Волны разобьются

      Эхри сразу обратил на него внимание. Невозможно встретиться взглядами через экран. Зачем так смотреть остро?       Стивен — красивый афрошотландец — в начале видеосвязи широко улыбался, ровные зубы, голос — приятный, с сильным акцентом.       Шифра на мгновение заглянула в комнату, в фартуке, её руки мокрые, волосы в домашнем пучке… Улыбнулась, взглянув на экран компьютера. Кивнула, ушла.       Что-то изменилось. Вернулся домой из бара. Внутри растерзанно, горло ноет, будто он плакал, воспоминания — Салли призналась в любви. Подошла на прогулке с собакой. Ее серые глаза, волосы в косах, кривой рот.       Они поговорили. Он ушел в бар? Они?       Яркое и странное. Олень плачет. Пахнет землей, листьями, дождем. Олень целует в висок, потом снова, потом в щеку, потом несколько раз в лицо, будто не разбираясь, и снова плачет. Нежность? Он будто что-то забирал. Будто заставлял себя что-то выпить, проглотить, и целовал спешно и слепо из-за слез и боли.       Убеждение — это сон.       Олень тоже пил. Может, ему что-то тоже привиделось. Вдруг феи тоже склонны видеть видения и путать реальность. Октябрь на дворе.       Что-то случилось, и случилось важное, и это важное пряталось в глазах Шифры, печальных, виноватых, движения её стали мягче и голос тише…       Эхри пытался разобраться, но пустота. Что-то случилось, думал Эхри, у нее, а она не рассказывает. Поссорилась с подругой. А я начинаю заболевать и слишком много пью.       Подошел Стивен к игре со всей ответственностью и в своем костюме эльфа — в светло-коричневом плаще — выглядел органично. А как он вошел роль…        Серьезный, устрашающий, в хитром прищуре мелькает веселье.       Эхри взглянул в общий чат, читая описание сцены, но заинтересованность в новом участнике его не покидала.       — Выход ищешь?.. — спросил Эхри, взглянул на имя. Имя персонажа Стивен пока что держал в секрете. Дешевый трюк с творческой точки зрения. — «Странник»?       Стивен удивился, что в его сюжетную линию кто-то вторгся без подготовки, но быстро нашелся.       — А здесь есть выход?       — Это-то ты мне скажи, — ответил Эхри.       — Делать нечего?       Играет хорошо. Тон выдержан, а глаза блестят.       — Мне не до твоей оценки-то моих действий. У тебя-то тут какое дело? — осмелел Эхри.       — Тут болото, — хмуро ответил «Странник».       — Топиться собрался?       — Что надо, то и собрался,— Стивен умело оставался в роли.       Эхри понадобилось усилие, чтобы не улыбнуться.       — Меня зовут Аллерон, — сказал он.       — Скучное имя, — неожиданный ответ.       — Но мне идёт-то.       — Наверное.       — Где опасно, там и ты, а? — спросил Эхри.       — Старею. Жить надоедает.       — Но ты не выглядишь таким уж старым-то.       — Приходится быть достаточно старым.       — Ты тоже ищешь Книгу Знаний? — эта фраза была больше напоминанием о том, что они все еще в игре.       — Ага. Книги всякие…       — Сбегаешь от реальности?       — Отвяжись, — по взгляду понятно, на самом деле — заинтригован.       Почему-то Эхри это тешило.       — Знание может быть одиноким.       — Значит, что-то случится? Раз ты тут на пути появился.       — Почему? — Эхри на мгновение растерялся от этого вопроса и ответил то, что ответил бы в реальности: — Нет. Я никак не влияю на жизнь людей, вот. Вернее, не больше, чем обычно-то. Почему обязательно должно что-то случаться?       — Всегда что-то случается, когда появляются такие настырные, как ты, да так внезапно.       — Если я влияю на жизнь, то очень обыкновенно. Вот твои друзья сильно влияют на твою жизнь?       — Ну-у… — Стивен, настоящий, растерялся.       — У тебя нет друзей, что ли?       — Что ты хочешь?       — Что у тебя случилось-то?       — У меня много чего случилось и все время случается, — Стивен снова стал серьезным.       — Нет в мире совершенства, — продолжил Эхри, снова входя в роль. — И твой выбор тропинок. Не то чтобы я искал совершенство-то, просто, я все время убеждаюсь в его несуществовании, вот. Я-то вижу, что тебе плохо, и мне бы хотелось тебя утешить, если хочешь честности. Я сразу замечаю одиноких.       «Заканчивайте уже», — мелькнуло в групповом чате. Стивен сразу собрался, выпрямился. Нужно дать место другим. Эхри даже испытал легкое разочарование.       — Присоединяйся тогда, раз тебе так одиноко.       Впустил в сюжетную линию. Эхри так искренно обрадовался, что заулыбался. Пришлось отвернуться, настроиться на роль.       На полпути в игре «Странник» его неожиданно бросил.       Эхри даже чуть-чуть обиделся: мог бы и не впускать в сюжет, раз на самом деле не хотел. Стивен улыбается, играет с другим актером.       А ведущий быстро скинул в чат набросок сюжетной линии Эхри и Стивена. С разными концовками. Фантазию можно использовать, историей вертеть, как хочется.       Ведущий включает микрофон.       — Аллерон, у тебя тут ревенанты.       Эхри улыбнулся, размял пальцы: решил дать персонажу пострадать. Стивен — в сюжет, спасает, будто без особой охоты. Описывать Стивен был не мастак. А диалоги вести…       — Вставай, — произнес Стивен.       — Я мог бы-то и сам справиться.       — Может быть.       — Я думал, мы обо всем договорились. Сам меня спрашивал, что что-то случится, а сам… Нож в спину. Когда хорошо знаешь, что будет, ничего не «случается».       — Это ты за себя говори. Что я тебе, нянька? Обижаешься?       — Да.       — А спасибо?       — Обойдешься.       — Молодцы, — сказал ведущий.       Специально сказал. Эхри охватила досада.       Когда в игре снова нашлось место для спокойного диалога, Стивен принялся описывать:       — После нескольких часов блужданий в мраке катакомб Аллерон и эльф оказались на поляне — небольшой, залитой лунным светом…       — Мда.       — Не мешай. Они сели отдохнуть у упавшего дерева.       Стивен сделал драматичное выражение лица.       — Аллерон. Ты никогда мне не говорил. Почему ты так решительно настроен найти Книгу Знаний?       — Я не хочу об этом говорить, — сразу ответил Эхри.       — О, пожалуйста, — подкатил глаза Стивен. — Сам же ко мне привязался.       — Это другое-то.       — Какое другое? Знание ради знания? Думаешь, поверил?       — Почему тебя это волнует?       — Потому что я знаю, каково это — никому не рассказывать, каково это, когда эта цель… Дорого достается. У меня был брат.       — Брат? — и впрямь удивился Эхри.       «Что-то сплоховал ты, брат. Клише на клише», — подумал Эхри. Послушал слащавый трагизм, едва вышел из роли — не смог удержать лицо.       — …Ты ворвался в мою жизнь. И как ты вообще выбираешь, в чью жизнь ворваться? — спросил «Странник».       — Необычные люди… Или эльфы есть везде. Просто иногда что-то получается с кем-то. Я-то не выбираю, с кем дружить. И не выбирал, чтобы ты мне открылся. Мне все нравятся, но я не любого могу заболтать.       — Я очень плохо разбираюсь, что у остальных принято, а что нет. Если я не понимаю смысла, мне трудно самому догадаться, что нужно делать правильно. После того, что случилось…       — Нет ни в ком совершенства, и я это знаю. Потому что я просто наблюдаю. И убеждаюсь. Наверное, в несовершенстве есть своя прелесть, и ты это во мне чувствуешь. Например, естественность. Но мне кажется, что несовершенство и естественность — это все-таки разные вещи.       — Мне никак не кажется. Я просто живу, я не думаю о разнице в понятиях, если меня об этом не просят. Уже не думаю.       — Для нас с тобой проще не соответствовать стандартам. И мы не будем особо не соответствовать — мы с тобой хоть и носим ношу, мы — самые обыкновенные, мы не бросаемся в глаза.       — Ты по-своему бросаешься.       — Это потому что здесь никого больше нет.       «Что-то на флирт получилось похоже», — смеется Эхри, поспешно отключая микрофон.       Игра продолжилась. С другими не так интересно, чувство новизны. С другими привык, любимые сюжетные повороты других запомнил. А тут не знаешь, что от Стивена ожидать. Добавляет жизни.       Ведущий тоже решил добавить жизни и заставил Аллерона и «Странника» бороться с очередными тварями. Эхри старательно проигнорировал выпадение кубиков, захотелось клишированной драмы в ответ. Взгляд на Стивена.       Сочинил сцену: Аллерон едва жизнью не жертвует ради эльфа. Участника сцены это удивило, игра на мгновенье застопорилась, пока тот быстро вспоминал, что его персонаж умеет делать.       — Битва оставила комнату в руинах. Осколки древнего камня разбросаны по полу, стены изуродованы. А Аллерон лежит, прислонившись к потрескавшемуся каменному алтарю...       Эхри улыбается. Стивен добавляет:       — Эльф опускается на колени рядом с ним, он прижимает руку к его ране, пытается остановить кровотечение. Мои… Эльфийские пальцы дрожат. Зачем ты это сделал?       — Что, спас тебе жизнь? Не льсти себе, эльф. Я просто…       — Идиот. Я тебя не просил.       — Ты для меня важен, — Эхри решил рискнуть. — Это-то ты хочешь услышать? Признания чистосердечные, а?       — Аллерон…       Эхри ради нагнетания сцены даже покашлял.       — Плохого ты мнения о себе, эльф. Нет в мире совершенства.       — Меня зовут Элиндер.       «О, завершаем арку персонажа».       — Интересное.       — Что интересное?       — Имя.       — Мне идет? — в голосе эльфа промелькнул Стивен.       — Я не знаю, — Эхри сохраняет лицо. — Мне не до этого.       — Тебе следует отдохнуть.       — Куда я денусь. Элиндер. У тебя разве в товарищи есть еще кандидаты?       Фантазия у Эхри на этом эпизоде закончилось, он улыбнулся, как он считал, должен улыбаться почти умирающий, закрыл глаза и выключил микрофон.       — Полагаю, на этой сцене можем завершить, — произнес ведущий. — Хорошая линия вышла. Молодцы.       — Любовная, — засмеялся Стивен.       — Что ты понимаешь, — ответил Эхри, включив микрофон. — В крепкой мужской дружбе.       — А я не говорил, что это плохо или что это твоя вина.       — Твоя вина не в этом-то, дружище. А в дурацкой предыстории про брата. Сам начал.       — Нормальная предыстория. Хорошая. В стиле игры. Что тебе еще надо?       — Прям все тебя не поняли. Ничего, кроме братоубийства, в тебе не видели. Когда брат там твой тираном оказался, или что ты там имел в виду.       — В следующий раз к тебе обращусь, — засмеялся Стивен.       — Буду очень рад. Но я шучу-то. Дразнюсь. Играешь-то ты отлично.       — Я знаю. С такими, как ты, хочется хорошо играть.       — Ого, значит, то не совсем персонаж был, а?       — Это да. Вы хорошо друг другу подошли, — улыбался ведущий. — Сколько времени у тебя, Стив?       — Полдесятого утра.       — Ого, — восхитился Эхри. — То ты так рано встал?       — Искусство требует жертв. Искусство сторителлинга в том числе.       — Откуда ты такой взялся? Ты где живешь, а?       — В Лос Анджелесе.       — А акцент…       — Так я переехал то только. Женился.       — О-о… На американке?       Глупый вопрос.       — Нет, на исландке, — он заулыбался.       — Продолжаете традицию американцев не быть на самом деле американцами?       — Да вообще! Еще и в ЛА…       Шифра в комнату заглянула.       — Закончили? Есть будешь?       — Простите, парни, — Эхри помогал рукой, — долг зовет.       — Я тебе напишу, — на прощание сказал Стив.       Эхри кивнул, улыбнулся. Встретился глазами с Шифрой. А в них было немое беспокойство.