Возлюби ближнего своего

И вот повеление, которое Он нам оставил: «Кто любит Бога, тот должен любить и своего брата». – 1-е послание Иоанна 4:21 Саша был старше Олега на двенадцать лет. Когда Олег родился, Саша уже шел в шестой класс, зачитывался книгами по ночам, читал Библию и бегал к люльке, чтобы посмотреть на новую жизнь. Когда Олег пошел в первый класс, Саша уже закончил школу и поступил в университет. Саша каждый вечер заинтересованно слушал рассказы Олега о ребятах в классе, помогал с домашними заданиями и никогда не ругался на него. Саша вообще был очень добрый. И грустный. Он улыбался только для него – для Олега – и смотрел на него своими чистыми глазами. Семилетний Олег думал, что Сашины глаза похожи на летнее небо, под которым можно было бы лежать, рассматривая облака. Когда Олег пошел в пятый класс, в голубом небе застыли грозовые тучи. Саша уехал. Олег изрядно нервничал. Не так, Олег был просто в ужасе, когда стоял перед дверью московской квартиры брата. Они не виделись сколько? Десять лет? Больше. Олег не знает, как брат его встретит. Олег знает, что от этой встречи зависит вся его жизнь. Наконец он нажимает на кнопку звонка, за дверью раздается приятная тихая трель и на несколько мгновений всё замолкает. В глубине квартиры что-то шуршит, на улице проезжает машина, из динамиков которой по мозгам долбит что-то неописуемо отвратительное, на лестничной клетке шелестит комнатное растение. Дверь открывается, и Саша сначала смотрит на него несколько мгновений, а потом раскрывает дверь чуть сильнее. Олег нервно улыбается, придвинув чемодан чуть ближе к себе. – Привет. На шее у Саши блестит цепочка, за которую Олег цепляется взглядом, чтобы не смотреть в глаза. – Здравствуй, Олег, – зачем-то уточняет, – ты ко мне? Проходи. Дверь прикрой на щеколду. И исчезает где-то в глубине квартиры, стучит чайником, открывает-закрывает какой-то ящик. Олегу кажется, что худшее уже позади, но он так ничего Саше и не сказал. А Саша ничего не спросил. Они сидят на кухне, и Саша неспешно интересуется: как школа? Как университет? Спрашивает что-то про семью... Олег что-то отвечает, он сам не вспомнит позднее, что именно. – Олег, ты в порядке? Как себя чувствуешь? Устал, наверное, с дороги. Я постелю тебе в гостевой, хорошо? Олег только заторможенно кивает, не в силах выйти из своего коматозного состояния. Он ложится спать, но не может уснуть, только вслушивается в шум за стенкой, думает о завтрашнем дне и ничего не может придумать. Что ему делать? Да, он приехал в Москву, сорвался, как чёртов придурок, без плана, без денег на жилье, без знакомых в городе. Слепо веря своему брату, своему кумиру, самому близкому человеку на всем белом свете. Олег не знает, жалеет ли, что влюбился в Сашу. Время покажет. Сейчас он хочет броситься в пропасть, на милость судьбе, которая, кажется, никогда его не любила, до последнего надеясь, что внизу его ждёт батут. Он засыпает под утро, когда за окном наконец тот самый родной оттенок чужих глаз. Утро начинается с вопроса: – Зачем ты приехал, Олег? И Олег не находит ничего лучше, чем тоже спросить. – Зачем ты уехал, Саша?