Ириски

В первые дни совместной жизни с Лайтом Рюк был полностью увлечён видеоиграми и с владельцем тетради почти не разговаривал, ведь чем меньше он будет мучить бедного ребёнка, тем больше времени он здесь проведёт. Однако такой образ жизни быстро надоел богу смерти, и уже на седьмой день он переключился на Лайта. - Лайт. Лайт продолжил что-то писать, не обращая внимания на бога смерти. - Лайт. Снова никакого внимания. - Лайт. Лайт. Лайт. Лайт. Лайт. - А-а-а! - Лайт уткнулся лицом в ладони. - Чего тебе? - А ты не допускал мысль, что я могу оказаться не галлюцинацией? - Ты не первый, кто задаёт мне этот вопрос, Рюк, - ответил Лайт, продолжая писать. - Если то, что я вижу, не может объяснить наука, значит, это не правда. Мне стоит придерживаться этого правила, если я не хочу сойти с ума окончательно. - Хорошо, допустим, я ненастоящий, но как ты тогда объяснишь то, что я заставляю исчезать настоящие яблоки? - У меня есть некоторые догадки по этому поводу, но опять же, мне не следует об этом размышлять, иначе я рискую поверить в твоё существование. - Ясно... Но почему ты хочешь от меня избавиться? Чем тебе так мешает безобидная галлюцинация? - Во-первых, "безобидная галлюцинация", напоминаю, что в первую нашу встречу ты рассказал мне про "орудие массового истребления". Во-вторых, галлюцинации - лишь один из множества симптомов обострения, которое для меня сейчас очень нежелательно. И, наконец, в-третьих, своими вопросами ты отвлекаешь меня от учёбы! Иди лучше поиграй в Марио. - Но мне надоел Марио... - Там ещё полно игр. - Мне всё надоело. - Значит, будешь играть в молчанку. - Разве можно так обращаться с богом смерти? - Рюк расстроенно плюхнулся на кровать и продолжил играть в Марио. На самом деле Лайт и Рюк неплохо уживались вместе. Раз в три часа Лайт кормил своего карманного бога, а тот за это не мешал ему учиться, по крайней мере, старался. В школе Рюк тоже не скучал. Он пугал одноклассников Лайта произвольно двигающимися ручками, отвлекал Лайта, передразнивая учителей, а его любимым занятием было запускание бумажных самолётиков из разных концов класса с незамысловатым содержанием: "Сайто лох", "Мията дура" и так далее. За этим всегда следовали разборки на пол-урока, которые очень забавляли бога смерти. Со временем, правда, это стало надоедать. Рюк решил попробовать включиться в учёбу, но у него совсем ничего не получалось. По пути домой Лайт с Рюком ели ириски. Лайт их очень любил, и Рюк тоже стал их есть. На самом деле для него ириски были такими же безвкусными, как и большинство еды, но ему нравился сам процесс жевания этой липкой массы, а ещё больше он любил недовольное выражение лица Лайта каждый раз, когда Рюк доставал целую горсть его любимых ирисок из портфеля. - Как можно понимать математику?! - Начал рассуждать бог смерти. - Это же просто непонятный набор символов! - Точные науки нужно учить последовательно, с самого начала. Ты не можешь просто прийти в выпускной класс и начать учиться. - Ясно... - Но не расстраивайся, Рюк, завтра будет история. Тебе должно понравиться. Пожалуй, для Лайта Рюк был самой безобидной галлюцинацией. Он не заставлял его причинить вред себе или окружающим, не говорил гадости и иногда даже был приятным собеседником. Лайт даже как-то подумал, что будет скучать по этому чуду-юду, когда оно исчезнет. История и правда заинтересовала Рюка. Ему нравилось слушать истории великих людей, многие из которых он уже видел своими глазами, а ещё больше он любил дискуссии по поводу неоднозначных правителей и политических решений. Теперь он воспринимал историю не просто как последовательность событий, а как нечто многогранное, невероятно сложное, запутанное, и от этого ещё более интересное. Лайт тоже интересовался историей, так что теперь круг их с Рюком тем для разговора значительно расширился. - Лайт, как ты относишься к Наполеону? - Я им восхищаюсь. Он гениальный полководец. - Но ведь из-за него погибло так много людей! Вы, люди, такое, кажется, не очень любите? Мораль и всё такое. - Мораль для нас, обыкновенных людей, у великих же свой путь, никакая мораль не должна ограничивать их возможности.