могут отомстить, и ты не в праве мстить в ответ и уклоняться от этой мести. Здесь все равны, не стоит относиться к бездомному, как к какому-то мусору, лучше дай ему монетку или угости чем-нибудь, и ты поймешь, что даже такой человек окажется интересным собеседником. Он выходил из района так же редко, как Моракс. У него не было в этом необходимости или какой-то невероятно сильной важности. Однако, оказавшись в каком-то районе помимо своего, Сяо смело закрывал рот и воочию видел, как же отличаются миры, созданные разными главами. Мондштадт — настолько свободный регион, что здесь не существует ничего уникального на первый взгляд. Всё по-обычному, по-простому и Сяо буквально не знает, как ему реагировать на подобное пространство. Слова Венти доходили до него только обрывками, потому что в ушах стоял странный, царапающий барабанные перепонки, шум. Всё виделось будто в замедленной съёмке. Мимо двух парней пробегает кучка детей и один врезается в Сяо, а второй незаметно забирает у него из кармана толстой сумки телефон и кошелёк. Этого наглого мальчишку тут же останавливает Венти, хватая его за руку и больно сжимая. Ребёнок начинает кричать, но больше наиграно. — А-а-а-а! Он мне руку сломал, руку! — мальчик начинает громче кричать, а напротив него приседает Венти. Все люди вокруг тут же затихают. Никто не смел переходить дорогу Венти и его шпионам, а этот мальчишка из-за своего возраста похоже не знал, кто такие приспешники Венти. — Мама тебя разве не учила, что если будешь воровать, у тебя могут отнять жизнь? Чем больше кража, тем больше шансов умереть, — мальчик тут же замолкает. Венти протягивает к нему руку и мальчик почти сразу отдаёт все украденные вещи. Тут были не только вещи Сяо, но и ещё несколько кошельков других владельцев. Пока Венти осматривал каждый украденный кошелёк, успела прибежать мама этого мальчика. Удалось только моргнуть, чтобы увидеть, как Венти, сидящий на корточках перед мальчишкой, ругал его за воровство. Сяо настолько впал в транс, что не заметил, как из его кармана вытащили телефон и кожаный портмоне. — Г-господин Барбатос! Простите пожалуйста моего сына! Умоляю, не наказывайте его, лучше сделайте что-то со мной! Я... — Успокойтесь, он отдал всё, что украл. Дальше я сам разберусь со всем и верну эти вещи их хозяевам. Пошли отсюда, — Венти поворачивается к Сяо на пятках и отдаёт украденный кошелёк и телефон. Пока они уходили с этой улицы, можно было услышать ту самую маму мальчишки, которая начала отчитывать его и в очередной раз объяснять, что за такое с ним могут сделать. Сяо моргает снова, изучая взглядом обеспокоенную женщину. А когда они отходят немного дальше, то он морщится. — Дети не прибегают к воровству просто так, — Сяо впервые заговорил за всё то время, пока они шли по городу, — если ребёнок ворует, значит, этому способствует какая-то весомая причина. Родители не могут купить то, что он хочет или у родителей не хватает денег в принципе. Не задумывались над этим, господин Барбатос? — Сяо не смотрит на Венти. Его взгляд направлен куда-то вперёд и казалось, совсем расфокусированный. — Свобода — всего лишь красивое слово, означающее, что терять уже нечего, — бесцветно чеканит Сяо, врезаясь пристальным взглядом в растрёпанный затылок. — Ты ничего не знаешь про мою свободу и свободу этих людей. Так что будь добр, завались. — Венти недовольно косится на своего спутника, но уже через пару минут он снова становиться расслабленным и спокойным, будто бы ему и вовсе не говорил упреков. Впившись пальцами крепче в сумку, они блуждали по городу больше не под видом какой-то увлекательной экскурсии, а просто. Просто потому, что к этому располагала атмосфера. Венти большую часть дороги молчал, да и Сяо не настаивал на разговоре. Он не знал, о чём можно разговаривать с главой другого региона и думал: «А можно ли вообще?». Если бы Мондштадт относили к каким-то конкретным стихиям, то это однозначно был бы ветер. Почти все дома находились на возвышенности, а реки или озёра в парковых зонах и вовсе отсутствовали. Здесь не было невероятных высоток, как в Ли Юэ, но при этом, здания по пять этажей выглядели шире и устойчивее, будто бы их строили по плану «от торнадо» или «чем больше, тем крепче». В одно из таких зданий его и завёл добродушно Венти. Только вот, это здание было одним из тех единственных, которое имело в себе не пять этажей, а все девять. Интересно, какого другим людям жить с Венти под одним боком? Сяо неосознанно для самого себя заинтересовался этим вопросом, как и общим видом квартиры. Всё было так…по-обычному, якобы. Обычное место жительства, с самыми обычными вещами. — Пока можешь пожить у меня, но будь добр, найди работу. У меня у самого денег хватает только на себя. Можешь конечно поработать на меня, но я не думаю, что пока из тебя получится хороший шпион. Есть второй вариант, можешь со мной спать, я буду тебе платить. Не переживай, мои деньги и деньги, которые я выплачиваю своим рабочим — это разные вещи, — Венти разувается в проходе небольшого помещения. Было видно сразу — Венти жил в самой обыкновенной двухкомнатной квартирке. Квартира состояла из спальни, зала, кухни, душевой и туалета. Кухонька была небольшой, как, впрочем, и душевая. В зале располагались роскошный диван с телевизором напротив, огромный книжный шкаф. Также из зала был выход на скромных размеров и небогатого исполнения балкон — эдакий рай для минималиста. — Я найду работу. Вам не обязательно было вести меня к себе домой. Я могу и на улице жить, — спокойствие, с которым Сяо проговаривал каждое слово, буквально заставляло встрепенуться. Он совсем не шутил, долго протаптываясь на одном месте. Будто бы думал — остаться или же уйти на улицу. Решение пришло к нему в голову, пусть и не сразу. Он решил для себя, что долго задерживаться здесь, в чужой квартире и стеснять Венти не станет и как только отыщет работу, сразу переедет под мост. Так уж получилось, что он заприметил широкий мост, который нависал над широким рвом от одного конца жилых зданий, до другого. Под мостом валялись старые коробки, и, возможно, ещё парочка нужных вещей, которым можно найти применение. Крыша моста убережёт от дождя, а из коробок можно состроить импровизированный дом. В туалет не составит труда сходить в ближайшей забегаловке, а помыться он может в специально предназначенных для этого местах, где за сто пятьдесят моры тебе разрешат посетить душ и воспользоваться мылом. Предложение о постели он тактично проигнорировал, лишь хмыкнув что-то неразборчивое себе под нос. Сяо уже за такой короткий промежуток времени понял, что Венти нравится такой типаж людей, как у него. Точнее, нравится с такими «мальчиками» развлекаться в постели. Он, к сожалению или к счастью, не мог похвастаться подобным опытом, кинками или собственными фетишами. Попросту не знал, какие они у него и как выявить хоть что-то на них похожее. Удивительно то, что он вообще задумался о подобном. Раньше, при тренировках и времяпровождениях в кругу Моракса у него попросту не хватало времени на размышления о другой стороне взрослой жизни. Хотя обычный бы человек схватился за голову с вопросом «как так?», ведь Сяо уже целых пятьсот с копейками лет, а он всё так же игнорирует существование в жизни чего-то кроме спорта и служения. Нет, Чжун Ли не заставлял его. Сяо сам этого хотел. Даже несмотря на свой низкий рост, как для альфы, Сяо смог создать для себя максимально комфортное телосложение. Дотронься до него и почувствуешь, как под пальцами ощущается мышечная твёрдость, сопровождающаяся огромным количеством вложенного времени в себя любимого. Он проходит в небольшой зал с диваном, чтобы поставить сумку возле прохода, блёкло обвести взором комнату. — Как тебе Мондштадт? Полагаю, очень сильно отличается от того места, где ты вырос? Наверняка ты ожидал увидеть огромное здание, где я живу и работаю, как например старикан Моракс, но тут все равны. Так что… я должен соответствовать статусу, — Венти осторожно поддевает пальцами рубашку, не стесняясь даже Сяо. С таким же спокойствием надевает футболку. Очередь доходит до брюк. Сяо на этом моменте решает смущенно отвернутся, подстёгивая Венти довольно улыбнуться. Барбатос переодевшись полностью, сует в руки гостю чёрную футболку и такие же штаны. — Из еды есть яичница и… — резкое молчание, — будешь яичницу? — доносится крик Венти. Видимо, кроме яиц в холодильнике больше ничего не было. Смех, да и только. Сяо возвращается через какое-то время на кухню и обомлевает на месте. Венти, глава одного из районов, сейчас совершенно спокойно готовил яичницу, постукивая кончиками пальцев ног по полу. Сплошное удивление, да и только. — Мондштадт действительно очень отличается от Ли Юэ, — Сяо корчит известное только ему выражение лица, в перерывах посапывая через нос, — но по-другому быть не может. Место, где я вырос, является родиной торговли. Там живут пряностники. Однако, даже так, мастер в какой-то степени тоже держится на равных правах со своим народом, — склоняя голову к плечу, тянет последние несколько слов Сяо, прищуриваясь, будто бы что-то отдельное отмечая в движениях и голосе Венти. Что-то совсем неизведанное, к чему у него нет права прикасаться. В подмышке по-прежнему находится врученный любезно хозяином квартиры, чёрный комплект одежды из футболки и штанов. Всколыхнувшись, Сяо посмотрел себе под руку и кинув последний взгляд на Венти, ушёл, так и не ответив на предложение о яичнице. Чужую еду он не ел из-за отсутствия доверия к ней. Он не мог принимать что-то от того, кого знал от силы пару часов. На такой случай дома были заготовлены судочки с пищей экономкой Надеждой. За это Сяо её только благодарить и может. Половина сумки оказалась выложена через пару минут, как Сяо зашёл в зал. Стопка одежды, средства личной гигиены и несколько белых коробочек с личным содержимым. Остальная половина сумки — контейнеры с приготовленной едой. Ими стоит заняться, когда на теле будет не уличная одежда с длинным и жарким рукавом, а домашняя и лёгкая. Сяо поддевает руками водолазку, запрокидывает голову и стягивает ткань с тела полностью, случайно вывернув вещь наизнанку. Под водолазкой были открытые, обработанные и свежие ранки после вчерашнего инцидента. Стоило повести какой-то определённой частью тела, как они капризно изнывали, умоляя не тормошить ближайшие несколько дней. Сяо только хмыкает, игнорируя ноющее ощущение. При солнечном свете его рельеф мышц на спине отчётливо переливался с впалым позвоночником, плавно обращая внимание на татуированную руку. Ровная, красивая, тёмно-зелёная татуировка иногда переливалась более светлыми оттенками, будто бы её не набивали, а она существовала с самого начала, являлась частью тела Сяо. В ней можно рассмотреть очертания демона с пронзительным взглядом и короткими рогами. Интересный элемент повседневности, однако. Стоило ему выровняться, чтобы задержать в руках продолговатую коробочку, покрытую чёрным бархатом, как она выпадает на поверхность дивана практически сразу же. Сяо замирает от настойчивых, не пойми откуда взявшихся прикосновений к своей оголённой коже. По его спине табуном скачут мурашки, останавливаясь где-то в районе копчика. Бегут обратно, щекоча шею своими крошечными ножками. В какой-то момент показалось, что это дыхание Венти колышет волосы на затылке, а не голодные мурашки. — Вау-у-у, я и не думал, что у тебя настолько привлекательное тело. Ты настоящий самоцвет, среди всех верхушек и их помощников. Будь ты изначально у меня, я бы давно уже завладел тобой, сладкий, — Венти улыбается во все тридцать два, опуская руки все ниже и ниже. Пальцы нагленько заползают на бедра, ощупывают их, обласкивая нежными подушечками выпирающие бедренные косточки. Венти уже давно перешагнул весь порог приличия и в попытках добить (как он понял) демона, проводит тыльной стороной ладони по паховой области своего объекта обожания, но реакции к его сожалению, никакой не последовало. Все слова недоумения застряли где-то в горле, так и не добравшись до конечного пункта назначения. Сяо прикрыл глаза, чтобы морально успокоиться, но его кадык предательски дрожал от частого сглатывания. Он пересилил себя, взглянул на Венти и твёрдо показал, что ему всё равно. Что это бесполезно. Что в его действиях нет смысла. Но даже если и так, Венти ощущал под своими ладонями идеал тех самых «миленьких и маленьких мальчиков». Сяо, со своим ростом и экзотической внешностью был слишком сладким плодом. Помимо сложенного тела у него была очень пышная копна волос, которая отливала изумрудным цветом. Если её заплести в хвост, то выглядеть картина будет мало того, что сладко, так ещё и горячо. Стоическое терпение Сяо не заставляло Венти прекратить. Всё вышло с точностью наоборот — его через десять минут опрокинули на диван, в упорном желании добиться хоть какой-нибудь реакции. — Хочешь сказать, что ты ничего не чувствуешь? В жизни не поверю, — он нажимает коленом на паховую область. Сяо усмехается, перехватывая руки Венти за запястья. Он крепко сжимает их, спешно дёргает на себя и меняется местами, чтобы оказаться сверху. Его колени прижимаются к худым бёдрам, сковывая движения. Нижний шипит от неудобного положения крыльев, но его взгляд не меняется, он все такой же дерзкий, самодовольный и нахальный. — Может я пока и не гожусь в шпионы, но если вы, господин Барбатос, продолжите нарушать субординацию, то я буду вынужден принять меры, — янтарные глаза отливают золотом в совсем хитром и немом блеске осуждения, — понимаете, даже у меня терпение когда-нибудь, да закончится. Сяо эти слова едва ли не прорычал, вцепившись пальцами в подбородок Венти. — Вы похожи на самку богомола. Она убивает самца после спаривания. Я пока не готов к такой участи, — Сяо отпускает подбородок Венти, на котором точно останутся следы на ближайшие несколько дней, — я наслышан о том, что вы любите спать с «маленькими мальчиками» со Снежной. Но насколько я знаю, никто живым не оставался после этого. — И какие именно меры ты собираешься принимать, маленький красивый мальчик, сравнивший только что меня с ничтожным насекомым? Нахмурив брови, Сяо отпускает запястья Венти и зарывается пятернёй в свои лохматые волосы. Было стыдно за то, что он позволил сейчас дьявольской натуре творить то, что вздумается. Он едва челюсть главе Мондштадта не сломал от наплыва эмоций. Вроде бы и контролировать умеет, но именно сейчас что-то точно пошло не так, как он этого хотел. Будто бы тело двигалось инстинктивно, а не по его контрольной полосе. — Прошу прощения за мои резкие, эмоциональные порывы. Кроме вас до меня таким наглым образом никогда не домогались, — «я считываю это подозрительным» хотел уж было он сказать, — лучше скажите, где я могу найти работу в вашем городе. Венти раскрывает свои крылья, как только над ним перестает нависать столь сладенькое тельце. Одно крыло, находящееся ближе к спинке дивана, тут же вальяжно раскрылось, будто специально раскидывая лишние и не нужные перья по всей области, а потом аккуратно склонилось над телом собственного хозяина защитным куполом. Второму же оказалось мало места на мягкой поверхности, и большая его часть оказалась на полу. — Все в порядке, сладкий. Подумаешь там, раскрыл свою дьявольскую натуру, — Венти специально подчёркивает сущность, облизывая с нескрываемым удовольствием свои губы. Возможно, хотел испугать или же ошарашить своими знаниями, но Сяо не выражал абсолютно никаких эмоций и это чертовски бесило. — А на счет работы. Там, или тут… Просто ходишь по улицам и спрашиваешь, не нужна ли кому помощь. Ну или на крайняк можешь в соц. сетях поискать. Если не найдешь ничего подходящего, обращайся ко мне. За одну ночь я заплачу так, как никто не заплатит тебе за год. И обещаю, голову тебе я не откушу, сердце не вырву. Я же не суицидник. Не ну, старика Моракса я конечно, обожаю бесить, но за такое я не то, что буду убит, мне даже не дадут возможности переродиться, — довольный, словно кот, объевшийся сметаны, Барбатос провел взглядом уходящего вон из квартиры Сяо. Перед завтраком Венти решил покурить, поэтому, тут же отправился на балкон. Ступив на небольшую площадку, огороженную черным металлическим забором, он взял с одной из полок прибитых к стене одну единственную пачку сигарет. Картонная крышечка поддалась сразу, как миленькая и уже через какие-то секунды между пальцами была зажата сигарета. Чёрная зажигалка с обвитой вокруг серебряной змеей немо затрещала при нажатии на кнопку поджога. Венти угробил большое количество моры на такую вещь и ничуть об этом не жалел. Сверху послышался подозрительно-тихий шорох, будто бы дикий и опасный зверь крался к своей добыче через сухие заросли. Только вот Венти довольно улыбнулся, облокотившись локтями на перила. Из его рта выходит клубьями ядовитый дым при выдохе. — И как давно ты здесь? — Венти довольно улыбается, стряхивая легким движением руки пепел с сигареты. Прикрывает глаза, чтобы ориентироваться только на собственный слух. — Со вчерашней ночи, — раздался слегка хрипловатый голос мужчины, сидящего на крыше, прямиком над балконом. Ему явно хотелось что-то добавить про нового сожителя Венти, но он в таких вопросах предпочитал сохранять тактичность, — ты знаешь мой ответ, но я решил убедиться, что ты не будешь меня уговаривать на это омерзительное дело. — Буду, Кадзуха, буду. Мне не обойтись без твоей помощи, поэтому я и прошу именно тебя. Сходи к Баал на «перевоспитание». Она тебя ничему, конечно, не научит, потому что у этой старухи в голове одна прокачка армии на сотый уровень, но может ты сможешь что-то узнать о моем шпионе, который пропал. Кадзуха ну точно сейчас сидит и закатывает глаза. Цокает языком в своей манере и сморщив нос, катает по языку варианты отказа от дурной затеи. Они не воплощаются в жизнь, поэтому Венти это принимает за согласие. Зажимает между зубов сигарету и сдерживает насмешливую колкость. — У меня будет лишь одна просьба к тебе. Не убивай верхушек мафии и их правых рук, сыновей, последователей, как они ещё это называют? В общем, всех, кто им дорог не трогай, — сразу предупреждает Венти укоризненным тоном, — три месяца назад к великой госпоже Баал был отправлен мой шпион по имени Сиканоин Хэйдзо. Какое-то время я с ним поддерживал связь, поэтому я точно знаю, что он вошел на территорию Инадзумы, но потом связь резко оборвалось… Уже как больше месяца я ничего не слышу от него. Мне это не нравится. Узнай все, что сможешь. Мне нужно знать, что произошло. Получиться найти живым — замечательно. Если посчитаешь нужным, то можешь убить его. Задание как раз в твоем стиле. Наказать тех, кто не заслуживает на то, чтобы существовать под «мирным» Солнцем, — Барбатос докуривает сигарету, тушит ее об стеклянную, угловатую пепельницу, аккуратно спрятанную за небольшим кактусом. Собравшись уходить, он останавливается в дверном проеме, будто позабыв сказать ещё про одну важную деталь, — совсем забыл. Остерегайся Фатуи, агентов Царицы, они не должны знать, что ты находишься в Инадзуме. За задание ты получишь три миллиона моры. Можешь приступать. Кадзуха морщит нос, поднимая голову от дымящейся пепельницы с окурками в такие многими забытые ночные долины Мондштадта. Ему максимально не нравится то, что Венти поручает подобного рода задания ему. Искать кого-то, да ещё и с высоким успехом — вполне в его стиле. У него потрясающая чуйка, способная достать кого и что угодно даже с под вулканических недр. Однако всегда в таких ситуациях есть какое-то щекочущее «но». Кадзуха не хочет показываться на глаза другим верхушкам мафии. Безусловно, о его существовании наслышаны, но кроме Барбатоса в глаза Казаха больше никто не видел. Здесь же придётся показаться лично, да ещё и вести себя подобающе. Покладистость нужна будет, если он хочет обследовать весь район Инадзумы. Инадзума выделяется среди других регионов тем, что находится практически на таком же расстоянии, как и Снежная. Маленький городок в этом регионе отделён внушительной природной зоной с горной местностью, большим количеством извилистых рек и лесов. Солнце там светит всего восемь часов в день. Остальное — непроглядная ночь с летающими, голодными фантомами. Ночью выходить за городок считается опасным и рискованным. Жители собственно, ничего против не имеют. Им и так хорошо живётся. Несмотря на все минусы, плата за задание весьма притягательна. Если бы это задание ему давал не Венти, да и платили бы меньше… Кадзуха не взялся за него. Слишком опасно, затратно и не выгодно. *** На следующий день после насыщенного разговора, Сяо облюбовал подоконник на кухне. Небольшой, полупрозрачный контейнер квадратной формы в его руках хранил пищу богов. Завёрнутый омлет с начинкой из риса, который обычно так и называли: «рисовый омлет». Яйца хорошо взбиваются и готовятся в виде полусырого омлета, в который засыпается рис. Полученный омлет заворачивают и поливают томатным кетчупом. Надежда уложила его дополнительно на «подушку» в виде салатного листа. Нарезала полукольцами овощи, такие как тыква и свекла и такой порции вполне хватит с утра до обеда. Белковая пища с клетчаткой придадут энергии. Стоит брать во внимание, что сегодня, возможно, Сяо буквально забегается в поисках работы. Венти ясно дал понять, что в этом вопросе он ему не помощник. Только может подсказать места, где возможно улыбнётся удача. — Хотите? Я угощаю, — вместо доброго утра, Сяо повернул голову к пробудившемуся Венти, который то и дело мял руками собственные крылья, чтобы размять залежавшиеся перья. — Не откажусь. Из контейнера ароматно тянуло свежей и разогретой пищей, которая пахла совсем по-иному. Еда буквально щекотала обонятельные рецепторы, пробуждая спящих китов в желудке у Венти. Сяо только хмыкает на весьма ожидаемые звуки, закидывая кусочек рисового омлета себе в рот. Спрыгивая с подоконника, он вручает контейнер Венти в руки с половиной его содержимого. — Я так посмотрел на состояние вашего холодильника изнутри и понял, почему вы вчера ели одну лишь яичницу, — насмешливо протянул Сяо, ретируясь с кухни, чтобы собраться, уже будучи в зале. На подкорке мозга предвкушалось что-то тяжелое и совсем ему не по нраву. *** Сяо скрипит зубами, когда серенький ключ из незамысловато-худой связки не попадает с первого раза в дверную скважину. Дёргано прижимается вспотевшими от нервного напряжения ладонями к входной двери, а после вымученно, почти жалобно стонет. Он чувствует, как всё тело дрожит от накопившейся усталости за весь прошедший день и вообще предпочитает спалить дотла несколько часов своей бесполезной жизни, оставшихся за спиной. Смех, да и только. Даже преемником называться язык не поворачивается. Никому ненужный парень, который умеет делать совершенно ничего, как оказалось. Единственная работа, где он сегодня пропахал по меньшей мере шесть часов — работа грузчиком. Несмотря на низкий рост, в кругу альф он обладал хорошей физической силой благодаря собственным годовалым тренировкам. Под одеждой пусть и не так явно, но скрывались их потрясающие результаты, чем Сяо умело сегодня пользовался. Вот только ожидаемой платы в три тысячи моры за весь перенесённый груз он не дождался. Дверь перед его носом закрыли. Он, уставший и голодный, как побитая псина, сидел под дверью два битых часа и ничего не добился. Шастал по городу на ватных ногах, но все ему отказывали. Даже в обычных кофешечках, где нужно всего лишь разносить заказы. Что уж говорить о мойках, рекламах и богатеньких ресторанчиках. Сяо боялся представить, как будет разочарован мастер, когда увидит его, такого грязного и измотанного, совершенно никому непригодного и ненужного, под дверью чужой квартиры. Было тошно от самого себя. Успокоившись всего на крошечную малость он нащупал пальцами замочную скважину и максимально-минимально плавно вогнал в неё ключ. Облегчённо выдохнул, когда прохладное и мокрое от пота орудие в его руках провернулось два раза и он смог пройти в квартиру. Тишина в этот раз была настоящим умиротворением. Мысль о том, что здесь живёт Барбатос, совсем не угнетала, а наоборот…ему было совсем всё равно. Даже киты в желудке замолкли, позволяя Сяо потерянно пройти в зал. Не раздеваясь, завалиться спиной на застеленный диван и почти сразу заснуть под лёгкий запах курева, витающего недалеко от двери на балкон. Всё вокруг неожиданно перестало иметь смысл. Сегодня ему ничего не снилось. Сяо хрипло смеётся в душисто пахнущую чем-то отдалённо морским, макушку. Перебирает пальцами тёмные, с бирюзовыми концами, мягкие пряди волос, наматывает на фаланги и обнимает соседа по кровати крепче-ближе-мягче. В его объятиях человек нерадиво мурлычет, льнёт ладонью к чужому паху, сжимает ещё мягкий член и на контрасте почти невинно целует Сяо в плечо. Последний уже привычно меняет своё агрегатное состояние, жмурится от удовольствия, только и делает, что жмётся ближе, жадный до ласки. Венти быстро сползает вниз. Сяо несколько минут умиротворённо смотрит на него, а потом, будто в какой-то неизвестной дымке, дёргается и расширяет глаза до состояния больших пяти копеек. Он чувствует, как всё тело нагревается до непозволительной температуры, в горле встаёт ком ваты или скрученной марли, а глаза слезятся от переизбытка новых ощущений. Сил хватало на то, чтобы просто блять, смотреть. Во рту Венти член крепнет быстро, а Сяо только чаще и тяжелее дышит, хватая ртом воздух. Это неправильно. Так не должно быть. Это всё не по-настоящему. Какое бы космическое удовольствие он не испытывал в этот момент, нужно срочно просыпаться. Если ему снится глава Мондштадта между его ногами, который так проворно сосёт его быстро поднявшийся член, то это, наверное, первые тревожные звоночки? Даже после частичного пробуждения, Сяо не чувствовал, что полностью вынырнул из сна. Венти по-прежнему находился между его разведённых ног, только уже в полной темноте, издавая весьма неприличные звуки. От такой картины его уже медленно тянуло на оргазм, но хотелось почувствовать больше и ближе. Где-то на подкорках мозга у него был выбор отреагировать негативно на сложившуюся ситуацию, но дьявольская натура мурлыкала на ушко соблазнительное: «не стоит, воспользуйся моментом, тебе же так нравится». И Сяо в полусонном состоянии пользуется. Губы искривляются в полуусмешке, к щекам и ушам приливает никому ненужный стыд, но зато член заинтересованно дёргается, когда его так умело одаривают сладостными ласками с раскрасневшейся головки до самой мошонки. Сяо несдержанно стонет в ладонь, второй напористо давит на затылок головы Венти и растекается лужицей от потрясающих ощущений. Казалось, что в этот момент подступающий оргазм и сердцебиение нашли общий ритм, отдавали удары ему по ушам, заставляя Сяо глохнуть. Удовольствие было таким потрясающим, а окончание процесса близилось к логическому завершению, пока Венти не оборвал его, оставляя висеть на щекотливой грани. Сяо просыпается от такого практически сразу, досадно рычит и воет: — Что ты- Он злобно пялится в сверкающие зенки Венти, поглотившие собой всю темноту зала. Его горло непроизвольно издаёт протяжный, полухриплый стон, потому что виновник его запущенного состояния, улыбаясь во весь ряд, провёл с нажимом ладонью по всему стволу полового члена, вынуждая Сяо кончить от прибывшего оргазма. Бедняга затравленно пытался вдохнуть, откинув голову на подушки. Сильно-сильно зажмурился, ощущая колющую, приятно ноющую дрожь в ногах. Непередаваемые ощущения. — В тебя нет ни стыда, ни совести, — огрызается Сяо и поднимает голову на тянущего довольную лыбу, Венти, — ты слышал о правилах субординации? Сяо совсем не замечает, как свободно обращается на «ты». — Если бы ты не стянул с меня штаны, то никогда не узнал о моей второй половой принадлежности, — буркает он почти обиженно, — ты будешь давать мне компенсацию за каждый минет? Неужели настолько понравился мой член на вкус? — Сяо криво улыбается, показывая в темноте ряд ровных зубов. Он буквально отыгрывался, язвил и дёргал за желаемые ниточки. Конечно, вслух сказать что-то наподобие: «вау, ты делаешь такой потрясающий минет. Не могу скрывать, как мне понравилось!» он конечно же не станет. Его никто и никогда так не выводил на эмоции, как Барбатос. Из-за его выходок за два минувших дня уже блядски чесались ладони или даже зубы от распирающего желания впиться в плоть, хоть куда-нибудь. Подобные прихоти явно относились чисто к дьявольской натуре и никак к его собственной. Вы что? Да чтобы он о таком думал? Никогда. Купюры падают в его ладони через какие-то несчастные минуты. Сяо морщит свой нос, всем видом показывая, что ему не нужны подачки и он вполне справится сам, но угрозы Венти тоже в какой-то степени давали свои плоды. Заставляли закрыть ебало и сидеть копировать лицом статуи моаи с острова Пасхи. Сяо провожал уходящего Венти смиренным взглядом. Отложив бумажку на смятую подушку, он вымученно простонал с мыслью о том, в какую же задницу его занесла нечистая. Даже сложно было понять, плакать или рыдать от своего ущербного положения. Зато у него теперь есть целых пять тысяч моры, заработанных на минете ему же. Смешно, не правда ли? Наверняка он сможет прожить на эти деньги около недели. За это время можно было и откопать более-менее подходящую работёнку. В конце концов, заниматься сексом с малознакомым человеком — достаточно сомнительная и рискованная затея, учитывая тот интересный факт, что Венти в живых никого из своих партнёров не оставлял. Сяо принял решение, что лучше всего сейчас сходить в душ, чтобы попытаться отмыть хоть немного постепенно загрязняющуюся совесть. Хотя понимал, что его неопытность в таких делах постепенно клонится к отметке «слишком много знает». Под ледяным душем мысли как-то совсем уходили в разные стороны, как в анекдоте про короля с косоглазием. Сознание намеревалось вот-вот лопнуть, взорваться или вовсе раствориться под напором ярких моментов, которые Сяо под предательские вопли демона внутри, запомнил. Кончики ушей, щёки и в последствии зоны под нижнечелюстной костью заливались ярким, багровым оттенком от стыда. Бедняга представлял снова и снова, как Венти стоит перед ним на коленях с блестящими губами от перемешавшейся слюны и предэякулята. Картина весьма пикантная даже для Сяо, который после неё скулил себе в изгиб локтя и упирался лбом в плитку душевой. Тяжесть и неприятное ощущение неудовлетворенности в паховой области безумно раздражали. Ведь он вспоминает моменты снова и снова только из-за неопытности? Девственности? Подростковой натуры? Наверняка. *** — Ты кажись говорил, что готов платить, если я буду спать с тобой? Сяо начинает этот разговор через неделю после того, как Венти выдвинул предложение о весьма сомнительном заработке. В течение всех семи дней он старательно пытался найти работу. Любую, где можно было прожить пусть и с натяжкой, но месяц. Хотя бы. Но он находил только с совсем мизерным заработком, на котором можно продержаться с голодовками максимум две недели. Это была полнейшая катастрофа. Здесь кругом есть те, кто стремится получить с него выгоду безвозмездно. Это злит до чесотки во внутренней части ладоней. Настолько злит, что Сяо, вернувшись в очередной день с неудачей почти под полночь, заходит без стука в комнату к Венти. Его янтарные глаза горят раздражением в темноте и каким-то таким щекотливым, бархатным смирением. Свет от ноутбука на кровати попадал даже на стоящего в дверном проёме Сяо. Он облокотился об дверной косяк плечом и как-то совсем уж нервно потрепал чёлку пятернёй. Из его уст вырвался какой-то вымученный вздох, оглашающий о том, что дьявольская натура сдалась под натиском столь жестокого региона. Здесь работу нужно искать только через связи, потому что в ином случае…тебя просто оставят ни с чем. Никто не будет за это ругать, ты можешь свободно отомстить в ответ, и никто тебе ничего не сделает за это, но Сяо ведь не так воспитывался. Он не будет отвечать злом на зло. Он всегда ищет какие-то выходы из ситуации, совсем иные дороги, которые могут привести к желаемому результату. Сейчас он расценивал своё положение с ног до головы и понимал, что единственная тростинка на выживание — сидящий перед ним на кровати Барбатос. — Я думал, что тебе понадобится меньше времени, чтобы согласиться. Неужели ты специально готовился для меня? — мурлычет уж слишком насмешливо Венти, жмурясь, как сытый кот. Он склоняет голову к плечу и подзывает Сяо к себе лёгким похлопыванием рядом, по кровати, после чего осторожно закрывает ноутбук и кладёт его рядом на тумбу. Сяо встаёт столбом и ощущает, как кончики его ушей постепенно нагреваются от подступающей к ним, крови. Что-то упрямо толкало в спину, сладостно шептало: «ты правильно делаешь, перебирай ногами, давай, не бойся» и Сяо даже воспротивиться не мог. Запретный плод сладок. — Не готовился, — как-то слишком спокойно для самого себя, говорит он, глубоко вдыхая воздуха побольше. Чем дальше и шире становились шаги до кровати, тем сильнее ноги превращались в куски бесформенной ваты. Темнота комнаты сменилась на совсем лёгкое, тёплое освещение от ночника возле кровати. По крайней мере, теперь были видны не только глаза Венти, но и он целиком. Сяо неуверенно садится на кровать, совсем уж невинно подвигаясь на чуточку ближе. Он сидит боком к Венти, совсем на него не смотрит, слушает странное шуршание у себя за спиной и собственное, бешенное сердцебиение в ушах. Ему казалось, что кроме пульса во всём теле вокруг больше не существовало звуков. Особенно тогда, когда его плеча ненавязчиво коснулись, чтобы надавить и опрокинуть Сяо целиком на кровать. В лёгких совсем не хватало кислорода, постоянно хотелось сглатывать и открывать рот шире, чтобы вдохнуть больше. Венти сидел на нём и так ярко, с хитринкой в глазах, улыбался… Было ощущение, будто бы Сяо какой-то совсем уж юный подросток, который ощущает в груди щемящее чувство влечения. Дьявол совсем уж разомлел, как только ощутил поглаживающие его живот, пальцы Венти. Последний задирал футболку, помогал и вовсе её снять. Сяо то напрягался под прикосновениями, то расслаблялся, когда подушечки ангельских пальцев прикасались к местам под рёбрами или животу. Казалось, почеши его и он вовсе растечётся лужицей с закрытыми глазами. Венти старался снять верхний элемент одежды как можно аккуратнее, но как только это произошло, он тут же бросает безжалостно вещь на пол, коварно растягивая губы в улыбке. Сяо упрямо молчит, даже когда с него стягивают штаны. Элемент гардероба оказывается спущен до самых щиколоток. Всё внимание было приковано только к уверенно действующему на нём Венти. Дрожь снова проходит по телу, когда руки оглаживают подключичную мышцу. Он всем телом вибрирует и запрокидывает голову назад, совсем уж расслабившись. Венти внизу него подозрительно довольно хихикает. Сяо не обращает на это толком никакого внимания, распластавшись от прикосновений к столь чувствительной мышце. Затем сдавленно охает, едва ли не вставая на локти, когда его заинтересованно дёргающийся член от сложившейся ситуации начинает твердеть в горячем и влажном окружении, которое так заботливо создал Венти для него своим ртом. Краснота и стыд с ушей переходит на щёки, задевает шею. Температура в помещении явно поднялась на несколько градусов, пока Сяо так упрямо пялился на отсасывающего омегу прямо между его ног. Ощущения были потрясающие, прямо как в тот самый раз, неделю назад. Приходилось даже зубами впиваться в губы, чтобы не стонать от удовольствия. — Я надеюсь, ты хотя бы знаешь, что такое презервативы и как их использовать? — вопрос тут же вывел демона из равновесия. Сяо хлопал глазами и непонимающе открывал рот, а потом снова его закрывал, не зная, как правильно задать вопрос. — Презерватив? Я не умею его надевать, но я могу попробовать, — честно признался он, решительно сдвигая брови к переносице, чем пробил Венти на настоящий хохот. — Такой взрослый, ещё и демон, а презиками пользоваться учится только сейчас, — насмешливо подкалывает, чем вызывает на лице Сяо очередной прилив стыда, — милый, мы точно должны были поменяться местами. Ты выглядишь, как самый чистый и нетронутый ангелочек. Это меня безумно забавляет. Знаешь, на твоём месте я бы ловил этот бесценный опыт, потому что никогда не знаешь, когда именно он тебе понадобиться. Сяо на это только молчал, закусывая губы. — Почему ты согласился спать со мной? Только ли из-за того, что я подхожу под твои вкусы? Я совсем ничего не умею и не соображаю в сексуальных делах. Разве это может возбуждать? — Сяо пусть и старался говорить ровно, но голос предательски дрогнул, когда Венти начал надевать презерватив на его стоящий колом член не руками, а ртом, будто бы специально избегая данные вопросы, чтобы больше подразнить и без того красного дьявола — ты уверен, что его нужно надевать именно так?.. Снова ноль ответа. Сяо буквально задыхался, чем и заставил себя закрыть глаза не в силах это лицезреть. Даже что-то стонущее под нос выдавил, видимо, уже морально умоляя Венти вести себя культурнее. Сяо было в какой-то мере стыдно не только за свою неопытность, но и за нерешительность. Он боялся раздевать Венти в ответ, а когда последний начал насаживаться на его член, то Сяо и вовсе перепугано вскочил, буквально хватая омегу за плечи и впиваясь в них пальцами. — Вот так сразу?! А если будет больно? — он забывал, что они практически чужие люди. Но к омегам относился слишком бережно и внимательно. Буквально настолько, что сейчас держал Венти только на головке своего члена без дозволения принять больше. Хватка у него была по-настоящему сильной, — я слышал, что стоит…растягивать партнёра. Или хотя бы какие-то прелюдия делать? Удовольствие получаю только я, а должен получать ты, потому что я работаю на тебя, а не наоборот. Я должен стараться, помнишь? Скажи, что мне делать? Венти залился настоящим, заливистым смехом. Он не мог поверить, что о нём будет кто-то вот так мило беспокоиться. Для Венти это было действительно в новинку, но такое поведение альфы поражало и смешило одновременно. Тем более такое поведение, как для дьявола. Сяо был совсем на него не похож. — Сяо, ты такой зануда, но милашка. Успокойся и наслаждайся процессом. Мне не будет больно, я уже себя растягивал, пока удовлетворял себя сам. Или ты даже никогда не дрочил и не знаешь, что так можно делать? Ах, какой же ты милашка. Расслабься, ты скоро сам втянешься в этот процесс и поймёшь, что и как делать. Сяо затыкает свой рот, а потом на одном дыхании, почти обиженно выпаливает: — Не дрочил. Неужели это такой обязательный навык? Венти закатывает глаза, не убирая улыбки с лица, готовый в любой момент снова залиться хохотом от столь умилительной ситуации и забавного дьяволёнка. Давит руками Сяо на грудь, вынуждая снова лечь на спину. Он прогибается в спине и блаженно прикрывает глаза, когда вместо игрушек и собственных рук ощущает внутри горячий, буквально пульсирующий от такого непривычного возбуждения, член. Сяо и сам жмурится до белых пятен под веками. Готов вот-вот сжать в руках простыни рядом с боками от переизбытка ощущений. Только Венти не позволяет, кладёт дрожащие руки на свои бёдра. — В сексе принято трогать друг друга не только за руки или ноги, но и ещё за более интимные места. Неужели ты никогда не хотел потрогать чьи-нибудь бёдра? — Никогда, — честно признаётся Сяо, — я даже не задумывался об этом. Он весь погряз в стыде от происходящего. Его колошматило в разные стороны. Сложно было осознать, что он сейчас действительно с кем-то занимается сексом и буквально жаждет ощутить под пальцами разные участки тела и самое главное запах. Ему действительно хотелось почувствовать впервые чей-то запах. Что-то совсем уж странное щекотало подкорку мозга. Будто бы с каждым разом, как Венти насаживался на него, перехватывало дыхание и основная краснота постепенно спадала. Сяо приподнимается, чтобы быть ближе. Его дыхание щекочет кожу на омежьей шее, а руки и вовсе показывают, какими смелыми на самом деле могут быть. Оглаживая бёдра, в какой-то момент сжимают их, слегка впиваясь ногтями в бархатную кожу, а затем снова гладят, будто бы делали так всегда. Сяо ведёт ладонями выше, по спине, ощупывая пальцами едва чувствуемые подушечками, позвонки. Он выстанывает имя не «Барбатос», а «Венти», уже на каком-то ином уровне, интуитивном. Погружённый в процесс, Сяо разглаживает руками пушистые крылья и прижимает ладони к их корневищам, чтобы задержать «наездника» на себе, чтобы сделать один сильный толчок вовнутрь. Его член вошёл полностью, выбивая из уст Венти сладостный стон. В такой близости, Венти мог слышать, как рвано дышит Сяо. Мог чувствовать, как колотится его сердце. Мог ощущать, насколько он был мягок с малознакомым человеком в постели. Куда бы он не прикоснулся, прикосновения были, будто наркотик — их хотелось больше и без перерывов. Они были похожи на солнечные поцелуи. Тёплые и яркие до влаги в уголках глаз. В последствии, в комнате перемешались их рваные вздохи и стоны, когда Сяо, будто бы совсем ненавязчиво, начал проявлять хоть какую-то инициативу. Двигал бёдрами в положении сидя, вколачивался до искр перед глазами, задевая при этом комок нервов изнутри. Венти в какой-то момент схватился за его плечи, обвил руками за шею и тихо, в полном удовольствии, стонал ему на ухо, будто бы напоминая Сяо: «ты же неопытный дьяволёнок, тебе нужно больше краснеть и стыдиться». Сяо только фыркал на это, едва щурясь. Кончики ушей по-прежнему горели, но он отодвинул свои принципы и стыд назад ещё с самого начала. Пути назад уже не существует. Если заниматься сексом — то на совесть, чтобы получать удовольствие. В какой-то момент, рука Сяо не выдержала. Легла прямо на стоящий член Венти, мягко его поглаживая. Пальцы обвили его основание и провели сжатым кольцом к верху, к покрасневшей головке. Венти что-то хихикнул ему под ухо, накрыл его ладонь своей и показывал, как правильно нужно дрочить себе и своему партнёру. Здесь всё-таки Сяо постыдился, хотел убрать руку, но Венти сжал его ладонь сильнее, не позволяя этого сделать. Со стороны они наверняка выглядели, как какая-нибудь счастливая парочка, которая занимается подобными вещами чуть-ли не каждый день. Вот только, как считает Сяо, этого никогда не будет. Они ведь не созданы друг для друга. Это просто влечение, секс без обязательств. Сяо и не понял, как забыл про то, что согласился на эту авантюру только ради денег. Даже не ради какого-то вселенского интереса. Сейчас же он наслаждался процессом и отдавался в него полностью, млея от одной мысли о том, что может прикасаться к Венти, где только захочется. Даже от такой вольности его прикосновения не были какими-то извращённо-жадными, а наоборот — лёгкие до невозможности. Носовые пазухи защекотал совсем лёгкий воздушный запах, напитанный весенне-цветущим абрикосом. Сладковатый, как капля варенья на языке. Сливочный и гладкий, подходящий Венти, который от возбуждения во всём теле и удовольствия прогибался в спине на нём, тем самым, едва ли не вжимаясь в Сяо всем корпусом. А что Сяо? Сяо растворялся от запаха, как тлеющая спичка. Потирался носом о плоть и кусал Венти резцами за плечо, только до ушей долетал ехидный смешок и омежье желание подколоть его странные наклонности. Вообще всё казалось странным. Даже его реакция на обычную близость с омегой. Что самое подозрительное…у Сяо было ощущение, будто бы к его черепной коробке изнутри прилипло что-то липкое, как только они с Венти слились воедино. Это чувство не было каким-то омерзительным, но всё же ярко ощущалось практически каждой клеточкой тела. Как-то всё так слилось в одно единственное «Венти», начиная от слов и заканчивая действиями. Видимо, так себя ведёт каждый «маленький и миленький мальчик» в постели с Барбатосом. Одурманенные запахом и присутствием, позволяющие прикасаться к себе. Каждый склоняет голову перед ним, верно же? Каждый же? Поэтому они так легко оканчивают свои жизни прямо в его руках? Сяо очень надеялся, что так оно и есть. Надеялся, что это не он странный. Надеялся, что это просто влечение и никак не симпатия. Он просто надеялся. Сяо в порыве сильных эмоций и ощущений переворачивает Венти на спину, удерживая его запястья в своих нагретых и вспотевших ладонях. Янтарные глаза сверкают ярко-ярко в ночной темноте, даже как-то остерегающе и заискивающе. Только вот окно само по себе громко распахивается, в комнату врывается холодный ветер, обдувающий с ног до головы. Сяо ёжится и оказывается вновь прижат спиной к кровати. — Больше так не делай, если не хочешь пасть в моих глазах. Я не люблю, когда меня обездвиживают и не позволяют повлиять на это, — голос Венти на фоне возбуждения звучал разозлено. — Не думаю, что это та проблема, из-за которой стоит сейчас жертвовать удовольствием, господин Венти, — Сяо был слишком уверен в своих словах. Он уловил омежье напряжение, но не растерялся. Ласково пальцами прикоснулся к чужим запястьям, поглаживая кожу на них мозолистыми подушечками, чтобы обхватить снова. Только намного мягче и свободнее, практически кольцом. Будто бы просил прощения за свои действия. Сяо под сексуальным давлением был удивительно чутким. В то время, как в обычной жизни над ним висит большая, мрачная туча. Только проблески красного оттенка выступают на щеках, когда ситуация особенно вгоняет в стыд по вине Венти. — Такого опыта у меня ещё не было, ты умеешь удивлять, — Венти заулыбался снова, восхищённо присвистывая. Позволяет прикасаться к своим запястьям, осознавая, что Сяо вовсе не хотел обездвиживать его нарочно. — Я не стараюсь удивлять, — честно чеканит Сяо и вновь переворачивает Венти на спину, чтобы оказаться сверху. Он минуту любуется на то, как тёмные, с бирюзовыми концами волосы снова рассыпаются красивым веером по кровати. Любуется, как белоснежные, невероятно мягкие и пушистые крылья расправляются по постели, призывая потрогать. А Сяо что? Он не отказывается. Зарывается пальцами в перья, совсем бережно их сжимая между фалангами, но что тут же получает одобрительный стон. Похоже, крылья у ангелочков довольно чувствительны. Через мгновение, они, словно обезумевшие, прильнули друг к другу, забываясь в жарких объятиях, вздохах и прикосновениях. Сяо забивался в Венти по самый узел, выбивал из него судорожные удовлетворённые похрипывания и увеличивающиеся в громкости с каждым толчком, стоны. Они в конечном итоге, потеряли счёт времени. Солнце только-только вставало на горизонте, когда Венти, уставший и донельзя ленивый, лёгонько толкал Сяо в живот, принуждая остановиться и оставить его в покое. Последний даже возражать не стал, снимая испачканный бог пойми какой презерватив. За два с половиной часа это четвёртый, наверное. Если не пятый. Сяо уже опускает ноги на пол, чтобы подняться и сходить в душ. Кидает очередной взгляд на заснувшего Венти и сам чувствует, как голова не удручающе наливается свинцом. Вздыхая, он трёт переносицу большим и указательным пальцем, бесцеремонно открывая ящики в тумбах возле кровати. Счастливо сверкает глазами, только в его поле зрения появляется большая упаковка влажных салфеток. Вытерев Венти салфетками практически с ног до головы, места не было даже для стыда от навалившейся на плечи тяжелым грузом усталости. Это что-то обыденное…ведь грязным спать уж точно никто (например, он) не любит. Поэтому Сяо об этом хорошо позаботился. Поскольку вдобавок Венти спал прямо на одеяле, то он накрыл его большим махровым полотенцем, которое нашёл в ближайшем шифоньере. Ночь выдалась мягко говоря…потрясающей да, но она затронула представление о мире, в котором он живёт. Сяо с такой мыслью уснул после душа на своём диване, даже не одеваясь, а просто накрывшись тонкой простыней.