Питерское воспитание

      Антон проснулся на рассвете. Сон его был короткий и тревожный. Там была плачущая от страха сестра, худая и измученная мать, а ещё Полина и Алиса, которые стояли под большими часами, показывающими час дня. Парень до сих пор не смог решить кого он выберет. Куда он пойдёт? С Алисой он договорился раньше, да и просто было интересно узнать её получше. Но Полина? Она ведь не менее важна для него. Девушка так умоляюще смотрела, когда приглашала на своё выступление, что сердце затрепетало в мужской груди. Как умильно дрожала она от его прикосновений рукой к руке, как румянились от смущения её обычно бледные щёки… Разве мог он снова стать причиной её мрачных терзаний?       Антон мучился. Вина за то, что сделал, за то, что не смог сделать, и даже за то, что не успел ещё сделать мучила его. Душевная боль становилась физической. Петрову казалось, что изнутри его пытают острыми лезвиями — вырезают ход наружу, а он медленно и бесшумно истекает кровью и ждёт конца длительной казни. У него не было сил ни выйти на улицу, ни учиться, парень даже не смог запихнуть в себя хотя бы маленький кусок еды за последние сутки. Всю пятницу он провел в комнате, не расшторивая окон. Разговор с сестрой эхом раздавался в черепной коробке, а всхлипывающий голосок Оли застрял у Антона в ушах.       — Я так больше не могу, — Петров резко подскочил с кровати, в глазах потемнело и он осел обратно. В нос ударил кислый запах собственного пота. — Для начала схожу в душ. А потом… потом решу куда я пойду.       В ванной блондин провел не меньше часа. Банные процедуры отвлекали и расслабляли. Такая редкая для общежития горячая вода сильно обжигала кожу, но парню это отчего-то приносило удовольствие. Сегодня он даже решил побриться, пусть растительность на его лице была очень светлая и редкая, но ему хотелось чувствовать себя выбритым. Вернувшись в комнату и вытерев мокрые короткие волосы, Антон вновь впал в тревожную задумчивость. Но теперь он не изводил себя мыслью о выборе. Он уже решил и сейчас думал лишь о том, что скажет Полине в своё оправдание.       «Я же не обещал ей, что точно приду. Она должна будет понять, что мне просто не удалось найти время… Но я то буду знать, что на самом деле был с другой девушкой. Моя собственная совесть не даст покоя. Чёрт».       Время шло стремительно. Часы показывали половину двенадцатого. Петров решил, что звонить Морозовой не будет. Расстроенных женских голосов в телефонных трубках он уже наслушался достаточно, а потому, сразу одевшись, выдвинулся из общежития к месту встречи. Дорога была не близкая, но время позволяло совершить пешую прогулку. Впервые за долгие часы Антон старался не думать о том, что происходило в его жизни. Он просто шёл и слушал музыку. Мелодичная «Behind Blue Eyes» в исполнении Limp Bizkit наравне с холодным питерским ветром отрезвляла от затхлых гниющих чувств. Рок-баллады были большой музыкальной любовью Антона. Как бы ему хотелось приобрести гитару, чтобы самому почувствовать то, что испытывают певцы и музыканты в такие моменты. Но с учётом своих долгов и доходов, он ещё не скоро сможет подержать в руках инструмент.       На горизонте появился компьютерный клуб «Берсерк». За ним, в пяти минутах ходьбы, должен был находиться кинозал. Блондин видел не раз эту небольшую постройку, но узнал о ней подробнее лишь когда позвонил Чаку из «Берсерка», и то, что там есть хоть какие-то признаки жизни и тем более крутят фильмы — стало для него открытием века. Ничего не выдавало присутствия хоть какой-то коммерческой деятельности: ни вывесок, ни указателей. Это было чудно́.       Петров подошел ко входу, но на двери висел средних размеров чугунный замо́к. Часы на мобильнике показывали 12:37. До начала сеанса оставалось чуть больше двадцати минут.       «Разве кинотеатр не должен быть уже открыт? Что за хрень?» — Петров походил взад-вперёд, пытаясь отыскать ещё какой-нибудь проход, но небольшое одноэтажное здание просто-напросто им не обладало. Это тоже показалось парню подозрительным. Как минимум, должен быть и запасной выход на случай какого-нибудь чрезвычайного происшествия. Так прошло минут десять, пока на лицо Антона не легли прохладные руки, прикрывая ему глаза.       — Угадай кто, — послышался насмешливый женский голосок из-за спины. Антон почувствовал легкий запах машинного масла и натуральной кожи, исходящий от девушки.       — Алиса… — блондин гулко выдохнул, — ты меня напугала.       — Какой умный, но боязливый мальчик! — девушка убрала руки с его глаз, обошла парня и встала напротив. Нижняя часть её лица привычно была спрятана чёрной плотной маской из ткани. — Долго ждёшь?       — Минут десять. Что это за место? Не очень похоже на кинотеатр.       Алиса задумчиво глянула на небо и недолго думая ответила, пряча руки в карманы кожаных брюк:       — Это не то что бы кинотеатр. Скорее кинозал. Но не только. И для личного пользования.       — Личного пользования? — Антон нахмурился. — Сюда ходят только члены элитного закрытого клуба?       Сказанная фраза звучала как саркастичная насмешка, но на самом деле таковой не являлась. Петрову действительно пришла в голову мысль об элитарности всего, что могло происходить внутри этой пристройки.       — Можно и так сказать, — девушка усмехнулась. — Мы действительно арендуем это место для себя. Как кинозал, в том числе, но это не главное. Да и элитным наш «клуб» не назовёшь. Скорее наоборот.       — Когда ты приглашала меня, то ты говорила именно о кинотеатре, — парень непроизвольно сделал шаг назад. — Я думал, что всё кристально чисто и ясно. Сеанс по времени, большой зал, лицензионные фильмы. Но то, что я вижу перед собой мало на это похоже.       — Ты прав. Я слегка недоговорила и, возможно, немного обманула тебя, — Алиса вытащила руки и выставила их вперед ладонями в сторону парня, как бы успокаивая его этим жестом. — Разве ты бы согласился, скажи я, что зову тебя посмотреть пиратскую версию фильма в маленькое полугаражного вида помещение?       — Конечно нет, — без лишних раздумий ответил Антон. Взгляд его был рассерженным, а сердце клокотало от злости. Девушка это чувствовала.       — Вот именно! Антон, я не преследую никаких плохих целей. Просто не хожу в общественные места. Даже в «Берсерк» прихожу, когда там от силы несколько человек. Я… — она запнулась и казалась искренней в своих оправданиях, — ты чувствуешь себя обманутым и мне очень жаль, что это происходит. Я просто хочу узнать тебя ещё раз.       — Ещё раз? — Петров удивленно вскинул брови. — Что это значит?       — А… Я в том смысле, что от нескольких встреч и одного разговора толку мало, — Алиса неловко засмеялась. — Имела в виду: узнать тебя получше. Просто не так выразилась.       Антону это нравилось всё меньше и меньше. Мутная ситуация. Мутная и не внушающая доверия Алиса. Ему без шуток становилось не по себе.       — Ты сказала «мы», — Петров, пытаясь перебороть волнение и страх, подошёл обратно к девушке.       — Что?       — Когда ты рассказывала про это место, ты сказала: «мы арендуем его». Кто такие эти «вы»?       — Я и несколько моих друзей, — Алиса в сомнении свела брови к переносице и говорила неуверенно, хотя с прежней усмешкой. Пыталась скрыть истинные чувства. — Их пока что нет в городе. Можешь не переживать.       — Зачем вам снимать такое помещение? — парень ощущал себя дознавателем.       — Это допрос? — она слегка дернула головой, и из-под капюшона выпала красная крашеная прядь волос.       — Нет… — блондин поджал губы и отвёл взгляд в сторону. Серо-зелёные глаза Алисы смотрели на него проникновенно и с долей озорства. — Мне просто интересно. Да и мы, судя по всему, не спешим. Начать смотреть пиратку можно в любое время, так ведь?       — Ага, товарищ следователь, — она в открытую насмехалась над ним сейчас.       Антон закатил глаза, но улыбку сдержать не смог. Увидя его реакцию, девушка заметно расслабилась и всё же решила ответить на его вопрос:       — Они музыканты. У них своя команда, группа, если хочешь. Ездят иногда в другие города и выступают в клубах. А тут репетируют, да и просто тусуемся все вместе. Пока их нет, сама здесь время провожу.       — А ты не в их группе?       — Не-а. Куда мне. Я максимум на акустике лабаю, а они же типа металюги, — она фыркнула.       — И свои песни у них есть? — в Антоне проснулся интерес. Глаза его заблестели. Появился шанс познакомиться с настоящими музыкантами.       — Есть. Но очень сырые. Они в основном перепевают, — Алиса отвернулась от парня к двери и принялась ковыряться ключом в замке. Отвечала она всё более безэмоционально, давая понять, что разговоры об этом ей не доставляют большого интереса.       — Не хочешь об этом говорить? — блондин послушно последовал вслед за ней, ступая в темное пространство помещения.       — Не думала, что ты такой любопытный, Тош, — Алиса резко остановилась и вновь повернулась к нему лицом. В окружающем их мраке был виден лишь её слабо очерченный силуэт.       Петров опешил, то ли от неожиданности, то ли от того как назвала его девушка. Обычно так обращалась к нему сестра.       — Я просто никогда не общался с музыкантами… — чтобы избежать собственной неловкости и смущения, Антон поспешил сосредоточиться на теме разговора.       — Разве ты любишь метал? — с ехидством спросила собеседница.       — А разве я говорил о том, что люблю? — он парировал с уверенной интонацией, даже немного дерзко. И если бы тут не было так темно, то Алиса смогла бы заметить, как удивился этому сам парень.       — А я догадалась. На металюгу ты не шибко похож, — она отвернулась и пошла дальше, попутно включая свет. Если одиноко свисающую из центра потолка лампу можно назвать полноценным источником света.       Помещение состояло из пары комнат: большого зала, где, помимо проектора и висящего на стене белого натянутого полотна, находилась куча проводов и музыкальная установка; туалетная комната в два квадратных метра и складское помещение, служившее ещё кухней и спальней. Стены были серые и обшарпанные, за исключением уголка, где находилась установка. Там была худо-бедно отделанная шумоизоляция.       — Если я скажу, что тут уютно — ты мне поверишь? — не без разочарования сказал парень, оглядывая обстановку.       — Нет, — Алиса рассмеялась. Хоть смех и был приглушённый из-за плотной ткани, парню он всё равно показался звонким и красивым.       Пока Петров расхаживал по комнатам, девушка молча настраивала проектор, возилась в куче дисков, подписанных маркером корявым почерком. Антон уже понял, что основная деятельность этих ребят, помимо музыки, была продажа нелегальных пиратских фильмов на CD-дисках. Но как им удалось провернуть это с недавно вышедшим фильмом для парня оставалось загадкой. Он всегда старался идти только законными путями и в подробности таких махинаций никогда не вдавался.       — А как называется их группа? — блондин уселся на ободранный, но довольно мягкий диван.       — Ты никак не угомонишься, да?       — Разве тебе так тяжело ответить?       — Elastica anus, — Алиса сказала это очень серьёзно и глядела прямо в глаза Антону. Он не мог понять шутит она или говорит всерьёз.       — Эластичный… — он скривился. — Почему у некоторых групп такие уродские названия?       Девушка вновь рассмеялась и села в кресло напротив блондина.       — Если точнее, то не эластичный, а упругий. Упругий анус, чем тебе не нравится?       — Звучит отвратительно! — возмущённая интонация Антона ещё больше развеселила Алису.       — А теперь представь о чём они поют, — она игриво вскинула брови и на мгновение перестала смеяться. Но изумленное лицо парня опять вызвало в ней приступ смеха. — Ты как маленький! С Луны свалился? Есть названия и песни похлеще, чем у них.       — Знаю, но всё же… Надеялся, что смогу встретиться с нормальными музыкантами.       — Они нормальные, — Алиса резко оборвала свой смех и произнесла это с каким-то грубым нажимом. Петров замялся.       — Я не имел в виду ничего такого, просто…       — Ай, ладно. Забей, — она фыркнула, словно лиса, и взяла в руки небольшой пульт. — Ну чё, смотрим «Тайное окно»?       — Д-да, конечно! — Антон вытер вспотевшие ладони о джинсы и поправил спавшие очки.       Алиса нажала на кнопку, вскочила с места и щёлкнула выключателем. Лампа погасла, погрузив ребят в полумрак, и только свечение проектора, который транслировал кино, оставался единственным источником света в комнате.

***

      Фильм шёл чуть больше полутора часа. Актёрская игра Джонни Деппа впечатлила обоих ребят, сам триллер держал их в напряжении, да и сюжет был неплох. Алиса оценила работу режиссёра и оператора, а Антон, несмотря на все впечатления, остался совершенно недоволен концовкой.       — Развязка была очевидна для меня с самого начала! — вот уже минут пятнадцать не мог усидеть на месте парень, пока девушка заваривала им чай. — Начали за здравие, кончили за упокой. Как обычно.       — Ты слишком придирчив, тебе не кажется? — она поставила на кофейный столик две чашки и села в кресло.       — Не кажется! — Петров плюхнулся на диван и уставился на пар, исходящий из кружек. — Тебе разве понравилась концовка?       Алиса пересела с кресла на диван, придвигаясь ближе к парню. Её нога почти касалась мужского бедра. Антон выпрямился, словно струна, но с места не шелохнулся. Девушка за всё время, что они провели вместе, ни разу не сняла маску и даже капюшон. Лишь сдвинула его чуть назад. И впервые за все эти часы села к нему столь близко.       — Понравилась. Я тоже почти сразу поняла соль сюжета. И именно эта очевидность мне и нравится, — она глянула на него снизу вверх, облокотившись на свои колени. Антон смотрел на неё не отрывая глаз и откинулся на спинку дивана. — Это доставляет удовольствие. Понимаешь? Греет эго. Типа… Ты предугадал развязку… Вау, ты крут.       В уголках глаз девушки собрались лёгкие морщинки. Она улыбалась. Антон ничего не ответил ей и снова перевёл взгляд на кружки с чаем. Пар становился всё менее заметен, горячая жидкость остывала. Он подумал о том, как Алиса собирается пить. Снимет ли она при нём маску? Откинет хотя бы капюшон? И к чему вообще такая скрытность? Парень впервые чувствовал такое острое желание раскрыть чью-то персону. Была бы эта странная девушка ему так интересна, не скрой она своего лица? На этот вопрос он пока не знал ответа.       — О чём задумался? — женский голос вывел Петрова из размышлений. Он встрепенулся и попытался сменить позу, расслабиться, но резкость его движений выдавала внутренний дискомфорт.       — О твоём лице, — выпалил блондин. Такая прямота испугала его и рассмешила девушку. В очередной раз.       — Какой ты честный, — Алиса взяла со стола обе кружки и протянула одну из них парню. Трясущимися руками он принял её. — Не переживай ты так. Этот вопрос меня не обидел. Перестань дрожать.       — Я… я не дрожу, — он нервно усмехнулся и прислонился губами к кружке. Короткий первый глоток обжёг язык и глотку. — Ай.       Глаза заслезились, а язык неприятно защипало. Алиса наблюдала за парнем очень внимательно, но молчала.       — Ты думаешь, я идиот? — Петров отставил чай и поджал губы. Теперь ему было отчего-то стыдно смотреть на Алису.       — Нет. Ты сам так думаешь. У тебя вообще с самооценкой проблемы всегда были, — она низко опустила голову и надвинула капюшон так, что он полностью закрыл обзор на лицо, после чего рукой сдвинула маску и отпила содержимое большим глотком, будто оно совсем не было обжигающим.       — Всегда были… Какого чёрта?! — Петров вскочил с места и встал прямо перед Алисой. Она посмотрела на него вновь надвинув плотную ткань. — Ты что-то знаешь обо мне. Больше, чем должна знать!       — Я просто предположила. Не фантазируй того, чего на самом деле не существует. У тебя паранойя, — девушка говорила ровным голосом. Ничего не выдавало в нём хоть каких-то эмоций.       Петров принялся ходить по залу, то и дело взъерошивая свои волосы. Ему снова показалось, что она знает о нем то, что малознакомый человек знать просто не может. Или действительно воображение его разыгрывает?       — Ты мне не доверяешь, — Алиса поднялась и медленным осторожным шагом подошла к парню. Она стояла почти вплотную — её грудь сквозь большое количество верхней одежды, касалась спины блондина, а губы, внезапно ничем не прикрытые, обожгли теплым дыханием ухо. — Пойдём ко мне домой?       Антон вздрогнул всем телом, будто через него прошел разряд тока. Что вытворяет эта девчонка?       — Что за игры ты со мной ведёшь? — он сделал резкий шаг, разрывая дистанцию. Развернуться к ней не решался. Алиса смутила его, вызвала столь сильное недоумение и вместе с тем бурю необъяснимых чувств, что парень хотел провалиться сквозь землю.       — Антон! — она возникла перед ним, как и прежде скрытая под маской, и явно хихикала. — Я просто над тобой прикалываюсь, боже, парень… Такое чувство, что ты никогда не был с женщиной ближе, чем на два метра.       «Был!» — раздался в голове блондина его же отчаянный голос, но вслух не смог сразу сказать хоть что-то внятное.       — А… — парень небрежно провел рукой по волосам, снял очки и надавил пальцами на закрытые веки, — ты меня изводишь.       Он рухнул на диван и продолжал тереть уставшие глаза.       — Ну так что? Пойдём ко мне в гости? Обещаю, больше не буду так шутить и приставать. Просто покушаем и послушаем музыку.       Ему это всё казалось чертовски странным. Девушка, которая не ходит в общественные места, избегает людей и скрывает лицо, внезапно приглашает малознакомого парня к себе домой. Он что, попал в фильм в жанре сюрреализм?       — Который сейчас час? — надев очки обратно, Антон измученно посмотрел на Алису.       — Пятый час вечера, — она глянула на разбитый экран своего сотового.       — Быстро время пролетело, однако… — Петров внезапно подумал о Полине. Она наверняка уже давно выступила. Интересно, что сейчас Морозова думает о нём? — Ты далеко живёшь?       — Не-а. Минут семь на метро ехать. Но скажу сразу, это не совсем квартира.       — Не совсем кинотеатр, не совсем квартира… Есть в твоей жизни хоть что-то нормальное? — Антон усмехнулся. Чем еще она его удивит?       Алиса задумчиво замычала и посмотрела на потолок. Спустя пару секунд ответила:       — Наверное, нет. Думала, что ты будешь «хоть чем-то нормальным», но ты тоже на приколе.       — Сочту за комплимент. Пусть он и немного сомнительный.

***

      Алиса действительно жила не очень далеко и действительно в не совсем квартире. Это был гараж! Обычный такой гараж, в котором была куча хлама, инструментов, пахло машинным маслом и бензином. Посередине стоял байк, не самый новый и побитый на вид, но явно на ходу. В углу располагался прикрытый пледом старенький диванчик, видимо, служивший спальным местом.       «Теперь-то понятно почему от неё так пахнет. Не по-женски».       — Плюхайся на мою лежанку. Я пока нам по бич-пакету заварю, — девушка несколько раз дернула на себя металлическую дверь и та не с первого раза, но всё же закрылась с характерным лязгающим звуком.       — Бич-пакет? — Петров уселся и подмял под себя плед. В мужском голосе слышалось явное снисхождение вперемешку с сарказмом. — Ты говорила, что мы покушаем, а не травиться будем.       — Ты нищий студент, делящий шконку в общаге с клопами и обед с тараканами. Откуда такие гастрономические претензии? — Алиса недовольно выдохнула и принялась зажигать маленькую переносную газовую плиту. У неё даже имелись хороший чайник и чистая вода. Антон с удивлением на это посмотрел, что не скрылось от девушки. — Что? Думал, я тебя бензином буду поить? Какой же ты глупый.       — Вот обзываться совсем не обязательно! — Антон говорил с наигранным возмущением, но происходящее явно его забавляло.       Пока хозяйка гаража возилась с лапшой быстрого приготовления, Петров решил походить по месту обитания новой подруги. Он отметил, что помимо автозапчастей и всего прилегающего к ним, в чём парень совершенно не разбирался, здесь немало личных вещей, которые многое могут рассказать о человеке и его предпочтениях. Например, стоящие рядом друг с другом проигрыватели кассет, дисков и… пластинок? Старого советского образца. Настоящий раритет. Вся стена, в свою очередь, была увешана плакатами и фотографиями различных групп, преимущественно исполняющих метал. В том числе дэт и блэк, которые так не любил Антон. Venom, Burzum, Emperor, Mayhem, Cannibal Corpse… Он совершенно не находил хоть какой-то музыкальной ценности в их звучании и песнях. Но были и те, чью музыку парень мог и послушать: Slipknot, Type o Negative, Deftones.       — Не нравится? — её голос раздался позади, рядом с правым плечом.       — Что именно?       — Их музыка.       — Через одного, — он повернулся к ней лицом. — Блэк-метал для тебя просто музыка или…       Петров замялся, в нерешительности отвел взгляд. Боялся сказать что-то не то и обидеть свою знакомую.       — Или что?       — Идеология…       — Если ты хочешь спросить — дьяволопоклонница ли я, то так и говори.       — Прости, — блондин тяжко вздохнул. — Тебя, наверное, и так с этим достали.       — Ага. Предки. Ты думаешь, почему я в гараже живу, — девушка усмехнулась, без злобы и обиды, по-доброму.       — Тебя выгнали.?       — Сама ушла. Они реально думали, что я сатанистка. Ну или просто чокнулась, — Алиса пожала плечами и вернулась к свистящему чайнику. — А я вообще в Бога не верю.       Он ничего не ответил. Это было не его дело. Сам Антон вообще редко задумывался на такие темы. Парень любил истину, а разговоры о религиозной философии к ней никогда не приводили. Взяв в руки кассету с подписью «Wait and Bleed», он вставил её в проигрыватель. В гараже раздалась громкая музыка и послышался приятный голос вокалиста.       — Моя любимая песня, — Алиса пыталась перекричать поющего Кори Тейлора и протянула парню его порцию лапши. — Давай есть.       — Это я с удовольствием! — так же громко и с улыбкой на лице ответил Петров.       Девушка действительно больше не выкидывала ничего странного, и Антону начало казаться, что он просто всё придумал и тревоги его бессмысленны. Напряжение окончательно покинуло тело, а мрачные мысли перестали посещать голову. Хоть Алиса так и не показала лица, и ела, прикрывшись капюшоном, блондин не смутился. Ему нравилось с ней даже так. Несмотря на свою мнительность и подозрения к новоиспечённой подруге, Антону становилось легче в её присутствии. Они провели вместе ещё пару часов, болтали, шутили, слушали музыку, после чего парень решил, что пора возвращаться в общежитие. На улице давно стемнело.       Перед уходом девушка подарила ему диск с первым студийным альбомом Slipknot. Петров отказывался от такого подарка, но после подзатыльника от Алисы всё же взял диск с собой. Он ехал в сумраке в свою «берлогу», слушая в плеере ту самую любимую песню Алисы. И не думал ни о чём. По крайней мере этим вечером.

I've felt the hate rise up in me… Kneel down and clear the stone of leaves… I wander out where you can't see… Inside my shell, I wait and bleed…