Free like a shadow

Шикаку пришлось вернуться на работу на следующий день. Хокаге, конечно, хотел бы дать ему больше времени, но людей не хватало. О медовом месяце не могло быть и речи. Единственным преимуществом новобрачных было то, что их временно оставляли в деревне, но даже это длилось всего пару недель. Он объяснил это своей жене, как и особенности своего обычного распорядка. Когда он встал на рассвете, чтобы тренироваться, Кимико, сонная, наблюдала за ним, прежде чем внезапно подняться с постели. Если она хотела приготовить завтрак и обед, ей тоже нужно было вставать рано. Это было нелегко. Кимико никогда не была ранней пташкой. Ей и не нужно было: завтрак всегда был готов и ждал её. Тем не менее, она пошла на кухню в своей ночной одежде, розовом дзимбэй, и начала готовить. К счастью, она любила готовить, так что это занятие доставляло ей меньше хлопот, чем уборка. Однако она была медленной и не успела присоединиться к Шикаку, когда он пришёл завтракать. Нужно было закончить его обед. С небольшим усилием ей удалось закрыть бенто вовремя. Шикаку отнёс грязную посуду в (переполненную) раковину, а она вручила ему коробку с победной улыбкой. Вызов второго дня: выполнен! Приняв еду молча, Шикаку наклонился и поцеловал её в лоб. Он улыбался, развеселённый. Он заметил её трудности и решимость справиться с ними. Кимико слегка покраснела от смущения, но он снова наклонился и приподнял её подбородок для поцелуя. — Увидимся вечером. Ей показалось, что в его голосе слышалась нежность. Она смотрела ему вслед, пока он уходил. — Хорошего дня! — крикнула она ему вслед. Кимико понадобилось несколько дней, чтобы привыкнуть к новому распорядку, но как только она втянулась, то нашла в этом определённое удовольствие и удовлетворение. Пока Шикаку был на работе, она убирала дом и занималась хозяйством, но у неё оставалось много времени для себя. В эти часы её никто не беспокоил. Родственники мужа заходили лишь пару раз, но большинство из них тоже работали в это время. Она могла спокойно читать, сколько ей угодно. Примерно через неделю после свадьбы Шикаку вернулся домой рано. Это было редкостью. Обычно ей приходилось ужинать в одиночестве (что её не особо огорчало: даже когда они ели вместе, он не был особо разговорчивым). Как всегда, он был тихим, и Кимико не заметила его прихода. Она наслаждалась тёплым, но не слишком жарким днём на веранде. Лёжа на животе среди подушек, она читала с явным увлечением, подперев подбородок рукой, её ноги легко покачивались в воздухе. — Тадайма. Кимико вздрогнула и быстро перекатилась на бок. — Шикаку-сан! Окаэри. Вы рано, — она выпрямилась, сев в более приличную позу. — Хокаге приказал провести время с женой, чтобы компенсировать поздние возвращения, — объяснил он с лёгкой улыбкой. — Ох… Это… мило с его стороны. Вы голодны? Я ещё не начала готовить ужин, но… — Всё в порядке, — ответил он, присаживаясь на корточки и протягивая руку к её книге. — Ты выглядела увлечённой, я не хочу мешать… — он замолчал, увидев название. Кимико покраснела и села в сэйдза. — Извините, я не спрашивала разрешения взять ваши книги. Я всё время забываю… — Всё нормально. Моё — твоё, — напомнил он. — Просто это немного сложная книга. «Лечебные свойства трав и их сочетания» была довольно серьёзным трудом. Ей очень нравилось. — Мне нравится медицина и наука, — призналась она. — Мне было немного сложно, но я, кажется, освоила основы. Он хмыкнул, положил книгу обратно и задумчиво посмотрел на неё. — Хочешь сыграть партию в го? — О, да, с удовольствием. Она, конечно, проиграла, но была смущена, насколько быстро это произошло. Они убрали доску и встали, не говоря ни слова. Кимико собиралась заняться ужином, но Шикаку обнял её. Он поцеловал её в щёку и шею, прижимаясь к нежной коже. Кажется, его совсем не расстроило отсутствие конкуренции. — Можешь потренироваться, — предложил он, когда она извинилась. — С вами? — Конечно, — он откинулся назад, прислонившись к кухонному столу, и смотрел, как она достаёт продукты из холодильника. Кимико сосредоточилась на работе, опустив лицо, чтобы скрыть довольное выражение. Ей казалось, что Шикаку ценит её ум и замечает её стремление к знаниям. — Вы бы научили меня сёги? — осторожно спросила она. Он наклонился ближе и обнял её сзади. — Могу, — согласился он, поцеловав её в висок. Она расслабилась в его объятиях, чувствуя уверенность, что сможет привыкнуть к этому браку.

***

У Нара были ежемесячные клановые собрания. Хотя на них постоянно присутствовало около полудюжины ответственных людей — в основном старейшины, — остальные взрослые могли приходить, когда захотят (а значит, не часто). Первое собрание, которое посетила Кимико, состоялось через три недели после свадьбы. Одной из её обязанностей как жены главы клана было организовывать такие мероприятия. К счастью, в первый раз её подробно проинструктировала мать Шикаку и помогла с формальностями. — Обычно приходит от десяти до двадцати человек, не больше, — сказала Чинацу, пока они раскладывали подушки на татами в традиционной комнате. — Но сегодня можно ожидать как минимум тридцать. — Сегодня что-то особенное? — Это твоё первое собрание. Кимико села в сэйдза туда, где только что уложила подушку для Шикаку, на почётное место во главе низкого стола. — Это так важно? — Клан захочет оценить твою состоятельность. Это естественно. — Я уже встречалась с большинством, — заметила Кимико. — Шикаку-сан сказал, что они одобрили меня. Чинацу бросила на неё осуждающий взгляд, и Кимико поспешила взять ещё подушки. Бездействие было для её свекрови самым непростительным грехом. Это выделяло её среди Нара, но Шикаку однажды объяснил, что его мать родилась в клане Сенджу. Их отношения были достаточно учтивыми, но Чинацу-сан никогда не стеснялась высказывать своё мнение, если считала, что невестка проявляет лень. Очевидно, что отдыхать между делами было привилегией исключительно для шиноби. У гражданских не было такой сложной жизни, чтобы они могли себе это позволить. — Они одобрили тебя как жену Шикаку. Теперь ты должна доказать себя как жена главы клана. — Понимаю, — тихо ответила Кимико. На мгновение она пожалела, что уделяла так много времени изучению медицины, а не истории и традициям клана Нара. Она полагала, что у неё будет время… Ошибка новичка. Благородное воспитание с детства учило её, что личные желания и увлечения всегда идут на последнем месте. Она расслабилась слишком рано. На собрании Кимико сидела слева от Шикаку. За неимением чего-то интересного, чтобы добавить в разговор, она сохраняла молчание после того, как поприветствовала каждого присутствующего. Она старалась запоминать всё сказанное и понимать обсуждаемые темы. Казначей отчитался о приданом, которое принесла семья Минамото, и сообщил, что деньги уже были использованы для погашения долгов Нара. На удивление, обсуждение этого вопроса было коротким. Деньги мало интересовали членов клана. Затем перешли к докладам о деятельности Исследовательского центра Нара, о состоянии стада оленей Нара и леса Нара. Именно эти три темы имели для них первостепенное значение. У каждого из этих направлений был свой куратор. Доклады были короткими и по существу. Собрание обещало закончиться за час, что показалось Кимико невероятным. Она привыкла к тому, что подобные собрания в её семье могли тянуться часами. Затем перешли к вопросам деловой сферы. Клан Нара откладывал некоторые закупки из-за нехватки средств, но теперь, когда деньги появились, можно было заключить несколько важных сделок. И в этом вопросе Нара демонстрировали эффективность, которая была совершенно чужда Кимико. Для них главное — это правильное соотношение цены и качества. Чаще всего они придерживались старых, проверенных поставщиков, даже не думая о торге. Единственная сложность возникала, когда нужно было выбрать нового партнёра. — Тано обанкротились во время войны, — пояснил казначей. — Их место заняла небольшая компания, неизвестная и только начинающая работать, но уже с хорошей репутацией. С другой стороны, Сато — устоявшаяся фирма, с низкими ценами и отличными сроками доставки. Кимико немного поёрзала, поднимая взгляд от записей, которые вела для себя (она спросила у Шикаку, нужно ли ей вести протокол, но его взгляд ясно дал понять: «Зачем?»). Она бросила взгляд на Шикаку, надеясь поймать его взгляд, но он сидел, опершись локтем на стол и положив подбородок на кулак, отвернувшись от неё. Кимико замялась и огляделась, надеясь, что кто-то выскажется, чтобы ей не пришлось. Однако остальные одобряли выбор устоявшейся компании безо всякой критики. Её накрашенные губы слегка приоткрылись в нерешительности. Она крепче сжала ручку и всё-таки подняла голос: — Что касается Сато… Она говорила не громко, слишком стесняясь, чтобы повысить голос, но в комнате мгновенно стало тихо. Все взгляды устремились на неё. Она застыла под этим вниманием, колеблясь. Краем глаза она заметила спокойное, выжидающее выражение лица Шикаку. Его терпеливость вселяла в неё уверенность. Он всегда ждал, пока она выскажется. Даже если она ничего не говорила, он часто догадывался, что ей есть что сказать. — В столице их недавно подвергли серьёзной критике за качество продукции, — наконец произнесла она мягким, но ясным голосом. — Во время войны они снизили стандарты и продавали низкокачественные товары по той же цене, а иногда даже выше, пользуясь отсутствием конкуренции. Имя Сато слишком устоялось, чтобы это имело серьёзные последствия, но, если у вас есть возможность сотрудничать с поставщиком с хорошей репутацией, я бы рекомендовала попробовать. В комнате переглянулись, но никто не упрекнул её за то, что она высказалась. Наоборот, казначей согласился с её доводами, и Шикаку решил выбрать новую компанию. Через несколько минут собрание завершилось. Оно едва длилось час. Когда все остальные покинули комнату, Шикаку вздохнул и наклонил голову, потирая затылок: — Уфф. Как же это было долго. Всё-таки хлопотно. Он посмотрел на Кимико, которая смотрела на него круглыми глазами. — Что? — Это самое быстрое собрание, которое я когда-либо видела, — призналась она, поражённая. Он хмыкнул, а затем рассмеялся, заметив её удивлённое лицо. — Серьёзно? — Теперь я понимаю, почему Чинацу-сан странно посмотрела на меня, когда я спросила, когда будем подавать чай. — Ты хотела, чтобы это длилось дольше? — Это считается хорошими манерами! Даже элементарной вежливостью. Шикаку встал и направился к двери. — Придётся привыкнуть к грубым шиноби. Кимико быстро пошла за ним в своей юкате. Уборкой она займётся позже. — Грубость — не то слово, которое я бы использовала. — А какое тогда? — Освежающая эффективность. Шикаку усмехнулся, надевая обувь у входа в общий дом. — Ну, что, хочешь присоединиться ко мне для небольшой прогулки в лесу? Он протянул ей руку, когда она попыталась надеть вторую гэта и чуть не потеряла равновесие. Она приняла его помощь. — Это твой способ сказать мне, что не стоит слишком много ожидать? — Возможно, — подтвердил он с улыбкой. Они направились в лес, не разжимая рук. Этот лес был частью экскурсии по владениям клана, которую Шикаку устроил для неё в первый день, но тогда они задержались там ненадолго. С тех пор Кимико несколько раз видела оленей издалека, но никогда не заходила на их территорию одна. Возможно, это было глупо, но всякий раз, когда она приближалась, какой-нибудь олень неизменно поднимал голову и смотрел на неё. И взгляд этот казался ей слишком уж осмысленным для животного. Шикаку вёл её глубоко в лес, по тропам, которые редко посещались и были труднопроходимыми. Кимоно Кимико не слишком подходило для такого путешествия. Когда её шаг замедлился, Шикаку оглянулся, чтобы понять причину. Его взгляд упал на её обувь — лакированные деревянные гэта с узорной тканью, явно предназначенные для города. Он издал неопределённый звук и остановился. — Подойди сюда, — сказал он, наклоняясь. Кимико моргнула, когда его руки обхватили её за спину и под коленями. Она торопливо обвила его шею руками, когда он поднял её, как невесту. — Шикаку-сан, я могу идти сама! — Так будет быстрее, — безразлично ответил он. — Я хочу показать тебе место, которое довольно далеко. Он делал это так легко, что она не стала возражать. Она была далеко не пушинкой, и её ещё никогда не носили на руках. Это было довольно приятно и успокаивающе. Семейные ужины всегда были испытанием между осуждающими взглядами её матери и колкими замечаниями брата. Это было ещё одной деталью, которая здесь изменилась: Шикаку принимал её такой, какая она есть, и никогда не высказывал комментариев по поводу её внешности. Её сердце наполнилось теплотой. Лёгкая улыбка тронула её губы, и пальцы ног слегка подёргивались, словно балансируя. Теперь, неся её, он двигался втрое быстрее. Через несколько минут они добрались до поляны. Кимико повернула голову на звук воды и заметила большую реку неподалёку. — Это река Нака? Шикаку опустил её на землю и подошёл к берегу. — Один из её ветвей. Она отделяется от реки Нака у полей Акимичи, проходит мимо теплиц Яманака и уходит к парку Сенджу и озеру Тобирама. Олени часто приходят сюда пить. Подождём их. Я хочу тебя с ними познакомить. Он сел на траву, затем лёг, прикрыв глаза для короткого сна. Кимико осматривалась, любуясь пейзажем. Коноха была поистине удивительной. Большой город с высокими современными зданиями и традиционными домами, шумными улицами и дикими уголками, всё это окружённое высокими стенами. Она обожала его контрасты и сюрпризы за каждым углом! Балансируя на одной ноге, она сняла гэта и таби поочерёдно. Оставив обувь и носки рядом с мужем, Кимико подошла к реке и осторожно подняла ногу, чтобы проверить температуру воды. Был сентябрь, и вода оказалась свежей, но не слишком холодной. Она была прозрачной и манящей. Кимико заметила большой камень, на котором можно было удобно сесть, опустив ноги в воду. Камень оказался приятно тёплым. Глубоко вдохнув, она опёрлась на руки и подняла лицо к небу, наслаждаясь теплом солнца на коже и улыбаясь. Никто не придёт сюда, чтобы сказать ей опасаться загара, спрятать её под зонтом или загнать в дом. В нескольких метрах от неё Шикаку наблюдал за женой из-под полуприкрытых век, добавляя её поведение к длинному списку наблюдений. Особенно он отмечал намёки на её желание свободы. Никогда она не выглядела счастливее и прекраснее, чем в такие моменты, когда позволяла себе насладиться маленькими радостями, ранее для неё недоступными. Он любил её в такие моменты. Он любил её, когда она говорила и доказывала клану, что может предложить Нара больше, чем деньги. Копыта остановились у его головы, и Шикаку поднял руки, чтобы обхватить морду оленя, который мягко коснулся его лба в приветствии. — Привет, — пробормотал он, поглаживая челюсть животного. Шикаку перевернулся на бок и поднялся, чтобы должным образом поприветствовать большого самца и угостить его лакомством. Кимико подошла ближе. Он слегка повернул голову в её сторону, не отвлекаясь от других оленей, которые начали подходить за лаской и угощением. — Это Ямару, один из самых старых оленей в лесу. Ямару, это моя жена, Кимико. Кимико остановилась недалеко и мягко сказала: — Здравствуй, Ямару, рада познакомиться. Старый олень повернул свою серую морду к Кимико и понюхал её. — Протяни ему руку, — сказал Шикаку. — Только не наклоняй голову, это у них считается проявлением агрессии. Всё остальное нормально, только не делай резких движений. Кимико послушалась и улыбнулась, когда Ямару потерся носом о её ладонь. — Он красивый. Но я думала, у взрослых оленей пятна пропадают? — У большинства — да, но наши олени — это пятнистые шика. Их пятна остаются и особенно заметны в тёплое время года. Я представляю тебя Ямару, потому что он старейший и умеет передавать новости, но у оленей нет лидера. Только в брачный сезон. Некоторые предпочитают жить одни, а некоторые остаются в однополых группах. Делают, что хотят. — Как и их люди, — с небольшой улыбкой прокомментировала Кимико. — Именно, — согласился Шикаку, протягивая ей маленький мешочек. — Вот, угости самых молодых. Пусть привыкнут к тебе и твоему запаху, чтобы знали, что ты из Нара. Они настороженно относятся к чужакам и незнакомцам. Тебя нужно принять как члена клана. — Меня должны одобрить олени, чтобы я стала Нара? — с усмешкой уточнила Кимико. — Да, — подтвердил он с лёгкой ухмылкой. Кимико с удовольствием подчинилась. Ей понравились эти настойчивые зверьки с мягкими носами и красивой шёрсткой. — Здравствуйте, — тихо обратилась она к ним. — Я Нара Кимико. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

***

Спустя несколько дней, около восьми часов вечера, Шикаку только что вернулся домой, когда они услышали громкого гостя. Они сидели за обеденным столом. Раздвижная дверь резко открылась. Кимико вздрогнула, когда Шиката стремительно вошла в их столовую. Шикаку вздохнул и, прожевывая кусок, проглотил его. Он не выглядел удивлённым. — Это правда? — резко спросила Шиката. Шикаку поднялся и подошёл к сестре, взяв её за плечи и уводя в сторону. Кимико пошла за крышкой для миски своего мужа. Она знала ещё до свадьбы, что есть вещи, которые будут от неё скрывать. К счастью, любопытство никогда не было её пороком, и она могла спокойно жить, не зная ужасных сторон жизни шиноби. Она вернулась к еде. Через несколько минут её остановили крики, за которыми последовали рыдания. Опустив палочки, Кимико нахмурилась от беспокойства, но помочь она ничем не могла. Шикаку вернулся через двадцать минут. Кимико уже закончила ужин, но молча ждала, пока муж сел и начал есть. Он выглядел невозмутимым. Набравшись смелости, она спросила: — С Шикатой-сан всё в порядке? — Её товарищи погибли на задании. Новости пришли сегодня утром. — Ох… — она наблюдала, как он ест, обдумывая услышанное, пока он проглатывал остывшую еду. — Почему… почему она кричала на тебя? — Если бы не наша свадьба, она была бы с ними. Она думает, что могла бы их спасти, — он пожал плечами. — Это говорит горе. Она знает, что тоже была бы мертва. Ей просто нужно время, чтобы пережить это. — Понятно, — тихо сказала Кимико. Она собрала свою посуду и пошла её мыть. Когда Шикаку принёс свою через несколько минут, она подняла взгляд и спросила: — А что любит Шиката-сан? — Любит? — Еду, хобби… Увидев вопросительный взгляд мужа, Кимико немного смутилась, но объяснила: — Я бы хотела ей как-то помочь… Всё-таки она моя золовка. Шикаку заметно смягчился и нежно коснулся её щеки пальцем, прежде чем поцеловать её в висок. — Ей это понравится. На следующий день, вернувшись домой, Шикаку застал свою сестру, лежащую у Кимико на коленях. Они сидели у котацу, вокруг стояли чашки чая, пустые тарелки и настольные игры: го, сёги и ханафуда. Шиката спала, её щеки были мокрыми от слёз, а на тёмной ткани юкаты Кимико проступили пятна. Кимико читала, и, заметив мужа, улыбнулась. Шиката проснулась и выпрямилась, потирая лицо. — Твоя жена меня накормила, — сказала она, шмыгнув носом. — Вижу, — ответил он, приподняв бровь. — Не стоит кормить бродячих, — сказал он Кимико. Игнорируя протест Шикаты, Кимико широко раскрыла глаза: — Но мне нравится эта. Можно мне её оставить? Пожалуйста! Шикаку пожал плечами, засунув руки в карманы. — Теперь она твоя ответственность. — Я буду хорошо за ней ухаживать, — пообещала Кимико с почтительным поклоном. — Я не собака, — запротестовала Шиката, поправляя волосы. — Конечно, нет. Это же Инузука, если я не ошибаюсь, — с самым серьёзным видом ответила Кимико. — Ты олень. Брат и сестра улыбнулись шутке. — Быстро учишься, Кимико-сан, — похвалила её Шиката.

***

Через два месяца после свадьбы Кимико предстояло пройти своё самое большое испытание в роли жены главы клана: ужин между кланами. — Это случается редко, — успокаивал её Шикаку. — Только по особым случаям, таким как смена Хокаге. Сандайме ушёл в отставку две недели назад. Его преемник, Намикадзе Минато, пользовался большой популярностью. Кимико всегда внимательно слушала разговоры в Конохе, чтобы учиться и лучше влиться в общество. Имя Йондайме звучало повсюду с момента её прибытия: герой войны, его кандидатуру предсказывали давно. Сначала она думала, что его репутация преувеличена: приписываемые ему качества казались слишком идеальными. До одного вечера, когда Шикаку вернулся домой раньше. — Тадайма. — Окаэри, — откликнулась она из кухни. — Я привёл друга. Он ненадолго, но не могла бы ты принести нам сакэ в кабинет? — Конечно. Идите, я принесу. Благодаря заранее подготовленному подносу с бутылкой и чашками для сакэ, Кимико была готова, когда Шикаку представил ей улыбчивого блондина. — Ты, возможно, помнишь Намиказе Минато с нашей свадьбы? Через два дня он станет Йондайме. Ошеломлённая небрежностью мужа, Кимико, сидя в сэйдза, низко поклонилась, смутившись, что не поприветствовала его раньше, как следует. — Простите, Намикадзе-сан. Для меня большая честь познакомиться. — О, всё в порядке, Нара-сан, — ответил Минато, замахав руками. — Не стоит быть такой официальной. Мы с Шикаку друзья, и для меня большая честь познакомиться с вами. Кимико ответила с вежливой сдержанностью, впитанной ею с детства, и изящно удалилась. Она не показывалась до тех пор, пока Минато не ушёл. Когда Шикаку пришёл к ужину, она злобно на него взглянула. Он поднял бровь. — Что? — Ты мог бы представить нас как следует! — укорила она его. Она никогда не жаловалась на привычку мужа быть непринуждённым. Это порой было даже освежающе и приятно, но в данном случае он перегнул палку. — Всё нормально. Он сам сказал: мы друзья. Не переживай, — отозвался Шикаку, пожав плечами. Его пренебрежительный ответ только больше её разозлил. Она отвечала ему односложными фразами до конца вечера. Первыми сдался он, когда они легли спать. Шикаку не привык к холодности своей жены, и это было настолько непривычно, что ему хотелось всё исправить. С такими настроениями хорошего сна не жди. — Ладно, извини, — вздохнул он. — Я должен был помнить о твоей правильности и представить вас официально. — Моей правильности?! — повторила она, возмутившись. Шикаку мысленно выругался. В голове тут же всплыл саркастичный голос Иноичи: «Ну вот, попал впросак. Молодец». Он потер лоб и попытался исправить ситуацию: — Это из-за твоего воспитания. Это нормально. — О, ну раз всё нормально, тогда прекрасно, — прошипела она. — Как хорошо, что я тебя не обременяю. Кимико повернулась к нему спиной, укуталась в одеяло до плеч и выразительно молчала. Шикаку был искушён просто лечь и забыть об этом. Кимико не была злопамятной, наверняка она забудет об этом к утру, верно? Но тут в голове возник строгий взгляд Чоузы, а за ним всплыли его слова перед свадьбой: «Ссоры случаются, но никогда не ложись спать в ссоре». Ну что ж, это их первая семейная ссора… Могло быть хуже, наверное. Если он перестанет ляпать лишнее, с этим можно справиться… Шикаку ущипнул переносицу и аккуратно подобрал слова. — Я не хотел тебя обидеть или сделать вид, будто ты создаёшь мне неудобства. Прошу прощения. Сидя на своей половине кровати, он наблюдал в тусклом свете луны, пробивающемся через бумажное окно, как Кимико нарочито игнорировала его. Спустя некоторое молчание она пробормотала: — Я не была готова встретиться с будущим Хокаге. Это было неловко. Я чужая для Конохи, мне важно произвести хорошее впечатление. Не надо меня за это высмеивать. Он воспринял её признание как оливковую ветвь и, опершись на локоть, наклонился ближе. — Не смущайся. Минато очень непринуждённый, за пределами работы он не придаёт значения формальностям. Она немного повернулась, чтобы посмотреть через плечо и встретиться с его взглядом. — Ты говорил ему обо мне хорошие вещи? — тихо спросила она. — Я говорил правду. — И какая она? — Что моя жена умная, милая женщина, — медленно признался он. Когда она повернулась к нему сильнее, он провёл рукой по её щеке. — И что мне повезло. Она неуверенно улыбнулась, и он наклонился, чтобы поцеловать её губы. — Ты меня простила? — спросил он. Она кивнула. Когда он лёг на спину, она прижалась к нему, её длинные пальцы слегка коснулись его руки. Несмотря на смущение того вечера, позже Кимико пришлось признать, что слухи, возможно, были правы. Конечно, Йондайме был красив и добр, она сама в этом убедилась. А раз он был другом её мужа, то наверняка ещё и умен, а раз был героем, то силён. Возможно, идеальные люди существуют не только в сказках. Чтобы отпраздновать его великолепное повышение в таком молодом возрасте, был организован банкет. Это было грандиозное событие: были приглашены все главы кланов и их супруги. В общей сложности более сорока человек. Местом проведения стала знаменитая традиционная гостиница — старейшая в Конохе, а мероприятие носило очень формальный характер. За тридцать минут до выхода Кимико, стоя ровно в своём роскошном кимоно, пристально смотрела на мужа с укором. Он сидел перед доской го в своём халате. Шиката ушла пять минут назад, помогла невестке одеться и сыграла с ним партию, но он с тех пор не сдвинулся с места, едва ответив сестре на её шутливое «Удачи». Когда Кимико подошла ближе, он поднял взгляд от доски и посмотрел на неё. — Ты закончила с ванной? — Я закончила десять минут назад, Шикаку-сан. Я звала тебя! Что ты делаешь? Мы опаздываем! — Всё нормально. У нас есть время, — вздохнул он и снова уставился на доску. — Нет, — ответила она и толкнула его бок ногой. Шикаку поймал обидчивую ногу и задумчиво потёр её белые таби. Потеряв равновесие, Кимико опёрлась о его плечо, и воспользовалась этим, чтобы потянуть за ворот его юкатабиры (конечно, он даже не шелохнулся). — Шикаку-сан, вставай! — А что я получу, если встану? Она моргнула, прекратив тянуть. — Чего ты хочешь? — Сними этот белый грим, ты похожа на призрака. — Это традиция! — При дворе, возможно. Но в Конохе ты будешь единственной в таком, разве что хочешь выступить на сцене театра. Она застонала: — Не мог бы ты сказать это до того, как я потратила на это полчаса?! — она направилась обратно в ванную. — Вставай сейчас же, я не опоздаю на своё первое официальное мероприятие из-за тебя! Он усмехнулся, вставая. Когда Кимико вышла из ванной в современном макияже, то застала Шикаку, который поправлял тёмно-зелёный хаори поверх бежевого кимоно и зелёных хакама. — Ты готова? — спросил он, не глядя на неё. Она застыла в дверях, удивлённая его элегантным видом. Он не выглядел так привлекательно со дня их свадьбы, когда она была слишком взволнована, чтобы это оценить. Когда она не ответила, он бросил взгляд в её сторону и замер, разглядывая её. — Лучше, — отметил он, прежде чем повернуться к лестнице. — Пойдём? Она моргнула. — Ах, да, — она поспешила за ним мелкими шагами. — Этот макияж не перебор? — Всё нормально. Её облик теперь был сдержаннее: красные губы и коричневые тени. Всё было сделано в спешке, но, надеюсь, сочеталось с её зелёным кимоно, расшитым бежевыми и золотыми цветами и коричневыми ветвями. Официальный шёлковый хомонги был украшен поясом оби золотисто-бежевого и коричневого цветов, вышитым гербом Нара, очерченным и заполненным белым цветом. С утра она ходила к парикмахеру. Её волосы были собраны в сложную симаду — причёску с пучком, украшенным золотым гребнем и заколками с каскадом белых цветов. Она проверила, всё ли в порядке, прежде чем выйти из ванной, и не понимала, почему на них так смотрят и шепчутся, пока они шли от поместья Нара в старый развлекательный квартал. — Со мной что-то не так? — спросила она у Шикаку. — Они просто никогда не видели никого, кто бы выглядел настолько дорого, вот и всё. — Я выгляжу дорого? — Я, честно говоря, сомневаюсь, могу ли прикоснуться к своей жене. Боюсь, я не могу себе этого позволить, — заметил он, оценивающе оглядывая её наряд: от вельветовых и кожаных дзори до гладкой причёски «симада». — Вот почему ты даже руку мне не предложил? — спросила она с наигранной обидой. — Тебе нужна моя рука? — продолжал подшучивать он, теперь уже с лёгкой улыбкой, когда понял, что она тоже включилась в игру. — Какой ужасный джентльмен. Что за вопрос? Конечно, нужна! — ответила она, протягивая руку. — Дай сюда. — Если моя благородная супруга желает этого, — ответил он, предлагая ей локоть. Она оперлась на его руку и удовлетворённо хмыкнула. — Вот так моя репутация содержанца официально закреплена, — пошутил он, пока они шли по хорошо освещённым, оживлённым улицам, окружённым ресторанами и театрами. Кимико не смогла удержаться от смеха при столь абсурдной мысли. Она встретила его насмешливый взгляд, и они улыбнулись друг другу.

***

Собрание проходило на втором этаже гостиницы «Красный Лист», но всё заведение было забронировано для мероприятия. У входа их встретил хозяин гостиницы, который пригласил их снять обувь и поблагодарил за визит. Затем они прошли в холл, где их уже ожидали Йондайме и его супруга. Те беседовали с другими гостями, причём обе женщины выглядели довольно дружелюбно. Кимико, заранее выучившая эмблемы всех кланов Конохи, узнала символ Учиха, вышитый на их одежде, и мысленно напомнила себе их имена. Она тщательно готовилась к этому событию. Ошибок, как на первой встрече с кланом Нара, она не допустит. Это был не просто ужин в честь Йондайме, как предупредил её Шикаку, но и собрание для всех новых глав кланов. Во время и после войны многие кланы сменили лидеров. Кто-то из них погиб (например, отец Чоузы в самом начале войны, а позже — отец Шикаку), кто-то решил уйти в отставку в мирное время (как мать Иноичи, которая теперь занималась выращиванием цветов). У молодых глав кланов раньше не было возможности официально занять свои должности. Это событие предназначалось сразу для нескольких целей и было важным для всех. Нужно было произвести хорошее впечатление. Когда Учиха направились к лестнице, Минато повернулся к Нара с тёплой улыбкой. — Шикаку, Кимико-сан, добро пожаловать! Разрешите представить вам мою супругу — Узумаки Кушину. Минато был одет в белое кимоно и коричневые хакама, а Кушина выглядела ярко в жёлтом кимоно с белыми и красными узорами. Кимико едва закончила делать почтительный поклон, как Кушина уже подлетела к ней. — Кимико-сан! Вы выглядите великолепно! — воскликнула она. Прежде чем Кимико успела поблагодарить её и ответить комплиментом, Кушина уже перешла к восторженному рассказу о её причёске, который каким-то образом превратился в жалобу на свою собственную, затем в вопросы о придворных традициях, историю о последней поездке в столицу и… — Кимико, — позвал Шикаку, беря её за руку, чтобы повести к лестнице. Сзади уже прибыли Яманака. Моргая от удивления, Кимико смогла вставить лишь что-то вроде: «Поговорим во время ужина», и послушно последовала за мужем. — Ты в порядке? — спросил он с улыбкой. — Я… поняла лишь половину того, что сказала Кушина-сан, — призналась она в замешательстве. Она так быстро говорила! Шикаку усмехнулся: — Это Кушина. Она такая, когда волнуется или возбуждена, не переживай. — А что значит «даттебане»? — нахмурившись, спросила она. Это слово повторялось слишком часто. — Это какая-то шиноби-терминология? — Нет. Это терминология Кушины. — Я не одна здесь нервничаю, да? — Нет. — Но я единственная гражданская? Большинство супругов глав кланов, как она узнала, есть или когда-то были шиноби. Они редко поднимались выше уровня чунина (за исключением нескольких примечательных случаев, таких как Учиха Микото — знаменитая джоунин, как её предупредила Шиката), но почти все учились в Академии Конохи. Это была традиция, чтобы дети шиноби проходили обучение, даже если позже они не планировали становиться ниндзя. Поднимаясь в банкетный зал, Шикаку незаметно указал ей на несколько гражданских исключений. Так как они сидели в самом конце U-образного стола, это означало, что все они представляли небольшие кланы. Зато место Нара было близко к Йондайме, прямо напротив Сандайме — место престижа. Её отец будет доволен, узнав, что её брак — совсем не понижение статуса. — А где Сенджу? — шёпотом спросила Кимико у Шикаку, пока они направлялись к своим местам. Ей казалось, что один из кланов-основателей должен быть размещён неподалёку от Учиха, несмотря на отсутствие у них статуса знатности. — Глава клана в отъезде, — лаконично ответил Шикаку. Похоже, это был вопрос для более приватной беседы. Они поприветствовали Акимичи дружескими улыбками. Поблагодарив Чоузу и Аканэ за комплименты её наряду, Кимико уселась справа от мужа в позу сейдза и, оглядываясь, старалась незаметно вспомнить имена всех присутствующих. Её взгляд встретился с другим — острым и чёрным, второе око было скрыто повязкой. По её спине пробежал холодок. Какое несчастье, что Шимура сидели напротив. Ей было бы гораздо спокойнее никогда не пересекаться с Данзо. Тем не менее, она вежливо поклонилась, прежде чем вновь сосредоточиться на муже. Шикаку разговаривал с Акимичи, и она притворилась, что слушает их разговор. Однако через мгновение, когда Яманака приветствовали Акимичи, Шикаку наклонился к её уху и тихо спросил: — Ты знаешь Шимура Данзо? — Встречала его при дворе, — так же тихо ответила она, после чего подняла взгляд и улыбнулась Иноичи и Надешико. Она была рада, что именно они сидели рядом. Несколько недель назад Чоуза пригласил свою команду и их жён к себе домой, и она выяснила, что все они очень добрые люди, хотя их общее воспитание шиноби иногда приводило её в замешательство. Тем не менее, она никогда не чувствовала себя чужой — Надешико и Аканэ позаботились об этом. Она подумала, что со временем они смогут стать подругами, если немного поработать над устранением культурных различий. Надешико интересовалась наукой и искусством, а Аканэ — модой и гастрономией. Это было что-то, что их объединяло, и Кимико планировала использовать это для завязывания дружбы. Шиката, конечно, была замечательной собеседницей — они любили обсуждать литературу и дела клана Нара, — но она часто отсутствовала на заданиях. Надешико и Аканэ были бы идеальными подругами. К тому же им всё равно предстояло часто видеться благодаря дружбе их мужей.

***

Вскоре все гости прибыли. Минато начал торжество с тоста за Коноху. За ним последовали ещё три тоста от разных гостей — за Йондайме, за новых глав кланов и, по какой-то причине, за их с Шикаку свадьбу. — Ты всё это выпила? — шёпотом спросил Шикаку, когда бесконечные «кампай» наконец сменились подачей еды. — Ну уж нет, — так же тихо ответила она, едва шевеля губами. — Я освоила искусство притворяться, что пью, ещё в шестнадцать. — В шестнадцать? — Друзья моего отца — все как один любители выпить, — проворчала она. Как оказалось, шиноби тоже были любителями выпить, с той важной разницей, что они не пьянели. Этот вечер оказался весьма похож на придворный банкет, за исключением одного: летающих палочек для еды. — Прекрати, Цуме, — вздохнул Шикаку, ловя одну из них, прежде чем она попала Кимико в лоб. — Здесь есть гражданские. — Ах да, — смутилась глава клана Инузука, махнув рукой в сторону Кимико. — Простите, мадам. Её палочка — изначально предназначавшаяся для кого-то из глав малых кланов, но отклонённая в другую сторону, — вернулась обратно в её миску с рисом. — Ну, по крайней мере, это не кунай, — с достоинством ответила Кимико, чем вызвала несколько смешков, стараясь разрядить атмосферу. В Конохе, как и в столице, между кланами существовали напряжённые отношения, и весь этот вечер был упражнением в дипломатии. Но Кимико всё же предпочитала случайные палочки лицемерию двора.

***

Было уже за два часа ночи, когда Шикаку и Кимико наконец вернулись в поместье, по пути идя вместе с Яманака и Акимичи. — Приглашаю вас с Надешико на чай через пару дней, — предложила Аканэ.