Безоар от яда гордости

      В коридорах подземелья было сыро и холодно, и ученики старались не задерживаться в них надолго. Но в кабинете зельеварения было не продохнуть от жара котлов и камина. Профессор Принц не была поклонницей промозглой сырости, и много раз намекала директору о необходимости перенести кабинет зельеварения в более благоприятное место, но вопрос так и повис в воздухе с уклончивым "я подумаю, что можно сделать". - Сотни кабинетов в замке, и нет более благоприятного места для зельеварения, как же... - ворчала молодая преподавательница, подавляя желание бросить всё и вернуться в Лондон, к родителям. - Что ж, сегодня мы посмотрим на результат приготовленного вами в сентябре зелья "Фелик Фелицис". Те, кто смог приготовить его идеально, получат от меня пятьдесят баллов для факультета и "превосходно" за экзамен в июне без необходимости сдавать его. Если вы смогли справиться с этим зельем, остальные не составят для вас проблемы.          Профессор достала стойку с подписанными флаконами из хранилища и поставила на свой стол. Флаконы сияли разными цветами, и только два из них были прозрачными, с золотистыми переливами, будто золотые песчинки плавали в них. - Мистер Фицуильям и мисс Беннет получают по пятьдесят очков Гриффиндору, а так же "превосходно" на летнем экзамене. Но, прошу помнить, что я не освобождаю вас от посещений моих занятий. Все остальные должны взять свои флаконы и на основе анализа внешнего вида жидкости написать мне эссе, где были допущены ошибки. Только, Мэрлина ради, не употребляйте их внутрь, особенно вы, мистер Уикхэм, ваше зелье - чистейший яд, не рекомендую даже вдыхать его пары. Что касается справившихся с заданием, вы можете забрать зелье себе, только помните о побочных эффектах, если рискнёте употребить его.          Элизабет взяла свой флакон с биркой, рассматривая завихрения золотистых частиц внутри. Достав из недр заколдованного мешочка коробочку с флаконами, она хотела было убрать пузырёк туда, но тут профессор Принц заинтересованно спросила: - Что это у вас тут? - Животворящий эликсир, крововосполняющее зелье, противоожоговая мазь и умиротворяющий бальзам, мэм. - Какой интересный набор. Вы сами варили эти зелья? - Да, мэм.  - Судя по всему, у вас хороший наставник. Ваш отец, я полагаю? - Не только, профессор. Например, умиротворяющий бальзам меня учила готовить матушка, а усовершенствованный рецепт крововосполняющего зелья дал мне профессор Боунс. - Вот как? Что ж, для мракоборца знание зелий - важная часть работы. Иногда от этого зависят жизни. Хотя, я могу прекрасно понять и знание такого зелья, как умиротворяющий бальзам, многодетной матерью. Но для чего они вам, мисс Беннет? - Никогда не знаешь, где может пригодиться то или иное зелье.          Уже после занятия, когда Элизабет направлялась в сторону оранжерей, её окликнул Джордж Уикхэм: - Мисс Беннет!          Остановившись, Элизабет с удивлением обернулась к слизеринцу: - Мистер Уикхэм? - Вы не уделите мне пару минут, мисс Бэннет? Это касается зелий. - Разве вам не нужно торопиться сейчас на фехтование? - Это не займёт много времени.          Лицо Уикхэма выражало неподдельный интерес интерес. Элизабет хотела развернуться и уйти, но вместо этого ответила: - Если это касается вашего провального зелья, вам стоит поискать в библиотеке старый учебник по зельеварению. Не имею понятия, почему новый учебник так плох в рецептурах. - Это касается скорее ваших талантов в зельях. Профессору Принц трудно угодить, вас же она всегда хвалит.  - Я не ограничиваюсь одним учебником в списке учебной литературы, и всегда подвергаю сомнению то, что читаю. Поэтому мои зелья получаются того качества, которое необходимо для того, чтобы они никого не покалечили. - Тогда, скажите, существует ли такое зелье, которое может воскресить кого-то?       Элизабет замерла, поджав губы. В запретной секции библиотеки она не раз натыкалась на запрещённую литературу, в которой описывались зелья и техники, возвращающие мёртвых в мир живых, но все они были запрещены не просто так. - Всё, что касается некромантии, относится к списку Тёмной магии. Не знаю, как вы, а я предпочитаю не будить силы, которыми я не смогу управлять.          Уикхэм едва заметно скривил рот, вздохнув: - Полагаю, вам известна судьба моих родителей. Вы тесно общаетесь с Джорджианой и Фицуильямом, наверняка кто-то из них рассказал вам о той страшной ночи. - Мне лишь известно, что старший мистер Дарси возлагает на вас надежду о том, что вы не повторите путь своих родителей. Тёмная магия соблазнительна своим всемогуществом, но за могущество всегда приходится платить. - Я не хочу никому вредить. Даже яд в малых дозах может стать лекарством. И даже в тёмных и опасных существах может быть всего-лишь инстинкт самосохранения, а не злоба и желание навредить другим. - Возможно. Но я не тот человек, в котором вы можете обрести союзника, мистер Уикхэм. Доброго дня.          Развернувшись, Элизабет быстро зашагала по заснеженной галерее в сторону теплиц, чтобы помочь сестре набрать лекарственных трав для лазарета. В её голове крутилась мысль о том, что мистер Дарси и Ричард совершенно правы в отношении намерений Джорджа Уикхэма. Как волшебница, питающая слабость к магическим существам, она прекрасно знала, что многие существа действительно не желают причинять вред, хотя они могут быть свирепыми и ядовитыми, что даже к мантикоре и огневице можно найти подход, но так же она считала, что без лишней надобности к этим существам лучше не приближаться. И она была уверена, что Тёмная магия относится к разряду подобных существ.          Подобрав юбки и полы мантии, она переступила через порог оранжереи, замечая обсуждающих что-то в углу профессора Степлтон и Джейн. - О, мисс Лиззи! Пришли на помощь вашей сестре?          Мадам Степлтон обладала дружелюбным нравом и многих студентов звала по именам, особенно если они приходили помогать ей с растениями. Джейн и Лиззи были частыми гостьями её теплиц, и к девушкам профессор относилась почти как к родным.  - Да, мадам. Кроме того, хотела проверить кусты алихоции. - Они в полном порядке, те феи, которых ты переселила из загона гиппогрифов сюда, помогают мне ухаживать за всеми растениями. У меня даже раньше времени дозрели мандрагоры!  - Я рада, что они вам не в тягость, мадам. Мне стало жаль их, когда я увидела, что несколько фей почти замёрзли в том загоне. Они справедливо опасаются гиппогрифов и стараются не приближаться к ним, чтобы согреться.  - Разлившееся из-за войны русалок и кальмара озеро в этом году потревожило много магических существ. К сожалению, дитя, вы не в состоянии спасти их всех. - Я не стремлюсь спасти всех, только тех, кому действительно нужна помощь. Уверена, как только сойдёт снег и перестанет быть так холодно, эти феи уйдут, чтобы построить другой дом, в котором смогут перезимовать, не опасаясь за свои жизни. - Лиззи, меня ты называешь ангелом, но в твоей душе куда больше тепла и сострадания, чем ты думаешь, - вмешалась в их разговор Джейн, срезая свежие побеги мяты. - Разница между нами в том, дорогая, что ты не разделяешь людей на тех, кому стоит дарить свою дружбу и тех, кого стоит обходить стороной. Я люблю слишком мало людей, и ещё меньше тех, кого я могу уважать. - Ох, берегись, дитя, в твоей речи слишком много печали для столь юного создания! - воскликнула профессор, передав перчатки и нарукавники своей ученице. - Хотя, справедливости ради, мне часто говорили, что я прячусь в оранжереях среди цветов лишь потому что желаю тишины и покоя от пустой светской болтовни. - Хм, может быть мне стоит уехать в Уэльс и поселиться рядом с логовом драконов? Общество предпочитает держаться от них подальше.          В оранжерее раздался задорный смех, и леди приступили к работе. К Элизабет то и дело подлетали спасённые ею феи, чтобы помочь или просто поприветствовать. Растения и правда откликались на их магию, тянулись вверх, распускали пышную листву. Одна из фей села на плечо Элизабет, поедая маленьких жуков-вредителей, наблюдая за её работой. Мадам Степлтон сняла их с листьев мандрагоры и отдала крохотной помощнице в качестве угощения. - Интересно, можно ли убедить их остаться? - задала в конце концов вопрос профессор, убирая последний опустевший горшок со стола, сметая лишнюю землю на совок. - Если только они сами решат остаться. В Лонгборне феи предпочитают зимовать в маленькой оранжерее матушки, но летом они всегда из неё разлетаются по окрестностям.           Фея с плеча Элизабет перелетела на плечо профессора Степлтон, чтобы поправить ей причёску и улететь к своим сородичам. Мадам посмотрела крохе вслед с теплотой: - Они милые создания, правда, первое время мне было несколько непривычно просыпаться с косами и диковинными цветами в волосах. - Это их благодарность за приют, значит, вы им очень понравились, - ответила Элизабет, убирая пару земляных пятен с мантии хозяйственным заклинанием. - Быть может, вам и не придётся их уговаривать.           Девицы Беннет попрощались с профессором и вышли из тёплой оранжереи в прохладную галерею.  - Ты сейчас в башню? - спросила сестру Джейн, поудобнее перехватывая корзинку с лекарственными травами. - Нет, хочу прогуляться до загонов. Миссис Грасс тонко намекнула мне на необходимость почаще бывать на свежем воздухе, чтобы не повторить осенний приступ бессилия.  - В таком случае, увидимся за ужином, дорогая.          Девицы разошлись в разные стороны: Джейн направилась в сторону лазарета, Элизабет же вышла на улицу через боковую дверь галереи, оказываясь на лестнице, ведущей прямо к загонам гиппогрифов и единорогов. Профессор Спраут считал полезным держать в загонах пару особей, чтобы было легче вести занятия с младшими курсами, да и профессор Принц частенько наведывалась за компонентами для зелий. Элизабет не одобряла подобные подходы к изучению магических существ и использованию их в качестве "доноров" для ингредиентов, но кто бы стал слушать шестнадцатилетнюю девицу?            Гиппогрифов в загоне не оказалось, да и единороги скрылись среди деревьев, и Лиззи не стала специально лезть по талым сугробам за ними. Она всегда была сторонницей мысли, что если дикий зверь прячется и не хочет идти на контакт, то и тревожить его не стоит. Оглядевшись вокруг, Лиззи спустилась чуть вниз, ближе к опушке Запретного леса, где её можно было заметить лишь очень внимательному наблюдателю с башен замка. Достав из рукава свою волшебную палочку, Лиззи постаралась припомнить заклинание, которому начал учить её профессор Боунс. - Экспекто Патронум!          Из палочки полился лишь слабый голубой дымок, едва ли способный защитить её даже от самого хилого дементора. К счастью, прямо сейчас ей это и не требовалось. Вспомнив о чём говорил профессор на внеклассном занятии, Лиззи постаралась припомнить самое яркое, самое счастливое воспоминание в её жизни. Она почти ощущала на своём языке привкус одеколона мистера Беннета, хвалившего её за первое удачное зелье. - Экспекто Патронум!          Из палочки наконец вырвалась оформленная фигура. И хотя голубовато-белый гиппогриф был едва заметным на фоне подтаявшего снега среди белого дня, но Элизабет с радостью и каким-то благоговением разглядывала призванное существо. Она протянула руку, касаясь дымки, ощущая тепло под своими пальцами.           Показавшегося из-за деревьев белого единорога Лиззи сначала приняла за настоящего, но приглядевшись, поняла, что больше не одна здесь. Её заклинание рассыпалось под пальцами, оседая на снег голубыми кристалликами магии. - Прошу прощения, кажется я нарушил вашу концентрацию.          Элизабет обернулась на голос, присев в реверансе: - Мистер Дарси, предпочитаете дневные прогулки сидению за учебниками? - Большую часть того, чему учат в Хогвартсе, я знаю с малых ногтей, как и вы, мисс Беннет, - учтиво поклонился Фицуильям. - Но вам не кажется, что тренироваться в заклинаниях лучше в помещении? Здесь довольно холодно. - Наша колдомедик порекомендовала мне ежедневные прогулки в качестве перерыва между занятиями. Но я не умею сидеть без дела. Кстати, могу я спросить вас? Как вы удерживаете патронуса так долго? - поинтересовалась Лиззи, вновь обернувшись на гордого призрачного единорога. - В местности, где располагается замок моего дяди, дементоры - известная напасть. Я с раннего детства частый гость в его доме, и потому знаком с заклинанием с малых лет. Разве Ричард не упоминал об этом? - Нам не приходилось использовать это заклинание, и как-то к слову не приходились такие разговоры, - задумчиво ответила Лиззи, оглядываясь на замок.          Фицуильям пару мгновений молчал, после чего развеял своё заклинание. Он хотел предложить свою помощь в изучении заклинания, или даже прогуляться, но боялся, что мисс Беннет сведёт все разговоры либо в шутку, либо в то, что предпочитает постигать азы самостоятельно. Немного поколебавшись, он всё же предложил: - Если хотите, я могу вам объяснить работу заклинания?          Элизабет не смогла удержать улыбку: - Профессор Боунс уже объяснил мне суть и показал правильную технику. Вопрос лишь в тренировке. Насколько мне известно, данное заклинание относится к разряду высших, и требует большой затраты сил и концентрации. Но при постоянных тренировках, его можно довести до автоматизма, и кроме прочего, патронуса можно наделить речью.          За разговором они медленно пошли вдоль опушки в сторону замка. Не испытывая неприязни к собеседнику, Лиззи нашла Фицуильяма очень образованным и эрудированным юношей, который умел поддержать беседу, не принижая при этом её собственные знания лишь за то, что она умудрилась родиться девицей. Фицуильям в свою очередь испытывал удовольствие от беседы с юной леди, ловя себя на мысли, что очень давно не разговаривал с девицами без флирта с их стороны. Элизабет оказалась не менее умна и начитана, чем он сам, и Фицуильям вновь устыдился своих высказываний в её сторону, что де знаний её хватит лишь на работу гувернанткой да воспитания собственных детей. - Вы покраснели, мистер Дарси, у вас жар? Вам нездоровится?           Заметив состояние спутника, Лиззи чуть было не потянулась к его лбу, но вовремя одёрнула себя: мистер Дарси не относился к числу тех юношей, с которыми она могла вести себя более вольно. Заметив искреннее беспокойство Элизабет, Фицуильям тепло улыбнулся, покачав головой: - Это румянец не жара, а стыда. Мне правда невыносимо стыдно за то, каким я показался вам при нашем первом знакомстве.          Элизабет смущённо отвела взгляд, пряча руки в муфту: - Полно, мистер Дарси, я не столь злопамятна. Вы уже не раз извинились передо мной, и я простила вас от всей души. - Я рад это слышать. К слову сказать, вы произвели неизгладимое впечатление на наших с Джорджианой родителей. - Надеюсь, в положительном смысле? - Исключительно положительном. Они очень рады тому, что именно вы взяли под своё крыло мою младшую сестру. - О ней забочусь не только я, мистер Дарси. Но мне достаточно легко было найти общий язык с вашей младшей сестрой. В конце концов, у меня есть огромный опыт в заботе о юных леди. - Я не раз замечал, с какой любовью вы относитесь к вашим сёстрам. Несмотря на наличие сестры, у меня характер совсем иной, чем у вас. - Всё же, девице проще понять девицу, нам легче выражать свои чувства. И потом, мы с вами росли в совершенно разных условиях и окружении. И пережили разные обстоятельства. - Вы великодушны.          Элизабет промолчала на это замечание, разглядывая замок в лучах вечернего солнца. Лёгкая прогулка пошла ей на пользу, заставив мигрень отступить. Заметив усталость спутницы, Дарси остановился в холле замка, предложив проводить до башни. Девица вежливо отказалась, сославшись на то, что ей ещё нужно заглянуть в библиотеку перед ужином. - Вы собираетесь снова заниматься? - удивился Фицуильям. - Нет, что вы. Мне лишь нужно забрать пару книг для внеклассного чтения по трансфигурации. Увы, некоторые предметы даются мне сложнее, чем хотелось бы. - В таком случае, не буду вас задерживать.          Элизабет чувствовала взгляд на своей спине, пока не скрылась в коридоре, ведущем в сторону башни Гриффиндора. В ней смешались сложные чувства: с одной стороны, она была рада найти приятного собеседника в Фицуильяме; с другой стороны, она чувствовала, что он добивается не только её дружбы, но и расположения иного рода в будущем. Его явные и скрытые намёки ясно давали понять, что Элизабет может быть принята его семьёй, несмотря на её невысокое положение в дворянской иерархии.  - Вздор, - выдохнула девица, покачав головой. - Что-то случилось, мисс Лиззи?          Обернувшись, Элизабет заметила раскрасневшуюся от долгой прогулки Джорджиану, нагонявшую её с завидной скоростью. - Всего лишь мысли вслух, мисс Джорджи. Как я погляжу, моя сестра начала вас обучать квиддичу?          И без того красные щёки Джорджианы стали совершенно пунцовыми от смущения. - Только не говорите об этом никому, пожалуйста. Я хочу сначала убедиться, что у меня всё получится. Но как вы узнали? - У меня три младших сестры, две из которых горазды на проказы и маленькие секреты. Я видела, как вы с Китти скрывались на опушке, когда шла туда потренироваться в заклинаниях. Даю вам слово, что никто не узнает от меня ни слова об этом. - Благодарю вас. Кстати, мой брат обучал вас заклинанию патронуса? - О, нет, я знала об этом заклинании до него. Ваш брат лишь помог мне в паре моментов, рассказав чуть больше. Я и не знала, что Мэтлоки живут в месте, изобилующем дементорами.  - Увы, это так. Разве кузен не рассказывал вам? - Не приходилось к слову. - Меня, как и брата, обучили этому заклинанию, едва я взяла в руки волшебную палочку. Возле Пэмберли одно время тоже часто плодились эти тёмные существа. - Возможно, их привлекло горе семьи. - Да, возможно. Но мне очень долго не удавалось прогнать даже самого слабого дементора после смерти Джулии.           Заметив, как изменилось настроение собеседницы, Элизабет решила перевести тему: - В нашей семье детям давали старые волшебные палочки родителей, бабушек и дедушек, чтобы начать обучать с малых лет некоторым заклинаниям. В вашей семье так же? - Да, мне досталась старая волшебная палочка матушки. Фицуильям совсем недавно сменил волшебную палочку, доставшуюся ему от дедушки Алана. Палочка попросту перестала его слушаться, и пришлось её заменить.  - Да, я слышала о таком поведении старинных волшебных палочек, передающихся из поколения в поколение.  - А ваша палочка? - с любопытством спросила Джорджиана. - Когда я пошла в Хогвартс, мне подарили новую волшебную палочку, хотя, время от времени, я возвращаюсь к волшебной палочке моей бабушки. Она лучше в тонких заклинаниях, моя же скорее подходит для боевой магии.          Девицы заняли места у камина в общей гостиной, пользуясь тем, что она была совершенно пуста в это время. Продрогшие на холодном февральском воздухе, они протянули озябшие руки и ноги к огню. - Во время Рождественских каникул я часто становилась свидетельницей споров моих братьев в отношении вас, мисс Лиззи. Я даже писала вам об этом в одном из писем. - Как же, помню-помню, - тихо рассмеялась Лиззи, растирая ладони между собой. - Фицуильям ещё никогда никем не восхищался так, как вами, - заметила Джорджиана, разглядывая Элизабет в свете свечей и камина.          Элизабет вздохнула, задумавшись на пару мгновений: - Ваш брат - хороший человек, он умён, образован и хорош собой. Но едва ли между нами могло бы быть что-то кроме дружбы, Джорджиана. Мы - люди разных дворянских сословий, мы выросли в разных условиях, у нас разные взгляды на многие важные вещи. Едва ли я смогла бы составить счастливую партию вашему брату.          Джорджиана сникла, надеясь услышать вовсе не эти слова:    - Очень жаль, что вы так думаете. Я была бы счастлива, если бы вы стали мне сестрой. Но мне довольно и того, что я могу называть вас моей подругой.          Элизабет улыбнулась, коротко кивнув: - Иногда подруги бывают ближе друг другу, чем родные сёстры.