Мышка попалась в мою мышеловку.

* * * — Почему в мой день рождения все сложилось именно так? Мы еще долго стояли с незнакомкой возле той самой скамейки, даря друг другу нежное и трепетное тепло от объятий, в которые меня заключили после рассказанной истории. Она хлопала меня по спине, просила выплакать все, что кипело во мне, от чего я беспорядочно ныла в чужое плечо, выливая из глаз целый океан солоноватой жидкости. Как же я давно не плакала… В последний раз скупая слеза скатывалась по щеке в тот самый день предательства, забыть который я не смогу никогда. Мне было всё ещё стыдно перед Антоном, что уже закрыл глаза на ситуацию, полностью отпуская её. Он отпустил, а я не могу, сколько бы не извинялась перед ним! Впрочем, сейчас это не было так важно, как-то, сколько же всего упало на меня за этот день. Но сейчас было спокойно. Осознания того, что кто-то слушает, стоит рядом и обнимает тебя давало надежду на безопасность и защищенность от всего этого. Девица не сильна физически, не знает никаких приемов, не носит с собой нож-бабочку, но все равно вызывает доверие, показывая моральную стойкость. Она крепко обнимала, шепча те слова, которых мне так не хватало. — Тяжелое однако день рождение. С тобой и правда ужасно обошлись, но ведь еще не вечер, верно? Давай прогуляемся сегодня, я тебе в ларьке что-нибудь вкусненькое куплю! Хочешь петушка на палочке? Или, вон, жвачку турбо? Ты именинница всё-таки, так что давай, не стесняйся и побежали скорее, пока на перерыв не закрылись! Думаешь, жить не сможешь без этого Пятифанова? Дурак он, еще пожалеет! — шатенка ярко улыбнулась мне, отлипая от тела. Взяла меня за руку и тут же потащила в сторону ближайшего ларька, что находился на соседней улице. И только сейчас я заметила вставку на портфеле с её именем и классом. Фаина Растова, 6 А класс. 28 мая, 1998 год. * * * — И что, даже не подходит к тебе с того момента? — Ага. — Вот же козел! Прошло два дня с моего не такого уж и плохого дня рождения, где по желанию судьбы я встретила хорошую подругу. Она стала для меня опорой, причиной улыбаться и выходить из класса в коридор, дожидаясь, когда же из соседней двери покажется знакомая темная макушка, где частенько красовалась заколка в виде звезды. Каждая перемена, каждые проводы до дома, каждые вечера проходили вместе с Фаиной, что полностью заставляла забыть о тоске по двум хулиганам, которые в эти дни почти не приходили в школу, прогуливая под предлогом «Последние дни школы, какие вообще лохи на них ходят?». Что-ж, возможно, это и к лучшему, ведь гордость Пятифана терпеть тоже не хотелось, а уж тем более извиняться не за что, идти на компромисс, когда тот просто забыл про праздник, впаривая свои глупые и провальные концерты. Неужели я действительно похожа на клоуна, чтобы воспользоваться мной ради завоевания какой-то там девушки? Во мне действительно играла ревность? — Да не то слово… — это единственное, что я смогла выдавить, задумчиво глядя в окно, где за стеклом всё благоухало, оживало и цвело, заставляя невольно улыбнуться в предвкушении первых летних деньков. — Не думай ты о нем! Дурак, попробуй ещё таких сыщи. По его выкрутасам понять давно пора — не умеет он с девушками общаться! Ну и нужен такой? — приятный голос Растовой слышался справа от меня. Она, положив учебник на подоконник, читала какой-то роман, параллельно заглядывая на окно. Я внимательно изучила вещицу в руках, а после тут же все внимание переметнулись на лицо собеседницы. Темные брови подходили к переносице, создавая хмурый вид, а взгляд так и был наполнен решительностью и серьезностью. Как же под её описание подходит словосочетание «Маленькая взрослая». — Ну я же люблю… — видимо, у всех людей в моем окружении есть привычка перебивать. — Да-да, я от тебя это какой раз уже слышу! Надо же было в такого идиота влюбиться. Вот чем думала тогда вообще? — недовольно причитала девчонка, с характерным переворачивая страницу книги. — Тьфу тебя! Да ничем я не думала, вот и вляпалась по самое не балуй. — из моих уст вышел недовольный вздох, от чего Фаина усмехнулась, полностью прикрывая книгу, не забыв поставить на нужном месте закладку. Она улыбчиво глядела на меня, кладя свободную от произведения руку на плечо. — С этими хулиганами надо быть аккуратнее! Вот, с меня пример бери. — она наигранно самодовольно улыбнулась, складывая руки на груди и строя из себя недоступную. От такой картины прыснула в кулак. Этот человек какой уже раз поднимает мне настроение лишь своим присутствием. Мне еще ни с кем не было так комфортно, как в компании этой энергичной девушки! Она источала тепло, радость и задорство, заражая этим и меня. И почему с ней никто не общается? — Так, в смысле, а ты то тут при чем? — меня словно дёрнуло, ведь смысл с её слов дошел до меня под другим контекстом. Неужели, сама с кем-то из таких связалась, а мне тут лекции устраивает? Вот засранка! — А я тебе не рассказала? Какой день этот беззубый, что с Ромой ошивается, все на меня пялиться почти каждую перемену! Напрягает, это ужас! Все думаю, чего пристал-то. Ни знакомиться, ни подходит. Да в общем, странный. — на лице собеседницы не было отвращения или неприязни, скорее отчуждение и недоумение, скрывающее не большой, но интерес. — Ты серьёзно что-ли?! Чтобы сам Бяшка?! Ну даете! — я тут же переменилась в лице. Я была приятно удивлена и рада тому, что Игорю понравилась такая хорошая и милая девочка, а значит, со вкусом у него все хорошо. Но дурак, раз даже подойти не в силах, не то что подружится. Ладно, это не мое дело, пускай решат это сами. — А что я то?! Ничего я не даю, это он! Слава богу, что эти два дня они вообще в школе не появлялись, хоть выдыхаю спокойно. Вспомнишь солнце — вот и лучик. Хотя, формулировка про говно звучала бы как-то по правдоподобнее. — Ну накаркала же, Фай! Два до боли знакомых силуэта картинно, словно герои криминального сериала, шагали в сторону класса. Рома даже внимания на нас не обратил, все также вальяжно и спокойно прошагал вглубь кабинета, не забывая дать какому-то парню тычок в затылок. А вот Игорь как-то украдкой посмотрел на нас, удивляясь чему-то, а после тут же последовал за шатеном, посмеиваясь над одноклассником, которому и прилетел тот подзатыльник. — Вот гады! Влюбляйся потом в таких. — Ну не начинай! * * * И ещё один нудный урок русского языка подошёл к концу, заставляя всех подсуетиться, выходя из душного от жары класса. Я лишь расслабленно улыбнулась, уже направляясь за всеми, вот бы снова оказаться рядом с новой знакомой, как меня кто-то хватает за локоть, заставляя остановиться. Я резко повернулась голову, смотря на человека, что прервал мои планы. Бяша был один. Он продолжал держать меня под локоть, глупо и нервно улыбаясь, пока я вопросительно поднимала бровь, в поисках объяснений. Парнишка слегка замялся, но после смущенно, как-то совсем не в своей интонации, проговорил: — Слушай, Лерк, на. Мы же это, друзья ещё? Ты прости, что с Ромычем постоянно, знаешь же, одного этого чудика не оставишь. — Конечно понимаю, все хорошо. Это всё? — как-то странно он себя ведет для обычных извинений. Я бы скорее поверила в то, что он влюблен в меня, нежели в то, что он с таким напыженным лицом извиняется передо мной. — Не всё, на! Ты с Фаиной дружишь что-ли? — Ну да. Но давай ближе к делу, тебя небось Рома заждался. — А… Да-да, на! Ну, короч, хочу познакомиться с ней, а знать не знаю как, на! Можешь помочь по сестрински? — он с надеждой взглянул мне в глаза, уже явно теряя надежду на то, что сможет сделать что-то сам… Все настолько плохо? — Вы оба издеваетесь надо мной? С каких вообще пор я подрабатываю Купидоном? И сам справишься, чего там уметь то? Подойди и позови куда-нибудь! — Да страхова, на! — И что страхового? Не укусит, не волнуйся. — Не смешно! — бурят недовольно фыркнул, показательно хмурясь. Явно не отстанет, пока я не дам положительный ответ. Вот дурачьё, что один, что другой друг друга стоите. — Хорошо, я поговорю с ней. — лишь бы отстал. — Правда, на? Спасибо Лерк, уважила! — лицо Бяши стоило того, чтобы согласиться на довольно странную и заранее проигрышную авантюру, которая наверняка не сработает. Он буквально засиял от радости, оживился и тут же широко и ярко улыбнулся. Я впервые за всю нашу дружбу вижу его настолько счастливым. Он уже разворачивался к выходу из кабинета, порхая в сторону коридора, как резко остановился у порога, снова оборачиваясь ко мне. — Я чё ещё хотел, на. Тебя Ромыч сегодня после школы у повешенного ждёт, поговорить хочет наедине. — бурят как-то своеобразно хмыкнул после своих же слов, а после вышел, не дожидаясь моего ответа. В голове поселилось слишком много вопросов. Ну неужели он решил извиниться? Или хочет что-то по делу мне сказать? Поставить точку в нашей дружбе? Вымогать те деньги, которые он потратил недавно в ларьке, купив мне сладостей? В голове витало множество различных мыслей и вопросов, заставляя меня все больше предвкушать встречу с человеком, который какой уже день попросту игнорирует меня. Я многозначительно пожала плечами, так же направляясь в коридор. Нужно срочно поделиться со всеми новостями с новой подругой, что уже поджидала меня у дальнего окна, внимательно читая хорошее произведение, которое я заприметила еще в начале этого дня. Надо как-нибудь одолжить у её роман Патрисии Симпсон, под названием «Потерянная богиня». Как говорила сама девушка, история её впечатлила, от чего она никак не может расстаться с этой книгой даже в школьное время. Я тут же подбежала к приятельнице, дёргая её за плечо, лишь бы отвлечь от чтения и притупить внимание на мое повествование. — Фай, такое произошло, ты сейчас упадешь! — темноволосая весело усмехнулась, полностью забывая о том, чем же занималась только что. –Давай, рассказывай. Неужели извинился? — Да погоди, не гадай! Начну по порядку. Помнишь же Бяшу? — она ненадолго отвела взгляд, видимо, пыталась вспомнить кого же я так называла. — Беззубый? Ну помню. — Он ко мне сегодня подходил, просил тебя и его познакомить, мол, сам боится. — Пфф. — подруга лишь закатила глаза, поглядывая вглубь нашего коридора. Я тут же повернулась и, проследив за взглядом Растовой, наконец-то нашла за углом бурята, что только недавно смотрел на нас, но испугавшись, отвернулся. — И чего меня боятся? — Да и я о том же! А он все никак. — я улыбнулась Фаине, но уж точно не собиралась просить её сходить с ним или же упрашивать её подойти к нему. А зачем? Нет, вроде взрослый мальчик, а я должна за него все делать. Если действительно захочет познакомиться — подойдёт самостоятельно. — Эх, да бог с ним, передашь, что я жду его после уроков. — она махнула рукой на мое заявление, словно ей без разницы, с кем же она пойдет домой после школы. Но я то видела, ощущала, как в её темных омутах блеснул малый, но интерес. Все-таки, авантюра действительно сработала, от чего я даже опешила. — Ты серьезно?! Правда пойдешь?! — Ну, почему бы и нет? Правда, жаль, что тебя одну оставляю. — А вот тут уже другая новость. Меня Пятифанов позвал поговорить после уроков возле повешенного. — продолжала улыбаться подруге, внутри себя признавая радость за то, что Рома все-таки решился поговорить со мной, а не продолжать свои глупые молчанки. — Серьёзно? Ну и ну… — девчонка снова как-то неуверенно, с небольшим, но неодобрением взглянула в сторону парней, все же отвечая. — Если честно, сама уже хотела подходить и знакомиться, а то еще дня под его надзором я не выдержу. — она усмехнулась, снова заставляя меня расслабиться, почувствовав себя спокойно и непринужденно. Разве такие хорошие люди существуют? * * * — Вот и герой-любовник. Ну, что, тогда до завтра? Мы обе стояли у входа в учебное здание, глядя как у ворот стоял Игорь, все шаркая своими кроссовками по асфальту, словно пытался найти там нечто ценное. Весь взволнованный, напряженный, будто ждал совсем не девочку с параллели, а своего отца, что возвращался с родительского собрания. Кто же знал, что бурят так будет волноваться? Как бы ничего не запорол! А, может, это была плохая идея? Не надо было лезть, а я полезла, думая, что смогу их сдружить… Они ведь такие разные. — Ага, до завтра, Лер. Теплые объятия подруги, после которых её утончённая фигура тут же двинулась к калитке, заставляя парня встрепенуться и выровняться. Или это пойдет им на пользу? Я смотрела за тем, как две фигуры удалялись, шагая по дороге, пока сама летала в своих мыслях. Не помнится мне, чтобы Бяше хоть кто-нибудь и когда-нибудь нравился. Ни упоминаний о прошлых чувствах, ни намека на сие происходящих чувств. Может, просто хотел подружиться? Ну уж нет, будучи красным, как помидор, люди не заводят дружбу, а это значило, что этого паренька чем-то привлекала Фаина. Но чем? Я, конечно, понимаю, что Растова красивая и ухоженная девочка, но ведь они никогда не общались, да и то, что она все время в стороне могло хоть капельку смутить его. Странно это все конечно, как и то, что Рома сам захотел встретиться, наконец-то переборов свою гордость. Наконец-то переборов свой страх показаться слабым. — Бу! Из того самого угла выскочил Рома, сзади хватая меня за плечи. От такой резкости я встрепенулась, поворачивая на звук прокуренного и низкого голоса. Вот же засранец! Уже какой раз я ведусь на эту пугалку? — Ты совсем дурак?! Не смешно уже! — я недовольно причитала, глядя на довольного, уж слишком развеселого Пятифана, что улыбался подобно чеширскому коту, которого я однажды видела в книге «Алиса в стране чудес». — А мне всё ещё смешно с твоего перекошенного лица. — он усмехнулся, но в один миг поменялся в лице, становясь нас много серьезнее и решительнее. Что это с ним? — Лер, ты это… Зла не держи, лады? Я дурак просто, всё о Полинке думал, а о тебе нет. — он нелепо почесал свой затылок, пока я глядела на него безустанно, разглядывая его, будто впервые. Он был честен и открыт, что говорило лишь о добрых намерениях. Да и на что мне там обижаться? Я, естественно, злилась за такую перепалку в праздник, но и долго обижаться попросту не могла. Что же ты со мной делаешь? Снова улыбаешься мне, снова разговариваешь, как ни в чем не бывало и снова заставляешь улыбнуться в ответ, радоваться, как последняя дура. Разве это законно? Быть таким, каким ты предстал передо мной сейчас? И какой раз я ведусь на такой прием? — Я и не обижалась. — я пожала плечами, словно скинула с себя целую груду камней, что с тревогой оседали, говоря о конце нашего с ним общения. За все эти месяцы это была единственная серьезная ссора. — Вот и славно. Кой Бяша с телочкой гуляет — айда со мной! — он тут же двинулся к воротам, заставляя меня впасть в ступор. Да ты даже в конфликтах слишком простой! Как ни в чем не бывало зовет меня куда-то, даже не спрашивая моего мнения. Знает, что я ему отвечу. — И куда мы идём? Я поправила лямки своего портфеля, параллельно шагая за шатеном, что расслабленной и размашистой походной шел по дороге, присвистывая незнакомую мне мелодию. — Как куда? До дома тебя провожаю! — А как же Полина? — А с ней очкарик, не заблудятся. — он неопределенно махнул рукой, сказав это так просто и безразлично, доказывая не только себе, но и мне, что больше не чувствует той неконтролируемой злобы, что была присуща ему, только заговори об этих двоих. — Уже не злишься? Неужели голова на плечах за эти пару дней выросла? Не верю. Он недовольно закатил глаза, на что я хихикнула, выравниваясь с ним. — Да было бы на кого. И вообще, я с ней завязал, всё, никакой Полинки. От вас, девчонок, столько проблем. Я недовольно покосилась на него, складывая руки на груди. — Вот только всех из-за одной не суди! Ты тоже, Ромео, нашел в кого влюбляться. Да и я ничем не лучше тебя, Пятифанов. — А в кого? В тебя ещё скажи! — Рома усмехнулся, разглядывая мимо проносящиеся дома, которые были так знакомы для каждого. Хоть одна деталь меняется и тут же это заметно, будто игра «найди отличие». — Пф, у тебя даже со мной больше шансов, чем с Морозовой. — я мухлевала, ведь моя тайна всегда останется тайной. Я не могу сказать тебе. — Ну и каков мой шанс? — он продолжал хитро смотреть, выжидал ответа. — Где-то 30 процентов. — Так мало? — шатен удивленно поднял брови, видимо, действительно ждал результат по утешительнее. — Будешь знать, как вымогать из меня деньги каждый раз! — С тебя снова сотка. — За что?! — За моральный ущерб. И какой это раз по счету?