Каждому по вере его

Вельзевул сидела на скамеечке в парке израильского города Хайфа и щурилась на утреннее солнце. Весну здесь можно было бы назвать ранней только по календарю, но княгиня всё равно считала, что с погодой ей повезло. Она прекрасно помнила, что даже здесь временами зимой выпадает снег, а в некоторых районах страны бывают заморозки. Когда-то давно эти земли принадлежали Ханаану. Сейчас же эту страну называли «Святой землёй», и сам архангел Гавриил выбирался сюда на свои любимые утренние пробежки. Его Вельзевул и ждала, поднявшись на поверхность в непривычно раннее время. Впрочем, сейчас ей было всё равно: спать она не ложилась, а дело не терпело отлагательств. И где только носит этого белокрылого? Жужа с тоской посмотрела на закрытый по раннему времени лоток с мороженым и теперь, рассыпавшись роем, гоняла голубей, вызывая у хозяйки мимолётную улыбку. Вельзевул искренне пыталась расслабиться, глядя на пейзажи вокруг, но от увиденного накануне вечером до сих пор бросало в дрожь. Бес, прервавший их с Дагон беседу, сбивчиво рассказал о нападении ангела, и обе демонессы тут же направились на место происшествия. Это случилось недалеко отсюда, в Египте. И даже не в какой-нибудь глухой пустыне, а вполне близко от обжитых мест и совсем рядом с дорогой. Надо бы проверить местных, может, кто-то что-то видел, подумалось Вельзевул. Впрочем, по словам беса, ангел нестерпимо светился, мешая разглядеть себя. Самому ему, нужно думать, яркий свет не мешал: под клинок попали трое вполне обычных, ничем не примечательных демонов, отправленных соблазнять местных торговцев на грех жадности в ожидании туристов. Теперь то, что осталось от их физических тел и сущности, было тонким слоем размазано по песку. Создавалось ощущение, что ангел дрался не только мечом, но и голыми руками. В какой безумной ярости он был? Но попытка почувствовать энергию ангела ничего не дала, слишком рассеянным был след, словно прошло слишком много времени. Зато, к своему удивлению, Вельзевул обнаружила след силы Хастура. Бес подтвердил, что встретил герцога по пути в её кабинет и тот сразу отправился на место, чтобы выследить нападавшего. Отправив Дагон в помощь, княгиня продолжила осмотр, хотя что можно было найти в этом кровавом месиве? Но тут ей неожиданно повезло — среди песка что-то белело. Вернувшаяся довольно быстро Дагон сказала, что след Хастура она тоже потеряла, и обе вернулись в Бездну, где всю ночь обсуждали план дальнейших действий. В первую очередь нужно было узнать, была ли это намеренная акция Небес или кто-то действовал по своей инициативе. И добыть нужную информацию проще всего было личными путями. Поэтому Вельзевул сейчас и сидела в парке в ожидании Гавриила, а тот всё не торопился появляться. Или пока она тут прохлаждается, Рай собирает войска, чтобы начать Последнюю битву без предупреждения? С чего она вообще взяла, что может доверять архангелу? С того, что он в неё влюблён? А кто вообще сказал, что это действительно так и Гавриил не притворяется, вводя её в заблуждение и заставляя потерять бдительность? Именно этот момент, когда сомнения уже готовы были одолеть княгиню и заставить вернуться в Ад готовиться к войне, Гавриил избрал, чтобы появиться на парковой дорожке, неслышно выбежав в сером спортивном костюме и белоснежных кроссовках из-за поворота. И чуть не был тут же сбит стаей голубей, согнанной с места расшалившимся роем. Пожалуй, Вельзевул понравилось, как это испортило эффектность его появления. — Ты? — Гавриил отмахнулся от летящих в его сторону птиц и приблизился к княгине, сияя улыбкой ярче солнца. И чему это он так радуется? Ну, хотя бы не готовится к нападению на Ад. — Доброе утро! — Скорее, недоброе, — хмуро отозвалась Вельзевул. Во взгляде архангела, на самом его дне она видела надежду на взаимность, и по спине мурашки пробежали от одной мысли о его беззащитности. Дагон была права: реши Вельзевул ударить сейчас, Гавриил даже не стал бы защищаться. Конечно, он достаточно хорошо скрывал свои чувства всё это время, но после отменившегося Конца Света его поведение изменилось достаточно сильно. Возможно, он просто перестал притворяться мудаком. А может, разрешил сам себе отойти от Плана и подумать о собственной жизни. Да и имело ли это хоть какое-то значение, если Вельзевул позволила себе поверить в искренность его чувств? Пусть и не могла ответить сама. — Давно ждёшь? — мягко, с ноткой то ли извинения, то ли заботы в голосе поинтересовался Гавриил. Видимо, по хмурому лицу он понял, что княгиня явно не на прогулку выбралась этим прекрасным весенним утром. — Достаточно, — подтвердила она и кивнула на скамейку рядом с собой. — Но связываться с тобой официально я не хотела. Скажи мне, Гавриил, что ты знаешь об убийствах демонов? — Убийствах в каком смысле? Как можно уничтожить демона? — Архангел уселся и посмотрел на неё с непонимающей улыбкой, которая, впрочем, сползла несколькими мгновениями позже. — Или… кто-то убил? Ты подозреваешь кого-то? Меня? — Нет. — Вельзевул ответила и сама поразилась своей уверенности. А ведь перед самой встречей в ней уже начинали зарождаться сомнения. — По крайней мере, не напрямую. Но отдать приказ любому другому ангелу ты мог. Я даже не знаю, могу ли доверять тебе на самом деле. И всё же мне хочется надеяться, что это был не ты. — Где и когда? — Взгляд Гавриила потемнел, как грозовое небо. — Недалеко отсюда. В Египте. — Она говорила короткими фразами, стараясь не вспоминать увиденное. Уж слишком оно было пугающим даже для неё. — Прошлым вечером, на закате. Убиты трое наших. Видели ангела, но он светился так, что разглядеть, кто это, не удалось. И след затёрт, хотя место сражения выглядит словно этот ангел обезумел. Тела погибших просто в клочья изодраны. — И никаких зацепок? Я не думаю, что смогу отследить каждого ангела, кто вчера спускался с Небес. На самом деле, их не так уж мало. Но точно это не было спланировано нами… Гавриил осёкся, увидев на протянутой к нему ладони Вельзевул пару небольших белых перьев. Ангельских перьев. Его рука зависла в нерешительности, внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия. Да, демоны вряд ли могли почувствовать сущность ангела через перья, но у него вполне может получиться, он гораздо лучше знает своих собратьев. Резко выдохнув, хоть в этом и не было необходимости, Гавриил взял перо и замер, крепко сжимая его в пальцах. — Я нашла их там, в песке. — Ангел был один? — требовательно спросил Гавриил, словно у него уже появились какие-то догадки. — Не мог там быть кто-то ещё? — Наш свидетель говорил про одного. Но след затёрт, и нельзя сказать, сколько их там побывало, пока мы не пришли. — Вельзевул показалось, что от сказанного архангел чуть расслабился, но так и не поняла, было ли это от мысли, что преступник действовал один или что там мог побывать кто-то ещё и спутать следы. — Там точно чувствовались силы ангела, это всё, что я пока могу тебе сказать. Возможно, Хастур смог что-то выяснить, он появился первым, но ещё не вернулся. — Хорошо, дай мне разобраться с этим самому. — Гавриил смотрел твёрдо и уверенно. Возможно, это действовало на его коллег, но не на Князя Ада. — Я не намерена сидеть сложа руки и ждать! Тем более в Преисподней это уже не тайна. Впечатлительный бес наверняка уже поделился новостью с половиной жителей Ада. И хорошо, если они не потребуют возобновить войну после случившегося, а удовлетворятся показательной казнью. В этот раз на их территории и с запасом не только адского пламени, но и святой воды — чтобы наверняка. — И что ты предлагаешь? — вырвал её из мыслей вопрос Гавриила. — Поднимешься Наверх и будешь допрашивать каждого лично? Ни ты, ни твои подчинённые не выдержат там долго. Тебе даже здесь, на Святой земле, должно быть неуютно. — С чего бы это? — взвилась Вельзевул, вскочила со скамейки и нависла над архангелом. Пусть ещё совсем недавно она говорила Дагон, что за давностью лет перестала злиться, но напоминание больно царапнуло. — Когда-то всё здесь принадлежало мне. Пока вы не привели ваш «избранный народ» и не отобрали эти земли и мою власть. Думаешь, добровольно став демоном, я перестала быть той, кем создана? Перед глазами, затмевая парковую зелень, встал тесный коридор с тысячами дверей — её нынешний дом, всё, что у неё теперь было. А когда-то сотни жрецов служили молебны в её честь, и дым от жертвенников летел в чистое небо. Когда-то её почитали, и каждый храм, воздвигнутый её культом, был ей домом. Теперь вместо этого пыль да сырость и толпы демонов. Можно подумать, этого она хотела. Но она проиграла и лишилась звания бога. — Ты ничего не знаешь обо мне, Гавриил. Ты считаешь меня такой же, как и все вы. Ангелы, демоны… Я никогда не была одной из вас, и хватит притягивать ко мне ваши ограничения! — Так это правда? — Гавриил отвёл взгляд, но ей хватило и мелькнувшего в этом взгляде осознания, и горького непонимания, чтобы почувствовать к нему неуместную жалость и слегка успокоиться. — Ты действительно. .? — Не была ангелом? — Вельзевул хмыкнула, показывая своё отношение к подобной глупой мысли. — А ты до сих пор в это верил? Мне казалось, об этом у вас знает каждая собака. — Большинство из нас не интересуется делами… другой стороны. Но если ты никогда не была демоном, то почему встала на их сторону? — А вы взяли бы меня к себе? Пустили на Небеса? — Вельзевул опустилась обратно на скамейку и устало посмотрела на архангела. — Языческую богиню, которую всеми правдами и неправдами пытались уничтожить и изжить из людской памяти? Не смеши меня, Гавриил! Таким, как я, нет места среди ангелов. Вельзевул не бывала на Небесах. Не потому что туда ей не было хода, просто не находила необходимым подниматься. Там должны быть свет, и простор, и голубое небо, по которому она иногда скучала в Бездне, но не хотела лишний раз бередить раны, поднимаясь на Землю. Наверное, стань она ангелом, всё было бы иначе… — Метатрон и Сандальфон когда-то были людьми… — осторожно напомнил Гавриил. — О, да, как я могла забыть? — с сарказмом вопросила Вельзевул, но голос повышать ей уже не хотелось. — Илия, мой ревностный гонитель. Тот, кто первым объявил меня демоном, а не богом. Но я не была человеком. А вам до меня — настоящей меня — не было никакого дела. Может, если бы не он, я сейчас была бы там, Наверху? Нет! Для этого надо быть фанатиками, как вы. Верить во всеобщее благо и любовь. Я не верю! И любить не умею. Да и ты не меня любишь. Ты придумал что-то, что близко тебе, и влюбился в этот образ. Но он не имеет со мной ничего общего. Находиться здесь вдруг стало для неё невыносимо — словно наяву она услышала, как мелкими осколками осыпается разбитое ею сердце Гавриила. Но так было правильно, так было лучше для них обоих. Княгиня вновь поднялась, но в этот раз подозвала Жужу. Время прогулок закончилось, пора было возвращаться назад. — У тебя есть время до заката, — твёрдо и непреклонно сообщила она архангелу. — Здесь… Нет, на Мегиддо. Мы же должны были однажды встретиться там. Только чтобы никаких армий. Ты, я, наши помощники. Всё официально. Ты приведёшь убийцу или изложишь план поимки. Иначе я лично поднимусь наверх и перетрясу всех вплоть до вашей Всевышней.