Сквозь пространство и время

      Холод, уже ставший таким привычным за долгие несколько дней, обнимал загорелые плечи девушки. Вчера, когда один из клонов Доктора привел ее в знакомую комнату, ее никто не привязал к кушетке. И она знала почему: сил осталось так же мало, как и уверенности в любом своем сопротивлении. Здесь, в подвальном помещении Фатуи, в лаборатории Дотторе, нет ни одного способа сбежать. Обман, физическая сила, договоренность — все это не работает здесь, в регионе льда и любви, так похожем на ее страну. Ровно как от зимней стужи, сбежать от Фатуи невозможно.       Сидя на кушетке и глядя на ледяные ступни, которых она уже почти не чувствовала, Юстина вздрогнула, когда дверь осторожно открылась. На пороге стоял тот самый клон-подросток, а прямо за ним чернел мощный силуэт Девятого Предвестника.       — Дальше я сам. Ты свободен. — не глядя на него, мужчина прошел внутрь.       Несколько секунд поизучав его спину, клон недовольно закатил красные глаза и за невозможностью ответить закрыл дверь.       Напрягшись, девушка недоверчиво отодвинулась на пару сантиметров. Глядя на полуприкрытые раскосые глаза снизу вверх, она прокручивала в голове воспоминания о Белом Бале и церемонии сошествия, где Панталоне хотя и был достаточно дружелюбен, все же задавал слишком правильные вопросы. И что приготовил этот неоднозначный человек на этот раз, она и придумать не могла.       Неторопливо приблизившись к Юстине, Предвестник расстегнул две пуговицы на груди и достал из-под накидки небольшой мешочек.       — Что это? — неуверенно приняв дар, она вскинула брови.       Серые глаза полностью открылись, глядя на нее через идеально чистое стекло очков:       — Еда. Не отравлена.       Открыв мешочек, Юстина увидела несколько фруктов и овощей.       — Почему ты вдруг принес мне это?       — Потому что без нее ты умрешь. — мужчина снова прикрыл глаза, будто от усталости, после чего развернулся и направился к двери.       Спустя несколько минут после исчезновения Панталоне, дверь вновь отворилась, но на этот раз очень медленно и неуверенно.       Жевавшая яблоко Юстина вновь замерла, понимая, что Предвестник не мог вернуться спустя пару минут. Взгляд метнулся на дверь, но сперва она никого не увидела. Дверь быстро закрылась, а возле нее остался стоять маленький клон Доктора. Он смущенно держал руки за спиной, а большие красные глаза с неподдельным интересом изучали девушку, будто бы он смотрел на то, что видел впервые в жизни. Или… существовании.       — Привет?.. — потерянно сказала Юстина, проглотив остатки яблока во рту. — Ты… хочешь это? — она взяла в руку яблоко, которое лежало на ее голени.       Мальчик продолжал с опаской смотреть ей в глаза, постепенно пугая девушку таким поведением. Она понятия не имела, как вести себя с детьми, да и испытывать к ним теплые чувства не любила, ведь была единственным и нежеланным ребенком в семье, да и друзья появились только в позднем школьном возрасте, а настоящие — в выпуском классе и университете. Поэтому дети для нее были чем-то вроде обычных раздражителей, а маленький Дотторе был еще более непредсказуем, нежели обычные малыши.       — Я не люблю яблоки… — тихо сказал он, отведя большие глаза, наполовину спрятанные под пушистой светлой челкой, в сторону.       — Ну… хорошо. — Юстина медленно пожала плечами, ожидая, что мальчик уйдет, но он продолжал стоять там. — Ты что-то хотел?       — Да… — он начал крутить корпусом, не отрывая ноги от пола.       — Что?       — Посмотреть на тебя. — мальчик вынес руки из-за спины и теперь стал теребить пухлыми пальчиками низ серой кофточки.       Опешив, Юстина широко раскрыла глаза, после чего приподняла уголок сухих бледных губ.       — Посмотрел?       — Да… — он кивнул, тряхнув ярко-голубой серьгой в ухе, которая была у всех клонов Предвестника. — А мне просто нравятся девочки. Они красивые…       — Ну, хорошо, что девочки. — она усмехнулась. — Но сейчас я вряд ли выгляжу как красивая девочка.       — Ну ты чуть-чуть красивая!.. — бодро опроверг мальчик.       — Что ж… над комплиментами тебе стоит поработать. — Юстина вскинула брови и покачала головой с улыбкой.       Она не заметила, как ребенок быстро подошел к ней и положил ладошку на голую часть ноги ниже колена.       — Почему твоя кожа коричневее? — он недоумевающе смотрел на контраст своей белоснежной кожи и загорелой ноги девушки.       — Я много времени была под солнцем, поэтому она темнее.       — Под солнцем? Это как в Сумеру? — он заметно обрадовался.       — Да.       — Господин говорил, что в Сумеру очень много солнца. Ты там была?       — Была.       — А я тоже хочу быть там. Только пока нельзя. Но Старший объект говорит, что потом мне можно быть.       — А как тебя зовут?       — Младший объект номер двадцать два.       — Только так?..       — Ага.       — А ты хотел бы настоящее имя?       Он широко раскрыл глаза и убрал руку с ее ноги:       — А у меня ненастоящее?..       — Ну… нет. Какое имя тебе нравится?       — Имя Господина Дотторе.       — Ну, тогда ты будешь Господин Дотториенс. Сойдет?       — Красиво! — он улыбнулся. — Я хочу рассказать Старшему объекту.       — Ну пока. — усмехнулась Юстина.       — А можно мне это… — он смущенно показал пальцем на красноплодник.       — Бери.       Улыбнувшись, мальчик взял фрукт и, уже стоя на пороге, обернулся и широко улыбнулся:       — Это как в Сумеру.                     

***

                    — Все тоскуешь? — войдя в таверну, Кэйа вальяжно расположился у барной стойки. — Налей-ка вина.       — Сначала деньги. — небрежно бросил Дилюк, упершись обеими руками в стойку.       — Ты все еще держишь обиду?       — Чтобы получить товар, сначала нужно за него заплатить.       — Не думал, что ты такой меркантильный.       — А я забыл, что ты такой единоличник. — разозлился хозяин таверны.       — И это мне говорит тот, кто сначала запер девушку в доме, самостоятельно решив, что так будет лучше, а потом, никому не сказав, начал думать над тем, как снова бросить семейное дело и отправить в Снежную? — Кэйа, зная, что таверна пуста, перестал стесняться выражений. — И я в курсе, что ты вновь стал использовать глаз порчи. Задумал стать Предвестником?       — Даже если бы я и захотел им стать, что с того?       — Знаешь, десятое место пустует там не просто так. Ты забыл, как поплатился наш отец?       — Не смей говорить о моем отце в таком тоне! — мужчина схватил рыцаря за мех у шеи.       — Не смей бросать всех снова и возвращаться к убийствам. Это только испортит положение Юстины там. Ты разрушишь весь ее план, если пойдешь туда. Не веришь мне?       — А у меня есть основания верить тебе?       — Никто не знает, что ты Полуночный герой. А также то, что номер Десять — почивший Крепус Рангвингдр.