Сквозь пространство и время

      Поужинав питой с Коллеи, Шисо легла на твердую кровать и попыталась сделать вид, что засыпает. Это заставило девочку погасить свет и вести себя тише. Глядя на еле различимую на деревянной стене тень собственного тела, Шисо молча скандировала имя Дендро Архонта, надеясь установить с ней контакт через сон. Однако непривычный запах сумерских растений и теплого, даже слишком теплого воздуха, то и дело воскрешал в ее памяти нежный запах мягкой постели Ли Юэ и аромат травяных чаев, который смешивался с доносившимся из окна сладким запахом цветов. Однако легкий аромат быстро сменился запахом железа и смерти, а чистота мягких простыней превратилась в кроваво-черные пятна, разбавленные слезами. Перед глазами возник образ маленькой девочки со светящимися золотом локонами. Локонами, которые имели для нее слишком большое значение.       Темные глаза предательски наполнились щиплющими слезами, заставляя тени на стене трястись и растягиваться. Но она должна была спать. И хотя воспоминания медленно убаюкивали, несмотря на печальные и ужасающие образы последних дней, Шисо не смогла остаться в темном углу. Подскочив на месте, она быстро переместилась на улицу. Под холодным светом луны и звезд она вздохнула с облегчением — будто бы он забрал тяжелый камень с хрупкой души.       — Шисо… — ветряной поток пропел ее имя, пробежав по голым лодыжкам и поднявшись до коротко остриженных прямых волос.       Машинально заправив темные пряди за уши, девушка с тревогой осмотрелась. Вокруг не было ничего необычного. Неспокойное чувство заставило ее вернуться в комнатку и взглянуть на Коллеи, что все еще работала за столом. Но девочки там не оказалось.       — Коллеи? — Шисо осмотрела крохотную комнату, вмещавшую в себя только две кровати, шкаф и два стола с тумбами.       Ветер ворвался в комнату по ее следам и, задув огонек в лампе на столе Коллеи, пощекотал мочки ушей девушки.       — Ай! — больше испугавшись, чем ощутив боль, воскликнула Шисо и накрыла уши горячими ладонями. На несколько секунд она смогла услышать, как тревожно пульсирует кровь в ушах — ее тело тоже боится.       — Коллеи! — громко позвала она, открыв уши.       — Но ты же звала меня. — уже более знакомый голос раздался ото всюду.       — А?.. — Шисо зачем-то осмотрела потолок и окна. — Кого? — уже догадываясь о том, кем был ее собеседник, зачем-то спросила девушка.       — Я вижу причину, по которой ты знаешь мое настоящее имя, Осколок.       Не придав значения тому, как Нахида назвала ее, Шисо продолжала озираться по сторонам в попытках понять, была ли она в реальности или во сне.       — Малая властительница… я хотела узнать у тебя, кем является моя подруга. Если в Ирминсуле…       — Но никто не имеется права заглядывать в Ирминсуль, Шисо. — вновь раздался голос со всех сторон.       — Но нам необходимо знать, почему мы попали сюда! — чувствуя ничтожность своей позиции, повышала голос она. — Я хочу знать, зачем на самом деле Юстина нужна Царице, о чем на самом деле то пророчество! Ты ведь знаешь информацию о сошедших.       Архонт умолкла. Игривый ветер стих, а тревожное чувство отправилось вслед за ними.       — Нет, Нахида, не уходи!       — Вы должны как можно скорее покинуть Тейват. — прозвучал в голове чужой, искаженный пространством голос, уже не похожий на голос Властительницы.       — Но как?       Темная комната стала темнеть еще сильнее. Тьма будто бы стала жидкостью, которая вытекала из каждого темного уголка, заполняя собою все и будто бы поглощая то, что мешало ей разрастаться. Безобразная черная жижа стала принимать форму кубов, поблескивающих красноватыми полосами на абсолютно черном фоне.       — Это… — девушка широко раскрыла глаза и стала пятиться к выходу, когда в образованиях узнала пожирающую пространство магию Асмодей.       — Проснись! — прохладный ветерок с новой силой вытолкнул Шисо из комнаты. Ощутив падение во сне, девушка подскочила на кровати и моментально проснулась. Схватившись за грудь, она стала тяжело и часто дышать, озираясь по сторонам.       Магии Астарот больше не было, а комната по-прежнему освещалась огоньком со стола Коллеи.       — Что с тобой?.. — девочка вздрогнула и от страха быстро встала со стула. Она испуганно глядела на Шисо, которая точно так же смотрела на нее. — Плохой сон?       — Кошмарный. — неуверенно кивнула она, все еще не придя в себя.       — Когда мне снятся плохие сны, я пью сок сумерской розы и персика зайтун. — чуть улыбнулась Коллеи, отойдя от испуга. — Хочешь попробовать?       — Угу… — Шисо села на кровати, свесив ноги. Пальцы едва ли касались пыльного ковра, когда по ним внезапно пробежал прохладный ветерок.                     

***

                    Строгие законы Фонтейна не считали способность Царицы достойным алиби для Чайльда, который должен был провести роковой вечер вместе с убитой. Тело Кристины отправили на медицинскую экспертизу, заключение которой пришлось ждать около двух дней. Все это время парень провел под присмотром местного стражника, который контролировал все его выходы из комнаты. Высказав заключение эксперта о том, что девушка была убита ножом в живот и только после этого сброшена в воду, судья пригласил Предвестника в суд, дабы пролить свет на это дело.       Понимая, что побег теперь даст Фонтейну лишний повод обвинять его, Тарталья нервно расхаживал по комнате, поглядывая на плавящуюся на столе свечу. Недовольно вздохнув, парень тяжело опустился на стул и уперся взглядом потухших синих глаз в пустое письмо, которое только предстояло написать. Все эти два дня он старательно отыгрывал безумного человека, попавшего в магическую ловушку, дабы максимально улучшить собственное положение в регионе и на предстоящем судебном процессе, однако помимо спектакля существовала и настоящая его жизнь и настоящее, ненадуманное переживание. Написать в Снежную, чтобы справиться о положении Юстины, он не мог, ведь любое его письмо на родину наверняка перехватят в целях безопасности. А писать кому-либо из Фатуи от чужого имени было бы также бессмысленно, ведь и письмо коллеги на родину выглядело бы не менее подозрительно, чем его.       — Черт!.. — тихо выругался он, грызя большой палец.       И тут идея заставила его напряженное тело обмякнуть. Он перестал кусать палец и медленно, будто бы это был не он, взял изящное перо с чернилами.       Если он не мог узнать об обстановке дома в письме, то должен был вызвать в Фонтейн кого-то из Фатуи в качестве адвоката. На подобное письмо он имел все права.                     

***

             В холодном кабинете скромно витал аромат морозной ягоды и ледного цветка. Смешиваясь с тихим звуком чирканья пером по бумаге, он становился еще более незаметным — будто бы аромат боялся хозяина кабинета.       — О?.. — тихо и будто бы между прочим удивился Панталоне у пустоты, когда пальцы в плотной перчатке и во множестве колец разгребли в небольшой кучке писем одно особое с печатью Чайльда и Фонтейна. Неспешно открыв письмо специальным ножичком, что аккуратно хранился на левой стороне письменного стола, она стал читать содержимое короткого письма. — Что?.. — мужчина вскинул брови, но серые глаза не стали выражать ни какой новой эмоции. — Арлекино в качестве адвоката?       Поднявшись с места, Предвестник неспешно покинул холодный кабинет — об этом происшествии должна была узнать Царица.                     

***

                    — Идем со мной? — закончив рассказ, Александро игриво улыбнулся, будто бы ничего страшного и неправильного до этого момента не происходило.       — Куда? — опешила Ариана, не успевшая прийти в себя от рассказа о получении Крио Глаза Бога клоном — это было так похоже на старый ивент в игре.       — А разве это имеет значение? — он удивленно вскинул светлые брови. — Неужели находиться где угодно не лучше, чем здесь, в кандалах, которые на тебя надел тот, кого ты любишь?       — Что?.. — чувствуя себя уязвленной тем, что он все так хорошо знает, она покраснела скорее от стыда, нежели от смущения после раскрытия ее чувств.       — Намочи их. — он кивнул на цепи. — А я заморожу.       — И они сломаются. — подытожила девушка, глядя на кандалы.       — Чертовски верно подметила. — он усмехнулся.       — Ну… — она испугалась мыслей о настоящем побеге с тем, кто вел себя столько же непредсказуемо, сколько было свойственно доселе только ее экс-подруге. И вот чем закончилась подобная связь. — …нет.       Александро, нисколько не удивленный ответом, сложил руки на груди, продолжая довольно смотреть на бледное лицо девушки.       — Почему ты так смотришь?.. — в грудь вновь заскреблось неправильное и в данном контексте низкое чувство.       — Потому что ты красивая. — просто ответил парень, будто бы говорил о чем-то сильно незначительном. — Люблю смотреть на красивые…       — Вещи… — угрюмо закончила за него она, когда Александро притворно осекся.       — Произведения искусств. — он улыбнулся и отрицательно покачал головой — он ждал этого ответа от нее, чтобы подловить.       Осторожно заправив светлую прядь чужих волос за ухо, он вздохнул.       — Впрочем, тебе и правда стоит остаться. Если ты сбежишь сейчас, Мондштадт точно взлетит на воздух из-за моего братца. Его обращение уже завершилось, раз он посмел сделать с нами подобное.       — Что это значит? — совершенно сбитая с толку его играми в любовь и серьезность за одну минуту, все же спросила Ариана.       — Что мы преодолели кульминацию истории и близимся к развязке.