Сделка с чародеем

«Как уже было сказано ранее, родиться старшим из троих детей — изрядное невезение. Если все трое отправятся на поиски счастья, именно тебя первого ждет провал.»

— Ты с ума сошла?! — воскликнула Марта, вскочив с ящика, на котором сидела. Я приложила палец к губам, глазами указав на дверь, за которой стояла толпа поклонников моей сестры. Мы разговаривали в подсобном хозяйственном помещении, где громоздились деревянные ящики и лотки с шеренгами пирожных. — Ты заключила сделку с чародеем? Да ещё и с самим Хаулом?! — У меня не было выбора, — твердо произнесла я, сложив руки на груди. — А что бы ты сделала на моём месте? Ты понимаешь, что теперь мне из-за него угрожает опасность? За нами гнались прислужники ведьмы Пустоши… В кафе миссис Цезари, расположенном на Рыночной площади, всегда наполненным посетителями, ходили слухи о том, будто Ведьма Пустоши грозилась убить дочь короля, Валерию. Поэтому, король отправил своего придворного мага Бенджамина Салимана разобраться с ведьмой, однако чародей так и не вернулся. Все полагали, что раз даже самый сильный маг в Ингарии погиб от её руки, то уже никому с ведьмой не справиться. Люди не выходили из своих домов по ночам, всегда плотно закрывая двери и окна. Пол года назад, каждый житель города думал, что замок, который никогда не стоит на месте и всегда движется, принадлежит именно ведьме Пустоши. Его часто видели спускающимся с холмов, среди вереска, за последней к северу фермой. Из башен замка клубился чёрный грязный дым. Но вскоре выяснилось, что ходячий замок принадлежал не ведьме, а злому чародею Хаулу, что похищал юных красавиц и пожирал их сердца и души. — Это просто ужасно, — она покачала головой. — Но неужели не было другого выбора? Может, кто-нибудь ещё смог бы тебе помочь? — Кто например? — Не знаю, — Марта закусила губу, глядя на меня голубыми глазами, с внешностью нашей второй сестры. — Что он…попросил взамен? Сердце или душу? Я усмехнулась. — Он попросил моё тело. Девушка удивлённо приподняла брови, а затем, сложив руки в замок, сказала: — Ну… это не так страшно, как отдать душу. Но всё же. Почему ты согласилась, Софи? На тебя это не похоже, — глядя мне в глаза, сказала Марта. — Или ты что же… влюбилась в него? У него ведь не бывает длительных отношений. Ты думаешь ты особенная и с тобой всё будет по-другому, но нет, Софи, не будет. Он не благородный принц, он не возьмёт тебя замуж после этого… — Я знаю, — резко перебила её я. — Я знаю, но… — Но? — Я не думала в этот момент о сделке. Помимо защиты от ведьмы, я видела возможность для себя. Возможность сбежать из города, от мамы, которая помешалась на шляпках. Не то чтобы я в восторге от нашего дела… никогда не думала, что рождена для этого, что это моё предназначение. Я убегаю от унылого будущего, где я днями напролет работаю в магазине. У меня даже нет выходных, Марта, ты понимаешь?! — Тише, — перешла на шепот та. — Не называй меня по имени так громко, нас могут услышать. — Ладно, прости. Сестра вздохнула: — Я прекрасно понимаю тебя, Софи и мне с Летти только из-за тебя очень совестно, но нам так и не удалось ничего придумать. Ведь мы то, поменявшись, устроили себе будущее, ну а как же ты? Софи, ты ведь ужасно умная и милая, тебе незачем всю жизнь торчать в шляпной мастерской. Мама прекрасно знает, какая ты добрая и исполнительная. Она прекрасно знает, что ты вбила себе в голову эту ерунду — будто бы из-за того, что ты старшая, то значит и законченная неудачница. Она обвела тебя вокруг пальца и заставила на неё работать. — Но Марта, разве это не так? Ты посуди сама. У миссис Бекер две дочери и её младшая вышла замуж за графа, а старшая, Фрона, работает в цветочном магазинчике за гроши. У купца, господина Грешема три дочери. И что же? Двух старших никто замуж брать не хочет, хоть и приданное богатое. Все смотрят на младшую, красавицу Катрин. А ещё наши соседи. Леди Трейн, у которой скончался муж, живёт в большом доме с тремя дочерьми: Нэйоми, Дороти и Люси. Люси ей не родная, однако, она красивее двух старших дочерей леди Трейн. Уезжали они несколько лет назад в соседнюю страну и как ты помнишь, именно Люси вышла замуж за принца. Нэйоми теперь одна помогает матери по хозяйству, кормит скотину, готовит, убирает. А средняя дочь, Дороти, вышла замуж за простого торговца. Марта махнула на меня рукой. — А я убеждена, что каждый сам кузнец своего счастья, — сестра призадумалась о чём-то, а затем стукнула себя по коленям. — Вот на что угодно спорим — мама тебе не платит! — Не платит, — легко согласилась я. — Она постоянно уходит от этой темы. — Софи, я ведь тоже пока ещё в ученицах, но у меня уже есть жалованье. Потому что Цезари понимают, что я его заслуживаю. И ты заслуживаешь! Шляпная лавка в последнее время деньги лопатой гребет — а всё ты! Это ведь ты сделала ту зелёную шляпку, в которой жена мэра выглядит как первая красавица? — Такую ярко-салатовую? Ага, — кивнула я. — Я так и знала. Ты зарабатываешь деньги, а мама гуляет на них. Ты знаешь, что о ней говорят? Она выезжает в наёмной карете, одетая в платья из модного дома, на деньги, заработанные тобой, и ходит с визитами во все особняки! Ходят слухи, что она хочет купить тот большой дом в Долине! — Я всё это слышала, сестра, — я досадливо поморщилась, чуть отвернув голову в сторону. — Поэтому и согласилась на сделку. Я устала работать за… ничего. Я обязательно что-нибудь придумаю и сбегу туда, где Хаул меня точно не найдет. Однако, он ещё может мне кое в чём помочь. — В чём это? — спросила Марта. В помещение заглянул один из посетителей. — Летти, ты скоро? — поинтересовался он, мило ей улыбаясь. Аж тошнило. Похоже, что в кондитерской Цезари постоянно толпились разные господа, и каждый из них закупал горы пирожных, лишь ради того, чтобы его обслуживала именно «Летти». — Да, я сейчас иду. — Хорошо. Мужчина закрыл за собой дверь и ушёл. Я посмотрела на сестру, поднимаясь. — Что ж, я тогда пойду. Она тоже вскочила и схватила меня за руки, остановив. — Пообещай, что не влюбишься в него, Софи. Я не хочу, чтобы он разбил тебе сердце. — Не волнуйся, — я улыбнулась, сжав её ладони. — Я буду осторожна со своим сердцем. И я не верю в длительные отношения и настоящую любовь, а он предпочитает лишь короткие интрижки и, судя по всему, тоже не горит желанием в кого-то влюбляться. Поэтому, всё в порядке. Вряд ли мы будем даже пересекаться, пока я живу в его доме. Итак, пора прощаться? — Зря ты так говоришь, Софи. Любовь существует, просто не у всех получается её найти. Я надеюсь, у тебя всё будет хорошо, — она обняла меня. — Пиши мне, ладно? — Обязательно. Прощай. Я первая вышла из кладовой и направилась сразу же на выход из кафе-кондитерской, по дороге попрощавшись с миссис Цезари. Уже начали запускать фейерверки с Ярмарочного луга у реки. Как будто старались затмить голубое пламя, вырывавшееся из башен Ходячего замка, что снова проходил недалеко от города. Я остановилась, засмотревшись на небо. — Слово «быстро», для тебя имеет хоть какое-то значение? — спросил Хаул, ожидавший меня на улице. Он стоял у стены, облокотившись на неё. — Извини. Мужчина выгнул бровь и подошёл ко мне, глядя сверху вниз. Взгляд ясно-голубых глаз опустился на мои губы, а затем снова переместился к глазам. — И это всё, что ты скажешь? Просто «извини»? — Что ты ещё от меня хочешь? — разозлилась я. — Чтобы ты пообещала слушаться впредь. — Разумеется. Мечтай дальше, — тихо пробормотала я, обходя его со стороны. Он резко задержал меня за руку, не дав отойти и на пару шагов. — Скажи адрес своего дома. Я перенесу нас туда. — Ты умеешь телепортироваться? — удивилась я. — Хорошо. Шляпный магазин в центре города, на обочине железной дороги. — Ты живёшь в магазине? — Нет, это… небольшая резиденция с мастерской. Он кивнул и обхватил одной рукой меня за талию, перенося нас к магазинчику в небольшом внутреннем дворике, с дверью в мастерскую. Мы поднялись по лестнице и вошли внутрь, после чего я сразу же заперла дверь и прошла в центр комнаты, вешая шляпку на голову манекена. — Мило, — прокомментировал Хаул, осматриваясь. Это правда. Помещение было очень уютным и мне нравилось здесь работать, благодаря созданной атмосфере спокойствия и множеству красивых вещей. Я всегда сидела в задней комнате лавки, в нише, пришивая к шляпкам розочки и вуалетки к велюру, выкладывая изящные букеты из тряпичных цветов, лент и восковых ягод. У меня была самая комфортная зона, однако, никто из работниц магазина со мной особо не общался и все относились ко мне, как к будущей хозяйке. Единственным развлечением являлись сплетни от покупательниц. Они говорили обо всём — начиная от платьев жены мэра и заканчивая свадьбой Джейн Ферье, которую все считали простушкой с странноватой причёской, будто девушка накрутила волосы на кочергу, но прикрыла это дело чепчиком с сыроежечными лентами. По слухам, в неё влюбился граф Каттеракский. Я всегда слушала эти рассказы с лёгкой грустью, пришивая очередную розочку к шляпке. Вечно всё интересное случается с другими! Но стоило кому-то завести разговор о Хауле, как голоса тут же понижались до шёпота. — Я пойду в свою спальню, соберу вещи. Маг кивнул. За окном послышался скрип колёс и в лавке вдруг стало темно, будто комнату накрыла чья-то тень. Я услышала тихий щелчок открывшегося дверного замка и лёгкий звон колокольчика, висевшего на входе. Не успев никуда уйти, я стояла, боясь сдвинуться с места. — Ты была права. Она здесь, — тихо произнёс Хаул. В помещение вошла роскошная покупательница, с плеч которой ниспадала собольная накидка, а тугое чёрное платье сверкало бриллиантами. Голову дамы украшала широкополая шляпа, отделанная страусиными перьями. По всем меркам, очень дорогая. Лицо её было красивым, а ореховый оттенок волос очень молодил. Её спутник — рыжеволосый юноша, элегантно одетый, но ужасно бледный и подавленный, с ужасом поглядывал на свою госпожу. Я оторопела, украдкой глядя на красивый профиль лица Хаула. Парень, что шёл рядом с дамой, увидев чародея, побледнел ещё больше. — Хаул, какая неожиданная встреча, — пропела дама мелодичным голосом, улыбаясь немного истерично. — А вы, должно быть, мисс Хаттер? — поинтересовалась она властно, обращаясь уже ко мне. — Что тебе здесь нужно? — спросил чародей, не дав мне ответить. — Я слышала, в этой лавке продаются просто изумительные шляпки, — улыбнулась дама и снова взглянула на меня. — Покажите. — Мы уже закрыты. Извините, но вам лучше уйти, — произнесла я, сжав пальцами подол платья. Молодой парень, маячивший за спиной у ведьмы, замахал руками, пытаясь предостеречь меня от резких слов. — Как ты смеешь, дрянь, перечить ведьме Пустоши? — отчеканила дама, а затем хмыкнула. — Я много наслышана о вас, мисс Хаттер, и должна сказать, мне не по душе ни конкуренция, ни ваши умонастроения, — её хищный взгляд переместился на Хаула и тут я заметила, что ведьма сжимает кулаки. — Я пришла за тем, чтобы остановить вас. Женщина вытянула руку вперёд и взмахнула ею в сторону моего лица. Значит, не зря я опасалась! Колдунья всё же хочет заколдовать или наложить на меня проклятие. Но неужели из ревности? Я задумалась. Как там она сказала? «Мне не по душе ваша конкуренция.» Да она спятила! Разве я могу составлять конкуренцию такой красавице? Я ведь совершенно обычная и красотой никогда не отличалась. Внешность более-менее приятная, не отталкивающая и на том спасибо. Но я никогда не составлю конкуренцию ни ведьме Пустоши, ни своей сестрице Летти, ни уж тем более принцессе Валерии. Я медленно опустила глаза, но не почувствовав и не увидев никаких изменений, мысленно выдохнула. На несколько секунд в комнате воцарилось молчание. А затем, ведьма Пустоши недоуменно уставилась на меня. Перевела взгляд на мужчину, стоящего рядом со мной. Он выглядел довольно злым. На кончиках пальцев блестели золотые искорки магии. — Хаул, ты… — процедила ведьма и лицо её вдруг словно бы стало старше на несколько лет. Взяв себя в руки, дама вмиг обрела самообладание и едко улыбнулась. — Защищаешь её? Вот как, значит. — Может уже хватит? — раздражённо поинтересовался он. — Что за мания преследования? Мне, знаешь ли, тоже не по душе всё происходящее. Дама взглянула холодно и не скрывая обиды. Затем перевела взгляд на меня и её уж совсем перекосило от злости. — Что ж, пойдем, Гастон, — она отвернулась и направилась к выходу, а юноша, отпустив голову, пошёл за ней. Дверь за ними захлопнулась с похоронным звоном. Хаул посмотрел на меня и, схватив за руку, тоже потащил на улицу. — Нужно уходить отсюда! Быстрее! — Что? Мы выбежали из шляпной лавки, на пустую дорогу, где уже никого не было. В воздухе витал затхлый запах. — Да что происходит?! — воскликнула я, пытаясь вырвать из его ладони свою. В следующую секунду произошло невероятное. Я услышала взрыв и, одновременно с этим, Хаул прижал меня лицом к земле, накрыв своим телом и закрывая похолодевшими руками мои уши. Нас окутало какое -то заклинание, а потом наступила тишина. — Что это… — голос дрожал и отказывался слушаться. Повернув голову, я попыталась вылезти из-под него, что далось мне с большим трудом. Сердце бешено заколотилось, когда я поняла, что мужчина без сознания. Впереди горела шляпная лавка. Запахло гарью и дымом, я начала задыхаться, но из последних сил постаралась оттащить Хаула подальше. Было очень тяжело, но и убегать, бросив его и спасаясь одной, я не могла. Веки мужчины дрогнули и едва приоткрыв глаза, он прохрипел: — Кальци-фер… — Кальцифер? — шёпотом переспросила я. Ночь стремительно опускалась на город, а оттого и усилился ветер, распрепав мою косу и задирая подол платья. Из-за гула в ушах после взрыва и сильного ветра, я не сразу поняла, что где-то сзади издаётся скрежет и рокот. Обернувшись, я с удивлением обнаружила, что к нам, через поля за рекой и Ярмарочный луг направлялся ходячий замок Хаула. Из чёрных башен возносились тучи чёрного дыма. Огромный, тяжелый, уродливый и зловещий замок шёл прямо к нам. И хорошо, что ночью жители города сидят по домам, иначе поднялась бы настоящая паника. Я продолжила оттаскивать Хаула подальше от горящего дома, отчаянно кашляя. От дыма слезились глаза. В какой-то момент я поняла, что мне помогают его тащить. Подняв глаза, я увидела перед собой парня, наверное, чуть старше Марты. Высокий темноволосый юноша с приятным и открытым лицом, по манере Хаула, поднял нас в воздух, без предупреждения, и мы залетели в открывшуюся дверь замка, прямо к очагу. Дверь захлопнулась то ли от ветра, то ли от магии и замок направился в обратную сторону, откуда пришёл. — Кто вы, леди? — спросил парень. Я пропустила этот вопрос мимо ушей, поскольку прямо передо мной, в очаге, полыхало ярко-алое пламя. И в огне этом мне очень чётко мерещилось красивое мужское лицо с прямым тонким носом, слегка вьющимися рыже-красными волосами, будто из языков пламени. Некоторые пряди волос даже падали на его лоб. У огня были ярко-жёлтые глаза с живыми зрачками и довольно сильно выпирающие клыки на верхнем ряду зубов. — На тебе проклятие, — вдруг сказал огонь. — Очень изощрённое. Оно прилетело к тебе несколько минут назад, до того, как ты попала сюда. — Чёрт… — выругалась я. — Так, конечно, тоже можно, но лучше зови меня по имени. Я Кальцифер, — представился он. — Что на мне за проклятие? — Замедленная смерть. Но ведьма не сказала тебе условия, поэтому, оно и изощрённое. Обычно всегда говорят, — Кальцифер задумчиво осмотрел меня, вглядываясь как будто в самую душу. — Тебе придётся самой догадаться. Смерть может прийти от любого предмета или человека или твоего действия. — К примеру? — Да что угодно, — мне показалось, что демон закатил глаза. — Любой фрукт, ягода. Предмет, такой как веретено или заколка. Шип розы. Мне продолжать? — Нет, я поняла. Я посмотрела на Хаула, лежащего рядом и заметила, что он морщится, будто бы от боли. Волшебник лежал на животе, поэтому я, наконец, заметила, что его рубашка порвана в области спины. — У него кровь, — удивилась я и обратилась к молодому парню. — Как тебя зовут? Принеси мне чистое полотенце и тазик с водой. Можно ещё бинты и какое-нибудь дезинфицирующее кожное средство. Есть? Тот задумался. — Специальный состав для предотвращения заражения подойдёт? — Да, неси, — кивнула я. — Меня, кстати, Майкл зовут, — произнёс парень и убежал по лестнице на другой этаж. Я провела пальцами по лицу Хаула и приложила ладонь к его лбу. Он спас мне жизнь и подставился сам. Почему? Неужели из-за сделки? Майкл принёс мне всё необходимое и помог снять с мужчины рубашку. Отмыв его от крови, я нанесла на раны специальный состав, который образовался в пенку, а затем попросила Майкла подержать Хаула и перевязала его. Сердце резко кольнуло, как иглой, от чего потемнело в глазах. Что это? Неужели перенервничала? Хоть у меня и кружилась голова, но всё же я помогла юноше дотащить волшебника до кровати. — Не хило ему досталось, — прокомментировал ситуацию Кальцифер, когда мы спускались обратно по лестнице. — Он везунчик, — возразила я. — Его едва задело. — Всё дело в магии, — сказал Майкл. — Поэтому, нужно прилежнее учиться. Я пойду, позанимаюсь. Он подхватил с полки пузатую стеклянную бутылочку с чёрным порошком и бутылочку с зелёной жидкостью, затем забрал увесистую книгу со стола и убежал куда-то наверх. Я же, присела на кресло напротив очага, в этой невероятно уютной кухне и прикрыла глаза. — Ты можешь узнать… — От чего именно ты умрёшь? — спросил демон. — Да. А лучше, просто снять с меня заклятие? — Снять? — Кальцифер хмыкнул и голос его стал немного дерзким. — Видишь ли, я не всесилен. Теперь. Я привязан к этому очагу по условиям договора, заключённым с Хаулом и мне отсюда никуда не двинуться. Будет сложно снимать проклятие, будучи связанным сделкой и прикованным к одному месту. К тому же проклятия, заложенные на смерть, невероятно сильные. Даже самым могущественным чародеям, чаще всего, снять их не под силу, — он задумчиво осмотрел меня. — Нет, это просто невозможно. Чтобы ты понимала, опишу то, что я вижу. Первый уровень — паутина сокрытия проклятия, то есть условия, на котором оно заложено. Второй — сложный и запутанный большой узел самого проклятия, с тонкими ниточками, на который понадобится, чтобы распутать… Даже не знаю, год, век? Третий уровень — единственное условие, при котором проклятие может быть снято. Ещё один большой узел, который предстоит не только распутать, но и переплести. И тогда заклятие будет снято, ура! Вот только к тому моменту ты станешь старухой, а я потрачу все физические и магические силы, уйму времени и нервов. А получу взамен что? Да ничего, потому что через неделю ты умрёшь от старости и все мои труды будут напрасны, — перестав шутить, он вмиг стал серьёзным. — Это просто невозможно для короткой человеческой жизни. К тому же, ты умрёшь раньше, собственно, из-за этого заклятия. Ну, если только не постараешься избегать смертоносного для тебя предмета. Но мне кажется, это будет не так-то просто, потому что обычно такие вещи всегда на каждом углу валяются. Ведьма Пустоши же не глупенькая. Она наверняка придумала что-то изощрённое. Проклятие придётся снять естественным путём. Я смогу за пару дней распутать лишь первый уровень и увидеть все условия. Даже на второй мне, скорее всего, понадобится много лет. А чародеям даже больше. Проклятия на то и насылаются, чтобы их было почти невозможно снять. Однако, я не отрицаю, что лазейка всё же есть. Но чтобы провернуть это всё побыстрее, чародей должен обладать невероятно огромной силой… — демон задумался. — Ну вот примерно такой же, какая была у меня до заключения договора с Хаулом. Не хочешь ли заключить со мной сделку? Я сниму твоё проклятие, если ты расторгнешь мой договор. Вид у него во время этого предложения был какой-то коварный. Но если всё, что он сказал — правда, то, наверное, стоит согласиться? Какой у меня ещё остаётся выбор? — Ты что, не можешь жить без заключения сделок? — поинтересовалась я, улыбнувшись. — У тебя в дальних родственниках случайно не затерялся Румпельштильцхен? — Нет. А кто это? — Забудь, — я махнула рукой. — Пойду посплю на диване. — Подумай о моём предложении. — Угу. Я и вправду очень устала за этот день. Утро не предвещало беды, а теперь я нахожусь на волоске от смерти. Лучше бы уж со мной не происходило ничего интересного. Какая же я, всё-таки, невезучая! Уронив голову на подушку, я почти мгновенно провалилась в сон.