Two souls

С появлением Сигмы все стало немного по-другому. Все аспекты жизни поменялись, от неловкого молчания в комнате до уборки. Первокурсник был из тех, кто поддерживает и всей душой любит чистоту, искренне не понимая, как можно жить в «свинарнике». Два его соседа порядок наводили только в совсем экстренных случаях. Например, когда приходила злая дежурная и устраивала такую истерику, что уши вяли. После этого Дазай и Рампо незамедлительно приступали драить все на своем пути, и комната становилась чистейшим на планете местом. Так же сподвигнуть их умели и друзья, сказав: «Да у вас тут не пройти уже!», но этот аргумент работал не всегда. Сигма первые дни своего прибывания в общаге считал ужасными, ведь с соседями разговаривать по-прежнему неловко, а попросить что-то убрать — ад кромешный, даже мысль об этом пугала. Со временем первокурсник начал привыкать к атмосфере в квартире, приобретая с каждым днем все больше уверенности. Теперь он мог без терзаний совести попросить Дазая убрать оставленную им же на столе кружку, на что тот сначала упрямился и пытался отшутиться, однако получая укоризненный и серьезный взгляд, покорно повиновался и выполнял «приказы». На деле в этом не было ничего такого, да и Осаму это прекрасно осознавал. После парочки таких указок Дазай стал трепетнее относиться к подобным вещам и кружки с тарелками со стола убирались моментально после использования. А Рампо не отставал. В комнате у ребят даже появился график, по которому решался вопрос уборки квартиры. Они периодически менялись друг с другом обязанностями. Кто-то мыл посуду, кто-то мыл и пылесосил пол, кто-то загружал и выгружал белье из стиралки, развешивая его после и так далее. Как семья, ей-богу. После распределения «ролей» все проблемы не пропали, ведь, что Дазай, что Рампо — оба ленивые до ужаса. Но даже для них находилась управа. На кого-то в виде разочарованного лица друга (коим являлся Ода), а на кого-то в виде нереально вкусных конфет. Больше всего Сигме нравилось мытье пола. Очищая комнату от пыли шваброй, можно было задействовать наушники, чтоб не так скучно время проводить. Первокурсник так и делал, иногда неловко отстукивая ритм песни ногой.

***

Очередной, вполне обычный и, между нами говоря, довольно скучный день. Последнюю пару отменили — учитель, видите-ли, заболел. Может оно и к лучшему. Никто не знает, когда этот старикан устроит внеплановую «проверку знаний и умений». И зачем Дазай готовился к этому ужасу, если «урок» так и не состоялся? Решив в своей голове, что он больше никогда к парам готовиться не будет (Потому что об отмене надо предупреждать заранее!), Осаму зашел в квартиру. Тихо. Рампо повезло чуть меньше — они сегодня должны изучать то, что будет на экзамене. Здоровья погибшим, а у Осаму на вечер шикарные планы — выбраться в центр, давно он там не был. Живя в культурной столице не пользоваться таким великолепным шансом — просто грех! Надо исправлять. Атмосфера в квартире хорошая. Запах какого-то моющего средства навевал воспоминания о старых добрых временах. Зайдя в комнату, юноша не сразу заметил подвоха — Сигма, как обычно, убирается, пол подметает… Он в наушниках и полностью погружен в занятие. Сначала возникает довольно типичная мысль — напугать студента, однако задумка быстро исчезает, когда Дазай замечает постукивание ноги первокурсника в такт музыки, а за ним и легкий напев мелодии. Голос кажется таким робким и красивым, заслушаться можно… Через пару мгновений, Сигма становится более уверенным в том, что никто еще не пришел (а зря), поэтому начинает полноценно подпевать, проговаривая слова песни. Осаму распахивает глаза в легком удивлении, однако эмоция сменяется ухмылкой. Он облокачивается о стену и наблюдает за этой прекрасной картиной.

— …Все вокруг танцуют, пьют и веселятся Ты самая красивая, но так не хочешь танцев Музыка ужасна, да и одной так скучно, Нет мы не знакомы, но со мной будет получше…

Песня звучит по-особенному в исполнении Сигмы. Дазай ее знал, щиты сейчас довольно популярная группа среди молодежи. Первокурсник развернулся, дабы продолжить уборку в другом месте, однако заметил своего соседа. Глаза округлились, и он даже вздрогнул от неожиданности. Швабра сама выпала из рук. Осаму ухмыльнулся и начал допевать куплет, отчего Сигма удивился еще сильнее. Теперь пение третьекурсника и музыка в наушниках сливались воедино.

-…Если хочешь плакать, то я буду плакать тоже Я надену платье, буду на тебя похож и Можешь не смотреть и называть меня как хочешь, Все вокруг тупое, поэтому я с тобою…

Брюнет заулыбался, явно восхищаясь тем, как хорошо у них получилось спеться. А трек то действительно классный. Сигма, все еще приходящий в себя, захлопал глазами и поспешно поднял упавший предмет. Он хотел молча удалиться из помещения, однако… — Эй-эй, певичка, ты куда это? Кстати, знаешь, из тебя бы получилась неплохая диснеевская принцесска. Волосы длинные, ангельский голосок, ну что за чудо, мм? В ответ молчание и громкое хлопанье двери. Даже так Дазай почувствовал то, насколько сильно покраснел Сигма от стыда после этого «караоке». До чего мило.

***

Центр города — место довольно шумное. От количества людей и проезжающих машин может закружиться голова. Несмотря на это, посещать подобное место вечером — одно удовольствие. Фонари освещают улицы своим теплым светом, придавая приятную атмосферу. Прохожих все меньше, а оставшиеся торопятся домой. В отличие от Дазая. Что он делает тут, еще и в такое позднее время? Похоже, кому-то срочно надо зайти за стаканчиком кофе в неизвестную забегаловку и обдумать смысл своей жизни. Ничего не поделаешь, все пятницы Осаму проходят подобным образом, это даже превратилось в некую традицию. Проходя по уже излюбленному проспекту, брюнет заходит в кафешку, ждет свой капучино и уходит оттуда, садясь на лавочку мезозойской эры. Забавно, что ему действительно не с кем провести такие минуты. Не с кем разделить эту тяжелую ношу — жизнь. Да что уж говорить об этом, попросту заявить о своих настоящих эмоциях он не мог. А может, их и не было вовсе? Проблемы с эмпатией у Дазая присутствуют еще с детства. Бездушный, никчемный, не способный искренне сочувствовать... Все это — прекрасные прозвища юноши. Избегая этих злосчастных оскорблений, он пытался, пытался подделать свои эмоции. Стать веселее, лучше, пойти по правильному пути… Все это бред собачий. Сейчас он попросту не может и не хочет показывать свои настоящие чувства. Кому какое дело? Просто улыбайся, будто все в твоей жизни — мечта самого счастливого на планете человека. Будто сама вселенная одарила тебя такой невероятной и веселой жизнью. Просто омерзительно. Как же ему хотелось выстрелить себе в голову прямо сейчас. Походу кто-то обжег себе язык. Кто делает эти напитки настолько горячими, ну что за издевательство?! Хотя, оно и к лучшему. О… Боже, сама вселенная просит Осаму заткнуться? Невообразимо. Невообразимо больно как морально, так и физически. Когда уже это закончится.