Любовь и май, май, май

      Я унесусь туда, где ты       Стоишь и смотришь мне в глаза.       В них похожий на искру       След как падает последняя звезда              Тонкие подошвы кед мягко шаркали по ровному асфальту. Остуженная дорога впитывала дождевые капли, собирая на себе лужи. Промокшие лепестки цветов тяжело спадали с веток фруктовых деревьев, высаженных во дворах. Людей не было видно. Все попрятались в домах, распивая горячий чай. И только двое неспешно шли, наслаждаясь погодой.       Их окутывал запах мокрой травы, — газоны на открытых частных территориях блистали в свете дождя. Преобладающий зеленый выделялся на фоне белых домиков, с крыш которых стекали водопады. Поселочная природа отлично уживалась среди дорог в стиле города. Белоснежная разметочная линия притягивала к себе взгляд, будто глянцевая.       — Помнишь, как мы познакомились? — Хенджин наступал на водяные островки, пуская круги по водяной поверхности. Лужи были теплыми, переняв это у асфальта.       — Помню, — Минхо накинул плед ему на голову и плечи, пытаясь хоть немного прикрыть любимого. — Я ответил на твою сторис, а ты согласился пойти погулять.       — Это было необдуманное решение.       Хенджин придержал плед, ощутив на плечах его тяжесть. Он стойко держался перед прохладным дождем, не давая себе озябнуть. Он знал, дома его хорошенько согреют.       — Я признался тебе первым, — Минхо следовал за ним, наблюдая, как клубничная челка становилась влажной.       Хенджин улыбнулся уголками губ, подтерев с ресниц капли росы:       — И я тебя отшил.       — Долго отшивал, — исправил его Минхо. — Ты разбирался в себе, и я тебя верно ждал.       — Дождался же, — Хенджин глянул на него через плечо, поймав заботливый взгляд.       Минхо с нежностью осматривал его хрупкие плечи, скрытые намокшим пледом. Он думал лишь о том, какая сила в них заключена, и что они переносили изо дня в день. В их тишине дождь мерно отстукивал по крышам, привнося свои речи в чужой разговор.       — У нас всегда так происходит. Ты молчишь, когда тяжело, а я жду.       «И скучаю».       — Ты делаешь также.       — Я злюсь, когда мне действительно плохо. И ты попадаешь под горячую руку.       — Ты многое мне прощаешь, и начинаешь высказываться только в такие моменты, — догадался Хенджин, остановившись среди белоснежной полосы.       — И это не значит, что я ищу повод уйти, — Минхо заключил в домашние объятия.       И Хенджин ощутил биение сердца, прижавшись к его груди. Он опустил голову ему на плечо, не оставив между ними никакого расстояния. Мокрая ткань футболки неприятно липла к коже, пропуская волнительные удары пульса. Минхо боялся потерять, и, как мог, грел любовь в своих ледяных ладонях. И Хенджин это чувствовал, окружив себя моросящей прохладой погоды и теплотой родного тела.       — Прости меня, моя любовь…       Небо постепенно темнело, закрывая тучами красивейший закат в их жизни. Небо давало им шанс увидеть новый восход. Слова, сказанные Минхо, отразились в груди колкой болью. Но боль эта была уходящая. Хенджин знал, их история будет продолжаться. Он испытал облегчение, и, наконец, расслабился в объятиях, утонув в них с головой. Он доверил всего себя Минхо. Он преподнес ему свое сердце.